Особенности образа отца у мальчиков-подростков из неполных материнских семей: глазами матери и своими собственными
Автор: Скутина Татьяна Васильевна
Журнал: Вестник Красноярского государственного педагогического университета им. В.П. Астафьева @vestnik-kspu
Рубрика: Психология личности
Статья в выпуске: 2 (76), 2026 года.
Бесплатный доступ
Постановка проблемы. В последние десятилетия в общественном сознании и науке происходит трансформация традиционной отцовской роли и выделение специфического вклада отца и его образа в развитие и благополучие ребенка. В связи с тем что неполные материнские семьи с детьми до 18 лет составляют сегодня в России около трети всех семей, особую значимость и актуальность приобретает проблема влияния матери на формирование внутренней репрезентации отцовской фигуры у мальчика-подростка в ситуации отцовской депривации [Николаева, 2025; Некрасова, 2025; Moles-Kalt et al., 2024; Morgan, 2025; Reis et al., 2025; Kgadima, Spaumer, 2026; и др.]. Цель статьи – представить теоретическое обоснование и результаты эмпирической проверки гипотезы: образ отца у мальчика-подростка не является прямым отражением его объективного поведения и качеств, а тем в большей мере опосредован материнским отношением к его отцу, чем меньше у подростка собственного опыта общения с ним. Методология и методы. Исследование выполнено в субъектно‑деятельностном подходе (С.Л. Рубинштейн, А.В. Брушлинский, К.А. Абульханова и др.) с опорой на принцип детерминизма С.Л. Рубинштейна. Методологией эмпирического исследования выступает интегративный подход: сочетание качественного анализа проективных данных и методов математической статистики. Помимо вводной анкеты об участи отца в жизни семьи и ребенка, применялись: модификации методики 20 высказываний «Кто я?» М. Куна и Т. Макпартленда: «Мой отец моими глазами» и «Мой отец глазами моей матери»; авторская проективная методика «Отношение матери к отцу и взаимодействию с ним», построенная на методическом приеме «незаконченных предложений», а также опросник «Юношеский отчет о родительском отношении» [Тихомирова и др., 2021]. Выборку составили 40 мальчиковподростков 12–14 лет: 20 подростков из полных семей и 20 – из неполных материнских семей. Результаты исследования. Результаты по трем методикам показывают, что преобладающими особенностями образа отца мальчиков-подростков из неполных материнских семей являются обедненность характеристиками, их преимущественно негативное эмоциональное значение, ожидание эмоционального отвержения от отцовской фигуры; не выявлено статистически значимых различий между собственным образом отца и образом отца «глазами матери». Исключения составляют подростки, регулярно общающиеся с отцом или у которых мать транслирует позитивное отношение к умершему отцу. В отличие от подростков из полных семей, у которых собственный образ отца более полон, разносторонен, позитивен и относительно автономен от предполагаемой материнской оценки, различия значимы как по позитивным, так и по негативным характеристикам. Заключение. Полученные данные позволяют сделать вывод, что образ отца мальчика-подростка из неполной материнской семьи в гораздо большей степени находится под влиянием материнского отношения к отцу и общения с ним, чем у подростков из неполных семей. В случаях когда подросток лишен возможности составить собственное представление об отце из непосредственного общения с ним, он практически полностью повторяет материнский образ отца, который в подавляющем большинстве случаев является негативным, что создает риски, поскольку негативный образ отца, как показывают исследования – неблагоприятная основа для личностного развития и благополучия подростка. Новизну исследования составляет выявление опосредующего влияния матери на образ отца у мальчикаподростка, проведенное с опорой на методологический принцип С.Л. Рубинштейна: «внешние причины действуют лишь через внутренние условия…», через субъективные репрезентации подростка как своего образа отца, так и материнского. Полученные результаты подтверждают необходимость психологической помощи матерям, в одиночку воспитывающим детей, в понимании того огромного влияния, которое они, чаще неосознанно, оказывают на формирование образа отца подростка, а также в разрешении сложной этической дилеммы между реалистичностью и избыточной негативностью, односторонностью репрезентации образа отца.
Неполная материнская семья, полная семья, образ отца глазами подростка, образ отца подростка глазами его матери, влияние матери на образ отца подростка
Короткий адрес: https://sciup.org/144163895
IDR: 144163895 | УДК: 159.922.7:314.622.44
Features of the father image in adolescent boys from single-mother families: through their mothers’ and their own eyes
Statement of the problem. In recent decades, both public consciousness and academic discourse have witnessed a transformation of the traditional paternal role, along with increasing recognition of the specific contribution of the father and the father image to the child’s development and well-being. Given that single-mother families with children under the age of 18 currently constitute approximately one third of all families in Russia, the problem of the mother’s influence on the formation of the internal representation of the paternal figure in adolescent boys under conditions of paternal deprivation has become particularly significant and relevant [Nikolaeva, 2025; Nekrasova, 2025; Moles-Kalt et al., 2024; Morgan, 2025; Reis et al., 2025; Kgadima, Spaumer, 2026, etc.]. The purpose of the article is to present the theoretical basis and results of empirical testing of the hypothesis: the image of the father in a teenager is not a direct reflection of his objective behavior and qualities, but is to a greater extent mediated by the mother’s attitude towards the father, the less experience the teenager has with communicating with him. Methodology (materials and methods). The study was conducted using the subject-activity approach (S.L. Rubinstein, A.V. Brushlinsky, K.A. Abulkhanova, etc.) based on S.L. Rubinstein’s principle of determinism. The empirical research methodology is an integrative approach: a combination of qualitative analysis of projective data and methods of mathematical statistics. In addition to an introductory questionnaire concerning the father’s participation in the life of the family and the child, the study employed modified versions of the Twenty Statements Test “Who Am I?” by M. Kuhn and T. McPartland: “My Father Through My Own Eyes” and “My Father Through My Mother’s Eyes”; the author’s projective technique “The Mother’s Attitude Toward the Father and Interaction with Him”, based on the sentence-completion method; and the questionnaire “Youth Report on Parental Attitudes” [Tikhomirova et al., 2021]. The sample consisted of 40 adolescent boys aged 12–14: 20 adolescents from two-parent families and 20 adolescents from single-mother families. Research results. The findings obtained using the three methods show that the predominant features of the father image among adolescent boys from single-mother families are reduced descriptive richness, predominantly negative emotional valence, and expectation of emotional rejection from the paternal figure. No statistically significant differences were found between the adolescents’ own father image and the father image “through the mother’s eyes”. Exceptions were observed in adolescents who maintained in regular contact with their father, or whose mother conveyed a positive attitude toward a deceased father. By contrast, in adolescents from two-parent families, the father image was more complete, multifaceted, positive, and relatively autonomous from the presumed maternal evaluation; significant differences were found for both positive and negative characteristics. Conclusions. The obtained data suggest that the father image in adolescent boys from single-mother families is influenced by the mother’s attitude toward the father and toward communication with him to a much greater extent than in adolescents from two-parent families. When an adolescent is deprived of the opportunity to form his own image of the father through direct interaction with him, he almost completely reproduces the maternal father image, which in the overwhelming majority of cases is negative. This creates developmental risks, since, as previous studies show, a negative father image constitutes an unfavourable basis for adolescents’ personal development and well-being. The novelty of the study lies in identifying the mother’s mediating influence on the father image in adolescent boys, interpreted through S.L. Rubinstein’s methodological principle that “external causes act only through internal conditions…”. In this study, this principle is applied through adolescents’ subjective representations both of their own father image and of the maternal father image. The results highlight the need for psychological support for mothers raising children alone, particularly in helping them understand the considerable influence they often unconsciously exert on the formation of the adolescent’s father image. They also point to the need to address the complex ethical dilemma between maintaining realism and avoiding excessive negativity or one-sidedness in the representation of the father image.
