Принципы репрезентации ситуации восприятия в тексте

Лексемы и предложения со значением восприятия были объектом исследования лингвистов еще в XIX в., но и в настоящее время вербальная репрезентация восприятия продолжает оставаться одной из актуальных проблем лингвистики, поскольку в современном когнитивном направлении уделяется большое внимание способам восприятия, хранения и обработки информации о мире [Демешкина и др., 2006. С. 5].

В связи с усилением интереса лингвистов к проблемам текста особую актуальность приобретает исследование того, как семантика восприятия репрезентируется в тексте, какие принципы регулируют данный процесс. Этому посвящена наша работа.

Мы понимаем восприятие как процесс «переведения» объекта действительности во внутреннюю сферу субъекта, в фокус внимания попадает чувственное восприятие: зрительное, слуховое, обонятельное, осязательное и вкусовое.

При этом исходим из следующих представлений о структуре ситуации восприятия: субъект восприятия всегда существо, объектом могут быть предмет, лицо, событие.

Одна ситуация восприятия может быть представлена как комплекс действий и состояний, относящихся к разным сферам: Я поднял глаза и увидел, что в небе летят какие-то птицы, пригляделся, и мне стало понятно, что это вальдшнепы. Поднял глаза – физическое действие, увидел – психическое состояние, стало понятно – интеллектуальное состояние в процессе восприятия.

Как и любое другое событие, восприятие может быть представлено в предложении по-разному. Это зависит от коммуникативных намерений говорящего. Предложение можно сравнить с кинокадром, а говорящего – с режиссером, по-своему трактующим эпизоды действительности, так как в предложении выбирается план показа события, однако возможности говорящего в трактовке действительности не безграничны, они ограничены возможностями языка.

Для представления ситуации восприятия в русском языке существует пять пропози-тивных планов, выбор которых определяется, во-первых, тем, какая из составляющих ситуации (действие, состояние субъекта или действие, состояние объекта) репрезентируется в предложении, и, во-вторых, эксплицитностью представления субъекта (как главного участника ситуации в антропоцентрической концепции языковой картины мира) и самого процесса восприятия [Башкова, 1995].

Ср. следующие предложения, представляющие разные пропозитивные планы одной денотативной ситуации:

• 1)    крупный план (восприятие представлено как действие субъекта) – Мальчик

  ISSN 1818-7919. Вестник НГУ. Серия: История, филология. 2011. Том 10, выпуск 2: Филология © И. В. Башкова, 201 1

  
  

смотрит на море; Мальчик скользит глаза -ми по глади моря; Мальчик высматривает лодку;

• 2)    общий (восприятие представлено как состояние субъекта) - Мальчик видит лодку; Мальчику видно лодку;

• 3)    дальний бессубъектный (восприятие представлено как состояние-самообнару-жение объекта, при этом используется предикат со значением восприятия) - В море виднеется лодка; В море видна лодка;

• 4)    дальний субъектный (восприятие представлено как движение или существование объекта, субъект восприятия выступает в роли директива или локатива) - Перед гла-зами мальчика простирается море; К маль-чику приближается лодка;

• 5)    закадровый (значение восприятия содержится в пресуппозиции предложения) - Море сверкает на солнце; На горизонте темнеет лодка; В море плывет лодка.

Таким образом, выбирая пропозитивный план, говорящий по-своему интерпретирует ситуацию, определяет масштаб ее показа.

Однако в реальных текстах, как правило, ситуация восприятия представлена не одним, а несколькими пропозитивными планами: они сменяют друг друга в зависимости от коммуникативных намерений говорящего и от особенностей репрезентируемой ситуации. Использование разных пропозитивных планов позволяет говорящему переключать внимание с одного участника ситуации на другого, последовательно помещая их в семантические фокусы предложений.

Пропозитивные планы могут располагаться в предложениях по принципу уменьшения доли семантики восприятия - от крупного и общего планов к дальнему и закадровому планам: «Когда я прислушивал - ся к городу, мне чудился невнятный шум , похожий на далекий ливень. Только гулко мычали гудки пароходов где - то очень дале -ко» (Ф. Гладков) - движение от крупного к общему и закадровому планам; «<...> он напрягает слух и слышит дыхание » (Л. Толстой) - движение от крупного к общему плану; « Агеев облегченно вздохнул, ослабил напряженную спину и оглянулся : пьяного нигде не было видно » (Ю. Казаков) - движение от крупного к дальнему бессубъектному плану; « Я прошелся к во -ротам, прислушался : шумят деревья , сви - стит ветер и в саду, должно быть, у му -жика - дурачка, лениво подвывает собака »

(А. Чехов) - движение от крупного к закадровому плану; «Но слышалось ему не одно гуторенье стариков. Слабые, разрозненные звуки деревенского вечера рождались и таяли вдалеке, а рядом, как ход часов, били в подойник короткие струйки молока» (К. Федин) - движение от общего к закадровому плану.

Возможно и обратное расположение пропозитивных планов в предложениях, по принципу увеличения доли семантики восприятия - от закадрового и дальних планов к общему и крупному планам: «В это время откуда - то с другой стороны переулка, из открытого окна, вырвался и полетел гро-мовой виртуозный вальс и послышалось пыхтение ехавшей к воротам машины. -Сейчас позвонит Азазелло - воскликнула Маргарита, слушая сыплющийся в переулке вальс» (М. Булгаков) - движение от закадрового к дальнему бессубъектному и крупному планам; «За стеной, откашливаясь , пробовала голос Агния Львовна <...> Он с неприязнью слушал севшее от табака кон - тральто < ...> » (К. Федин) - движение от закадрового к крупному плану; « Звук песни в несколько голосов долетел до его слуха . Он подошел к забору и стал прислуши - ваться » (Л. Толстой) - движение от дальнего субъектного к крупному плану; «Между стволиками молодых лип хорошо прогляды - валась полоска дороги , и он увидал Тимо - фея » (К. Федин) - движение от дальнего бессубъектного к общему плану; «На той стороне пруда продолжала играть гар - мошка и какая - то женщина напевала частушки . Одну из них Сергей расслышал <...>» (Ф. Искандер) - движение от закадрового к общему плану.

Расположение пропозитивных планов по принципу увеличения доли семантики восприятия может быть связано с несоответствием, по мнению говорящего, ситуации восприятия норме: «От твоей руки, пахнувшей вербеной, остался запах и на моей руке. Он смешался с запахом повода, седла, пота лошади, но я все еще чувствовал его <...>» (И. Бунин); «Ремзик по себе знал, что ино-гда у некоторых знакомых в доме царит неприятный запах. Но сами они, хозяева дома, этого запаха не замечают» (Ф. Искандер). Несоответствие ситуации восприятия норме в данных высказываниях выражено противительным союзом но.

Таким образом, одним из текстообра-зуюших принципов представления ситуации восприятия является принцип смены пропозитивных планов ; этот принцип, а также принципы связанности семантики восприятия с модусом, стандарта и акцентирования организуют структуру текста, репрезентирующего восприятие.

Принцип связанности семантики восприятия с модусом позволяет в начале текста пропозициями крупного или общего плана задать авторизационный ключ со значением восприятия, которое распространяется до знака переключения [Золотова, 1973. С. 283; Шмелева, 1994. С. 35]. Семантическая структура текста сопоставима с семантической структурой изъяснительных конструкций с авторизационной семантикой восприятия, в которых главная часть представлена крупным или общим планами, а придаточная - закадровым пропозитивным планом: «Я смотрел [крупный план], как работает девушка [закадровый план] » (Ф. Искандер); «Потом Егорушка видел [общий план], как он молился богу [закадровый план] » (А. Чехов); «Вбежав в комнату, я издали увидел [общий план], что мать моя, бледная и худая, сидит в теплом сало -пе у затопленного камина [закадровый план] » (С. Аксаков).

Принцип стандарта позволяет не представлять некоторые пропозитивные планы при соответствии ситуации восприятия норме [Арутюнова, 1988]. Так, в норме за перцептивным действием должно следовать перцептивное состояние, поэтому в стандартных репрезентациях перцептивное состояние в тексте эксплицитно не представляется, а следовательно, и отсутствуют пропозиции общего плана: «Я посмотрел на нее. [Имплицитно: увидел] Доброе, улыбаю-щееся лицо пожилой женщины» (Ф. Искандер); «Семен вышел из избы за угол, в сухо и знойно шуршавшие, бледные, как саван, ов-сы, посмотрел на тучу. [Имплицитно: уви-дел, что] Она, темно - аспидная, заняла пол -неба» (И. Бунин); «Он сжал голову руками. Прислушался. [Имплицитно: услышал, как] Звонкие удары гулко раздавались на улице» (К. Федин); «Учитель останавливается, нюхает воздух и говорит: - [имплицитно: чувствую, что] Опять чесноком воняет!» (Н. Гарин-Михайловский).

В этих высказываниях значение перцептивного действия составляет диктум репре зентаций крупного пропозитивного плана, а значение перцептивного состояния входит в пресуппозицию репрезентаций закадрового пропозитивного плана, составляя их имплицитный авторизационный модус.

Принципу стандарта, позволяющему не представлять некоторые пропозиции восприятии в тексте, противостоит принцип акцентирования , суть которого заключается в следующем: автор детально репрезентирует восприятие, несмотря на то что и без эксплицитного выражения было бы понятно, кто и какими органами чувств воспринимает событие.

Рассмотрим действие принципа акцентирования на примере фрагмента, взятого из повести В. П. Астафьева «Ода русскому огороду».

«Девочка появилась в жизни мальчика ошеломляющим наваждением, как и долж-ны появляться роковые женщины-присухи. Он чем - то занимался на задах огорода, воз -ле бочажины, может, саранки копал, мо-жет, пикульку мастерил, может, медуницу рвал, может, ершей собирался рыбачить и сучил леску из кудели, привязав ее к жердям, и внезапно что - то услышал , почувст - вовал .

Он оторвался от дела, поднял голову и увидел ЕЁ .

На старой, изжитой траве, под кото -рой пробудилась бойкая зелень, по другую сторону лога, заполненного до краев мут-ной водою, стояла и плакала девочка в си -неньком платьишке» .

В данном тексте трижды репрезентированы пропозиции восприятия (они выделены жирным шрифтом). В пропозициях внезапно что - то услышал, почувствовал выражена неожиданность восприятия, а также то, что восприятие осуществлялось не только с помощью слуха, но и интуиции. Эксплицитная репрезентация пропозиции зрительного восприятия (он увидел ЕЁ), на первый взгляд, кажется избыточной, поскольку и без этой предикативной единицы данный смысл был бы понятен. Для доказательства данного утверждения проведем эксперимент: уберем слова увидел ЕЁ из текста.

Он чем-то занимался на задах огорода <... > и внезапно что - то услышал , почув - ствовал .

Он оторвался от дела, поднял голову.

На старой, изжитой траве <...> стояла и плакала девочка в синеньком платьишке.

В этом тексте значение зрительного восприятия явно не выражено, тем не менее оно прочитывается из контекста, понятно также, что субъектом зрительного восприятия является он, мальчик.

Возникает вопрос: зачем автору понадобилось обозначать то, что и без слов понятно? Ответ очевиден: избыточная экспликация восприятия появляется тогда, когда необходимо подчеркнуть особую значимость события, происходящего в жизни персонажа, показать, что это не рядовое, обычное восприятие. С помощью таких репрезентаций автор выделяет наиболее значимые фрагменты текста, поэтому можно сказать, что в подобных случаях действует принцип акцентирования: сталкиваются законы экономии и избыточности в построении текста – и побеждает закон избыточности.

Использование тех или иных пропози-тивных планов определяет степень информативности представления ситуации восприятия в тексте. Ср. два фрагмента из второй главы романа М. Булгакова «Мастер и Маргарита»:

• I.    «И тут Каифа грозно поднял руку /1/: Прислушайся, прокуратор! /2/

Каифа смолк /3/, и прокуратор услыхал опять как бы шум моря /4/, подкатывающе-го к самым стенам сада Ирода Великого /5/. Этот шум поднимался снизу к ногам и в лицо прокуратору /6/. А за спиною у него, там, за крыльями дворца, слышались тре-вожные трубные сигналы, тяжкий хруст сотен ног, железное бряцание /7/, - тут прокуратор понял /8/, что римская пехота уже выходит, согласно его приказу /9/, стремясь на страшный для бунтовщиков и разбойников предсмертный парад /10/ » (Цифрами в скобках пронумерованы границы пропозиций, репрезентированных глагольными формами: предикативными единицами и оборотами).

• II.    «Солдат, одиноко стоявший в очи -щенном пространстве площади со значком в руке, тревожно взмахнул им, и тогда про -куратор, легат легиона, секретарь и конвой остановились ».

В первом фрагменте ситуация восприятия представлена подробно, в нем даны почти все пропозитивные планы: крупный план – в пропозиции 2 (хотя и в ирреальной модальности); общий план – в пропозициях 4 (слуховое перцептивное состояние) и 8 (интеллектуальное перцептивное состояние, во время которого субъект (прокуратор) установил связь между событием звучания и событием движения, послужившим его причиной); дальний субъектный план – в пропозициях 6 и 7; закадровый план – в пропозициях 1, 3, 5, 9, 10.

Во втором фрагменте значение ‘зрительное и интеллектуальное восприятие’ присутствует имплицитно – дан только закадровый план, причем авторизационный модус восприятия сложен. С одной стороны, функцию наблюдателя выполняет повествователь (он присутствует незримо), с другой стороны, эту функцию выполняют и сами персонажи: прокуратор, легат легиона, секретарь и конвой. Жизненный опыт подсказывает нам, что события, репрезентируемые первой и второй частями предложения, связаны каузальной связью благодаря восприятию: легат легиона, секретарь и конвой остановились, так как во время шествия смотрели на солдата, увидели его взмах значком и поняли, что этот взмах призывает к остановке. Принципы стандарта и связанности с модусом позволяют поместить значение восприятия в пресуппозицию.

Таким образом, проведенный анализ показал, что при репрезентации ситуации восприятия в тексте действуют принципы смены пропозитивных планов, связанности с модусом, стандарта и акцентирования. Два последних принципа находятся друг с другом в отношениях взаимной дополнительности: принцип акцентирования становится понятным только на фоне принципа стандарта. Важно также отметить, что текстообразующие принципы представления ситуации восприятия организуют не только семантическое, но и коммуникативное пространство текста, поскольку с их помощью автор может с большей или меньшей степенью подробности репрезентировать денотативную ситуацию, а также выделить наиболее значимые фрагменты текста.

THE PRINCIPLES OF REPRESENTATION OF SITUATION OF PERCEPTION IN TEXT