Подготовка партийных кадров в СССР: обзор советской и современной российской историографии

гического) воспитания представителей партийной номенклатуры. Осуществлявшаяся в специализированных партийных учебных заведениях (академии общественных наук при ЦК КПСС, высших партийных школах, советско-партийных школах), а также в Академии народного хозяйства при Совете Министров СССР, на курсах при партийных комитетах и в системе обеспечения партийного резерва (университеты марксизма-ленинизма) подготовка ПСК формировала задаваемые КПСС параметры профессиональной компетентности советского управленческого класса.

Исторические исследования данной проблематики помогают расширить имеющиеся знания о том, каким образом формировались управленческие кадры в Советском Союзе, какие педагогические приемы использовались для их обучения и подготовки, а также какие факторы влияли на эффективность этой системы. Осмысление исторического процесса, на наш взгляд, возможно только через систематизацию того, что уже было проанализировано, изучено и описано предшествующими поколениями исследователей.

Данная статья ставит целью провести историографический обзор советской историко-партийной и современной российской историографии, посвященной проблемам подготовки ПСК в СССР, обозначив по его результатам историографические лакуны, требующие внимательного изучения исторической наукой.

Методология исследования . Исследование концептуально опирается на основные положения теории элит, теории бюрократии и теории нового класса, изложенные в работах Г. Моска (1994), В. Парето (2011), М. Вебера (2018), А.Г. Авторханова (1991) и М.С. Восленского (2005). Данные ученые сформулировали идею стратификации общества на две неравные группы – управляющих и управляемых; преобразование политики в профессию, требующую наличия специфических навыков и разделения общественных функционеров на профессиональных политиков и чиновников, а также превращение руководящих ПСК в господствующий класс советского общества (номенклатуру).

Анализируя историографию проблемы подготовки ПСК в СССР, мы исходили из того, что большинство отечественных исследований базируется на принципиально разных методологических подходах: советская историко-партийная историография рассматривала проблему подготовки ПСК с позиций марксистско-ленинской методологии, а современная российская – базируется на теориях элит, бюрократии, нового класса и модернизации.

По критерию происходивших крупных изменений в общественно-политической жизни нашей страны, субъективных и объективных факторов развития политических институтов мы выделили восемь хронологических этапов развития отечественного исторического знания о подготовке ПСК: 1) 1918–1927 гг.; 2) 1928–1955 гг.; 3) 1956–1964 гг.; 4) 1965–1985 гг.; 5) 1985–1991 гг.; 6) 1992–1999 гг.; 7) 2000–2013 гг.; 8) 2014 – настоящее время.

Результаты . Первый период советской историко-партийной разработки проблемы охватывает временной промежуток от начала Гражданской войны в России до завершения НЭПа (1918– 1928 гг.). Пришедшие к власти большевики столкнулись с необходимостью решения задачи подбора, расстановки и обучения преданных новой власти управленческих кадров в условиях отказа в доверии к дореволюционной бюрократии и невысокого профессионального и общекультурного уровня подавляющей массы ПСК. Способ решения данной задачи был найден в механизме выдвижения на руководящие («номенклатурные») должности преданных кадров, проходивших ускоренное обучение в создаваемых советско-партийных школах (далее – СПШ) и коммунистических вузах.

Организация последних была возложена на созданный в системе Наркомпроса РСФСР Главполитпросвет, сотрудники которого во главе с Н.К. Крупской, опираясь на наследие В.И. Ленина, предприняли в 1920-е гг. попытку теоретически разработать систему партийно-политической подготовки кадров в СПШ и комвузах: было определено содержание учебных программ, осуществлен подбор преподавателей и слушателей, обеспечена связь обучения с реальной жизнью и т. д. (Крупская, 1922; Милютин, 1930; Рындич, 1925). Представлявшие «старую партийную гвардию», претендовавшую на знание «истинного Ленина», первые организаторы СПШ и комву-зов к концу 1930-х гг. были вытеснены на обочину партийной жизни (например, Н.К. Крупская) либо физически уничтожены в ходе сталинских репрессий (например, заместитель заведующего подотделом совпартшкол Главполитпросвета А.Ф. Рындич, расстрелянный в 1937 г.).

Второй период (1928–1956) охватывает время модернизации народного хозяйства, Великой Отечественной войны, «послевоенного сталинизма» и начала функционирования «коллективного руководства» в КПСС после смерти И.В. Сталина. В этот период, завершивший бюрократическую революцию в партии, была обеспечена единоличность власти в стране и укрепление командноадминистративной системы управления экономикой, доказавшей свой высокий мобилизационный потенциал в годы Великой Отечественной войны. И.В. Сталин становится практически единственным живым авторитетом по вопросам партийного строительства и кадровой политики. Его выступ- ления, а также решения съездов и постановления ЦК партии превращаются в основу, вокруг которой создаются научно-популярные работы и лекционные курсы для системы партийной учебы (Фомин, 1953; Шаталин, 1944), а также по истории КПСС (Волин, 1939; Мамай, 1954).

Несмотря на смерть И.В. Сталина, его концепция кадровой политики КПСС продолжила воспроизводиться в диссертационных исследованиях, защищавшихся по проблемам подбора, подготовки и расстановки ПСК в 1953–1955 гг.1 Реферативный характер этих диссертаций, фактическое отсутствие в них исследовательской компоненты, основанной на содержательном анализе образовательных программ партийных учебных заведений, репрезентации данных по преподавателям и слушателям, сочетались с догматизацией идей В.И. Ленина, И.В. Сталина и масштабным цитированием новых «коллективных» руководителей страны и партии (Г.М. Маленкова, Н.С. Хрущева, Н.А. Булганина и др.).

Третий период (1956–1964) в изучении темы подготовки ПСК в СССР пришелся на эпоху десталинизации, наступившую после XX съезда КПСС 1956 г., а также на провозглашённый на XXI (1959 г.) и XXII съездах партии (1961 г.) этап вступления страны в непосредственное строительство коммунизма. Противоречивость этого периода была связана с попыткой сочетать несочетаемое: развенчание «культа личности» И.В. Сталина использовалось Н.С. Хрущевым как инструмент для превращения режима «коллективного руководства» страной в единоличную власть и формирование собственного культа личности, осуждение политики сталинских репрессий носило очень адресный характер, а декларируемое возвращение к «ленинским нормам партийной жизни» плохо сочеталось с сохранением созданной в 1930-е гг. модели управления страной и партией.

Противоречивость политического курса 1956–1964 гг. отражалась и в работах историков КПСС, которые при разработке вопросов профессиональной подготовки и идеологического воспитания ПСК не могли выйти за пределы комментирования принятых решений партийных орга-нов2 (Быков, 1964; Мощевитин, 1962).

Четвертый период разработки проблем подготовки ПСК в СССР (1965–1985) характеризуется нарастающим конфликтом между меняющимся обликом ПСК, в составе которых начинают доминировать технократы, пытающиеся действовать рационально на основе знаний, полученных в вузах и на производстве, и сохранением старых форм политического контроля. Выдвижение на руководящую работу к началу 1980-х гг. фактически осуществляется на кастовой основе из слоя партийно-советской номенклатуры и внешне оформляется через вступление в партию и демонстрацию лояльности к идеологическим догматам КПСС.

В этих условиях партийные учебные заведения, а также исследования вопросов политического образования превращаются в замкнутую систему сохранения ритуального догматического знания и воспроизводства теоретических кадров по общественным наукам. Появлявшиеся в этот период работы для обеспечения функционирования системы партийной учебы (Барткевич, 1980; Трунов, 1981; Яцков, 1976 и др.), а также диссертационные исследования3 были посвящены в основном вопросам дальнейшей догматизации вопросов кадровой политики КПСС, развития методики коммунистического воспитания масс, а также противодействия «буржуазным фальсификациям» советского общественно-политического строя. Крупным исследованием, посвященным подготовке ПСК в СССР через систему совпартшкол и комвузов, становится в этот период докторская диссертация Л.С. Леоновой4.

Пятый период развития историко-партийной историографии приходится на 1985–1991 гг. Либерализация внутрипартийных и властно-общественных отношений в стране после апрельского пленума 1985 г. и ХХVII съезда КПСС 1986 г. приводит к изменению исследовательской конъюнктуры. Начинается переосмысление методологических подходов и расширение источниковой базы. На разработку темы подготовки ПСК серьезное влияние оказывают работы, рассматривающие процесс формирования в СССР тоталитаризма и партократии (Авторханов, 1991; Во-сленский, 2005 и др.). Защищаются кандидатские диссертации А.А. Шевлякова1, Н.Р. Штанако-вой2, докторская диссертация В.Ф. Печерицы3 и др., посвященные периодизации кадровой политики КПСС, подготовке и воспитанию ПСК в регионах. В то же время сохраняющаяся закрытость партийных архивов и ограниченный доступ к зарубежной литературе не позволяют сделать вывод о коренных изменениях в изучении подготовки ПСК до начала 1990-х гг. За рамками рассмотрения партийных историков КПСС осталась эффективность работы высших партийных школ и карьерные пути их выпускников.

Шестой этап изучения темы подготовки ПСК начинается с запрещения российскими властями в ноябре 1991 г. деятельности КПСС и подписания лидерами России, Украины и Белоруссии в декабре того же года так называемых «беловежских соглашений», юридически оформивших распад СССР4. На данный период приходятся: формирование в стране институциональных основ рыночной экономики, номенклатурная приватизация основных отраслей народного хозяйства, принятие на всенародном референдуме Конституции РФ5, закрепившей многопартийную политическую систему, разделение властей и начало формирования профессионального внепартийного чиновничества, а также деидеологизация и коммерциализация высшего образования, появление новых специальностей «Менеджмент» и «Государственное и муниципальное управление» и трансформация бывших партийных учебных заведений КПСС в кадровые центры, а затем концентрация их функций в деятельности академии государственной службы.

Содержание историографии этого этапа определяется новыми условиями работы архивов, а также изменением исследовательских подходов к рассмотрению проблемы ПСК с историко-партийных на элитатистские. В работах ученых преобладают негативные оценки номенклатуры как инструмента кадрового обеспечения советского тоталитарного режима. В этот период защищают диссертации по проблемам функционирования региональных политических элит советского периода Н.С. Нижник6, А.И. Портнягин7, А.Е. Черемнов8, В.П. Мохов9, С.А. Караулов10 и др. Значительное внимание ими уделяется определению места региональных ПСК в системе политической власти СССР, дается характеристика факторов их социального происхождения и образовательного уровня, прослеживается характер взаимоотношений руководства СССР с региональными элитами. Несмотря на новизну проблем, рассматриваемых в работах указанных авторов, за пределами их внимания осталась образовательная деятельность в партийных учебных заведениях КПСС.

Седьмой этап развития отечественной историографии пришелся на 2000–2013 гг. Он начинается с избрания гражданами России президентом страны В.В. Путина. На данный период приходится: создание в стране президентской «вертикали власти», в которой администрация президента

РФ, а также аппараты полномочных представителей в федеральных округах фактически взяли на себя функции ЦК КПСС в части подбора и расстановки руководящих кадров для системы публичного управления, а также контроля за внутренней политикой в стране; формирование в стране массовой проправительственной партии «Единая Россия», контролирующей Госдуму и региональные парламенты; создание единой системы подготовки, переподготовки и повышения квалификации кадров для государственного, муниципального и хозяйственного управления на базе Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ (далее – РАНХиГС).

Изучение проблем подготовки ПСК становится в этот период отдельным исследовательским направлением в исторической науке. Появляются работы по проблемам формирования и подготовки ПСК на уровне отдельных регионов: в Иваново-Вознесенской, Костромской и Ярославской губерниях в 1920-е гг. (Никонов, Барунов, 2010), на Северном Кавказе в 1930-е гг. (Иванцов, 2011), в Оренбургской области в 1960–1980-е гг. (Пахомов, 2013), в Республике Коми в первой половине 1980-х гг. (Минаева, 2012). Активно защищаются также кандидатские и докторские диссертации по проблематике кадровой политики КПСС и подготовке ПСК1. В трудах этого периода рассматриваются изменения в механизме комплектования партийно-советского аппарата, анализируется образовательный уровень его работников, вехи их политической социализации, предэлитная трудовая деятельность, а также соотношение классовых, партийно-политических и деловых критериев подбора руководящих ПСК.

Заслуживает внимания вывод, к которому пришел в своем исследовании А.В. Федоров, о том, что руководство КПСС в конечном итоге стало заложником той системы расстановки кадров, на которую опиралось и с помощью которой поддерживало контроль над экономикой и общественной жизнью страны2.

Восьмой этап развития отечественной историографии, начавшийся в 2014 г., продолжается и в настоящее время. Его отправной точкой стало воссоединение 17 марта 2014 г. Крыма с Россией, не признанное мировым сообществом и повлекшее за собой международные санкции против нашей страны. На данный исторический период приходится: смена возрастных поколений в стране – последнее советское замещается миллениалами и центениалами, которым присуще постматериалистское мировоззрение; укрепление национального суверенитета России, начало в 2022 г. специальной военной операции на Украине, запуск в стране масштабной программы переподготовки высших управленческих кадров («Программа кадрового резерва» РАНХиГС) и начало обновления политических элит.

В этот период продолжаются исследования, посвященные подготовке ПСК в СССР в различных регионах страны и в разные временные периоды (Моисейченко, 2014; Родионов, 2018; Рябченко, Золотарева, 2019 и др.). Публикуются работы, посвященные отдельным аспектам развития партийных учебных заведений – Московской, Ленинградской и Горьковской высших партийных школ, а также Института красной профессуры (Никульшин, 2018; Лихтин, Бесчасная, 2022; Халин, Акимова, 2022; Долгова, 2020). Проходят защиты новых кандидатских и докторских диссертаций по рассматриваемой тематике3.

Таким образом, отечественная историография проблемы подготовки ПСК прошла путь от теоретического обобщения практических вопросов строительства совпартшкол и комвузов в стране до крупных региональных исследований номенклатурного корпуса советского периода и фактографических обзоров истории развития отдельных высших партийных учебных заведений КПСС.

Обсуждение . Проведенное нами исследование показывает, что представителями советской историко-партийной историографии были достигнуты значимые результаты в изучении системы подготовки ПСК в СССР: обобщен опыт реализации основных направлений кадровой политики КПСС; опубликованы исследования, посвященные деятельности региональных организаций КПСС по подбору, подготовке и расстановке ПСК; накоплены архивные материалы, характеризующие образовательный и профессиональный состав ПСК. Таким образом, создан значительный научный потенциал для исследования кадровой политики КПСС. Однако ограничения концептуальных и методологических подходов, применяемых к исследованию темы, блокировали объективное рассмотрение кадровых процессов, делали идеолого-догматический и статистический подходы наиболее предпочтительными методами исследования.

В современной российской историографии проблема подготовки ПСК большинством исследователей чаще всего рассматривалась в рамках общих вопросов политической истории СССР, технократической революции послевоенного периода, а также вызревания в системе взаимодействия региональных элит с центром центробежных тенденций. Ощущается явный недостаток работ, посвященных педагогическим технологиям подготовки ПСК в партийных учебных заведениях КПСС, особенно в регионах, отсутствуют комплексные исследования кадрового состава преподавателей и слушателей партшкол, а также анализа результативности их деятельности.

Выявленные особенности современного состояния отечественной историографии по проблеме подготовки ПСК в СССР дают основание обозначить лакуны, требующие дальнейшей разработки специалистами:

• –    основанное на архивных материалах изучение утверждавшихся региональными партийными организациями КПСС планов подготовки и повышения квалификации ПСК, а также отчетов об их исполнении;

• –    анализ динамики изменения в советский период организационной структуры, образовательных программ, учебных планов и кадрового состава преподавателей и слушателей партийных учебных заведений КПСС;

• –    рассмотрение вопросов развития системы партийного образования в Ленинграде, в том числе влияния работы Ленинградской высшей партийной школы КПСС на состояние кадрового обеспечения партийного аппарата Ленинградского обкома КПСС, обл- и горисполкомов.

Заключение . Кадровая политика КПСС к середине 1980-х гг. перестала отвечать потребностям не только социально-экономического развития страны, но и интересам самой партийносоветской номенклатуры. Изменился социальный облик партийно-советских управленцев. В их составе стали доминировать представители инженерно-технической интеллигенции, пытающиеся действовать рационально на основе знаний, полученных в вузе и на производстве. Стремление к прагматизму, более свободному от идеологических догматов, к рационально обоснованным решениям при сохранении в стране старых административно-командных форм политического управления вело к тому, что интересы большинства ПСК вошли в противоречие с политикой КПСС, и явилось одной из причин распада Советского государства.

Замена мобилизационного подхода к комплектованию и подготовке ПСК подбором кандидатур в зависимости от наличия у субъектов профессиональных управленческих компетенций, в большей степени формировавшихся высшим образованием, а не навыками использования административного ресурса, приводит к концу 1980-х гг. к сворачиванию деятельности партийных учебных заведений КПСС.