«Плавильный котел» на «низкой температуре»: применимость миграционного опыта США к России
Автор: Кетов И.В.
Журнал: Социальные и гуманитарные науки: теория и практика @journal-shs-tp
Рубрика: Социологические исследования-молодежь в современной России и за рубежом
Статья в выпуске: 1 (7), 2023 года.
Бесплатный доступ
Целью работы является анализ возможных способов преодоления недовольства и беспокойства к мигрантам у граждан России. Для анализа проблемы используется теория ассимиляции Р. Парка и концепция «Плавильного котла», которые оказываются несостоятельными для современной городской действительности. В противовес этим теориям приводится теория «жилищных классов» Дж. Рекса и Р. Мура, которая включает материальный фактор, упущенный теоретиками Чикагской школы. В работе анализируются плюсы и минусы данных теорий, а также их применимость к российской ситуации. Обнаруживается, что российское общество не готово полноценно воспринимать мигрантов и поддерживать их адаптацию. Мигранты, в свою очередь, не способны достаточно влиться в российское общество и стать его частью. Как вывод, приводятся направления работы с мигрантами, начиная от организации жилого пространства и материальной сферы до улучшения коммуникации между коренным населением и новоприбывшими. Для этого необходимо социализировать мигрантов, обучая их языку и культуре, а также улучшать взаимодействие в школе, где формируются будущие граждане России. Организация жилого пространства при этом является ключевым направлением для социологии архитектуры, так как возможная «геттоизированность» района опаснее для города, чем незнание языка, при этом его важность тоже не отрицается.
Социология архитектуры, гетто, «плавильный котел», мигранты, ассимиляция
Короткий адрес: https://sciup.org/147242824
IDR: 147242824 | DOI: 10.17072/sgn-2023-1-38-42
Текст научной статьи «Плавильный котел» на «низкой температуре»: применимость миграционного опыта США к России
Проблема миграции – это насущный вопрос в России, что с подвигает на новые исследования по этой теме у социальных исследователей. В России же исследования миграции и отношения к мигрантам является актуальным по нескольким причинам:
Во-первых, Россия является одной из самых миграционно активных стран. Высокая экономическая привлекательность, доступность рынка труда и приверженность свободе передвижения привлекают миллионы мигрантов из разных стран мира.
Во-вторых, миграция влияет на демографическую ситуацию в стране. Мигранты составляют значительную часть рабочей силы в России и вносят существенный вклад в экономику. Стабильный приток мигрантов может компенсировать сокращение численности населения, которое наблюдается в связи с низким уровнем рождаемости и высоким уровнем смертности. Однако, миграция также может вызывать социальное напряжение и конфликты, особенно в условиях ограничений на рынке труда или при недостаточных мерах по адаптации мигрантов.
В-третьих, отношение к мигрантам имеет важное значение для поддержания социальной стабильности в стране. Негативные стереотипы и предрассудки по отношению к мигрантам могут привести к дискриминации, нарушению прав человека и социальным конфликтам. Поэтому исследование отношения к мигрантам может помочь выявить причины и механизмы формирования негативного отношения, а также разработать меры для улучшения интеграции мигрантов, сохранения межнациональной гармонии и социальной справедливости.
Наконец, исследования миграции и отношения к мигрантам позволяют строить более эффективную политику в сфере миграции. Анализ данных и полученных результатов может помочь определить потребности мигрантов, улучшить механизмы регулирования миграционных процессов, повысить качество условий труда и гарантировать защиту прав мигрантов.
Данная проблема подтверждается и результатами социологических исследований1:
-
• Значительная доля населения России (25% респондентов) испытывает беспокойство по поводу мигрантов из Средней Азии. А также 11% респондентов отмечают усиление чувства беспокойства за последнее время. Это говорит о том, что проблема миграции остается актуальной и вызывает все большее волнение в обществе.
-
• Кроме того, 20% респондентов считают, что между местными жителями и мигрантами складываются плохие отношения. Это свидетельствует о нарастающих напряженностях и конфликтах между различными этническими группами в России.
-
• Данные также показывают, что 21% респондентов испытывают недовольство по поводу мигрантов. Это может быть связано с экономическими и социальными проблемами, а также с предубеждениями и стереотипами о мигрантах.
-
• Кроме того, 24% респондентов отрицательно относятся к возможности, что мигранты могут поселиться рядом с ними. Это указывает на то, что существует определенное расовое и/или этническое неприятие в отношении мигрантов.
-
• Данные от ВЦИОМ1 подтверждают, что 39% россиян считают, что отношения между представителями разных национальностей стали более напряженными в последние годы. Это также указывает на проблемы и конфликты, связанные с миграцией.
Таким образом, представленные данные показывают, что есть значительная прослойка граждан в России, которые испытывают беспокойство, недовольство и/или отрицательные эмоции по отношению к мигрантам. Анализ возможных способов преодоления данного недовольства и беспокойства из-за мигрантов у граждан России и является целью работы.
Вначале нам необходимо понять проблему. Социологи города уже более ста лет занимаются темой миграции и эмигрантов. Так, например, один из первопроходцев в социальных исследованиях города Р. Парк выделил 4 этапа ассимиляции мигрантов в городе [1]:
-
1. Конкуренция между мигрантами и людьми из новой среды.
-
2. Конфликты и соперничество.
-
3. Аккомодация или приспособление к новой среде.
-
4. Полная ассимиляция в принимающее сообщество.
Р. Парк использовал эту теорию для изучения миграционных процессов в США. В результате процесса ассимиляции формируется новый тип личности, называемый «маргинальной личностью», которая сочетает черты прежнего общества и особенности нового образа жизни. Р. Парк также выдвинул гипотезу о том, что интенсивная миграция может отрывать людей от традиций и помещать их в маргинальное состояние.
По сути, эта теория дает нам мало полезной информации и представляет из себя лишь идею, которая заключается в том, что любой человек, любой национальности, попадающий в другое общество, через определенные этапы «притирки» полностью погружается в сообщество. Иначе эта идея называется «плавильный котел». Однако это лишь идея, которая показала свою несостоятельность по нескольким причинам [2]:
-
• Оказалось, что существуют мигранты способные создавать свое общество внутри другого общества, так называемые общины или гетто.
-
• Сам процесс ассимиляции является в такой же мере задачей местного населения, в какой и самих мигрантов, а может даже и в большей мере.
-
• Кроме этого, упускается из внимания материальный фактор, о котором мы поговорим далее.
Говоря о материальном факторе, мы воспользуемся теорией «Жилищных классов» Дж. Рекса и Р. Мура [3], которые совместили идею концентрических зон Р. Парка и Э. Берджесса [4] и теорию классов Вебера. По их мнению, доступ к жилью является ограниченным и зависит от распределения ресурсов между жителями города. Местным жителям достаются более хорошие жилищные условия из-за их статуса и дохода, они могут воспользоваться различными социальными программами и уехать из плохо жилья, в отличие от мигрантов. Так, в Бирмингеме под программу расселения трущоб попали люди, которые прожили там 5 лет, однако под эти условия не попали мигранты, поэтому из трущоб уезжало только белое население, в то время как мигрантов игнорировали. Таким образом формировалась сегрегация мигрантов, которые были заточены в центре города в трущобах. Для того, чтобы вырваться из этого жилья, мигранты стали сдавать свое жилье другим мигрантам, что привело ко все большей концентрации, становилось все теснее, а белое население еще поспешнее уезжало из этих районов, так и образовались гетто.
Таким образом, главным упущением теории «плавильного котла» является невнимание к материальному фактору и абсолютизация культурного. Люди должны соприкасаться с другой культурой, а не сбегать от нее, и социальное неравенство этому не способствует.
С помощью архитектуры можно как развивать, направлять и развивать, так и контролировать и замедлять мобильность населения. Все эти методы подробно описаны у М. Фуко в его работах об эпидемии чумы, где население расселяли и организовывали пространство города для наибольшей эффективности борьбы с болезнью [5, с. 285–292]. Эти же идеи содержатся в его описании казарм, в которых каждый элемент помещения рассчитан на контроль за солдатом, и предостережения его от запрещенных действий [5, с. 249–259]. Так, в социологии архитектуры есть гипотеза о том, что определенная застройка не способствует развитию социальных связей. Например, большие дома, с тысячами квартир, чисто физически не способны создавать плотную коммуникацию соседей. К тому же районы с такой застройкой чаще всего сталкиваются с проблемой нехватки инфраструктуры. Поэтому к таким районам относятся как к неблагополучным и скорее опасным. Так как жилье там недорогое, чаще всего туда переселяют из аварийного жилья, жилья под снос и т.д. Так данные районы стигматизируются как «гетто». Однако на данный момент они не являются «гетто» в прямом смысле слова, как институте социального неравенства, воплощенного в пространстве, а пока только в воображаемом будущем. Однако из-за стигматизации данных районов, люди, которые могут себе позволить уехать, делают это, и чаще всего это местное население. При этом никто не занимается проблемами этого жилья, не старается развивать инфраструктуру, улучшить отношения с соседями. Жилые квартиры начинают отдавать под аренду, в них, в свою очередь, заезжают мигранты из-за более низкой цены, при этом мигранты, которые проживают в России постоянно, уже покупают жилье в подобных районах, из-за чего перегруженная инфраструктура района находится на грани коллапса [6].
В силу культурных и социально-экономических условий мигранты из Средней Азии заводят больше детей, и переезжая забирают их с собой, что повышает концентрацию населения. Так, где местный житель будет заселяться с семьей, включающей 3-4 человека, мигрант будет заселяться с семьей, состоящей примерно из 7-10 человек. Поэтому несмотря на то, что сейчас и нельзя назвать данные районы «гетто», но в скором будущем они могут ими оказаться, когда оттуда уедут местные жители, а останутся лишь мигранты.
В социологических исследованиях, приведенных выше, указано, что мигранты приезжают работать на те места, на которые не претендуют россияне. Следовательно местные жители и мигранты не соприкасаются друг с другом ни в работе, ни в жилищной сфере, что отрезает всякую возможность наладить контакт. При такой ситуации мигранты исключаются из общественной жизни, но при этом они существуют. Конечно, в России не образуются «гетто», о которых писал Л. Вирт в своей работе [7], в которой он описал, что гетто образуется в результате того, что районы с гомогенным населением замыкаются в себе и создают свои социальные институты, свою инфраструктуру, однако из -за относительной бедности и высокой преступности в таких районах, они становятся неприятным местом в городе. Так гетто поддается определенной стигматизации и определяется как недружелюбный, опасный, его начинают избегать, что и приводит к исключению мигрантов. Нам необходимо предотвратить образования подобных районов в будущем.
Как успешный проект возьмем пример планово-промышленного расселения в СССР [8], в котором жилье строили под конкретное предприятие, на которое распределяли людей. Так люди, приехавшие из разных уголков страны, могли работать и жить в одних местах, что способствовало ассимиляции и образованию нового общества, лишенного национального конфликта. Конечно, мы не предлагаем взять на вооружение эту стратегию, так как сейчас это больше похоже на ограничение свободы для блага государства. Однако нельзя не отметить эффективность подобной системы, в которой присутствовали дружелюбные соседские отношения, также можно выделить ту черту, которая здесь выделяется и является ключевой, а именно совместная деятельность. Совместная деятельность продуцирует новые взаимоотношения и вне работы, соседям проще обсудить совместные проблемы, если они уже знают друг друга, или проще узнать друг друга из-за того, что они коллеги.
Совместная деятельность возможна и в другом типе застройки, малоэтажном [9], где все соседи знают друг друга, где они способны самоорганизовываться для решения общих проблем. Другим общим социальным институтом, является школа [10], как место, где родители могут встретиться с другими родителями и совместно решать, по меньшей мере, вопросы обучения, хотя и здесь все будет непросто, так как мигранты-родители могут не знать или плохо знать русский язык, а также могут не приходить на родительские собрания, быть в России только полгода, потом уезжать и прочие трудности, которые затрудняют коммуникацию, но все же это одно из важнейших направлений работы. Другим направлением является обучение мигрантов в языковых школах [11], где их будут социализировать в российском обществе, где они смогут понять нашу культуру и язык. Все это является совместной деятельностью, что приводит к снижению национальной напряженности.
Итак, посредством анализа опыта США как одного из самых популярных направлений изучения миграции в ХХ в. были выделены ошибки и выводы, которые позволяют сформировать нам направления работы с мигрантами в России, являющейся одним из центральных регионов миграции на востоке. Так, необходимо воздействовать снизу вверх от организации жилого пространства, материальной сферы, к улучшению коммуникации коренного населения и новоприбывшего, для этого необходимо социализировать мигрантов (обучать их языку и культуре), а также улучшать взаимодействие в школе, где образовываются новые граждане, которые должны в будущем работать с людьми, которые приехали в Россию.
Список литературы «Плавильный котел» на «низкой температуре»: применимость миграционного опыта США к России
- Park R.E. Human Migration and the Marginal Man // American Journal of Sociology. Vol. 33. No. 6 (May, 1928). pp. 881-893.
- 2.Жестянников С. Г., Назаров В. Ю., Савельев Н. В. Интеграция мигрантов: поиск эффективной модели // Вестник Московского университета МВД России. 2012. №10. С. 37–39.
- Race J., Moore R. Race community and conflict: a study of Sparkbrook // Institute of Race Relations by Oxford U.P. London, New York, 1967. – 332p.
- Блинова М. С. Миграции населения: подход социологов Чикагской школы // Вестник Московского университета. Серия 18. Социология и политология. 2011. №4. С. 172–189.
- Фуко M. Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы // Пер. с фр. В. Наумова под ред. И. Борисовой. M.: Ad Marginem, 1999. – 480 с.
- Кетов И.В. Применимость понятия «Гетто» к современным городам России // Актуальные проблемы развития человеческого потенциала в современном обществе. Материалы IX Всероссийской (с международным участием) научно-практической конференции. Пермь: ПГНИУ, 2022. – С. 32–38.
- Wirth L. The Getto // American Journal of Sociology. 2008. №1. pp. 57–71.
- Меерович М. Г. Расселение в СССР в начальный период индустриализации // Вестник ТГАСУ. 2014. №1. С. 31–17.
- Максакова А.Н., Горбунова В. С. Малоэтажная жилая застройка: плюсы и минусы // ПНиО. 2013. №6. С 183–187.
- Рыбакова Е. В. Совершенствование и развитие образовательной деятельности школы в сфере работы с учащимися-мигрантами // Педагогика. Вопросы теории и практики. 2022. №1. С 16–24.
- Лысакова И. П. Русский язык как инструмент интеграции мигрантов в российский социум // МИРС. 2007. №1-2. С. 9–11.