Послеродовая депрессия как скрытая угроза раннему развитию ребенка: вызовы для системы ранней помощи в Кыргызстане

Бюллетень науки и практики / Bulletin of Science and Practice

УДК 616.89-008.454:618.7(575.2)                  

Послеродовая депрессия является серьёзной проблемой не только психического здоровья и общественного здравоохранения, но и проблемой развития ребенка, включая его речевое, когнитивное и моторное развитие, прямо и косвенно влияя на развивающийся мозг ребенка, изменяя его развитие. Как женщины, так и мужчины подвержены послеродовой депрессии. Недавний систематический обзор показал, что распространенность послеродовой депрессии среди здоровых женщин составил 17% [1].

Обзор в рамках проекта «Глобальная распространенность перинатальной депрессии», показал что распространенность перинатальной депрессии составляет 11,9%, при этом наблюдается значительная разница между странами с высоким и низким уровнем дохода [2].

Распространенность тревожных расстройств в развивающихся странах составляет 25% [3].

Низкий уровень образованности матерей может влиять на ухудшение эмоционального статуса женщины [4].

Доказано, что низкий и средний уровень дохода семьи отрицательно влияет на когнитивное, речевое и поведенческое развитие ребенка, особенно в первые 24 месяца его жизни [5].

Этот период является сверхчувствительным периодом жизни ребенка с точки зрения внешних влияний на его физическое и психологическое развитие, и эти влияния имеют долгосрочные последствия для его будущей жизни [6].

Социально-экономический, демографический контекст играет ключевую роль в формировании условий, в которых протекают материнство и ранее развитие ребенка. Согласно классификации Всемирного банка, Кыргызская Республика является одной из стран с доходом ниже среднего, что может повлиять на доступность образовательных, медицинских и психосоциальных ресурсов. В доступных национальных источниках, включая отчёты Центра электронного здравоохранения за последние десятилетия, отсутствуют данные о распространённости и особенностях послеродовой депрессии в Кыргызской Республике .

В последнем из них удалось найти лишь показатель распространённости лёгких депрессивных расстройств — 12%. Отчёт UNIATF/ВОЗ за 2025 г. (Prevention and Management of Mental Health Conditions in Kyrgyzstan: The Case for Investment) включает исключительно обзор наиболее распространённых психических состояний (депрессия, тревожные расстройства, психоз и др.), но не содержит упоминаний о послеродовой депрессии или данных, позволяющих оценить её распространённость .

Это подчёркивает существующий пробел в национальной эпидемиологической отчётности по перинатальной психиатрии. Настоящее исследование является первым в Кыргызской Республике, направленным на оценку распространённости послеродовой депрессии среди матерей со здоровыми младенцами. По данным Национального статистического комитета КР, средний возраст вступления женщины в брак составляет 24 года, и ее первый ребенок рождается в том же возрасте .

Общий коэффициент рождаемости составляет около 3х детей на семью, что выше по сравнению с другими странами СНГ. Уровень образования родителей также является важным фактором в осведомленности женщин о здоровье и развитии детей. В 2021 году в Кыргызстане было зарегистрировано, что 28% женщин и 19% мужчин имели высшее профессиональное образование; 17% и 9% соответственно имели среднее профессиональное образование, а более 50% населения имели только начальное образование (Рисунок 1).

Начальное образование; 55%

Высшее образование; 28%

Среднее образование; 17%

Рисунок 1. Распределение женщин по уровню образования в КР

Эти демографические характеристики определяют социальный профиль кыргызских женщин в первые годы материнства. Наряду с репродуктивными и воспитательными функциями, женщины несут бремя домашних обязанностей, которые оказывают значительное влияние на их физическое и эмоциональное благополучие. Согласно национальной статистике, кыргызские женщины уделяют значительное количество времени домашней работе, затрачивая на нее 4,3 часа (18% времени). Для сравнения, мужчины тратят на домашнюю работу 4% своего времени. В сельских районах преобладают кыргызские женщины, которые тратят на домашний труд в 1,3 раза времени больше, чем городские женщины. Таким образом, женщины в селах тратят на уход за домом почти полный 6-ти часовой день или 25% своего времени. Время, которое кыргызские женщины могут потратить на себя составляет 1,5 часа в неделю (12 мин/день) (Рисунок 2). Это значительно ограничивает личное время женщины и снижает доступ к ресурсам восстановления и саморазвития, что отражается на ее психоэмоциональном состоянии и качестве взаимодействия с ребенком.

Домашнее хозяйство; 23%

Сон; 33%

Занятия с детьми; 4,10%

Личное время для себя; 0,80%

Работа; 29%

Другое; 10%

Рисунок 2. Структура распределения суточного времени женщин в КР

Нам не удалось найти официальных данных о том, сколько времени женщины и мужчины проводят время со своими детьми. Это может косвенно свидетельствовать об отсутствии институционального и общественного интереса к вопросам раннего детского развития ребенка и важности взаимодействия родителей и детей в раннем возрасте. Учитывая низкую осведомленность о важности психического здоровья матерей и ограниченный доступ к психологической поддержке, эти факторы могут остаться незамеченными, несмотря на их значимость для здоровья детей. Согласно данным Центра электронного здравоохранения Кыргызской Республики за 2022 год, распространенность легких депрессивных эпизодов составляет 13%. Однако, проблема послеродовых, психоэмоциональных расстройств в нашей стране остается недостаточно изученной, что побудило нас провести исследование.

Цель данного исследования – изучить факторы риска и распространенность депрессии среди женщин с младенцами, на территории Кыргызской Республики.

Материалы и методы исследования

Было проведено кросс-секционное исследование, в котором приняли участие 273 родителя со здоровыми младенцами в возрасте до 12 месяцев, большинство из которых проживают в крупных городах двух областей Кыргызской Республики: Ошской и Чуйской. Сбор данных включал такие показатели, как: уровень образования женщины; социальная поддержка со стороны членов семьи; финансовое положение семьи; вид родов; осложнения во время родов; состояние ребенка после рождения; вид вскармливания. Сбор данных также включал вопросы о количестве детей в семье; количестве времени, проводимого с ребенком; наличия других причин для депрессии. Была использована Эдинбургская Шкала Послеродовой Депрессии (ЭШПД), которая является надежным инструментом для выявления симптомов депрессии у женщин в послеродовом периоде . Она состоит из 10 вопросов, ответы на которые можно получить в баллах от 0 до 3. Балл от 0 до 5 указывает на низкую вероятность депрессии, от 5 до 13 баллов — на умеренную вероятность депрессии, 13 и выше баллов — на высокую вероятность депрессии.

Результаты и обсуждение

В исследовании участвовало 270 женщина и 3 мужчин (отцы). Основная выборка состояла из городских жителей, которые посетили детскую поликлинику для профилактического осмотра. Большинство (91%, n=246) респонденток проживают в Бишкеке и Оше. 98% (n=231) семей были полными, где родители имели высшее и среднее образование (86%, n=231). Почти все (96%, n=258) респондентки родили своего ребенка в среднем, в возрасте 27-28 лет. Около трети (36%, n=98) матерей родили самостоятельно без осложнений и у 38% (n=103) были осложнения. 26% (n=69) женщин — родили с хирургической помощью «кесарева сечения», из них 15% планировали оперативные роды, а у 11% — оперативные роды случились по экстренным показаниям. Более половины семей 54% (n=146) семей воспитывают одного ребенка, и большинство женщин кормит грудью в 74% (n=214). Эти факты отражают типичный демографический профиль молодой городской кыргызской семьи. При оценке взаимодействия с ребенком, большинство женщин (63%, n=170) оценили его как «достаточное», по крайней мере – один час в день. Однако, в ходе уточняющих вопросов выяснилось, что часто это означало только физическое присутствие рядом с ребенком, без активного участия взрослого в его жизни. Большинство родителей (89%, n=240) не знали о важности раннего стимулирования и взаимодействия с детьми раннего возраста: визуальное слежение за контрастными (чёрно-белыми) изображениями, установление зрительного контакта, элементы визуальной и сенсорной коммуникации, а также разговор и пение с ребенком. Согласно международным рекомендациям, эти формы деятельности имеют ключевое значение для нормального сенсомоторного и эмоционального развития младенцев [7].

Отсутствие этих знаний диктует необходимость просветительских программ для родителей младенцев. В социально-бытовом контексте у 14% (n=38) семей имели близких родственников с хроническими и тяжелыми заболеваниями, что потенциально увеличивало эмоциональную и физическую нагрузку на мать в семье. При этом 72% (n=194) женщин оценили свое экономическое положение как «удовлетворительное», что свидетельствует о наличии относительной материальной стабильности в большинстве семей (Рисунок 3).

Информированность о стимуляции ребенка Достаточное" время провождение с ребенком Грудное вскармливание Один ребенок в семье Городские жители "Удовлетворительный" экономический статус

Высшее и среднее образование у родителей Полная семья Матери

Рисунок 3. Частота встречаемости ключевых признаков среди родителей в выборке

На основании ответов на анкету ЭШПД, психологическое и эмоциональное благополучие участниц было стратифицировано на 2 уровня, что позволило выделить следующие группы женщин: 12% (n=32) матерей с низкой вероятностью депрессии. 88% (n=237) продемонстрировали признаки тревожности и симптомы умеренной и высокой вероятности депрессии. Из последней группы 75% (n=203) респонденток винили себя в своих проблемах; 78% (n=211) — испытывали чувство тревоги; 87% (n=235) — проживали чувство беспричинной паники; 92% (n=248) женщин указывали на внешние обстоятельства как источник напряжения; 80% (n=216) — были недовольны удовлетворением своей основной потребности — во сне; 86% (n=232) респонденток, испытывали выраженное эмоциональное расстройство. 22% (n=59) женщин, имели суицидальные мысли (Рисунок 4).

Рисунок 4. Частота симптомов послеродовой депрессии у родителя

Вывод

Обнаружен высокий уровень послеродовой депрессии среди наших участниц. Учитывая благоприятные социально-экономические условия жизни большинства участниц, высокий уровень послеродовой депрессии, вероятно обусловлен внутренними факторами и недостатком поддержки, информации и понимания роли матери в создании условий для развития ребенка. Несмотря на уверенность большинства матерей в достаточности времени, проводимого с детьми, исследование выявило низкий уровень осознания важности качественного взаимодействия и стимулирования, необходимых для раннего развития ребенка. Полученные результаты противоречат официальным данным, что подчеркивает необходимость дальнейших исследований в этой области. Послеродовая депрессия представляет собой серьезную проблему общественного здравоохранения в Кыргызской Республике, учитывая ее краткосрочные и долгосрочные последствия, здоровье матери, развитие ребенка и потенциал общества. Необходима интеграции психологического сопровождения женщин в послеродовом периоде, а также внедрения программ ранней диагностики и профилактики послеродовой депрессии, а также просвещения родителей по вопросам раннего развития и стимуляции ребенка.