Политика РФ в области развития университетской науки: оценки научного сообщества

Введение . Актуальность вопросов, связанных с текущей государственной научно-технической политикой России вообще и политикой по отношению к вузовскому сектору НИОКР в частности, не вызывает сомнений. Факторы, определяющие ее вкратце, могут быть сведены к следующим: 1) стоящие перед Россией большие вызовы (в том числе технологические) и, следовательно, необходимость адекватного ответа на них; 2) столь же острая потребность обеспечения и поддержания технологического суверенитета России, о чем неоднократно упоминалось в выступлениях Президента РФ (в том числе в его посланиях Федеральному Собранию РФ) (Знаменский, Елизарова, 2023).

Следует заметить, что значимость науки в жизни страны, в том числе в обеспечении государственного суверенитета и престижа России, осознается не только политическим руководством страны и экспертами, но и обществом. Как показывают результаты исследований ВЦИОМ 2016 г., достижения отечественной науки составляли предмет гордости для 82 % россиян (в то время как в 2014 г. значение аналогичного показателя равнялось не более чем 60 %)1. Результаты последних мониторинговых опросов ВЦИОМ по данной тематике (февраль 2025 г.) показывают возрастание интереса россиян к достижениям отечественной науки и техники (порядка 85 %2 по сравнению с 60 % в 2021 г.3 и 44 % в 2013 г.), причем повышенный интерес к науке проявляют порядка 23 % опрошенных. Более 80 % респондентов отметили технологическое лидерство как фактор национальной безопасности и суверенитета страны, а 63 % считают, что научно-технологическая сфера в современной России находится на подъеме (в 2021 г. этот показатель составлял 55 %).

Проблематика взаимодействия власти, научного и академического сообществ неоднократно затрагивалась в трудах отечественных политологов. Главным образом исследователей интересовали и продолжают интересовать следующие аспекты данного вопроса: 1) развитие государственного управления (Бабошкин, Мамычев, 2024), а также технологий формирования и реализации государственной политики в целом (Кочетков, Мамычев, 2023); 2) формирование и реализация государственной политики в области науки и технологий (Остапюк, Фетисов, 2022); 3) проблемы развития собственной университетской науки в современной России (Видревич, 2023).

В связи с этим представляется справедливой точка зрения К.П. Литвиновой, отмечавшей, что прежняя позиция университетов, сводившая роль вузов исключительно к профессиональной подготовке студентов, уже никого не удовлетворяет (Литвинова, 2015). Немаловажными являются также подчеркнутые И.В. Куприяновым тенденции к устареванию прежних методов осуществления государственной научно-технической политики ввиду масштабности и фундаментальности предстоящего научно-технического прорыва (Куприянов, 2020). Кроме того, актуальность настоящего исследования определяется необходимостью совершенствования как системы управления современной высшей школой вообще (Гаганова, 2025), так и механизмов взаимодействия государства, бизнеса, гражданского общества с вузовским сообществом по вопросам эффективного использования и развития научного потенциала российских университетов в частности.

Объектом настоящего исследования выступает политика Российской Федерации в сфере развития научного потенциала высшей школы, а предметом – отношение представителей вузовского сообщества к данной политике. Цель исследования заключается в эмпирической проверке гипотезы о наличии консенсуса между российским вузовским сообществом и властью по поводу приоритетов научно-технологического развития России, в частности развития научного потенциала отечественной высшей школы. Для достижения цели научной статьи выделены следующие задачи:

• –    оценка вузовским сообществом текущей политики Российской Федерации в сфере науки и технологий;

• –    определение степени осведомленности научно-педагогических работников отечественных вузов о принимаемых мерах по развитию научного потенциала высшей школы;

• –    сопоставление фактического и желаемого (надлежащего), по мнению респондентов, участия различных общественных и публично-властных институтов в процессах формирования, реализации и оценки государственной политики по развитию научного потенциала высшей школы.

Новизна исследования заключается в эмпирической проверке гипотезы авторов о наличии консенсуса между властью и вузовским сообществом относительно государственной политики в области науки и технологий, а также в сопоставлении фактического и надлежащего набора участников процессов формирования, реализации и оценки научно-технической политики Российской Федерации.

Методы . Обозначенная цель, а также объект и предмет исследования обусловили необходимость обращения к социологическим методам сбора информации, а именно – к экспертному опросу посредством анкетирования. Всего в опросе приняло участие свыше 200 научно-педагогических работников из 20 вузов различного профиля: классические университеты⁴, технические⁵, гума-нитарные⁶ и экономико-управленческие⁷ вузы.

Исходя из поставленных задач исследования, респондентам было предложено дать оценку, насколько активно те или иные общественные и публично-властные институты участвуют в определении приоритетов политики РФ по развитию вузовского научного потенциала, ее реализации и осуществлении обратной связи. В конкретном плане речь шла о следующих институтах: а) политические партии; б) Общероссийский народный фронт; в) союзы и ассоциации предпринимателей; г) региональные органы государственной власти; д) органы местного самоуправления; е) РАН и иные государственные академии наук; ж) Российский союз ректоров; з) Российский союз молодых ученых. Кроме того, в рамках опроса предполагалось выявить мнение экспертов относительно того, как политические институты должны принимать более активное участие в рассматриваемых процессах.

Результаты . Оценка вузовским сообществом политики РФ в отношении научного потенциала вузов. Результаты проведенных одним из авторов в 2016 и в 2024 гг. экспертных опросов показали, что в целом динамику отношения научно-педагогических работников к политике РФ по управлению научным потенциалом высшей школы в период с 2016 по 2024 г. можно охарактеризовать как умеренно положительную. Так, если в 2016 г. подавляющее большинство экспертов (порядка 80 %) оценивали его как скорее отрицательное, еще 6 % – как полностью отрицательное, а к положительным оценкам склонялось не более 15 % респондентов (в основном представителей национальных исследовательских университетов), то в 2024 г. полностью отрицательное отношение к текущей политике в сфере развития вузовской науки отметили 3,7 %, а скорее отрицательное – 22,5 % опрошенных. Положительно и умеренно положительно оценили данное направление политики 1,9 % (в 2016 г. – 0 %) и 22,5 % (в 2016 г. – 15,0 %) респондентов.

Подобная динамика обусловлена следующими причинами: 1) позитивными изменениями в государственной политике, связанными с поддержкой научных исследований в вузах; 2) причинами макроэкономического характера; 3) особенностями внешнеполитической ситуации.

В первом случае речь идет прежде всего о таких мерах государственной поддержки, как выделение грантов ведущим российским университетам в рамках программы стратегического академического лидерства «Приоритет-2030». Суть программы заключается в стимулировании университетов к проведению научных исследований по стратегически важным для страны направлениям. Всего к 2030 г. предполагается формировать более 100 прогрессивных современных университетов – центров научно-технологического и социально-экономического развития8. Второй фактор (текущая макроэкономическая ситуация в России) в отличие от первого, как представляется, влияет на оценки научно-педагогических работников не напрямую, поскольку эксперты оценивают государственную политику в сфере науки и технологий в том числе через призму изменения уровня жизни в стране в целом и своего благосостояния в частности. Последний фактор, по нашему мнению, заслуживает отдельного изучения.

Оценка вузовским сообществом проблем развития научного потенциала высшей школы. Давая оценку деятельности Минобрнауки России по поддержке научных исследований в вузах, респонденты как в 2016 г., так и в 2024 г. отметили необходимость: во-первых, увеличения объемов финансирования; во-вторых, повышения внимания к проблеме воспроизводства кадрового потенциала высшей школы, в том числе к подготовке научно-педагогических кадров и поддержке сложившихся в вузах научных школ; в-третьих, совершенствования материально-технического обеспечения научных исследований в вузах. Нельзя не отметить, что указанная проблематика неоднократно понималась в научной литературе (Кальяк и др., 2015).

Вместе с тем в ходе исследования выявился ряд направлений, которым Минобрнауки России, по мнению экспертов, уделяет избыточное внимание, что отнюдь не способствует развитию научного потенциала высшей школы. Речь идет, в частности, о показателях публикационной активности и цитируемости научно-педагогических работников (в том числе в журналах, индексируемых в международных базах Web of Science и Scopus).

Примечателен также тот факт, что некоторые респонденты при ответе на данный вопрос, выбирая вариант ответа «другое», указывали на необходимость прекращения проводимых реформ в области науки и образования. Среди иных вариантов, указанных опрошенными, можно отметить усиление внимания к производству наукоемкой продукции двойного назначения (что особенно актуально в контексте продолжающейся специальной военной операции по защите Донбасса), содействие в приобретении жилья молодыми учеными, налоговые льготы и т. д.

Таким образом, гипотезу исследования о консенсусе между университетским сообществом и властью можно считать подтвержденной частично: принципиальными остаются расхождения по вопросам желаемого и фактического внимания Минобрнауки России к тем или иным проблемам развития научного потенциала высшей школы.

Оценка вузовским сообществом институциональных основ формирования, реализации и оценки политики РФ по развитию научного потенциала высшей школы . Весьма значимой в контексте настоящего исследования представляется конкретизация институционального дизайна текущей государственной политики РФ в части управления университетской наукой.

По нашему мнению, основываясь как на анализе нормативных документов, так и на обобщенной практике государственного управления, к ключевым институтам, так или иначе задействованных в определении приоритетов рассматриваемого направления политики, ее реализации и осуществления обратной связи (т. е. оценки ее результативности), можно отнести: 1) органы публичной власти; 2) политические партии, в первую очередь парламентские; 3) непартийные структуры, представляющие интересы бизнеса, а также отдельных социальных групп (научного сообщества, учащейся молодежи и т. д.). Резонно предположить, что конкретный состав указанных институтов нуждается в уточнении.

Следует отметить высказанные некоторыми экспертами суждения о несамостоятельности обозначенных институтов и даже об отсутствии у них субъектности. Последним в контексте российской политической системы обладает лишь государство (точнее – федеральный центр). Наша принципиальная позиция по этой проблеме такова: в данном случае речь идет скорее о пассивной позиции институтов гражданского общества в рассматриваемом вопросе. Более подробно указанная проблематика анализировалась в работах одного из авторов по результатам опроса 2016 г. (Знаменский, 2016).

Вместе с тем резонно предположить, что полученные в ходе исследования результаты свидетельствуют о сравнительно небольшом количестве действительно авторитетных и влиятельных общественно-политических и экспертных структур, составляющих институциональный дизайн политики в сфере развития научного потенциала высшей школы.

Так, большинство респондентов (25,5 %) в ходе опроса выделило роль Российской академии наук при формировании государственной политики в данной области. Кроме того, существенное влияние на рассматриваемые процессы, по мнению экспертов, оказывают Российский союз ректоров (18,4 %), Российский союз молодых ученых (9,2 %) и региональные органы государственной власти (13,3 %). Высокие экспертные оценки указанные институты получили также при ответе на вопрос о мере должного участия в формировании соответствующей политики. Следует обратить внимание и на значительное расхождение в степени должного и фактического участия в анализируемых процессах таких общественно-политических институтов, как органы местного самоуправления (2,0 % экспертов отметили их фактическое участие и 13,1 % – желательное), и низкую оценку как должного, так и фактического участия в этих процессах ассоциаций предпринимателей (4,1 и 8,3 % соответственно).

Опрошенные специалисты отмечают доминирующее значение Российской академии наук в процессах реализации рассматриваемого направления государственной политики (так, 29,2 % экспертов считают, что РАН активно участвует в данных процессах, а 22,1 % – что она должна еще более активизировать свое участие). В аналогичном ключе оценивается деятельность Российского союза ректоров (18,9 и 15,0 % соответственно), Российского союза молодых ученых (при ответе на вопрос о фактическом участии этот институт выделили 10,4 % экспертов, желательность его активного участия подчеркнули 13,6 %) и региональных органов государственной власти (16,0 и 15,7 %). При этом наблюдается некоторый разрыв между желаемым и фактическим участием таких институтов, как ассоциации предпринимателей (2,8 против 9,3 % соответственно).

В процессах оценки рассматриваемого направления политики первоочередное значение имеют Российская академия наук (28,7 % респондентов считают, что РАН активно участвует в оценке политики по развитию вузовской науки, а 22,0 % отмечают необходимость активизации такого участия), Российский союз ректоров (12,6 и 14,2 % соответственно). Многие эксперты отмечают необходимость активизации деятельности Российского союза молодых ученых (фактическое участие данного института в процессах оценки государственной политики отметили 4,6 % специалистов, необходимость активизации подчеркнули 13,4 %), бизнес-ассоциаций (4,6 и 8,7 % соответственно) и органов местного самоуправления (2,3 против 8,7 %) в этом направлении.

Таким образом, результаты исследования показали, что большинство респондентов в качестве главных общественно-политических институтов, влияющих на выработку государственных приоритетов в сфере развития университетской науки, реализацию и оценку соответствующей политики, называют РАН, Российский союз ректоров и Российский союз молодых ученых. Наряду с традиционно высоким значением РАН (~30 % респондентов), Российского союза ректоров и Российского союза молодых ученых (порядка 19 и 10 % респондентов соответственно) также возрастает роль региональных органов власти (16 %) в реализации указанной политики. В пользу ассоциаций бизнес-сообщества высказалось не более 3 % участников опроса. В вопросе оценки рассматриваемого направления государственной политики эксперты отмечают практически неоспоримое лидерство Российской академии наук (29,7 %).

Вместе с тем нельзя не отметить большое количество экспертов, затруднившихся выделить какие-либо институты гражданского общества или публичной власти, задействованные в рассматриваемых процессах. Так, в первом случае подобных ответов насчитывалось более 16,0 %, то во втором и третьем – 9,4 и 18,0 % соответственно. При этом практически никто из специалистов не выделил каких-либо иных политических институтов, кроме предложенных в анкете. Среди указанных экспертами собственных вариантов заслуживают внимания профессиональные ассоциации ученых по отраслям научного знания (например, Российская ассоциация политической науки и т. п.). Сравнительно высокий рейтинг Российской академии наук, как представляется, можно объяснить авторитетом данной организации в научном сообществе (в то же время следует признать, что РАН напрямую не связана с вузовской наукой).

Таким образом, опрошенные научно-педагогические работники в целом сошлись во мнениях относительно фактического и надлежащего набора участников процессов формирования, реализации и оценки научно-технической политики Российской Федерации.

Заключение . Подводя итоги, следует отметить ряд принципиальных моментов. Во-первых, осведомленность представителей вузовского сообщества о проводимых властью мероприятиях по развитию научного потенциала университетов можно оценить как в целом приемлемую. Вместе с тем нельзя не подчеркнуть, что большинство научно-педагогических работников остаются невклю-ченными в процессы научных исследований (в том числе с внешним финансированием) и, следовательно, проявляют более низкую заинтересованность в вопросах государственной научно-технической политики.

Во-вторых, гипотезу о консенсусе между университетским сообществом и властью можно считать подтвержденной частично. Несмотря на принципиальную поддержку текущего курса Минобрнауки России, по ряду вопросов между университетским сообществом и политическим руководством остаются принципиальные противоречия.

Наконец, в-третьих, опрошенные научно-педагогические работники в целом сошлись во мнениях относительно фактического и надлежащего набора участников процессов формирования, реализации и оценки научно-технической политики Российской Федерации.