Особенности становления российского законодательства о высшем образовании XVII-XVIII вв.

* Заведующий кафедрой конституционного и международного права Сибирского юридического университета, доктор исторических наук, доцент; ORCID:

Становление законодательства о высшем образовании в России связано с созданием учебных заведений. Под высшим образованием в его историческом контексте автор понимает комплекс академических и связанных с ними общественных отношений, которые включали процесс получения (распространения) академических и научных знаний в целях обучения (подготовки) ученых, чиновников, служилых людей, а также ремесленников, купцов и иных категорий занятого населения. Временной период исследуемого российского (царского и имперского) законодательства о высшем образовании составляет около 100 лет. Говорить об истории высшего образования в России, как и в других странах, можно со времени создания первых университетов и академий.

Появление первых учебных заведений в России отмечается различными причинами. По мнению автора, первой из таких причин явилось развитие западно-европейской системы университетского образования – ее качественное и количественное возрастание. Россия на рубеже XVI–XVII вв. являлась частью политического, экономического и социального межгосударственного взаимодействия. В связи с этим она нуждалась в модернизации различных общественных и государственных институтов. Как отмечают различные исследователи, российские учебные заведения появились в конце XVIII в., в тот исторический момент, когда экспансия западно-европейских идей организации университетского образования достигает российского государства [1, p. 193–206; 2; 3; 4, р. 140]. В ответ на новые социальные явления в России государством предпринимается попытка адаптации иностранных университетских положений “Universitatibus Catholic” [5, p. 48–56]. Стоит упомянуть, что впервые распространение университетских образовательных традиций началось в XVI в. на территорию Речи Посполитой, откуда в XVII в. перешли в Россию.

Второй причиной учреждения учебных заведений в России явилось осознание представителями русской научной общественности в XV в. необходимости специального образования, прежде всего богословского. В 1484 г. новгородский архиепископ Геннадий Гонзов обратился в Ватикан по вопросу формирования в России церковной литературы и организации церковного образования. В 1485 г. в Новгород был отправлен проект буллы об организации преподавания для русских учеников, подготовленный мужским духовным орденом Римской католической церкви для Московского царства [6, p. 140]. Первый русский студент в 1493 г. в Ростокском университете – Сильвестр – учился на церковного переводчика, а Максим Грек учился в итальянских университетах. В 1586 г. представители итальянской научной элиты организовали прием первых русских студентов для обучения в Болонском и Феррарском университетах. Историк С. П. Шевырев указывал: «Государи древней Руси, в заботах своих о благе отечества, давно питали мысль передать России сокровище наук и искусств. Иван IV выписывал ученых и художников в Россию через саксонца Шлитта: Карлъ V соглашался отпустить их, но завистливая политика Гаизы и Ливонского ордена положила преграду. Борисъ Годунов желал завести школы и даже университеты, чтобы учить молодых россиян европейским языкам и наукам» [1, с. 4]. В 1605 г. Лжедмитрий I неоднократно указывал на необходимость создания католического университета [7, p. 389–401].

Стоит отметить, что в XVII в. вопрос о религии в образовании был однозначно решен в пользу православной веры. Как отмечал В. О. Ключевский, после Смутного времени изучение в России европейских наук, основанных на католической вере, считалось чуть ли не изменой Родине. В середине XVII в. в Москве скептически относились к преподавателям с католической верой. Примерами раннего отторжения западных идей в сфере высшего образования явились также случаи неудачной организации в 1632 г. греческой школы в Пскове. Однако необходимость преодоления негативного влияния католической церкви на русскую землю ознаменовала трансформацию идей формирования в России национальных учебных заведений. Представители государственной и духовной властей на церковном соборе 1667 г. сделали выводы о ненужности старообрядческого влияния на образование. Было отмечено, что необходимо организовать учение, которое способно оказать позитивное влияние на государство и церковь.

Третьей причиной явилась потребность в подготовке специалистов: в сфере государственного управления – чиновников; богословов – для укрепления православной веры; педагогов – для воспитания и пропаганды нравственности. Россия нуждалась в грамотных людях, но для подготовки вышеуказанных профессионалов в соответствующих сферах в России учебных заведений не существовало.

Методы исследования, результаты

Для достижения цели исследования были использованы научные методы. Анализ академической деятельности первых российских учебных заведений, а также правового регулирования образовательной деятельности был проведен через рассмотрение политических, экономических, социальных и иных условий бытия российского общества и государства XVII–XVIII вв. Использовались исторический, формально-юридический и сравнительно-правовой методы.

Первые попытки создания образовательных учреждений по примеру европейских универси- тетов в России были предприняты в 1667 г. В За-иконоспасском монастыре Симеон Полоцкий и его ученики составили первый план гимнасио-на для изучения лингвистики и различных ремесел в России. Данный проект в форме царского указа был подписан Алексеем Михайловичем в 1668 г.1 В 1670 г. Симеон Полоцкий, патриарх Иосиф, московские монахи и священнослужители подготовили проект грамоты по организации учебного процесса и управлению Иоанно-Богословского училища [8, с. 225]. Однако указанных образовательных учреждений открыто не было.

Дальнейшее санкционирование первых нормативно-правовых источников в сфере высшего образования было связано с попытками создания в Москве Славяно-греко-латинской академии. Взошедший на престол царь Федор Алексеевич поддержал идею московских священнослужителей во главе с Симеоном Полоцкиим (наставником молодого царя) открыть отечественные учебные заведения на примере западно-европейских университетов. Особое мнение Федора Алексеевича было отражено в одном из проектов будущих нормативных правовых актов: «Царь возымел намерение устроить храмы чином академии и во оных семена мудрости… при том учению свободным наукам». Десятилетние труды московских священнослужителей во главе с Симеоном Полоцкиим увенчались созданием первого в России нормативного правового акта, регулирующего общественные отношения в сфере высшего образования – «Привилегия на ака-демию»2. В 1682 г. проект был принят, а в 1687 г. учреждена Славяно-греко-латинской академия.

Зачатки формирования институтов образования в России были связаны в первую очередь с намерением государства искать пути совершенствования отечественного образования. Для достижения целей построения отечественных образовательных учреждений и создания собственных академических традиций чиновники обращались к опыту лучших умов XVIII в. В начале правления императора Петра I российское государство столкнулось с тяжелыми политическим, экономическим и культурным кризисами. Отставание России от ведущих европейских стран в этих сферах жизни было колоссальным. Петр I осознавал критическую важность образования для русского народа.

Возрождение в России идей просвещения объективно ускорило процесс создания отечественных учебных заведений. Об этом свидетельствуют официальные обращения в форме грамоты «о подаянии полномочной грамоты и крепости», санкционированной представителями церковной власти Петру I в 1696 г. о скорейшем создании в России новых учебных заведений «со свободными учениями полезным наукам». Мнения государственной и духовной властей в целом совпадали, когда император высказал мнение о европейских университетах: «Студентам всяких наук дано свободное учение, а грабежей и иных дурностей быти не допущают». Указом Петра I от 7 июля 1701 г. были введены преобразования в Славяно-греколатинской академии3. Петр I провозгласил ее первым государственным университетом в России. Ректором был назначен П. Роговский, получивший образование в европейских университетах Вильно, Оломоуца и Рима. В соответствии с Грамотой Петра I от 26 сентября 1701 г. Киево-могилянская коллегия получила статус академии4. Данная грамота явилась вторым законодательным примером регулирования высшего образования в России.

С начала XVIII в. в России указами монарха были учреждены новые учебные заведения, среди которых школа математических и навигацких наук (1701 г.)5, артиллерийско-инженерная (пушкарская) школа (1712)6, первое медицинское учебное заведение в России – медицинская школа (1707 г.)7. В 1714 г. в некоторых провинциальных городах были открыты «шифимые» школы. Они должны были решать задачи массового образования, т. е. «детей любого ранга обучать грамоте и рисункам». Петр I рассчитывал, что школы этого типа будут бесплатными для всех учеников. Всего до 1723 г. открыто 42 шифровальных школы с 1 389 учащимися. В 1715 г. была открыта морская академия, а также другие учреждения, в том числе школы для обучения иностранным языкам. Отдельные нормы права, регулирующие обучение, содержали воинский устав от 30 марта 1716 г. и морской устав от 13 января 1720 г. Были учреждены школы для солдатских детей – гарнизонные школы. В 1721 г. началось создание сети духовных (или епископских, епархиальных) школ для подготовки священников, а в 1725 г. количество этих школ достигло 45 с общим числом учеников около 3000. В 1724 г. Петр I принял уставы Академии наук и университетской гимназии, которые были открыты через несколько месяцев после его смерти. Формами первых учебных заведений в России являлись академия, университет, школа [1, с. 28–34].

По мнению автора, ошибочные положения относительно российского законодательства о высшем образовании были представлены в работах дореволюционных ученых М. Ф. Владимирского-Буданова и С. В. Рождественского. Они утверждали, что российское законодательство о высшем образовании XVIII в. носило спонтанный характер, что было вызвано отсутствием государственного планирования последнего. Данное утверждение не совсем верно, поскольку в XVIII в. были изданы два государственных плана развития высшего образования: Указ Петра I от 9 июня 1714 г. «О положении в делах образования и науки»8 и Регламент Академии наук и художеств в Санкт-Петербурге от 24 июля 1747 г.9

Единая национальная система учебных заведений: от идеи к созданию

В начале XVIII в. появились первые идеи об учреждении единой национальной системы учебных заведений. Например, первый посол России Б. И. Куракин в 1718 г. представил проект «Об учении в России». Основные положения проекта содержат следующие выводы:

– в России требуется создать общие и специальные университеты и академии;

– деятельность учебных заведений должна быть направлена на подготовку государственных служащих;

– профильными факультетами для подготовки специалистов в сфере государственного управления должны быть факультеты лингвистики, политологии, права, философии;

– следует преобразовать уже существующие российские учебные заведения на «международный манер»;

– необходима ликвидация административных препятствий для учебы в российских учебных заведений представителей всех сословий;

– требуется введение новейших факультетов астрономии, грамматики и риторики, математики, поэзии и др.

В подтверждение основных положений проекта автор акцентировал внимание на европейских университетах. Упоминается положительная практика обучения юристов и политологов в Германии, Италии и Франции. Были также отмечены католические университеты в Болонье, Вене, Вильно, Граце, Праге, Риме, Флоренции как пример «свободного порядка» управления образованием [2; 3; 9, c. 75].

Другим примером служат идеи императорского советника Алексея Курбатова. Он выступал за создание в Москве и Санкт-Петербурге академии свободных лингвистических, церковных, гражданских и военных наук. В провинциях Империи он предлагал создать различные образовательные учреждения для шляхетства и купечества. Планировалось учредить два учебных заведений на каждую губернию, финансирование осуществлять из монастырских домов. Предполагалось не вводить ограничения на обучение для сословий. Основные курсы учреждались по направлениям богословия, лингвистики, права и философии. Идеи советника Петра I были основаны на конкретной цели: русские студенты обязаны быть равными в науках с лучшими студентами Европы [10, c. 76–77].

Петр I поддерживал вышеуказанные идеи, что выражалось в его обращении с просьбами о консультациях к европейским ученым и деятелям в сфере образования. Обсуждались новейшие идеи российского академического и университетского образования, учреждение в стране направлений для подготовки специалистов для военных и гражданских чинов [11, c. 289]. Однозначно был решен вопрос о влиянии церкви на высшее образование. Духовным регламентом от 25 января 1721 г. высшее образование провозглашено светским, а Церковь могла создавать лишь отдельную систему епархиальных школ10. Соответствующие учебные заведения были созданы в Нижнем Новгороде, Санкт-Петербурге (1721 г.), годом позже в Харькове и Твери. В 1723 г. в Вятке, Казани, Коломне, Холмогорах. В 1724 г. в Вологде и Рязани и других городах. К 1727 г. было открыто около 40 школ [12, c. 180–194].

Становление высшего образования в России

Реформирование учебных заведений России было ориентировано на классическую европейскую систему образования. Идеи планировалось заимствовать из Германии, Голландии, Италии, Франции и др. стран. Данному процессу способствовала активная пропаганда идей «нового времени», что послужило катализатором развития законодательства о высшем образовании.

В соответствии с указом Петра I от 28 января 1724 г. в России была учреждена Петербургская академия наук, при которой открылся академический университет. Было закреплено положение о том, что в целях развития научной деятельности в России создаются два вида специализированных учреждений: университет и академия. Нормативно-правовые дефиниции указанных институтов были сформулированы следующим образом: «Университет есть собрание ученых, которые обучают молодых людей высшим наукам в том самом виде, в каком они теперь находятся. Академия есть собрание ученых и искусных людей, которые не только знают науки в их современном состоянии, но и сами стараются через новые изобретения их усовершенствовать и умножить, а обучением других не занимаются»11. Одни и те же лица могли состоять как в Академии, так и в университетах, с той лишь разницей, что их выполнение академических функций зависело от того учреждения, где в данный момент осуществлялась деятельность. В Академии не допускалось проведение занятий со студентами. Указом Петра I от 7 декабря 1725 г. был назначен первый президент Академии – Л. Л. Блюменрост12. Указ Екатерины I от 23 февраля 1725 г. «О приглашении ученых людей в российскую академию наук и о выдаче желающим въехать в Россию нужных пособий» был направлен на увеличение не только иностранных ученых в России, но и студентов13.

Базовые принципы функционирования указанных академических институтов были основаны на европейских образовательных традициях, что доказывает переписка Петра I, Готфрида Вильгельма Лейбница и Христиана фон Вольфа. Целью деятельности являлось «умножение и развитие наук». Российская Академия наук была создана на основе аналогичной академии в Париже [13, c. 147]. Однако принципиальное отличие отечественного учреждения заключалось в том, что его члены обязаны были вести педагогическую деятельность. Этот факт указывает на то, что Петр I старался воплотить в отечественной академической среде лучшую европейскую практику разных стран, где возможность преподавания учеными в университетах он увидел во время своего пребывания в Нидерландах.

Дальнейшее развитие законодательства о высшем образовании связано с реализацией новых идей об учреждении университетов. Императрица Елизавета Петровна утвердила 24 июля 1747 г. Регламент Академии наук и художеств в Санкт-Петербурге, где отражены основные направления развития российской высшей школы. Были изданы законодательные проекты14. Закреплены две формы учебных заведений – академия и университет. Планировалось открыть новый университет в Москве, который сочетал бы либеральные традиции российских университетов конца XVII в. и идеи государственного управления учебными заведениями15.

По мнению автора, закрепление соответствующих положений вполне объяснимо, так как в России поддерживалась идея организации обучения в соответствии с традициями средневекового университета (аналог доклас-сического университета в России). Не скрывалась симпатия к немецким учебным заведениям, которые сочетали черты средневекового университета и университета «новой Европы». О полезности немецкой образовательной практики высказывался М. В. Ломоносов [14, c. 312], что впоследствие было отражено в проекте Московского университета, который был принят 12 января 1755 г. Университет был учрежден именно в Москве по нескольким причинам: на тот момент в Москве проживало самое боль- шое число дворян и разночинцев; положение столицы географически было ближе к европейским государствам, чем, например, Санкт-Петербурга; наличие большого количества учителей и педагогов, которых содержали помещики. Как следует из указа, последнее обстоятельство играло особую роль, поскольку помещики, желая привить любовь к учебе своим детям, были прямо заинтересованы в финансировании университета. Правительство также было заинтересовано в поощрении и поддержке московских учителей и педагогов, поскольку именно последним отводилась особая роль в распространении научных и академических идей по все Империи, что могло повлиять на борьбу с ересью, невежеством и иными социально-негативными явлениями того времени16. Организации функционирования Московского университета был посвящен ряд указов Правительствующего Сената с 1756 по 1758 гг.17

Отдельным законодательным массивом, а также различными образовательными проектами была богата политика Екатерины II. Эпоха просвещенного абсолютизма своеобразно была отражена в законодательных актах правления императрицы18. Новые реформы в сфере образования включали разработку новых учебных планов для университетов. Под влиянием трудов европейских деятелей науки Коменского, Монтескье, Локка, Фенелона и др. провозглашались задачи высшей школы не только учить, но и воспитывать новое поколение в духе уважения к правам и свободам человека. В соответствии с проектом государственной комиссии «Для создания большего энтузиазма учащихся и лучшей жизни» от 24 июня 1766 г. формировались первые требования академического распорядка, литературы и требований к учебным дисциплинам: «Установить условия научного духовенства и для избежания ситуаций, которые приводят к злоупотреблениям и препятствуют хорошему учению, примерный каталог книг, который должен быть из библиотеки богословских семинарий, а также учить наукам светским и духовным» [10, c. 78–80].

Относительно действующих учебных заведений Екатерина II осуществила ряд преобразований:

– введение факультетов искусств и изящных наук (Манифест от 6 июля 1762 г.)19;

– создание классов российской юриспруденции в Московском университете (Манифест от 15 декабря 1763 г.)20.

Образованная в 1764 г. государственная комиссия всесторонне изучала опыт европейских университетов. Ф. Дильтей в своей работе «О учреждении разных училищ для распространения наук и исправления нравов» выдвигал идею создания новых университетов в Батурине (Малороссии) и Дерпте. Был рассмотрен вопрос о введении во всех российских учебных заведениях богословского и философского факультетов. Проект Д. Дидро в 1775 г. «План университета для русского правительства, или проект народного образования во всех науках» предусматривал учредить в России сеть учебных заведений, которые представляли бы собой отдельные учреждения, образуя единый учебный округ под названием «университет» [15, с. 76– 84]. В письме императрицы от 24 апреля 1775 г. к Г. А. Потемкину Екатерина скептически отреагировала на французскую модель. Тем не менее 30 сентября 1783 г. указом императрицы учреждалась Российская Академия, учеба в которой была организована по моделям французских академий21.

Положительно был воспринят опыт организации австрийских университетов и школы публичного преподавания всех наук для Российского правительства, предложенный Ф. М. Гриммом и др. [16]. Особое внимание уделялось «Венскому учебному плану» (Wiener Studienplan), автором которого являлся австрийский реформатор в сфере образования, профессор Венского университета, юрист Иозеф Зонненфельс. Его отдельные положения были санкционированы российским законодательством. Например, в указе Екатерины II от 7 ноября 1775 г. «Учреждении для управления Губерний Всероссийской империи» закреплено, что государство полностью обеспечивает высшее образование для неимущих, а для имущих обеспечивает его за умеренную плату22.

13 марта 1787 г. Екатерине был представлен проект университетского устава, в котором многие положения, заимствованные из практики западных университетов, были приспособлены к российской действительности. Речь здесь шла не об идентификации или механическом копировании западного опыта, но об адаптации и творческом усвоении накопленной на Западе культуры. Был использован также опыт Петербургского академического университета, связанного с деятельностью его ректора М. В. Ломоносова, а также устав Московского университета 1780 г., подготовленный И. И. Шуваловым. Согласно новому проекту устава в университете не было богословского факультета. Это было в свое время предусмотрено указом Екатерины 1786 г., в котором подчеркивалось, что «богословский факультет не должен входить в университеты, ибо по правилам, от предков наших принятым и от нас свято наблюдаемым, учение богословия присвоено училищам духовным».

Заключение

В связи с этим итогом более чем столетнего опыта формирования законодательства о высшем образовании явились попытки регулирования общественных отношений, исходя из преемственности европейского опыта функционирования университетов, с учетом государственных задач.

Автор отмечает ряд особенностей становления российского законодательства о высшем образовании XVII–XVIII вв.:

– формами учебных заведений являлись академия, университет и школа, однако с 1747 г. законодательно установлено 2 формы учебных заведений: академия и университет;

– вместо категорий «высшее учебное заведение», «образовательное учреждение» была использована категория «собрание ученых и учащихся людей»;

– в нормативных правовых актах отсутствовали правовые запреты на учебу в учебных заведениях представителей всех сословий;

– введены категории преподавателей и обучающихся «студент» и «доктор», что являлось русифицированным аналогом европейских академических категорий studens и doctor ;

– формами нормативных правовых актов являлись грамота, доклад, законодательные проекты, манифесты, проект (московского университета), регламенты, указы, уставы.

Таким образом, в связи с созданием первого учебного заведения в России издается первый нормативный правовой акт, регулирующий правоотношения в сфере высшего образования, – «Привилегия на академию». На протяжении XVII–XVIII вв. российское законодательство о высшем образовании содержало персональные нормативные правовые акты. Они имели строго адресный характер и регу- лировали деятельность учебного заведения, его преподавателей, студентов, а также иных участников академических общественных отношений. Так, непосредственно устанавливался объем полномочий, прав и обязанностей административного и преподавательского персонала, студентов и др.