Проблематизация исследовательского поля поколения Z

В связи с этим политологи изучают политический портрет представителей поколения Z не только в рамках краткосрочных горизонтов осуществления различных государственных политик, но и как основной массы электората, рабочей силы, носителей культурных кодов цивилизации в среднесрочной и долгосрочной перспективе. В данной статье предлагается проблематизация исследовательского поля участия зуммеров в политических процессах в контексте актуальных предметов исследования политологов. Под проблематиза-цией понимается, с одной стороны, возможность одновременной непротиворечивой интерпретации одного и того же феномена разными концепциями, с другой – необходимость переосмысления устоявшихся представлений в результате постановки задачи о новой интерпретации социального феномена, методов доказательства и обоснования1.

Проблематизация № 1. Применимость концепции А.О. Хиршмана «голос – выход – верность» (EVL) или ее расширенной модификации «голос – выход – верность – пренебрежение» (EVLN) к зуммерам как демографической группе. Концепция А.О. Хиршмана предполагает три модели поведения актора (фирмы, организации, государства) как ответ на ухудшение внешних условий: 1) протест в системе против системы; 2) выход из системы; 3) сохранение лояльности системе в расчете на улучшение условий с готовностью выполнять функции в прежнем объеме (пренебрежение предполагает лояльность системе без расчета на улучшение условий с готовностью ухудшить выполнение функций) [Хиршман 2009]. Политологи заимствовали данную концепцию в формате теории игр, где актор 1 (гражданин) отвечает определенной стратегией на действие актора 2 (правительство), и каждая из сторон несет издержки и получает выгоды. Предполагается, что протест имеет шансы на успех при наличии двух условий: правительство зависит от ресурсов гражданина для сохранения легитимности, и у гражданина имеется реальная возможность выхода, например в форме эмиграции или смены работы [Clark, Golder, Golder]. Оценка выигрышей и проигрышей акторов отчасти похожа на моделирование взаимоотношений элит/правительства/политического режима и масс/оппозиции в работах Р. Даля, Д. Асемоглу, Дж. Робинсона, У.А. Нисканена [Даль 2010: 35-68; Асемоглу, Робинсон 2020; Нисканен 2013].

Проблематизация № 2. Применимость к протестному потенциалу зуммеров концепции о большей вероятности неконвенциональных форм политического поведения в случае, если численность молодежи в структуре населения превышает 20%, а замедление динамики социальных лифтов не позволяет значительным группам молодых лю дей найти достойное применение своим способностям [Хантингтон

2017: 459]. Историки, политологи, социологи неоднократно указывали на демографический фактор революций вообще и факт активности молодежи в протестных акциях в частности [Голдстоун 2015: 163-168]. В событиях «цветных революций» в постсоветских странах и Арабской весны активную роль играла сетевая мобилизация молодежи [Филимонов, Карпович, Манойло 2015: 454]. Таким образом, остается открытым тезис о протестном потенциале российского поколения Z применительно к офлайновым формам конвенционального и неконвенционального политического участия.

В связи с исследованиями различных типов идентичности зуммеров и факторов формирования идентичности можно обозначить следующие проблемы. Во-первых, в силу возрастных особенностей зуммеры в большей степени ориентированы на те типы идентичности, которые строятся на внешних признаках и не требуют глубокого проникновения в идеи/идеологии. Можно провести аналогию между дифференциацией молодежных субкультур, отличающихся прежде всего внешней атрибутикой, стилем коммуникации, моделями поведения, и разделением на ингруппы и аутгруппы зуммеров по совокупности внешних признаков. Переход в старшие возрастные когорты с расширением статусного и ролевого набора, получение образования, приобретение профессии, создание семьи способствуют формированию устойчивых типов идентичности, в т.ч. политической и конфессиональной. Во-вторых, распространенный в западной цивилизации акцент на идентичности малой группы, противостоящей большинству, – самоидентификацию на основе гендера (феминизм), расы (критическая расовая теория), сексуальное поведение (квир-теория), физические характеристики тела (инвалидность, полнота), высокую меру толерантности в отношении аутгрупп, не представляется сколько-нибудь значимым для самоидентификации современной российской молодежи. Хотя по сравнению со старшими возрастными когортами указанные темы находят больший отклик у зуммеров. В-третьих, это возможность построения идентичности на основе принадлежности к возрастной группе и практики эйджизма (дискриминация на основе возраста) как со стороны зуммеров по отношению к старшим поколениям, так и со стороны старших поколений по отношению к зуммерам. Возрастная идентичность, с одной стороны, представляется естественным и историческим явлением в форме противостояния «отцов и детей», с другой – современные технологические сдвиги способствуют «цифровому разрыву поколений», позволяют зуммерам достигать материальной независимости, что может рассматриваться как «реванш молодежи». Вслед за секуляризацией, деколонизацией, сглаживанием классовых конфликтов, расовым и гендерным равенством, толерантностью к нетрадиционным формам сексуального поведения может появиться тенденция к полному уравнению возрастных когорт в доступе к ресурсам и даже провозглашение молодежи в качестве вершины возрастной иерархии (например, в силу малой численности по отношению к другим группам, большей приспособленности к цифровому обществу).

Из сказанного выше можно сделать следующие выводы.

Представляются перспективными исследования поколения Z , связанные со следующими теоретическими концепциями.

• 1.    Концепция А.О. Хиршмана «голос – выход – верность» ( EVL ) и ее расширенная версия «голос – выход – верность – пренебрежение» (EVLN). Для данных исследований применим инструментарий теории игр.

• 2.    Концепции о демографических причинах протестов, связанных с ростом доли молодежи, замедлением социальных лифтов. Целесообразно исследовать качественные отличия поколения зуммеров и их протестный потенциал в контексте цифровизации, сетевизации, глобализации.

• 3.    Концепции идентичности и постматериалистических ценностей молодежи. Они связаны с выявлением цивилизационных, региональных особенностей российской молодежи по сравнению с поколением Z стран Запада и анализом общих тенденций самоидентификации молодежи, межпоколенческих отношений в различных регионах мира.

Статья подготовлена по результатам исследований, выполненных за счет бюджетных средств по государственному заданию Финуниверситету.