Проблема экологии в произведениях В. И. Крюкова и В. Я. Шишкова

Взаимоотношения человека и природы – это важная нравственно-философская проблема, которая не только не теряет своей актуальности, но и в связи с индустриализацией, урбанизацией и технологизацией современного общества становится все актуальнее. Художественная литература не остается в стороне от глобальных процессов, затрагивающих настоящую и будущую жизнь всех и каждого. Поднимая проблемы экологии, она подстраховывает и налаживает связи между человеком и природой. Ее основной задачей становится воспитание правильного отношения к природе как одному из важнейших условий нравственного и эстетического развития личности недалекого будущего.

Во времена Советского Союза, в течение переменчивого и богатого на потрясения ХХ века, вектор отношения «человек – природа» претерпел радикальные изменения. На раннем (довоенном) этапе мотив покорения природы господствовал в советской литературе. Освобожденный от социального гнета человек теперь сам стремился к покорению. Укрощая и порабощая природу, он самоутверждался и рос, – господствующим мотивом произведений того времени было противостояние борца и враждебной ему неукротимой опасной стихии. Такая позиция была вполне объяснима. Страна силилась вырваться из технической отсталости, строя электростанции и комбинаты. Это было необходимым условием выживания. Внутри такого подхода к природе начинали формироваться противоречия и проблемы, которые поначалу были незаметными и несущественными, но постепенно они приобретали статус самых важных. Возникло противоречие между сегодняшней нуждой, требующей потребительского отношения к природе, добычи необходимого любой ценой, и нуждой завтрашней, призывающей задуматься о будущем для грядущих поколений; противоречие между принципами сиюминутного выживания, отвергающими любые ограничения в экономике, технике, строительстве, природопользовании, и реальным существованием неких объективных сдерживающих факторов.

В послевоенные годы тематика отношений человека и природы меняется в противоположную сторону. Природа более не рассматривается как враг. Она воспринимается как жертва безжалостных и бесконтрольных процессов урбанизации и индустриализации, которые сами теперь примеряют роль необузданной и плохо контролируемой стихии.

Отличительной чертой литературы этой поры становится понимание важности неразрывной связи экологических проблем с человеческой нравственностью, совестью и ответственностью. В обществе формируются новые, желательные и позитивные нормы экологического поведения, согласно которым человек должен выстраивать с природой дружеские отношения, и, конечно, это находит отражение в художественной литературе. Появляется целый спектр произведений, экологическая тематика которых варьирует от пассивного любования природой и воспевания ее красот до активной борьбы за ее сохранение. В последних человек не только друг, но и защитник природы.

Экологическая тема нашла отражение в повестях и романах многих советских писателей второй половины ХХ века. «Говорить сегодня об экологии – это значит говорить не об изменении жизни, как прежде, а о ее спасении», – сказал Валентин Распутин еще в 1989 году [1, с. 7].

В данной статье мы обращаемся к творчеству тверских писателей В. Я. Шишкова и В. И. Крюкова.

Проблематика взаимоотношений человека и природы нашла свое отражение в романе В. Я Шишкова «Угрюм-река», который был написан в первой половине ХХ века, и вектор отношений «человек – природа», заданный в нем, отличался от большинства произведений современников. Этот роман – своего рода итог многолетних пристальных наблюдений писателя за жизнью Сибири. Неповторимая по красоте и своеобразию сибирская природа выступает в романе отдельным и самостоятельным персонажем. Она смысловой противник главного героя – человека Прохора Громова.

В основе сюжета романа – отсутствие взаимопонимания между человеком и природой. Герой окружен природой, вынужден постоянно взаимодействовать с ней и в то же время от нее отчуждается. Прохор Громов живет и трудится в тайге и вроде бы должен быть частью ее, но гармонии и понимания нет. Проникновение в недра природы с целью обогащения ставит крест на возможном сотрудничестве, порождая вражду. «Угрюм-река! Здравствуй!.. Я – твой хозяин! Погоди, пароходы будут толочь твою воду. Я запрягу тебя, и ты начнешь крутить колеса моих машин» [9, с. 591]. Потери идут с обеих сторон: человек губит природу, а она отвечает ему опасными катаклизмами. Природа – не служанка человека, она встречает его как врага, и у нее достаточно сил, чтобы дать достойный отпор. Возможно, даже более чем достаточно. Как итог, Прохор Громов обретает глубокий конфликт внутри собственной души. В нем сталкиваются два начала: сильная личность, способная бороться с природой честно, на равных, и «жестокий хищник», что стремится добиться своего, нажиться за счет природы, не гнушаясь аморальности. В этом понимании человек выступает равнодушным грабителем, «дельцом», желающим любыми средствами получить свое: «Прохор Петрович – рвач, хищник, делец в свою пользу. Но вот зачинаются ветры, они крепнут, растут, наплывают на Прохора, шалят с огоньком, и вскоре жизнь Прохора будет в охвате пожара» [Там же, с. 595]. Он хочет поработить природу и возвыситься над ней. Однако природа тоже сильна. Она может дать человеку достойный отпор – и быть жестокой, неумолимой, мстительной. И то, что человек способен полностью природу покорить, – опасное заблуждение. Вот что говорит автор по этому поводу: «Человек никогда не покорит природы, что человек может, лишь изучив ее законы и поняв всю ее мудрость, жить с нею в дружбе» [8, с. 265].

В романе Шишкова, законченном в 30-е годы ХХ века, тема взаимоотношений человека и природы уже приобретает тревожные черты. Покорение природы не подается более как триумфальная победа. Автор задумывается о последствиях воздействия на природу, которые могут быть необратимыми и вредными для самого человека. Шишков затрагивает духовно-нравственные аспекты этой проблемы, осмысливает ее с позиций «духовного реализма» [2, с. 36–82], то есть такого творческого метода, который является наиболее перспективным в литературе новейшего времени, а сам термин духовный реализм , под которым понимается облечение христианских идеалов в художественную форму, оказался наиболее продуктивным для описания подобных литературных феноменов [3, с. 71].

Виктор Иванович Крюков, советский писатель второй половины ХХ века, обращался в своем творчестве преимущественно к производственной тематике. Критический взгляд автора на индустриализацию и развитие производства не мог обойти и вопросы экологии. По словам В. А. Редькина, «книги В. И. Крюкова сочетают в себе информативность, основанную на народной правде, утверждение высоких нравственных идеалов и подлинное художественное мастерство. Автора более всего волнует мысль о назначении человека на земле, о нелегком поиске своего места в жизни, а значит – и пути к самому себе. Произведения В. Крюкова стали ярким литературным явлением Верхневолжья. Творчество В. И. Крюкова никогда не было конъюнктурным, оно отвечает запросам нашего времени и имеет большое воспитательное значение» [4, с. 89].

Роман «Возраст мудрости» открывает эту тему в творчестве писателя – он посвящен экологии родного края. В героях романа Михаиле Воронове и Вадиме Жерихове воплощена забота народа о судьбе Волги, которой грозит загрязнение стоками заводов и фабрик города. В центре романа – борьба за ввод качественно новых очистных сооружений, в нем Крюков соединил в себе темперамент публициста и обстоятельность художника-повествователя [7].

Роман «У истоков судьбы» продолжает тему экологии, также в нем достигает своего пика проблематика семьи, а именно – отношений отцов и детей. Однако основная сюжетная завязка романа – борьба тверичей, направленная против строительства Ржевского гидроузла, происходила в процессе написания книги. Автор был активным участником этой борьбы, и книга стала ее достоверным отражением, об этом говорят и описываемые события, и реальные фамилии, фигурирующие в романе.

Ржевский гидроузел – неосуществлённый строительный проект, который предполагал строительство плотины и организацию Ржевского водохранилища для водоснабжения Москвы. Проектом предполагалось поднять уровень воды около плотины на 34 метра. Это позволило бы организовать водохранилище длиной 100 километров (до посёлка Селижарово) и площадью в 131 кв. км со средней глубиной в 11 метров и наибольшей шириной в 5 км. Реализация Ржевского проекта могла иметь катастрофические последствия. Начиная с природных – таких, как замедление течения реки на затопленном участке, что ухудшило бы качество воды и вызвало заболачивание. Под затопление попали бы 17,5 тысяч гектаров сельскохозяйственных земель: пашни, сенокосы, леса и пастбища. Помимо этого, было необходимо затопить 33 населенных пункта, переселить 520 семей, перенести 440 домовладений и около 80 животноводческих ферм и прочих производственных объектов. От Ржевского водохранилища под водой рисковали оказаться 270 памятников архитектуры, памятник природы «Бенские пороги», а также памятные места сражений Великой

Отечественной войны. Создание водохранилища нанесло бы природе Тверской области непоправимый ущерб [5, с. 328]. «В зону затопления попадает семь с половиной тысяч гектаров высоко оцененных боров, которые всегда строго охранялись ради высоких исходных качеств воды в Волге. Замокнут и погибнут леса, и тогда неизбежно разовьется болотная растительность. Отмирая каждый год, чего не происходит с лесами, она будет оседать на дне плесов и заливов и вызовет активизацию процессов гниения и сбраживания, что крайне вредоносно для водоемов питьевого назначения», – подчеркивает в споре с инициаторами строительства профессор биологии [6, с. 134].

Как следствие – борьба против Ржевского гидроузла была выиграна тверичами.

«У истоков судьбы» – роман философский и многоплановый. Одной из главных его проблем становится противопоставление интересов государства и регионов, отдельной личности и общества в целом. «Мы пятнадцать лет, начиная с постановления по бассейнам Волги и Урала, водоохранную целину пашем. Организуем двухсменную работу… Государство за две пятилетки вложило в полосу Волги от истоков до канала на Москву не меньше полумиллиарда рубликов на очистные системы предприятий и городов, а для него это «значения не имеет»… <…> Запри у Селигера весенний сток, и в нашем регионе Волга превратится весной в жалкую речонку», – возмущен один из героев книги [Там же, с. 188].

Особенностью романов Крюкова является то, что автор не пытается противопоставить город и деревню, человека и природу. Автор пытается донести до читателей идею, что и в природе и в человеческой жизни все взаимосвязано, и трагедия деревенской глубинки непременно отразится на столице. «От размытых берегов, из подтопленных низких мест потечет по Волге торфяная рапа, сверхкислая вода дойдет до входа в Мосводопровод, и тогда заказчик проекта побежит в ЦК и в Совмин: “Подкиньте, подкиньте деньжат поскорее, нельзя же травить москвичей”. Вот что получится» [Там же, с. 201]. Город и деревня, природа и человек должны наконец достигнуть понимания. Иного пути не дано. Поэтому показывать их врагами не в задачах писателя. Индустриализация в произведениях Крюкова не демонизируется, напротив, автор ратует за ответственное развитие производства. Он понимает необходимость строительства гидроузлов и неизбежность затопления территорий. Но также он понимает, что в любой области жизни прогресс знаменует не только обретения, но и потери – такова диалектика истории. Поэтому крайне важно взвешивать решения и следить за тем, чтобы потери не перевесили приобретения.

Написанное как итоговый роман уходящего века, роман-борьба и роман-предупреждение, это произведение очень многопланово соединяет в себе художественное повествование, публицистический отчет, исторический трактат и философские рассуждения, пронизанные одной общей идеей.

В заключение отметим, что в романах В. Я. Шишкова и В. И. Крюкова в силу тенденций времени конфликт природы и человека освещается несколько по-разному. Для Шишкова природа все еще остается сильным противником человека, борьба с ней может быть чревата опасностями из-за ее мощи и непредсказуемости. Для Крюкова, напротив, наиболее опасным и разрушительным противником в таком противостоянии является сам человек. Авторы сходятся в одном (и в главном): взаимодействие цивилизации и природы должно быть дружественным, ответственным и аккуратным. Человек должен понимать и предугадывать последствия своего вторжения в природную среду, минимизировать вред и сдерживать собственный эгоизм в пользу баланса и добрососедства. Оба автора приходят к выводу, что человек – не хозяин природы, а ее часть, поэтому достигнуть взаимопонимания необходимо.