Процессуальное положение прокурора как субъекта обеспечения прав предпринимателей в уголовном судопроизводстве

гражданина (государственного правозащитного механизма), которая закреплена в качестве ключевого положения в Конституции Российской Федерации1.

Одной из категорий лиц, требующих особого подхода в вопросах обеспечения прав и законных интересов, в том числе со стороны органов прокуратуры, являются субъекты предпринимательской деятельности.

На фоне сложившейся сложной международной обстановки России предоставлена возможность развивать самодостаточную экономику. В связи с чем социальная значимость исследования вопросов обеспечения прав предпринимателей заключается в ревизии законодательства, связанного с осуществлением предпринимательской деятельности для более глубокого понимания и соблюдения принципа законности.

На данный момент обеспечение законности предпринимательской деятельности государством при всём разнообразии специальных юридических средств заключается большей частью в деятельности контрольных и надзорных органов. Проблемы обеспечения законности предпринимательской деятельности также вызваны большим объемом и асимметричностью информации в законодательных актах.

Обеспечение законности предпринимательской деятельности требует в настоящее время новых правовых решений в условиях развития экономики и смены приоритетов в ее регулировании. Существует необходимость изучения и возможного внедрения более совершенных механизмов и стимулов в целях улучшения правового регулирования как самой предпринимательской деятельности, так и правоотношений лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность в иных сферах.

Президент Российской Федерации В.В. Путин не раз акцентировал внимание прокуроров на работе по обеспечению прав предпринимателей и конкурентоспособности российской эконо-мики2. На одном из совещаний Президент РФ В.В. Путин подчеркнул, что «сегодня в условиях санкционной агрессии встает вопрос о законодательных гарантиях защиты предпринимателей от необоснованного уголовного преследования»3.

По данным Генеральной прокуратуры Российской Федерации, в 2022 г. в области защиты прав предпринимателей органами прокуратуры всего выявлено 214 177 нарушений закона (на 6,4 % больше, чем в 2021 г.). К дисциплинарной ответственности в 2022 г. привлечено 40 421 лиц (на 8,1 % больше, чем в 2021 г.), направлено 261 материалов для решения вопроса об уголовном преследовании в порядке, предусмотренном п. 2 ч. 2 ст. 37 УПК РФ (на 4,8 % больше, чем в 2021 г.)4.

В сфере уголовного процесса наиболее сложные ситуации в вопросах обеспечения прав субъектов предпринимательской деятельности, требующие самого пристального внимания со стороны прокуроров, складываются при возбуждении уголовных дел, при производстве следственных действий и, конечно же, при применении мер процессуального принуждения с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации5 (далее – УПК РФ). В научных публикациях отмечается и широко освещается важность выявления прокурором нарушений закона (Багаутдинов, 2018; Боровцов, Сынков, 2020).

Но главная проблема для эффективного и качественного осуществления прокурорской деятельности в исследуемой сфере, на наш взгляд, заключается в самом определении субъекта предпринимательской деятельности как участника уголовного судопроизводства.

Как известно, понятие предпринимательской деятельности является гражданско-правовым (абз. 3 п. 1 ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации)6. Но для реализации особых правил в рамках уголовно-правовых отношений данного определения недостаточно, тем более, что в УПК РФ применяются различные термины – «предприниматель», «индивидуальный предприниматель», «коммерческая организация» и др.

Существующая неоднозначность вызывает противоречия и на практике. Так, в одном из уголовных дел защитник указывал, что «Я. ведет предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя ...; принадлежащее ей транспортное средство используется в предпринимательской деятельности...». Государственный обвинитель привел обоснованные возражения. Судом в итоге принято решение, что «в материалах дела отсутствуют достаточные доказательства того, что этот автомобиль Я. использовала для осуществления предпринимательской деятельности»1. В другом деле суд указал, что «ФИО1, находясь в указанное время и месте, осуществляя свой преступный умысел, не являясь предпринимателем...»2. Исходя из приведенных примеров, следует также учитывать, что лицо могло фактически осуществлять предпринимательскую деятельность без надлежащего юридического оформления таковой либо с нарушениями или отклонениями от правильного предусмотренного законом оформления, но при этом важно не только определить понятие «субъект предпринимательской деятельности», но и условия, при которых преступления могут считаться совершенными в данной сфере.

Ввиду отсутствия отражения большинства современных признаков по отношению к понятию «предпринимательской деятельности» Верховный Суд РФ в определении от 14 апреля 2021 г. отметил некоторые современные признаки предпринимательской деятельности, однако высказал позицию о том, что в каждом конкретном случае вопрос о наличии признаков предпринимательской деятельности судами рассматривается отдельно3.

Соглашаясь с позицией Верховного Суда РФ, следует отметить, что вопрос о наличии признаков, позволяющих отнести лицо к субъектам предпринимательской деятельности, возникает еще в досудебном производстве, что обуславливает внедрение подобного подхода, рекомендуемого применительно к судебному производству и в досудебных стадиях уголовного процесса. При этом представляется, что именно прокурор должен разрешать вопрос о том, является ли лицо, подвергаемое уголовному преследованию, субъектом предпринимательской деятельности или нет. Обосновать данный тезис можно следующим.

Во-первых, для решения данного вопроса существует солидная ведомственная нормативная база надзора за соблюдением прав и законных интересов предпринимателей, которая представлена рядом приказов Генеральной прокуратуры4. В текущей ситуации особое значение имеет указание Генерального прокурора Российской Федерации от 11.03.2022 г. № 140/20 «Об усилении прокурорского надзора за исполнением законов, соблюдением прав граждан в связи с принимаемыми в Российской Федерации мерами по поддержке экономики и социальной сферы, а также в связи с введением отдельных ограничений на осуществление финансово-хозяйственной и иной деятельности»5.

Во-вторых, обеспечение прокурорами законности при производстве по уголовным дела в отношении субъектов предпринимательской деятельности не может быть реализовано в отрыве от его надзорной деятельности за пределами уголовного судопроизводства. Прокуратура РФ играет важную роль в проведении всех контрольных мероприятий, так как она является органом надзора за соблюдением законности проведения проверок, а в некоторых видах проверок органы государственного контроля просто обязаны осуществлять согласование своих проверочных мероприятий с территориальной прокуратурой, на территории которой ведет свою предпринимательскую деятельность юридическое лицо или индивидуальный предприниматель (Силантьева, 2021), а также за контролирующими органами закрепляется обязанность предупреждать любым доступным способом о проведении внеплановой проверки проверяемых лиц за 24 часа (за исключением случаев проведения внеплановой проверки по результатам осуществления анализа за деятельностью юридических лиц и индивидуальных предпринимателей по потреблению энергоресурсов). Отметим, что, несмотря на законодательное разделение функций прокуратуры РФ и государственных контролирующих органов, многие полномочия дублируются, что также отмечено в п. 1.3.1 Приказа Генеральной прокуратуры от 27.03.2009 г. № 93.

В-третьих, процессуальное положение прокурора, как одного из субъектов обеспечения прав предпринимателей, является специфичным. Специфика эта обуславливается следующим:

• 1)    за прокурором, в отличие от иных участников уголовного судопроизводства, представляющих сторону обвинения, законодатель закрепил не только осуществление функции обвинения, но и осуществление функции прокурорского надзора, что говорит о многофункциональном характере его уголовно-процессуальной деятельности и вытекающих из этого положения процессуальных полномочий;

• 2)    участие прокурора, в отличие от следователя, дознавателя и других должностных лиц, представляющих сторону обвинения в уголовном судопроизводстве, не ограничивается первыми двумя досудебными стадиями процесса. Прокурор принимает активное участие в уголовном судопроизводстве на всем его протяжении;

• 3)    особое положение прокурора как субъекта, осуществляющего координационную функцию в уголовном судопроизводстве, которая хоть и прямо не закреплена в уголовно-процессуальном законе, но определена в законодательстве о прокуратуре (Лукожев, 2016; Лукожев, Чич, 2021; Кругликов, 2021);

• 4)    в соответствии с ч. 3 ст. 37 УПК РФ в ходе судебного производства по уголовному делу прокурор поддерживает государственное обвинение, обеспечивая его законность и обоснованность. Не вдаваясь в дискуссию о том, является ли государственное обвинение отдельной функцией прокурора, отметим, что в зависимости от того, как оно будет реализовано, зависит результат работы иных участников со стороны обвинения, осуществлявших уголовное преследование в досудебном производстве. Необходимо заметить, что на стадии подготовки к судебному заседанию стороны обвинения и защиты особенно активно принимают участие в реализации принципа. К примеру, на стадии предварительного слушания стороны обвинения и защиты могут ходатайствовать о признании доказательств недопустимыми; прокурор вправе отказаться от обвинения и изменить его объем в сторону смягчения. Необходимо обратить внимание на участие государственного обвинителя в стадии подготовки к судебному заседанию, поскольку он обязательно участвует в предварительном слушании. Важной процедурой является возвращение уголовного дела прокурору, что регулируется статьей 237 УПК РФ, поскольку при подготовке судебного разбирательства судья может столкнуться с препятствиями, которые делают невозможным рассмотрение уголовного дела на стадии судебного разбирательства до их решения прокурором. Также прокурор может отказаться от уголовного преследования на предварительном слушании, если придет к выводу о недостаточности оснований для обвинения.

С учетом особого отношения государства в целом к предпринимателям и специфического положения прокурора в уголовном судопроизводстве, именно прокурор осуществляет отличную от других участников роль по обеспечению защиты прав субъектов предпринимательской деятельности.