Орнитологические сборы Хью Каминга (1791-1865) в Зоологическом музее Зоологического института РАН

14 февраля 1791 в Англии родился будущий исследователь и собиратель, которого многие современники именовали неофициальным титулом «принц коллекционеров», так как считалось, что он в одиночку собрал самую большую коллекцию животных и растений. Если же говорить только о представителях животного мира, то он был действительно величайшим коллекционером-собирателем раковин моллюсков, или «ракушек» – одного из старейших и наиболее доступных видов собирательства в области естествознания. Сегодня имя британского натуралиста Хью Каминга (Hugh Cuming, 1791-1865) уже мало кому известно, но именно он почти 200 лет назад поставил перед собой честолюбивую цель – найти больше ракушек, чем кто-либо до него. Кое-что о жизни и работе коллекционера Каминга нам удалось прояснить, в том числе недавно обнаружены естественные дополнения (прибавления) к его работе, оказавшиеся в орнитологической коллекции Зоологического музея Зоологического института РАН (ЗИН РАН). Полагаем, что эти сведения интересны как для зоологов, так и для историков науки, в том числе с позиций музейной истории. В данном контексте под историей автор понимал совокупность биографий (порой даже очень кратких) тех исследователей прошлого, которые профессионально занимались орнитологией или просто интересовались ею и были в разной степени причастны к поступлениям птиц в петербургский Зоологический музей. Читателей, желающих получить представление об истории формирования орнитологических коллекций ЗИН РАН, а также о судьбах их создателей мы адресуем к двум недавним публикациям (Баккал 2022, 2025).

Так случилось, что несколько лет назад при подготовке рукописи книги «Орнитологическая коллекция Зоологического музея Императорской Академии наук: Очерки истории» (Баккал 2022) не возникло определённого представления о том, кто был этот персонаж: или участник правительственной экспедиции, или частное лицо, или дилер-поставщик ‒ торговец материалами по естественной истории, состоявший в переписке с Ф.Ф.Брандтом. Поскольку образцы поступали от Cuming не в виде дара, а в результате покупки, то учитывая возможности приобретения можно было допустить последнее предположение. В отчёте о деятельности Зоологического музея в Петербурге за первые 50 лет его существования А.А.Штраух сообщал, что в 1840-е годы обогащение орнитологической коллекции «шло весьма успешно». Источниками служили и дарения, и покупки, и многочисленные посылки как в пределах Империи, так и из-за границы. Среди большого числа имён несколько раз упоминался некто «Кэминг в Лондоне» (Штраух 1889, с. 177). К сожалению, одной досадной особенностью этого отчёта было то, что академик Александр Александрович Штраух не всегда сопровождал инициалами фамилии действующих в отчёте лиц. При этом имя Кэминга он упоминал при перечислении самых разных поступлений в Музей: «богатой ихтиологической коллекции с Филиппинских островов» (Там же, с. 210); при покупке «у господина Кёминга в Лондоне весьма большой и ценной коллекции морских и наземных раковин с Филиппинских островов, состоявшей из 650 видов и стоившей не менее 3373 руб. 70 коп.» (Там же, с. 235); при покупке «у Кёминга в Лондоне весьма значительного числа различных, исключительно экзотических, иглокожих» и «массы экзотических насекомых» (жуков и бабочек) (Там же, с. 276). В очерке об орнитологических сборах на островных территориях Юго-Восточной Азии, образцы которых благодаря Ф.Ф.Брандту поступили из Лондона в конце 1830-х – начале 1840-х годов, также кратко упоминалось загадочное имя Кёминга (Баккал 2019, 2022, с. 168). В результате, опасаясь ошибок при изучении этого вопроса, имя «Кёминга», ещё не получившего широкой известности, при работе над рукописью осталось неопознанным, но интригующим. Нередко, когда случалось что-то откладывать «на потом», приходилось вспоминать слова А.П.Семёнова-Тян-Шанского (1911, с. 86): «Мы уже накопили и продолжаем копить в наших музеях и других научных собраниях поистине колоссальный, только частью использованный материал».

Герой нашего очерка – Хью Каминг (Hugh Cuming, Hugh Cumming, Кеминг, Кэминг, Кёминг, Куминг; рис. 1) – торговец, натуралист, коллекционер. Он начинал с того, что в возрасте тринадцати лет стал учеником корабельного мастера, поступив в мастерскую по изготовлению парусов. Там ему часто приходилось встречаться с моряками, зародившими в подмастерье тягу к путешествиям. Его молодость совпала с эпохой расцвета Британской империи. Это было время всеобщего увлечения натуральной историей: европейских натуралистов манили неведомые тропические острова, непроходимые джунгли и вершины гор. Но только в 28-летнем возрасте, в 1819 году, в поисках приключений Ка-минг отправился из туманной Англии в своё первое плавание ‒ к берегам Южной Америки, в Буэнос-Айрес, где собирался продолжить занятия парусным ремеслом (Melvill 1895; Dance 1980). Дела шли успешно, изготовление и торговля парусами приносили ему неплохой доход. Через три года он перебрался в Вальпараисо (Чили) и там увлёкся коллекционированием моллюсков и растений. Также его интересовала глубоководная и наземная фауна. Свою первую экскурсию как собиратель образцов он совершил на островной архипелаг Хуан-Фернандес в конце октября 1827 года (Sent-John 1940, p. 85). Прошло ещё два года, и Каминг забросил свою торговлю. Состояние, сделанное на продаже парусов, позволило ему в дальнейшем всё своё время посвящать естествознанию. По его проекту было построено оборудованное для исследований судно «Discoverer», на котором он отправился в Королевство Таити – одно из самых красивых мест в мире.

Рис. 1. Хью Каминг в 1840 год у* (слева) и в поздние годы жизни (из: Merrill 1926)

Здесь, в Полинезии, более чем за полвека до него побывал его соотечественник – британский военный моряк и путешественник-исследователь Джеймс Кук (James Cook, 1728-1779)†. Тогда в поисках загадочных южных земель Кук стал первым европейцем, который по пути смог объехать Новую Зеландию и нанести её на карту. Но у Хью Каминга на островах Общества‡ были другие цели. Его внимание как натуралиста было обращено на коралловые острова. Только раковины по сравнению с большинством других обитателей коралловых рифов, извлечённые из воды, неограниченно долго сохраняли великолепную форму и окраску. Поэтому к ним нередко относились как к неживым существам, а скорее как к драгоценностям или невиданным подаркам. Хью Каминг рылся в штормовых выбросах, просматривал уловы местных рыбаков и ловцов жемчуга, бродил по отмелям во время отлива, забрасывал с лодки сети, драги и ловушки. Часто такая работа была связана с немалым риском. Но он занимался тем, о чём мечтали многие коллекционеры, – добывал экспонаты собственными руками для своей будущей коллекции.

Однако такие занятия нелегко даются неподготовленному сборщику, они требуют руководства друга или учителя, раньше знакомого с ними. Биографы Х.Каминга писали, что наставником его дальнейших работ стал известный английский натуралист Джордж Монтегю (George Montagu, 1753-1815), благодаря знакомству с которым увлечение и интерес Каминга получили поддержку и развитие, а главное – определилось основное направление его коллекционных сборов. И хотя начальный путь самого Монтегю был связан с военной карьерой, впоследствии он серьёзно увлёкся естественной историей, к чему всегда испытывал интерес. Его особенно интересовали орнитология и малакология. Он написал несколько научных статей о морской фауне Южного Девона, двухтомный орнитологический словарь «Ornithological dictionary» (1831) и «Testacea britannica» (1803) – труд по раковинным моллюскам. Ещё в 1813 году Дж.Монтегю открыл и описал розовую крачку Sterna dougallii , а в английском названии лугового луня Circus pygargus (Montagu’s harrier) память о нём была увековечена.

С богатейшей коллекцией Хью Каминг вернулся в Лондон. Он не занимался описанием новых видов, но его коллекции обеспечивали материалом работу многих учёных, в том числе британских натуралистов-малакологов – Уильяма Бродерипа (William John Broderip,1789-1859) и три поколения известных малакологов Сауэрби I, II и III (Sowerby). Впоследствии они использовали сборы Каминга в своих публикациях в качестве иллюстративного материала, классифицировали их, сопровождали описанием характеристик и нередко присваивали им видовое имя cuming (например: Spondylus cumingii Sowerby, 1847; Cypraea cumingii Sowerby, 1832, = Cribrarula cumingii ; Tritonoturris cumingii (Powys et Sowerby I. 1835) и др. (рис. 2). Систематиками были названы в честь Ка-минга 36 видов двустворчатых (включая род Cumingia) и 61 вид брюхоногих моллюсков. Труды Каминга-собирателя были высоко оценены; в 1832 году он был принят в члены Лондонского Линнеевского общества.

Есть мнение, что англичане – родоначальники увлечений, которые принято называть словом «хобби», по части которых их фантазии всегда были неисчерпаемы. Похоже, Х.Каминг искал красоту во всём, но основой его увлечения стали разнообразные раковины, которые он собирал в дальних странах, а затем привозил в Лондонский музей.

Naquetia cumingii

Batillaria cumingi (attramentaria)

Рис. 2. Галерея изысканных представителей малакофауны, названных в честь Хью Каминга: изящная ципрея Каминга Cribrarula cumingi , эндемик Полинезии; мурекс Каминга Naquetia cumingii и спондилюс Каминга Spondylus cumingii – настоящие конхологические сокровища Филиппин; улитка лопаточка Каминга Batillaria cumingi – обычный обитатель илистого мелководья на юге Приморского края и единственный в России представитель теплолюбивого семейства Potamididae

Через год после смерти Х.Каминга Лондонский музей естественной истории приобрёл дополнительно 82992 экземпляра из его коллекции за 6000 фунтов стерлингов.

Однако трудно утверждать, что в неутомимой собирательской деятельности Х.Каминга преобладал научный аспект. Скорее это был хорошо организованный любительский промысел. Но объём выполненной им работы был огромен. Отдавая должное его заслугам в области конхиологии, представляется уместным отметить, что значимой частью его широких и многогранных собирательских усилий была также ботаника, герпетология, орнитология и очень популярные живые орхидеи, которые впоследствии пополнили коллекции ботанических садов Европы. Коллекторская деятельность Хью Каминга заслужила дополнительное признание и получила высокую оценку после успешной экспедиции на мало исследованные Филиппинские острова. Туда он отправился в 1836 году и провёл там четыре года. Кроме Филиппин он побывал на Маллаке, Суматре, в Сингапуре и на других многочисленных островах. Коллекции, собранные Камингом, включали десятки тысяч моллюсков, гербарных листов и множество образцов птиц.

В систематической коллекции орнитологического отдела Зоологического музея в Санкт-Петербурге сохраняется часть сборов Хью Каминга, полученных в 1839, 1840 и 1842 годах (см. таблицу). Незадолго перед экспедицией в Юго-Восточную Азию, в конце 1830-х годов, Каминг совершил турне по Европе, во время которого встречался в Париже с известными натуралистами своего времени – Андре-Этьенном Ферюсса-ком (A.É.J.P.J.F. d’Audebert de Férussac, 1786-1836) и Жераром Полем Дешаем (G.P.Deshayes, 1795-1875), во Франкфурте-на-Майне с Эдуардом Рюппелем (W.P.E.S.Rüppell, 1794-1884), а в Санкт-Петербурге – с профессором Московского университета Григорием Ивановичем Фишером фон Вальдгеймом (J.G.Ficher von Waldheim, 1771-1853). После этой ознакомительной поездки многие экземпляры, собранные Камингом в предыдущих экспедициях, стали появляться в научных собраниях европейских музеев.

В феврале 1836 года мистер Х.Каминг отправился из Англии в Манилу, куда прибыл только в конце июля. Из Манилы он переехал в Ка-лаян, расположенный в центре Лусона, и оставался там до конца 1836 года. В 1837 году в течение 10 месяцев он обследовал острова на юге Лусона: Панай, Гуймарас, Негрос, Сикихор, Себу, Бохол и др. (рис. 3); Южные острова (в частности, Самар, Лейте, Масбате, Тикао, Бурнас и Миндоро) и южные провинции Лусона (Серёгин 2010, с. 70). Он вернулся в Манилу в конце 1838 года и стал готовиться к поездке в северную часть острова Лусон. Спустя год, в конце 1839, Каминг покинул Манилу и направился в Сингапур (полуостров Малакка). В Англию он возвратился в 1840 году через остров Святой Елены.

Некоторые виды птиц в экспозиции Зоологического музея ЗИН РАН, поступившие из Юго-Восточной Азии (Филиппинские острова, полуостров Малакка) от Хью Каминга (Hugh Cuming)

Витрина музея

Название и сведения из этикетки

Gallirallus striatus , серогрудый трескун, № 1307, J. Philippin., Cumming 95.2 Gallicrex cinerea , рогатая камышница, № 1350, Philippinen, 13.IV.1840, Cumming 95.3 Rallina eurizonoides , сероногий пастушок, №1332, Malaya, Cumming 91.3 Rallina eurizonoides alvarezi , филиппинский пастушок, № 1324, J.Philippin., Cumming 95.3 Gallicolumba luzonica , лузонский кровавогрудый голубь, № 3171, I.Philippinen, Cumming 91.4 Loriculus aurantifrons , золотолобый лорикулюс, № 5117, Malacca, Cumming, 1842 89.2 Clamator соromandus , каштановокрылая кукушка, Malacca, Cumming, 1842 88.3 Dasylophus superciliosus , краснохохлая малкоа, Philippin., Cuming, 1842 88.3 Collocalia troglodytes , карликовая салангана, Philippines, Cumming, 1842 88.4 Merops viridis , малайская щурка, Philippiens., Cuming,1842 84.6 Nyctyornis amictus , краснобородая щурка, Malacca, juv, Cumming, 1842 84.6 Penelopides panini , рыжехвостый калао, № 4516, Philippin., Cumming, 1842 84.6 Harpactes ardens , филиппинский трогон, № 993, самка, Philippinen, Cuming, 1842 84.9 Megalaima mystacophanos , красногорлый бородастик, № 8436, juv, Malacca, Cumming, 1842 61.2 Yungipicus moluccensis , зондский острокрылый дятел, Malacca, Cuming, 1842 61.3 Oriolus xanthonotus , пестробрюхая иволга, Malacca, Cumming, 1842 84.4 Terpsiphone paradise , райская мухоловка, № 154747, cамец, п-ов Малакка, Сumming, 1842 82.6 Prionochilus thoracicus , рубиновогорлый цветоед, № 154880, п-ов Малакка, 1842, Cumming 82.8 Pomatorhinus montanus , красноспинная кривоклювая тимелия, Malacca, Cumming, 1842 81.1 Microtarsus atriceps , черноголовый бюльбюль, Malacca, Cumming, 1842 81.2 Turdus obscurus , оливковый дрозд, Malacca, Cumming, 1842 81.3

Рис. 3. Филиппинские острова

Рис. 4. Этикетки некоторых экспонатов, полученные от Х.Каминга (Музей ЗИН РАН). Слева направо: верхний ряд – Merops viridis , Nyctyornis amictus , Pomatorhinus montanus ; нижний ряд – Dasylophus superciliosus , Callocalia troglodytes , Megalaima duvaucelii

После экспедиции на Филиппины Х.Каминг поселился в своём большом доме на Гауэр-стрит (Gower Street) в Лондоне, где хранились и обрабатывались его коллекции. В это же время, с 1838 по 1842 год, на Гауэр-стрит арендовал меблированный дом Чарльз Дарвин; там родились его дети и там он продолжал развивать свою эволюционную теорию. В то время у Каминга были другие заботы: хотя сам он уже никуда не выезжал, но продолжал пополнять свою обширную природную коллекцию и отчасти для этой цели финансировал работу нескольких коллекционеров. Он продавал частным исследователям отдельные части своей коллекции, и птицы, собранные в Юго-Восточной Азии, оказались в их числе. Среди европейских музеев известны два крупных хранилища, где разместились основные орнитологические образцы, собранные Камин-гом в разных путешествиях: это Британский музей естественной истории (в Тринге) и Ливерпульский музей (Roselaar 2003, с. 276, 292). Если же говорить о собрании самого представительного в России Зоологического музея ЗИН РАН, то и в его экспозиции оказались образцы птиц, полученные от Хью Каминга. Некоторые из них здесь представлены (таблица).

Рис. 5. Слева – рубиновогорлый цветоед Prionochilus thoracicus (№ 154880, п-ов Малакка, 1842, Cumming); справа – оливковый дрозд Turdus obscurus (Malacca, Cumming, 1842) и красноспинная кривоклювая тимелия Pomatorhinus montanus (Malacca, Cumming, 1842). Зоологический музей ЗИН РАН. Фото автора

Вероятнее всего, после покупки Ф.Ф.Брандтом этой коллекции она попала в руки Егора Ивановича Шрадера, который в то время был сотрудником Зоологического музея и занимал должность хранителя (консерватора). Что касается сопроводительных документов, то в настоящее время все предметы, поступившие в Зоологический музей от Каминга, можно считать атрибутированными, так как они имеют сведения о времени и районах сбора, которым неизменно сопутствует имя собирателя и владельца коллекции. Эти сведения представлены на однообразных рукописных этикетках-«билетиках», использовать которые предложил Ф.Ф.Брандт взамен печатных (дорогостоящих) этикеток (Баккал 2022, с. 29). Предполагалось, что они будут использоваться временно, но им было суждено сохраниться до сих пор (рис. 4).

Рис. 6. Пестробрюхая иволга Oriolus xanthonotus: самка (слева) и самец (Malacca, Cumming, 1842). Зоологический музей ЗИН РАН. Фото автора

Рис. 7. Каштановокрылая кукушка Clamator соromandus (Malacca, Cumming, 1842) и райская мухоловка Terpsiphone paradisi (cамец, juv, № 154747, п-ов Малакка, 1842, Сumming). Зоологический музей ЗИН РАН. Фото автора

Известно, что Филиппинский архипелаг занимает третье место по количеству эндемичных видов птиц после Австралии и Индонезии – гораздо более крупных стран. Среди образцов, собранных Х.Камингом в

Юго-Восточной Азии, встречаются эндемики и Филиппин, и острова Лусон. Например, попугай гуайяберо Bolbopsittacus lunulatus (рис. 8) известен только на Филиппинах и близлежащих островах. Его народное название связано с использованием плодов гуавы (гуайявы) – фрукта, выращиваемого во многих тропических и некоторых субтропических регионах Азии, Африки, Южной и Северной Америки. Среди представленных образцов – краснобородый осоед, или краснобородая щурка Nyc-tyornis amictus (рис. 9), которая, как и другие щурки, гнездится в норах, вырытых в песчаных обрывах, но колонии образует редко, в отличие, например, от малайской щурки Merops viridis . Другой особенностью N. amictus оказалось то, что они образуют постоянные пары.

Рис. 8. Слева – гуайяберо Bolbopsittacus lunulatus (№ 4961, Ins. Philippin., Cumming, 1842);

в центре – золотолобый лорикулюс Loriculus aurantifrons (№ 5117, Malacca, Cumming, 1842); справа – филиппинский лорикулюс Loriculus philippensis (№ 4269, самка, Manila, Kittlitz). Зоологический музей ЗИН РАН. Фото автора

По данным орнитологов, от 200 до 258 видов филиппинских птиц, то есть 40% местной авифауны, не встречается больше нигде в мире (Kennedy et al. 2000). Один из них - лузонский кровавогрудый голубь Gal-licolumba luzonica (рис. 11), которого иногда называют самой необычной птицей в дикой природе. Ранее он был известен как paloma de punala-da – «голубь с колотой смертельной раной» или «лусонская орхидея с кровоточащим сердцем». Нет ничего неожиданного в том, что впоследствии своё название вид получил благодаря ярко-красному, словно кровавому, пятну на груди, и бледно-розовым перьям, спускающимся вниз к брюшку и создающим впечатление выцветших пятен крови. Такие яркие красные перья на груди характерны и для самца, и для самки. Уже упоминалось, что яркая окраска перьев у музейных чучел с годами может тускнеть (Баккал 2025, с. 275). Примеры с G. luzonica (рис. 11) и D. superciliosus (рис. 12) не единственные: с коллекциями на постоянной экспозиции с годами происходили (и продолжают происходить) необратимые изменения, и в первую очередь от воздействия света.

Рис. 9 (слева). Малайская щурка Merops viridis (Philippiens., Cuming, 1842) и краснобородая щурка Nyctyornis amictus (№ 6603, 6494; Malacca, Cumming, 1842). Зоологический музей ЗИН РАН. Фото автора.

Рис. 10 (справа). Сероногий пастушок Rallina eurizonoides (Malaya, Cumming) и серогрудый трескун Gallirallus striatus (J. Philippin., Cumming). Зоологический музей ЗИН РАН. Фото автора

Рис. 11. Лузонский кровавогрудый голубь Gallicolumba luzonica , эндемик острова Лусон. Слева – экземпляр в экспозиции Зоологического музея ЗИН РАН (№ 3171, I.Philippinen, Cumming, 1842), фото автора; справа – в природной среде, фото Daan Meijer

Начало 1840-х годов было тем этапом формирования собраний Зоологического музея в Санкт-Петербурге, когда орнитологические коллек- ции в значительной степени пополнялись частными лицами. Среди них были уже известные персонажи: Ф.А.Раммельсберг (Австралия, Бразилия, Гайана), А.Б.Клот-Бей (Египет), Э.Рюппель (Абиссиния), Б.Мейер (Африка), Э.А.Эверсман (Джунгария), Г.С.Карелин (Алтай, Прииртышье, Джунгарский Алатау), В.И.Даль (Урал), И.А.Куприянов (Бразилия), Х.Э.Стрикленд (Цейлон, Британия, Африка, Австралия), И.Г.Воз-несенский (Калифорния, Ситха), А.Д.Нордман, А.Н.Демидов, Н.П.Ро-манов (император Николай I), а также торговцы зоологическими образцами: Й.Г.В.Брандт (Африка, Гималаи, Австралия, Мексика, Гайана), Л.Паррейс (Бразилия), И.А.Л.Прейсс (Австралия) и др. В этот период одним из натуралистов-первопроходцев Филиппинских островов оказался и Хью Каминг, увлечённый сбором животных с раковинами. Однако к тому времени в поступлениях Музея уже были достаточно широко представлены коллекции из Юго-Восточной Азии, где обитает две трети всех видов животных и растений планеты.

Рис. 12. Краснохохлая малкоа Dasylophus superciliosus , эндемик острова Лусон.

Слева – в естественной среде обитания, фото Ramon Quisumbing; справа – экземпляр в экспозиции Зоологического музея ЗИН РАН (Philippin., Cuming, 1842), фото автора

Одни из первых экспонатов с Филиппинских островов поступили в Зоологический музей в Санкт-Петербурге после завершения экспедиции (1826-1829) под руководством Фёдора Петровича Литке (1797-1882). В этом кругосветном плавании многие из добытых птиц были впервые описаны одним из его участников – немецким орнитологом и художником Фридрихом Генрихом фон Киттлицем (Friedrich Heinrich Freiherr von Kittlitz, 1799-1874). В последующие годы, когда Киттлиц занимался научной обработкой результатов экспедиции, в «Записках Императорской Российской Академии наук» за 1830-1835 годы были опубликованы некоторые его труды, среди которых известна работа «О некоторых ещё не описанных птицах островов Лусон, Каролинских и Марианских»

(Kittlitz 1833). Эта публикация появилась после того, как Киттлиц сделал в Петербурге 23 ноября 1831 года сообщение о птицах Филиппин (Ml^kovsky, Loskot 2016, p. 79). Отдельные образцы, добытые Киттлицем в 1829 году на острове Лусон, впоследствии были описаны как номенклатурные типы (Там же), например, Climacteris striolata , Dicaeum fla-vum , Falco sericeus . Некоторые виды птиц, полученные от Киттлица с острова Лусон, представлены в экспозиции Музея (Баккал 2022, с. 5561) (рис. 13), а также в фондовой коллекции лаборатории орнитологии ЗИН РАН (рис. 14).

Рис. 13 (слева). Эндемик Филиппин – огненный гомрай Buceros hydrocorax , полученный от Ф.Киттлица (№ 4519, Manila, Kittlitz). Зоологический музей ЗИН РАН. Фото автора.

Рис. 14 (справа). Жёлтая белоглазка Zosterops flavus (Dicaeum flavum) Kittlitz,1833: голотип ЗИН, № 153161, собрана в 1829 году в Маниле, Филиппины (фондовая коллекция ЗИН РАН).

Из: Mlíkovský, Loskot 2016

Однако самым первым экспонатом из Юго-Восточной Азии, оказавшимся в петербургском Зоологическом музее, по-видимому, стал белошейный аист, или аист-епископ Ciconia episcopus (рис. 15), полученный в 1821 году благодаря Пьеру-Медару Дярду (Diard, 1794-1863) - французскому натуралисту-исследователю. В 1816 году он отправился в Ост-Индию. Начинал он свою коллекторскую деятельность с того же, чем занимался и Хью Каминг, — в одиночку собирал коллекции растений и животных для Парижского музея естественной истории; уже в начале 1818 года первые из собранных им коллекций были отправлены в Париж. Некоторые коллекционные предметы из своих зоологических сборов П.-М.Дярд передал в Лейден для К.Я.Темминка * . Возможно, такой экзотический образец, как Сiconia episcopus , поступил в Петербург или из Лейдена, или из Парижа ещё до основания Зоологического музея и сначала находился в Кунсткамере.

Лист-епископ Ciconia episcopus (Boddacrt, 1783) Whitcncckcd Stork №915, V.1821, Java, Diard; Музей ЗИН РАН

Рис. 15. Один из самых старинных экспонатов Зоологического музея ЗИН РАН с установленной датой – май 1821 года. Фото автора

Х.Каминг, продолжая собирать раковины моллюсков на Филиппинах, заинтересовался также богатой и разнообразной флорой островов. О том, что он собрал огромный гербарий, сообщали А.П.Серёгин (2010) и А.К.Сытин (устн. сообщ., рис. 16). Середина XIX века – это время прогресса в систематике растений, когда новые виды из экваториальных и тропических коллекций описывались тысячами. Биографы Каминга сообщали, что почти половина образцов из гербария Каминга тогда документировались как неизвестные науке. И тогда, и позднее многие из описанных видов были названы в честь натуралиста-коллекционера. Впоследствии они были собраны в крупнейших гербариях не только Европы, но и Северной Америки (Серёгин 2010, с. 72). Создавая список образцов Каминга, поступивших в азиатское отделение Гербария Московского университета, было установлено, что объём коллекции в Санкт-Петербурге оказался в три раза больше, чем количество экземпляров в Москве, и в полтора раза больше по количеству видов (Бобров, Губанов 1979). Хотя дневник с описанием путешествия на Филиппины был утерян, но сохранилась переписка, о которой упоминают биографы Ка-минга и которая позволила судить о примерном масштабе проделанной работы. В частности, в письме Ричарду Оуэну упоминается 1800 видов моллюсков и 1900 видов растений, собранных в течение ноября 1837 года. Через два года Каминг писал Эдуарду Рюппелю, что его коллекция насчитывает уже 3400 видов растений, более 3000 моллюсков, 1200 видов позвоночных и тысячи различных беспозвоночных. Около 20 лет Каминг собирал свою малакологическую коллекцию, которая оказалась одной из крупнейших в мире, и на Филиппинах он добавил в неё бóль- шую часть. По некоторым оценкам за годы полевых работ общее число образцов в собранном Камингом гербарии составило 130 тысяч экземпляров (Melvill 1895; Dance 1980).

Рис. 16. Один из образцов сборов Х.Каминга на Филиппинах, хранящийся в отделе гербария высших растений (Ботанический институт им. В.Л.Комарова РАН), – плаунок обёрнутый Selaginella involvens [полевой номер образца: 1998;

коллектор Cuming Hugh (= Cumming)]

Рис. 17. Филиппинский варан Varanus cumingi и южная тонкохвостая крыса Phioeomys cumingi

Рис. 18. Жук-усач Acanthinodera cumingii и долгоносик Pachyrhynchus cumingii

Некоторые новые виды из разных групп животных, представленные в коллекции Х.Каминга, получили видовые эпитеты в его честь. Например, имя Каминга упоминается в научных названиях 5 видов филиппинских рептилий (из 270 известных): Eutropis cumingi , Luperosaurus cumingi , Otosaurus cumingii , Varanus cumingi (рис. 17) и Ramphotyphlops cumingii . Среди млекопитающих его именем названа южная тонкохвостая крыса Phioeomys cumingi (рис. 17) – эндемик Филиппин. Среди научных названий беспозвоночных также находим имя Каминга, например, Acanthinodera cumingii из жуков усачей и Pachyrhynchus cumingii из жуков долгоносиков (рис. 18). Британские натуралисты Луи Фрейзер (Louis Fraser, 1810-1866) и Льюис Диллвин (Dillwyn, 1814-1892) назвали именем Каминга два вида птиц – эндемика Филиппин белолицего малкоа Dasylophus cumingi и филиппинского большенога Megapodius cumingii (рис. 19). О последнем сообщали, что он способен издавать «протяжные крики, похожие на сирены машин экстренных служб».

Х.Каминг был не первым и не последним, кто проявил болшой интерес к коллекционированию разных натуралистических объектов, особенно из области конхиологии. В Европе коллекционирование раковин зародилось ещё в середине XVII века, когда при освоении новых земель моряки разных стран совершали географические открытия, откуда привозили невиданные подарки, в том числе и морские раковины. Тогда же в Европе (а именно в Голландии) возникла мода на «кабинеты», которые создавались как частные собрания (коллекции) для узкого круга лиц. Почти одновременно с голландскими кабинетами редкостей в Англии появился «Музей ковчега» или Musaeum Tradescantianum, который открыл для посещений в своём доме в 1656 году Джон Традескант (John Tradescant, 1570-1638). Это был первый публичный музей, где преобладали раковины (см.: Баккал 2025, с. 145). Когда Пётр Первый под влиянием моды приобрёл натуралистическую коллекцию, которая легла в основу Кунсткамеры, среди экспонатов было не менее 1000 раковин, в том числе из Голландской Ост-Индии.

Рис. 19. Белолицая малкоа Dasylophus cumingi (фото Paolo Dolina) и филиппинский большеног Megapodius cumingii (фото Джейсон Томпсон) – обитатели сухих горных и влажных низменных лесов

Коллекции Хью Каминга относятся к замечательным старинным собраниям. Сказанное в полной мере применимо к образцам орнитологического отдела Зоологического музея в Санкт-Петербурге. Объекты натуральной истории, собранные Камингом, которого никогда не называли великим учёным, обогатили зоологию и ботанику ценнейшим материалом, которым смогли воспользоваться последующие поколения исследователей, чтобы «их в лучший цвет привесть». Х.Каминг не был лишён свойственному всему человечеству стремлению к новым открытиям, но при успешных делах он не стремился демонстрировать свою значимость и, по-видимому, был избавлен от научного честолюбия.

Коллекционеры-любители, которые часто проявляли страстный интерес к новым видам, порой увлекались сборами только ради того, чтобы обладать чем-то странным и необычным из далёких земель, желательно раньше всех. Есть примеры тому, что время существования частных собраний бывало недолгим, и после смерти их владельцев предметы любовного собирания в лучшем случае оказывались рассеянными по другим коллекциям. Однако Хью Каминг, страстью и профессиональной сферой которого были малакология и ботаника, по-видимому, руководствовался другими соображениями. В «Кратком описании жизни по- койного Хью Каминга…» Дж.Мелвилл (Melvill 1895) процитировал откровенное высказывание нашего героя о своей мечте-идее: «Самая большая цель моих амбиций – поместить мою коллекцию в Британском музее, чтобы она была доступна для всего научного мира и где она могла бы стать ярким примером для всеобщего обозрения о том, что было сделано личным трудом и средствами одного человека».

Автор признателен Андрею Кирилловичу Сытину (Отдел Гербария высших растений, Ботанический институт им. В.Л.Комарова РАН, Санкт-Петербург) за предоставленную дополнительную информацию о главном персонаже этого очерка – Хью Каминге.