О времени прекращения жизни на позднескифских поселениях Северо-Западного Крыма

В Северо-Западном Крыму восемь позднескифских поселений исследовались широкими площадями, им посвящена обширная, хотя и не всегда подробная литература. Однако в некоторых публикациях вплоть до последних лет бытуют устаревшие (и неверные) представления о том, когда именно замирает жизнь на этих памятниках (см., например: Колтухов , 1999. С. 24, 25; Кутайсов , 2004. С. 137; Храпунов , 2004. С. 93, 99, 116; Дашевская , 2014. С. 93; Смекалова, Кутайсов , 2017. С. 342, 286, 430; Сапрыкин , 2018. С. 406). Между тем современные разработки в области массового материала позволяют синхронизировать финальные комплексы поселений и довольно точно продатировать их. Настоящая статья призвана продемонстрировать такую возможность.

Поселения региона можно разделить по времени гибели на две группы. К первой относятся Кульчук, Чайка и Керкинитида. Для комплексов финальных строительных горизонтов этих поселений характерны, в частности1, целые сосуды и фрагменты:

• ¹    В задачи статьи не входит рассмотрение всего комплекса находок. Основное внимание уделяется наиболее массовым, хорошо датируемым разновидностям причерноморских

  http://doi.org/10.25681/IARAS.0130-2620.259.185-195

• 1.    Псевдокосских светлоглиняных амфор типа C I ( Внуков , 2003. С. 28–96):

• a)    Кульчук ( Ланцов , 2008а. С. 15; 2009. С. 43, 51, 52, 69, 70–71, 73, 74, 75 и др.)²;

• b)    Чайка ( Внуков , 1984б. С. 68; Попова , 1991. С. 41, 69);

• c)    Керкинитида ( Драчук, Кутайсов , 1981. С. 28, 30; Кутайсов , 1990. С. 30. Рис. 6: 1–2, 15–17, 19–20 ; 7: 5 ; Внуков , 1997б; Vnukov , 2001. С. 171, 172. Прим. 1).

• 2.    Светлоглиняных остродонных амфор с профилированными ручками типа С III ( Внуков , 2003. С. 102–117):

• a)    Кульчук ( Ланцов , 2008б. Рис. 115; 170);

• b)    Чайка ( Яценко , 1970. С. 35; Внуков , 1979. С. 36, 68, 69; 2003. С. 227, 228; 2016. С. 39. Рис. 2: 2 , 3, 5, 6; Попова , 1991. С. 51; 2017. С. 314).

• 3.    Светлоглиняных плоскодонных амфор с профилированными ручками и широким горлом разновидности C IVZ ( Внуков , 2013. С. 24; 2016. С. 38):

• 4.    Псевдокосских синопских амфор типа Син III ( Внуков , 2003. С. 141–147):

a) Чайка ( Внуков , 1984а. С. 60).

• a)    Кульчук ( Ланцов , 2008а. С. 25. Рис. 7);

• b)    Чайка ( Коляков , 1975. С. 251);

• c)    Керкинитида ( Кутайсов , 1990. Рис. 7: 3 ; Внуков , 1997б; 2003. С. 229; Vnukov , 2001. С. 171–172. Прим. 1).

Еще одна особенность этих комплексов, отмеченная их исследователями ( Попова , 1991. С. 69; 2017. С. 304; Внуков , 1997б; Ланцов , 2008а. С. 18; 2008б. С. 6), – отсутствие³ фрагментов наиболее ранней разновидности узкогорлых светлоглиняных амфор – подварианта C IVА₁ ( Внуков , 2003. С. 117–128).

Для определения времени гибели поселений Кульчук, Чайка и Керкинитида важны следующие даты бытования упомянутых разновидностей амфор:

• 1.    Середина I в. до н. э. – появление сосудов типов C I ( Внуков , 2006. С. 137– 139, 151–152) и Син III ( Vnukov , 2010. С. 364).

• 2.    20–15 гг. I в. до н. э. – первая треть I в. н. э. – бытование амфор типа С III ( Внуков , 2006. С. 140–142, 154).

• 3.    Первая четверть I в. н. э. – время бытования сосудов варианта C IVZ ( Внуков , 2013. С. 24; 2016. С. 38, 39).

• 4.    Вторая четверть I в. н. э. – появление узкогорлых светлоглиняных амфор разновидности C IVА₁ ( Внуков , 2006. С. 118, 119, 141–143, 154–156, 167; 2016. С. 39, 40).

Для затронутой темы важно отметить, что С. Ю. Внуков датирует окончание бытования сосудов типа С III (Внуков, 2006. С. 154) и время бытования амфор варианта C IVZ (Внуков, 2013. С. 24; 2016. С. 38, 39) на основании того, что они встречаются в слоях разгрома, которые исследователь связывает с военной кампанией Аспурга. Поэтому присутствие варианта C IVZ можно использовать только для синхронизации: очевидно, что комплексы, содержащие фрагменты амфор. Кроме того, отобраны разновидности, зафиксированные на нескольких памятниках, что позволило синхронизировать их строительные периоды.

этой разновидности, образовались в одно и то же время⁴. Что касается типа C III, то для настоящей работы важна дата его появления – 20–15 гг. I в. до н. э., она дает terminus post quem для гибели поселений.

Таким образом, судя по датировкам указанных разновидностей амфор, наиболее вероятное время гибели позднескифских поселений на Кульчуке, в Кер-кинитиде и на Чайке – первая четверть I в. н. э. Примечательно, что башня № 2 Кульчука ( Ланцов , 2010. С. 146), а также «предместье» и одно из помещений «цитадели» Чайки ( Яценко , 1969. С. 292–293; Попова, Коваленко , 2005. С. 87, 93) гибнут в огне⁵. Слои разрушений с аналогичными по составу керамическими комплексами зафиксированы также при раскопках Неаполя Скифского, Калос Лимена и Усть-Альминского городища ( Колтухов , 1990. С. 187; Высотская , 1994. С. 22, 24, 32; Внуков , 1997б; Уженцев , 2006. С. 32, 132, 133). Их связывают с военной кампанией Аспурга против скифов ( Раевский , 1973. С. 116, 117; Колтухов , 1993. С. 217, 218; Пуздровський , 1992. С. 129; Пуздровский , 2001. С. 101; Внуков , 1997б; Зубарь , 1998. С. 29, 30; Сапрыкин , 2002. С. 217, 218). Судя по эпиграфическим источникам, поход боспорского царя состоялся между 16 и 23 гг. I в. н. э. ( Антонов , 2017. С. 231).

Ко второй группе (по времени гибели) относятся пять поселений региона: Калос Лимен, Тарпанчи, Южно-Донузлавское, Беляус и Кара-Тобе. Для финальных комплексов этих городищ характерны, в частности, целые сосуды, а также фрагменты:

• 1.    Светлоглиняных узкогорлых амфор подварианта C IVА₂ ( Внуков , 2003. С. 127):

• a)    Беляус ( Колтухов , 1999. С. 24);

• b)    Южно-Донузлавское ( Дашевская , 1972. С. 66. Рис. 25: 1 ; Внуков , 1988. С. 199, 205. Рис. 1: 26 ; 2003. С. 119. Рис. 45: 9 ; 2006. С. 120, 121. Табл. 5. № 34; 2016. С. 37, 40. Рис. 1: 7 ; 3: 1 );

• c)    Тарпанчи ( Щеглов , 1963а. С. 102; Антонов , 2018. С. 57. Рис. 1: ж );

• d)    Кара-Тобе ( Внуков , 2013. С. 27; 2016. С. 40. Рис. 3: 4, 5 ).

• 2.    Светлоглиняных узкогорлых амфор подварианта C IVВ₁ ( Внуков , 2013. С. 27; 2016. С. 41):

• a)    Тарпанчи (?)⁶ ( Щеглов , 1963а. С. 102; Антонов , 2018. С. 57. Рис. 1: ж );

• b)    Южно-Донузлавское ( Дашевская , 1968а. Рис. 73; 1968б. С. 22);

• c)    Кара-Тобе ( Внуков , 2013. С. 27).

• 3.    Светлоглиняных узкогорлых амфор подварианта C IVВ₂ ( Внуков , 2016. С. 41):

• a)    Калос Лимен ( Кутайсов и др ., 1997. С. 173. Рис. 95: 9 ; Уженцев , 2001. С. 165. Рис. 7: 1–4 ; 2006. С. 223. Рис. 88: 1–4 );

• b)    Кара-Тобе.

• 4.    Синопских амфор с желобком под венчиком типа Син II ( Внуков , 2003. С. 133–141):

• a)    Калос Лимен ( Кутайсов и др ., 1997. С. 173. Рис. 95: 1–3, 5 ; Уженцев , 2001. С. 165. Рис. 7: 5–10 ; 2006. С. 34, 223. Рис. 88: 5–10 );

• b)    Кара-Тобе ( Внуков , 2013. С. 31).

• 5.    Широкогорлых остродонных амфор с профилированными ручками типа Син V ( Внуков , 2003. С. 156–158; 2017. С. 330, 331):

• a)    Южно-Донузлавское ( Дашевская , 1972. С. 66; 1991. С. 85. Табл. 29: 1 ; Внуков , 2003. С. 157. Рис. 64: 1 ; 2006. С. 120, 121. Табл. 5. № 34);

• b)    Кара-Тобе ( Внуков , 2003. С. 157. Рис. 64: 2–6 ; 2013. С. 33; 2017).

• 6.    Коричневоглиняных амфор подварианта Kx IB₂:

• a)    Тарпанчи ( Щеглов , 1963а. Рис. 103: б ; Антонов , 2018. С. 60. Рис. 2: а );

• b)    Беляус ( Михлин , 1974. С. 66. Прим. 24);

• c)    Южно-Донузлавское ( Дашевская , 1972. С. 66. Рис. 25: 3 ; Михлин , 1974. С. 61, 62. Рис. 1; 2; Внуков , 2003. С. 162. Рис. 62: 324 ; 232 . № 322, 324, 337, 338);

• d)    Кара-Тобе ( Внуков , 2013. С. 35).

• 7.    Коричневоглиняных амфор варианта Kx IС ( Внуков , 2003. С. 193, 194):

• a)    Беляус ( Михлин , 1974. С. 61. Рис. 1; с. 62. Рис. 2: 1–10 ; Внуков , 2003. С. 233. № 356);

• b)    Южно-Донузлавское ( Внуков , 2003. № 353);

• c)    Кара-Тобе (Там же. № 358; 2013. С. 35)⁷.

• 8.    Класса массивных амфор с припухлым горлом и клювовидным венчиком ( Зеест , 1960. С. 114, 116, 168. Табл. XXXII: 77е ; 171; табл. XXXV: 84б; Внуков , 2013. С. 40, 41):

• a)    Тарпанчи ( Щеглов , 1963а. С. 101; 1963б. С. 60; Антонов , 2018. С. 57. Рис. 1: г );

• b)    Кара-Тобе ( Внуков , 2013. С. 40, 41).

Для комплексов второй группы поселений характерно также отсутствие фрагментов светлоглиняных узкогорлых амфор варианта C IVC ( Внуков , 2006. С. 130; Уженцев , 2006. С. 34). Чтобы определить время оставления этих поселений, нужно учесть следующие даты бытования сосудов:

• 1.    Середина – вторая половина I в. н. э. – время бытования амфор типа Син V ( Внуков , 2006. С. 160, 161; 2017. С. 331).

• 2.    Последняя треть I в. н. э. – время бытования сосудов подварианта C IVА₂ ( Внуков , 2006. С. 143–146, 157, 158; 2016. С. 40, 41, 44).

• 3.    Последняя четверть I в. н. э. – смена разновидностей колхидских амфор Кх IВ₂ и Кх IС₁ ( Внуков , 2006. С. 130, 133, 134, 168).

• 4.    Конец I в. н. э. – появление сосудов типа Син II (Там же. С. 130, 166; Vnukov , 2010).

• 5.    Конец I – начало II в. н. э. – время бытования амфор подварианта C IVВ₁ ( Внуков , 2006. С. 130–132, 146, 162; 2016. С. 41, 44).

• 6.    Начало – 40-е гг. II в. н. э. – время бытования сосудов подварианта C IVВ₂ ( Внуков , 2006. С. 166; 2016. С. 41, 44).

• 7.    Последняя треть I в. н. э. – распространение массивных амфор с припухлым горлом и клювовидным венчиком ( Зеест , 1960. С. 114, 116, 168. Табл. XXXII: 77е ; с. 171. Табл. XXXV: 84б ; Внуков , 2013. С. 40, 41).

• 8.    Вторая четверть II в. н. э., до 140 г. н. э. – появление сосудов варианта C IVC ( Внуков , 2006. С. 146–150, 163–166; 2016. С. 41, 44). То есть все эти разновидности амфор указывают на конец I – начало II в. н. э. как на время оставления поселений Северо-Западного Крыма второй группы.

Как уже отмечалось, в задачу настоящей статьи не входило рассмотрение всех датирующих находок, а только наиболее массовых и позволяющих синхронизировать комплексы. Между тем предложенная дата окончания жизни на отдельных поселениях второй группы подтверждается и другими категориями вещей. Так, например, на Калос Лимене наиболее поздние фрагменты краснолаковой керамики принадлежат формам, которые появляются в конце I – первой четверти II в. н. э. ( Уженцев, Труфанов , 2004. С. 267, 272, 273, 277, 282. Рис. 1: 2 ; 2: 17, 18 ; 3: 32, 33 ; 6: 61 ; Уженцев , 2006. С. 34).

На Кара-Тобе в слое последнего строительного периода были обнаружены четыре бронзовые фибулы. Две из них миниатюрные, с овальной выпуклой спинкой ( Внуков , 1997а. С. 67; 1997б. Рис. 4; 5; 6; 2006. С. 161). В своде А. К. Амброза точных аналогий им нет. В. В. Кропотов выделил их в группу 6 и датировал второй половиной I – началом II в. н. э. ( Кропотов , 2010. С. 166–168). Такую же дату дает К. Хелльстрем (она отнесла их к разновидности IC.3) ( Hellström , 2018. С. 67. Табл. 57).

Третья фибула – со щитком в форме летящего голубя ( Внуков , 1997а. С. 67; 1997б. Рис. 4: 4 ; 2006. С. 161). По А. К. Амброзу, это группа 8, подгруппа 5, которая датируется «в основном» II в. н. э. ( Амброз , 1966. С. 34, 35. Табл. 15: 23 ). В. В. Кропотов относит такие фибулы к форме 10 группы 16 и датирует второй половиной I – началом II в. н. э. ( Кропотов , 2010. С. 305, 314, 319). К. Хелль-стрем выделила подобные находки в вариант VII.3a, датирует она только более «широкую» разновидность VII.3, и датировка также широкая – вторая четверть I – середина III в. н. э. ( Hellström , 2018. С. 243. № 614. Табл. 87).

Четвертая фибула – лучковая подвязная – по А. К. Амброзу, принадлежит группе 1, серии 1, варианту, переходному от 1 ко 2, с датой – вторая половина I – начало II в. н. э. ( Амброз , 1966. С. 48, 49. Табл. 9: 3, 6 ). Такую же дату называет В. В. Кропотов (группа 4, серия I, вариант 2) ( Кропотов , 2010. С. 72, 74, 84), очень близкую – К. Хелльстрем (разновидность IB.1c, середина I – рубеж I–II вв. н. э.) ( Hellström , 2018. С. 53, 54. Табл. 85).

Очевидно, что наиболее вероятное время совместного бытования этих четырех фибул – вторая половина I в. н. э. – начало II в. н. э., что не противоречит дате, предложенной по массовому материалу.

К сожалению, краткость отчетов о раскопках целого ряда памятников (Тар-панчи, Беляус, Южно-Донузлавское) не позволяет уточнить время их гибели по другим (кроме амфор) категориям предметов. Находки античного времени, более поздние, чем первая половина II в. н. э., были обнаружены в нескольких пунктах региона. Но они единичны и не связаны со строительными остатками, т. е. могут свидетельствовать только о спорадическом посещении людьми северо-западного побережья Крыма. Можно утверждать, что выразительные находки, которые бы узко датировались второй половиной II или III в. н. э. и при этом были бы связаны со строительными остатками, на позднескифских поселениях Северо-Западного Крыма отсутствуют.

Таким образом, можно считать твердо установленным, что поздние скифы оставляют регион в два этапа. В первой четверти I в. н. э., вероятно, между 16 и 23 гг., гибнут и забрасываются Кульчук, Чайка и Керкинитида. В конце I – начале II в. н. э. население покидает Калос Лимен, Тарпанчи, Южно-Донузлавское, Беляус и Кара-Тобе. Мнения некоторых исследователей о том, что позднескифские поселения Северо-Западного Крыма существуют до III в. н. э., не находят подтверждения в массовом материале.