Парламентские выборы в Германии и Австрии: причины успеха протестных сил

24 сентября 2017 г. в Федеративной Республике Германия состоялись выборы в национальный парламент. Как и ожидалось, первые 2 места заняли блок Христианской-демократический Союз / Христианско-социальный Союз (ХДС/ ХСС) и Социал-демократическая партия Германии (СДПГ). Однако третьей силой стала протестная партия «Альтернатива для Германии», сумевшая заручиться симпатиями 12,6% избирателей. И такой результат был достигнут с учетом того, что эта партия возникла лишь в начале 2013 г., а до этого времени протестным правым партиям в Германии ни разу не удавалось пройти в парламент. Несомненно, подобный крупный успех этой новой политической организации заслуживает подробного исследовательского рассмотрения.

Во-первых, среди причин успеха «Альтернативы» можно назвать успешную критику невнятной иммиграционной политики канцлера А. Меркель. К концу лета 2017 г. число людей с миграционными корнями достигло отметки в 18,6 млн чел., что составило 22,5% численности населения Германии в целом. Немцы из них составляют только 52%, тогда как остальные прибыли из других регионов мира, прежде всего Турции, Ближнего и Среднего Востока и Африки1. Большинство из них живут в старых землях, прежде всего в землях Северный Рейн – Вестфалия (почти 4,9 млн чел.), Баден-Вюртемберг (почти 3,3 млн чел.) и Баварии (почти 3 млн чел.)2.

Безусловно, такие показатели вкупе с плохой организацией приема беженцев вызывают страх и недовольство коренного населения [Германия 2016… 2017: 45]. Так, среди избирателей «Альтернативы» 97% сомневаются в успешной интеграции иммигрантов в германское общество3. С концептуальной точки зрения партия стремится возвести оборонительный националистический вал для защиты либерально-консервативных западных ценностей от восточного традиционализма и исламского фундаментализма. По замыслу, эта преграда, охраняющая национальное государство, будет пропускать в страну только тех иммигрантов, которые выразят готовность стать частью немецкого общества путем изучения языка и культуры принимающей страны1.

Во-вторых, «Альтернатива» сумела мобилизовать протестный электорат в восточных землях. В ходе предвыборной кампании 2017 г. сторонники протестной партии не могли рассчитывать на критическое отношение к иммиграции, поскольку эти регионы пострадали от наплыва беженцев в наименьшей степени по причине своей относительной социально-экономической слабости. Так, в земле Мекленбург – Передняя Померания разместились 102 тыс. прибывших, в Тюрингии – 131 тыс., а в земле Саксония – Ангальт – лишь 140 тыс. чел.2 В этой связи евроскептики были вынуждены искать другие пути привлечения симпатий избирателей.

Они умело комбинировали консерватизм и традиционные ценности с умеренным национализмом. Так, основной упор был сделан на тех избирателей, которые тяготятся политической корректностью, расценивают феминизм как угрозу семье, отрицают мультикультурализм и гомосексуализм как желательную норму [Германия 2014... 2015: 59]. Кроме того, тюрингский председатель Б. Хеке говорил о необходимости «пересмотра исторической политики на 180 градусов», об усталости от культа вины и потому требовал убрать «монумент позора» (мемориал Холокоста) из центрального Берлина3. Грамотно построенная предвыборная агитация позволила им получить высокую поддержку избирателей в землях бывшей ГДР, которые, как известно, не прошли процедуру денацификации после Второй мировой войны и ментально значительно меньше вовлечены в глобализацию, нежели население старых земель.

В-третьих, руководство «Альтернативы» сделало грамотный выбор главных кандидатов, выдвинув А. Гауланда и А. Вейдель. Первый является выраженным представителем консервативно-националистического направления в партии. Вторая же возглавляет либеральное крыло и является открытым представителем сексуального меньшинства. Выдвижение ее можно однозначно расценивать как заигрывание с либеральной частью населения ФРГ. Получилась своеобразная двуглавая партия, одна голова которой символизирует прогрессивный либерализм, а другая воплощает вечный и неизменный консерватизм.

В-четвертых, евроскептикам удалось успешно сломать систему запретов, которая долгое время выстраивалась народными партиями на политическом поле. Эту ситуацию можно проиллюстрировать на конкретном характерном примере. В июне 2017 г. в Бонне состоялся день Ашура, когда тысячи шиитов прошли по улицам города с голым торсом, громко выкрикивая религиозные лозунги и истязая себя кулачными ударами в память о мученической кончине имама Хусейна4. Основные средства массовой информации никак не оповестили жителей Германии об этом предельно непривычном зрелище. Однако эти новости все равно просачиваются, растет недоверие к прессе, а «Альтернатива» приобретает позитивную репутацию единственной партии, которая говорит правду и называет вещи своими именами [Германия 2016… 2017: 47].

К другим преимуществам «Альтернативы», обусловившим ее успешное высту- пление на федеральных выборах, можно отнести наличие обширной и глубоко проработанной программы, ориентация на разные электоральные группы вне зависимости от их политических взглядов, хороший уровень образования ее лидеров и высокий уровень конкуренции между ними, а также принципиальный отказ от сотрудничества с экстремистскими партиями и движениями [Трансформация... 2017: 17].

Таким образом, «Альтернативе для Германии» блестяще удались эти выборы. Партия ответила на идейно-политические запросы многих жителей и западных, и восточных земель, приняла грамотное решение по выдвижению кандидатов и составила убедительную предвыборную программу. Она смогла доказать, что мнение о том, что она набирает популярность только за счет финансового и иммиграционного кризисов, является заблуждением. Ведь евроскептики сумели не только грамотно обыграть проблемы, связанные с массовой иммиграцией, но и заручились поддержкой консервативной и националистической части немецкого населения. Они обратили навязываемый СМИ негативный образ к собственной выгоде, и 6 млн избирателей голосовали за «Альтернативу», очевидно, увидев в ней ту самую ранее не достающую партию, которая способна выражать их интересы и взгляды.

Вслед за выборами в германский парламент 15 октября 2017 г. состоялись выборы в Национальный совет Австрийской республики. Австрийская партия свободы (АПС), которая по традиции аккумулирует протестный электорат, неожиданно уступила второе место Социал-демократической партии Австрии (СПА), которое пророчили ей в соответствии с социологическими опросами. Победу же с результатом в 33% одержала Австрийская народная партия (АНП)1. Однако ее выступление в любом случае оказалось успешным. Набрав 25,9% голосов, она увеличила результат на 5,4% по сравнению с прошлыми выборами. В этой связи необходимо выяснить, чем обусловлен рост популярности АПС.

Во-первых, парламентские выборы подтвердили общественно-политическую тенденцию в Австрии, связанную с потерей популярности системными партиями. Она проявилась еще в 2016 г. в связи с президентскими выборами в Австрии, на которых основными кандидатами по итогам первого тура стали Н. Хофер (АПС) и беспартийный А. ван дер Беллен. Оба кандидата критиковали системные партии, хотя и с разных позиций. Выборы фактически стали провалом АНП и СПА, чьи выдвиженцы впервые за многие десятилетия не прошли во 2-й тур [Швейцер, Грибовский 2016: 3-4]. Это свидетельствует, что значительная часть населения испытывает разочарование в политике и готова отдать голоса протестным кандидатам, в частности АПС.

Во-вторых, заметную роль сыграл фактор Германии. Имея огромную языковую и культурную близость с этой страной, являясь фактически одним этносом с немцами, австрийцы в партийных предпочтениях так или иначе учитывают политические тенденции в стране-соседке. Сразу после успешного выступления «Альтернативы для Германии» на парламентских выборах стало ясно, что их результаты возымеют непосредственное влияние на электоральное поведение граждан Австрии и будут способствовать росту популярности АПС и ее председателя Г.-К. Штрахе. Интересно, что он лично сразу после выборов поздравил руководство «Альтернативы» с высоким результатом [Грибовский 2017].

Единственным фактором, сыгравшим отрицательную роль в электоральной динамике АПС, стал «перехват темы» – традиционный метод политической борьбы в этой центральноевропейской стране. Незадолго до выборов партии правившей до выборов коалиции решили не отдавать на откуп АПС столь выгодную и острую тему и немедленно принялись вносить изменения в политический курс. Так, были приняты решения об ужесточении мер по охране государственных границ, о запрете на ношение паранджи и хиджаба в общественных местах, об использовании браслетов на руках тех мигрантов, которые признаны опасными для гражданского населения. Иммигрантов и беженцев стали выдворять с территории Австрии, если те отказывались от предложенной работы. Специальный закон обязывал желающих остаться в Австрии изучать немецкий язык, австрийскую историю и культуру, а также местные законы1.

Канцлер и председатель СПА К. Керн выступил против новых квот ЕС для Австрии на прием беженцев и потребовал исключить страну из списка тех госу-дарстве-членов, которым вменялось разместить очередную волну мигрантов. Одновременно он потребовал от стран Вышеградской группы строго соблюдать ранее согласованные с Брюсселем планы по приему беженцев, пригрозив им лишением финансовой поддержки со стороны Евросоюза.

Считалось, что австрийские избиратели могут выразить солидарность с гражданами ФРГ, выразившими недовольство невнятной иммиграционной политикой канцлера ФРГ А. Меркель. Однако в предвыборный период лидер АНП С. Курц жестко критиковал блок ХДС/ХСС, пытаясь перехватить часть повестки дня АПС и предотвратить ситуацию, когда все австрийские граждане, недовольные потоками иммигрантов, поддержат Г.-К. Штрахе.

Таковы итоги недавних парламентских выборов и причины успеха протестных партий. Несомненно, выборы в бундестаг стали важнейшим этапом на пути «Альтернативы» к качественно иному статусу народной партии. Минимум на 4 года партия получила доступ к трибуне и будет пытаться закрепиться в германской партийно-политической системе, озвучивая болезненные общественные проблемы и тем самым еще больше наращивая электоральную базу. Австрийская партия свободы же набрала достаточное число голосов, чтобы вернуться в федеральное правительство. Евроскептики апеллируют к тому, что их с АНП коалиция уже существовала (2000–2006 гг.), и потому изъявляют желание вновь вступить в плодотворные переговоры с Народной партией.

Принципиально важно, что гражданское недовольство не ограничивается германоязычным пространством, а проходит по всей Европе, и в разных формах. Происходит резкое усиление протестного регионализма в испанской Каталонии и в итальянских провинциях Ломбардия и Венето. Недавние выборы в Чехии, на которых победу одержала «Акция недовольных граждан» под руководством А. Бабиша, подтверждают и продолжают протестную тенденцию. На европейском пространстве усиливаются тенденции к регионализации и даже фрагментации, а ответом на глобализацию и всеобщую унификацию становится рост национального самосознания европейских граждан и их стремление к суверенитету.