Псы бога грома (еще раз о значении каменных собак лэйчжоу, Китай)

Образ собаки играл важную роль в мировоззрении народов Южного Китая с древности и вплоть до этнографической современности. Примером может служить традиция изготовления каменных скульптур собак, распространенная в основном на п-ове Лэйчжоу (пров. Гуандун), а также на территории Гуанси-Чжуанского авт. района, пров. Хайнань и в Северном Вьетнаме. Скопление на сравнительно ограниченном пространстве разнообразных и разновременных фигур из камня привлекало внимание многих исследователей 1. По примерным подсчетам, только в Лэйчжоу насчитывается ок. 10 тыс. статуй 2, что дает возможность применения

* Работа выполнена при поддержке Российского научного фонда (проект № 14-50-00036).

мультидисциплинарного подхода на статистически значимых выборках. Некоторые аспекты такого исследования уже были представлены авторами [Кудинова, 2014; Kudinova, Komissarov, 2017], однако привлечение новых методик и материалов позволяет уточнить и дополнить, казалось бы, хорошо знакомый сюжет.

Его истоки восходят к тотемическим верованиям, о чем свидетельствуют следы почитания собаки у народов мяо, яо, шэ, чжуан, ли [Му Е, 2008. С. 73; Цю Чжэньшэн, 1996. С. 341-354]. Большинство авторов, исследовавших эту тему по данным письменных источников, отмечают преобладание в регионе неханьских народов, которые вели свой род от пятицветного пса Паньху. С эпохи Сун начинается активное проникновение на крайний Юг страны ханьского этноса, который частично выселяет, частично ассимилирует туземцев (прежде всего, в культурном плане). Как отмечал Су Ши в «Записках о Храме Фу-бо», в период с конца Хань до Пяти династий из-за смуты на Центральной равнине множество семей переселилось сюда [в Гуанси], что отчетливо видно на примере одежды, ритуалов и музыки (см.: [Чэнь Чжицзянь, 2011. С. 256]). Именно тогда вместо пищевого табу в местной кухне появляются блюда из собачьего мяса.

Почитание собаки сочеталось с поклонением грому как тотему, что нашло отражение как в облике статуй (их поверхность часто покрыта узором в виде волют, называемым «орнаментом облаков и молнии» 云雷纹 юнь-лэй вэнь ), так и в местном фольклоре. Аборигены убеждены, что само название их местности Лэйчжоу (Область грома) связано с особым отношением к ним Бога грома, непременным помощником которого была каменная собака; на основании этого выделяется особая (лэйская) громовая культура [Чэнь Бо, 2011]. Записанные в регионе легенды указывают на активное участие собаки в появлении на свет божества грома Лэй-гуна (Лэй-цзу). Основа сюжета - рассказ о том, как собака находит яйцо, из которого появляется ребенок; повзрослев, он становится правителем, а затем обожествляется как дух грома [Цзюй Юньхэ, 2011. С. 263–264].

Прототипом героя этих преданий был реальный исторический деятель Чэнь Вэньюй ( ^^5 ), управляющий ( цыши ) округа Лэйчжоу в VI в. Он остался в народной памяти как добродетельный чиновник, а впоследствии был обожествлен и почитался как дух грома под именами Тяньшэнь, Лэйшэнь, Лэй-гун, Лэй-ван, Лэй-цзу [Ульянов, 2003. С. 141–142]. В 642 г. Лэй-цзу был пожалован титул Лэйчжэнь-вана ( 5ЖЖ , «Ван громовых раскатов»), тогда же в его честь построена кумирня, перед входом в которую установлена пара статуй собак из базальта [Лю Лань, Ли Сюнфэй. 2011. С. 376–377]. В древнекитайском языке понятие «удар грома» ( чжэнь ) этимологически связано с понятием «забеременеть», что отражает реликты древних представлений о происхождении первопредков от грома или громовика [Рифтин, 1980. С. 654].

Похожий династийный миф зафиксирован у народа тай в районе Лайтяу (на севере Вьетнама): девятиухая собака нашла яйцо, хозяин-охотник принес его домой, молния разбила яйцо, и из него вышел мальчик, который стал впоследствии местным правителем [Чеснов, 1976. С. 163].

На основе почитания собаки как тотемного предка развилось представление о ней как о божестве плодородия, приносящем сыновей. Обычно просили пожилых людей поднести скульптуре собаки чай и благовония, сжечь перед ней жертвенные деньги и обратиться с молитвой о даровании детей. Через год после рождения ребенка каменную собаку благодарили и просили, чтобы малыш рос здоровым и умным. Для защиты ребенка от злых сил и болезней, каменных собак нарекали его родителями. Во время церемонии даосский монах читал заклинание, а ребенок совершал три земных поклона перед изваянием. Чтобы выразить почтение к собаке и защитить детей, им давали имена Гоу-цзы 狗子 (Собачий сын), Гоу-гэ ^Ж (Брат собаки), Гоуцзай ^ff (Щенок), Гоу-дань ^Ж (Собачье яйцо), Гоу-ва ^^ (Собачья кукла), Гоу-шэн 狗生 (Рожденный собакой), Гоу-бао 狗保 (Вскормленный собакой),

Рис. 1. Каменные собаки в Музее Лэйчжоу. Фото М. А. Кудиновой (ноябрь 2013 г.)

Ни-гоу 昵狗 (Любимая собака) и т. д. ³ Этот обычай известен с древности и распространен до сих пор. Кроме того, раньше в пров. Чжэцзян существовал обычай «сидения в собачьей конуре», связанный с защитой детей от злых сил. Родственники надевали на ребенка старую одежду и клали в собачью будку. С этой же целью в настоящее время на юге Китая малышам надевают особые «щенячьи шапочки» в форме собачьей головы ( 狗仔帽 гоуцзай мао или 狗子 帽 гоуцзы мао ) и «собачьи рубашки» ( 狗弄衫 гоу нун шань , вид безрукавки) [Му Е, 2008. С. 76; Няньлуньдэ…, 2006. С. 95, 99, 125].

В качестве чудесного помощника Бога грома собака могла определять погоду. В центральных районах Китая подателями дождя часто выступали драконы, в Лэйчжоу же часть их функций возлагали на каменных собак 4. Еще в первой половине ХХ в. для борьбы с засухой проводили шествия со статуями собак, призывая дождь. Мальчики в возрасте 8–12 лет, вымазав лицо грязью, носили вокруг деревни кресло, в котором сидела каменная собака, били ее молодым бамбуком и требовали вызвать дождь. Шествие могло продолжаться много часов, пока дождь действительно не начинался [Zhou, 2012]. Подобные церемонии, хотя и с меньшим размахом, проводятся в сельской местности в наши дни. Сначала статуям подносят чай и благовония, перед ними сжигают жертвенные деньги. После этого одну из них водружают на деревянные носилки, с которыми обходят деревенские улицы и поля 5. Во время шествия участники бьют в барабаны и секут розгами изображение собаки, выкрикивая: «Господин Каменная собака, скорее поднимись на небо и попроси о дожде! В полях и садах нет воды, все растения засохли» [Му Е, 2008. С. 76].

Пес Паньху и Бог грома Лэй-гун могут замещать друг друга в космо- и антропогонических мифах, записанных у народов Южного Китая. Так, у народности шэ зафиксировано предание (еще в Средние века попавшее в китайскую литературу) о происхождении людей от брака принцессы и пса. А у проживающих в Гуанси яо записано сказание о том, что люди вновь появились на Земле благодаря браку между братом и сестрой, которых спас от потопа Бог грома, сам, впрочем, этот потоп и устроивший. При всех различиях в этих мифах совпадает основная тема: возрождение человеческого рода через неправедный брак. Она дополняется перекличкой многих важных деталей (тыква-горлянка, которая порождает как минимум одного из супругов; сам Бог грома, его голос, который в первом случае, по сути, благословляет инцестуальный союз, а во втором – дает свое имя одному из вновь рожденных кланов; пятицветная шерсть Панху, возможно, соответствует пяти цветам радуги ⁶, тесно связанной с громом) [Юань Кэ, 1987. С. 31–33, 39–43, 261].

В статье приведены лишь некоторые из наиболее релевантных интерпретаций уникального «парка каменных скульптур» в Лэйчжоу, посвященного «громовым собакам». Его дальнейшее изучение в контексте этнической истории региона предполагает использование мультидисциплинарного подхода (с привлечением методов зоологии, археологии, этнографии, фольклористики, искусствознания и др.).