Разработка оптимальной информационно-коммуникационной стратегии при угрозе в области здравоохранения с учетом специфики китайского опыта борьбы с коронавирусной инфодемией

Китаю было суждено первым принять на себя удар коронавирусной инфекции. В борьбе с новым смертоносным заболеванием китайское общество явило уникальный опыт преодоления возникшей проблемы: «После того, как эпидемия разразилась в полном объеме, китайское правительство, медицинские учреждения, коммерческие организации и гражданское общество, объединив силы, совместно противостояли тенденции, оказывая различную поддержку для предотвращения эпидемии и борьбы с ней» [Чжан Лэй 2020: 239].

В этом контексте была осознана важность эффективного информирования о рисках вспышки нового инфекционного заболевания на ранней стадии, что имеет решающее значение для управления общественным беспокойством и содействия соблюдению поведенческих норм. Китай, как известно, пережил беспрецедентную эпидемию коронавирусной болезни в ту эпоху, когда социальные сети фундаментально изменили модели производства и потребления информации. На основе этого опыта, с учетом проблемных аспектов и достижений, необходимо выстраивать оптимальную информационно-коммуникационную стратегию в ситуации угрозы в области здравоохранения.

Степень разработанности проблемы

Особенности и проблемные аспекты функционирования социальных сетей в контексте информационной политики периода пандемии рассматриваются в трудах многих исследователей [Келичековна, Монгуш 2020; Юй Сяо 2021; Семина, Го Вэй 2022; Калинин, Мавлеева 2020; Ван Сюй, Петров 2021а, 2021б; Ерофеева, Толстоку-лакова, Муравьёв 2021; Суманеев 2022; Зуйкина, Соколова 2022; Дейнека, Максименко 2020; Ку-мылганова, Ма Кэ 2022; Радина 2021; Жэнь Синьжу, Ду Гоин 2023; Калинин 2021].

Специфика китайского реагирования на инфодемию обусловлена различными причинами: политическими, социальными, культурными и т. д. Исследователям предстоит проанализировать, какие аспекты данного опыта применимы в других странах, а какие - обусловлены особенностями китайского менталитета и социально-политического устройства. В этой связи представляется необходимым охарактеризовать социокультурную специфику, в которой функционируют китайские социальные медиа, оказывая влияние на процесс распространения инфодемии.

Новизна

От имеющихся на данный момент исследований настоящая работа отличается тем, что, во-первых, заявленная проблематика рассматрива- ется в историко-культурном контексте, который определяет специфику реагирования китайского государства и общества на чрезвычайные ситуации в области здравоохранения. Во-вторых, анализ проводится с акцентом на выявлении и систематизации конкретных пунктов комплексной оптимальной информационно-коммуникационной стратегии в контексте пандемии на основе обобщения зарубежных и российских исследований.

Цель и методы исследования, теоретическая значимость

Целью исследования является определение комплекса конкретных мер, которые бы очерчивали границы оптимальной информационнокоммуникационной стратегии в контексте пандемии на основе китайского опыта с учетом историко-культурного контекста изучения проблемы, основных характеристик китайской медиасреды, а также проблемных аспектов и достижений реагирования Китая в ситуации коронавируса.

Методами исследования выступают синтез доступного анализа проблематики на основе отечественных и зарубежных исследований, историкокультурный подход, сравнительный метод (анализ реагирования Китая на пандемии прошлых - до-ковидных - лет), а также систематизация основных проблемных аспектов и достижений. Теоретическая значимость исследования заключается в представлении конкретного перечня позитивных мер по формированию оптимальной стратегии в структурированном виде, что послужит объединению разрозненных представлений о преимуществах и недостатках исторического реагирования на угрозы по линии здравоохранения.

Историко-культурный контекст исследования проблемы выработки оптимальной информационно-коммуникационной стратегии при угрозе в области здравоохранения на примере Китая

Китай на современном этапе своего развития характеризуется определенным многообразием: сохраняется разница между городским и сельским населением, северным и южным Китаем (в культурном и экономическом отношении), прибрежным и внутренним. В современном китайском обществе переплетаются уважение к древ -ним традициям, идеал стабильности, технической модернизации, экономического роста, проникновение прозападных культурных элементов. Эти факты имеют непосредственное отношение к проблеме разработки оптимальной информационно-коммуникационной стратегии в ситуации угрозы в области здравоохранения, поскольку в наши дни Китай представляет собой общество, которым становится сложнее управлять. Нужно также учитывать возрастание мобильности внутри страны и тенденцию к сужению описанных выше различий.

Для Китая наших дней актуальным остается древний культурный опыт. Конфуцианство в свое время сформировало идеалы следования традициям, иерархического рационального устроения гармонического общества, управляемого просвещенными добродетельными чиновниками. Китай уже в древности отличался своим социально-политическим устройством от западных стран феодального типа; это было авторитарное и бюрократизированное государство, ставшее таким в контексте социальной и политической нестабильности. Древние мыслители развивали идеи социальной добродетели. Государственная власть имела сакральное обоснование через использование и осмысление концепта «Небо».

Впоследствии на эту почву легли марксистские идеи, соответствующие традиционной для Китая материалистической и рационалистической направленности и развивавшие идеи социальной солидарности: «Марксистская философия и конфуцианство имеют определенные точки соприкосновения, среди которых можно выделить такие аспекты, как материалистический элемент исторического мировоззрения, рациональное начало, атеизм, диалектика, гуманизм и социальный идеал содружества. Эти аспекты можно объединить в три категории: философское мировоззрение, политическая мысль и общественные идеалы. В аспекте политической мысли есть определенное сходство между идеей социализма и идеей социальной солидарности» [Бальчинова 2023: 62].

С теоретической точки зрения, согласно коммунистической идеологии, власть в КНР находится в руках народных масс, однако на практике мы наблюдаем проявления однопартийной диктатуры с элементами демократического функционала, когда органы власти подотчетны гражданам. Если в теории партия отделена от структур власти, то на практике оказывается всё сложнее. Государственное устройство в Китае имеет характерную для коммунистических режимов пирамидальную структуру. Описанная модель соответствует традиции особой идеализации правительства, восходящей к глубокой древности и отличающейся от традиционного для Запада отношения к государственной власти как социально-политическому феномену.

В этой связи стоит отметить, что китайское правительство стремится сохранять контроль над информационным полем: «В СМИ регулярно направляются установочные материалы и запретительные директивы. Жёсткие ограничения касаются, в основном, политических тем. Публика- ции по экономическим вопросам более либеральны. Интернет также является мощным пропагандистским инструментом, находящимся под контролем государства, а не свободным от ограничений информационным источником» [Горяи-на 2012: 102–107].

Несмотря на известную проблему чрезмерного контроля китайского правительства за деятельностью СМИ и наличие цензуры, опросы показывают высокий уровень доверия государственной власти со стороны граждан Китая и сохраняющийся положительный рост этого доверия даже в момент чрезвычайных происшествий и в контексте обнаружения обществом некоторых некорректных действий правительства при непредвиденных катастрофах (с учетом поправки на некоторый процент недостоверности опросов по причине наличия цензуры и боязни граждан столкнуться с проблемами, давая определенные ответы). Так, согласно отчету «Глобальный барометр доверия Эдельмана», уровень общественного доверия к правительству Китая составил 84 % в 2018 г., 86 % в 2019 г. и 90 % в 2020 г.

Немаловажным фактором, определяющим приверженность китайцев текущему государственному политическому курсу, выступает историческая память о трагедиях прошлого, которые формируют идеал «коллективного чувства бессмертия» в перспективе будущего. Государственная власть Китая, регулируя деятельность СМИ и интернет-сообщества, на современном этапе учитывает опыт крушения других коммунистических режимов под влиянием западной идеологии, а также ближневосточный и североафриканский опыт революционных движений, которые использовали Интернет и социальные сети.

Доверие государственной власти в Китае обусловлено также очевидным для населения страны и научно и статистически подтвержденным экономическим ростом (даже в эпоху коронавируса), высоким темпом цивилизационного развития, подкрепленного соответствующей национальной идеологией. Это делает идеал политической стабильности привлекательным для населения.

В то же время нельзя забывать о том, что степень доверия центральной и провинциальной власти в Китае неодинакова и может существенно отличаться. Будет неправильным говорить лишь о положительных аспектах в современном социально-политическом устройстве Китая, которое влияет на деятельность СМИ и социальных медиа в КНР. Исследователи отмечают, что часть населения испытывает социальное давление, наблюдается уровень снижения социального участия и доверия, развивается индивидуализм и некоторые формы сопутствующих психических проблем (в частности, депрессия): «В условиях пандемии про- изошли изменения в социальной ментальности китайского общества, в частности снизилось чувство социального участия, увеличилось чувство социальной поддержки и возросло ощущение социального давления» [Ань Эньжуй 2023: 4].

Увеличение распространенности депрессии, действительно, может быть общей реакцией на скорость социокультурных изменений или конкретным следствием роста индивидуализма, но также может быть и результатом западного влияния. Модернизация Китая сопровождается параллельными сдвигами в индивидуалистических ценностях, стилях воспитания, нормах самовыражения: «Индустриализация, ослабившая экономическую основу древних традиций; демократизация, пошатнувшая их политическую основу; возросшая мобильность, нарушившая пространственную основу; индивидуализация, подрывающая культурную основу; глобализация, ослабившая внимание к традиционному знанию [Верченко 2022: 110].

Основные характеристики китайской медиасреды: социальные медиа и проблема государственного контроля

В этом контексте развивается китайская медиасреда. Ее общими характеристиками являются существенная степень закрытости и сбалансированность. Она представляет собой переплетение различных сил: партийной, правительственной, коммерческой, профессиональной, индивидуальной и культурной. В основном внимание исследователей приковано к первым трем факторам, определяющим китайскую медиасферу. Наряду с традиционными СМИ всё большое значение приобретают интернет-медиа и мобильные медиа. Цифровая экономика в Китае всё более развивается, проникая во все сферы жизнедеятельности граждан. Социальные сети также меняют облик современного китайца. Актуальными становятся формы зависимостей от соцсетей.

По состоянию на 2024 г. в стране насчитывается самое большое в мире количество пользователей социальных сетей – более 983,3 млн. Социальные сети обрели популярность в Китае с тех пор, как Weibo и WeChat стали инструментами для обмена фотографиями, новостями и идеями. Согласно исследованиям, китайцы проводят в социальных сетях в среднем 1 ч 57 мин в день. Самые популярные платформы социальных сетей в Китае (включая мессенджеры) в 2024 г. – Weixin (Wechat), за ней следует Douyin (популярный инструмент, позволяющий пользователям создавать короткие видеоролики, часто под музыку; версия TikTok для материкового Китая) и Tencent QQ [China Social Media Statistics 2024].

Необходимо учитывать, что китайское интернет-сообщество является самым большим в мире. На международной арене внимательно следят за тем, как Китай пытается переупорядочить интернет, воспринимая западную культуру во многом как угрозу китайскому благополучию и формируя концепцию суверенного интернета, функционирующего в национальных интересах. В данном случае проявляется различное понимание соотношения человека и группы в традиционной китайской и современной европейской ментальности. В первом случае речь идет о приоритете общественного над индивидуальным.

Коммунистическая партия Китая не владеет всеми СМИ, однако осуществляет контроль и цензуру за их функционированием как в автоматическом, так и в ручном режиме. В основе информационной политики государства лежат идеалы авторитаризма и национальной выгоды вкупе с безопасностью. В то же время правительство допускает коммерциализацию СМИ и наличие внутренней конкуренции. Государственная власть также мобилизует и поддерживает политическую активность граждан, их участие в политической жизни. Умеренный уровень свободы слова позволяет руководству страны собирать необходимую информацию на локальном уровне и дисциплинировать чиновников на местах. Власть способна корректировать свою политику и учитывать общественное мнение за счет мониторинга социальных медиа. Примером в этом отношении выступает эпоха коронавируса, когда во всей полноте, в отличие от предшествующих эпидемий, была осознана необходимость эффективного взаимодействия с пользователями соцсетей.

Изучая функционирование социальных медиа в Китае на основе достаточного количества научных работ (указанных выше российских, а также зарубежных1), можно прийти к выводу, что развитие цифровизации и социальных сетей не означает с необходимостью активизацию демократических начал в стране. Государство может использовать соцсети как каналы для продвижения и утверждения своих интересов. В то же время имеются примеры, когда под давлением общественного мнения, распространяемого в социальных медиа, государство предпринимало определенные шаги и даже корректировало свои решения.

Проблемные аспекты и достижения ин-форма ционно-ко ммуни кац ио нного реагирования медиа в контексте чрезвычайных ситуаций на примере Китая

Если говорить о поведении государства в контексте чрезвычайных ситуаций, учитывая описанные выше особенности функционирования китайских СМИ и характеристики медиасферы, то очевидной становится обязанность государственной власти эффективно информировать граждан о реальности угрозы и мерах предосторожности с целью предотвращения паники и беспорядков, сохранения положительного психоэмоционального состояния граждан.

В данном случае необходимо избегать крайности грубой подачи реальных сведений об угрозе и крайности замалчивания об опасности. В эпоху социальных сетей информация о какой-либо угрозе (реальная или искаженная) может возникнуть в медиасфере раньше, чем государство успеет отреагировать на нее и сформулировать свой ответ.

Государственной власти необходимо учитывать в этом контексте качественный анализ содержания соцсетей, которые становятся реальной общественной силой, наряду с остальными, оказывающей огромное влияние на текущее состояние общества. Необходимо преодолевать разрыв между предоставлением информации и реальным общественным спросом на нее, когда происходят чрезвычайные происшествия. Слишком сильное замалчивание и приукрашивание реальности в такие периоды (с учетом наличия соцсетей) может вылиться не в укрепление спокойствия и стабильности, а, напротив, во взрывоопасные процессы.

Важно обратить внимание на тот факт, что порой именно соцсети, а не СМИ ответственны за распространение фейков. Пользователи соцсетей, не получая официального комментария на волнующие их аспекты новой угрозы, начинают распространять ложные слухи, тогда как СМИ выступают в роли каналов передачи. Таким образом, важнейшим фактором, провоцирующим инфодемию, выступает некачественная государственная политика в информировании населения.

В качестве «работы над ошибками» ученые предлагают повышение ответственности массме-диа перед своими целевыми аудиториями за публикацию ложных новостей, а также более глубокий фактчекинг всей информации, которая может негативно повлиять на общество [Tang Hai, Zhu Zhе, Qi Lihong 2021]. Есть предложение создавать национальную и/или международную единую базу фейков, чтобы информировать людей о существовании инфодемии, проверять все факты в ней, сотрудничать с IT-компаниями в сфере идентификации и опровержения сведений из этой базы на просторах Интернета [Серегина, Сухова 2021].

Опыт борьбы с коронавирусом четко показал, что в Китае были повторены ошибки информационного реагирования на прошлые эпидемии, когда информация давалась с задержкой, при- украшивалась либо не была полноценной. С начала пандемии некоторые исследователи стали проводить параллели между реакцией СМИ на распространение атипичной пневмонии и коронавируса: «Анализ всех значимых аспектов приводит к выводу, что особенности и характерные черты процесса, который в 2020 г. получил название “инфодемия”, присутствовали и в 2003 г. во время освещения процесса борьбы с SARS. Учитывая тот факт, что СМИ годами придерживаются одной и той же концепции освещения, можно предположить, что в период новой пандемии журналисты совершат те же самые ошибки и позволят инфодемии снова встать на пути распространения правдивой информации» [Землянский 2021: 570]. Существует мнение, что эпидемия атипичной пневмонии показала, что экономическая озабоченность и местный протекционизм правительства взяли верх над благосостоянием общества, что обусловило сокрытие реальной информации и занижение объема объективных фактов впоследствии, что способствовало обострению кризиса [Zhao Jinqiu 2003: 191].

Если мы внимательно посмотрим на китайские репортажи, нетрудно обнаружить, что создание новостей в СМИ по-прежнему является следствием отсутствия общего консенсуса, «что приводит к отсутствию рациональности, комментируемой общественностью, или отсутствию преемственности, практикуемой журналистами, из-за чего может отсутствовать полное общественное доверие» [Tang Hai, Zhu Zhе, Qi Lihong 2021]. Но освещение эпидемии в 2020 г. значительно укрепило доверие к китайским СМИ, и одной из важных причин этого может быть то, что СМИ начинают понимать, как использовать теорию фреймов для управления своими репортажами и направления движения общественного мнения.

Чаще всего правительственные СМИ использовали несколько типовых фреймов в контексте чрезвычайных ситуаций в области здравоохранения: болезнь излечима и «всё под контролем» (например, фреймы «подчеркивание мер, мер предосторожности или правил, разработанных партией и правительством для контроля эпидемической ситуации» и «основные средства массовой информации сообщали вовремя и предоставляли авторитетную информацию, заслужив похвалу и доверие аудитории»)2. Эти фреймы подкреплялись конкретными примерами и демонстрировались публике. К сожалению, в Китае времен коронавируса пропагандистская составляющая превалировала над объективно-информационной в СМИ. Несмотря на отсутствие своевременности в информировании на определенном этапе и должной прозрачности, а также отсутствие консенсуса в создании контента меж ду различными информационными силами, Китай довольно быстро осознал необходимость использования социальных сетей для мониторинга ситуации и управления общественным мнением и психоэмоциональным состоянием отдельно взятых людей.

Особое значение, как показала практика, в рассматриваемом контексте нужно уделить государственному присутствию в соцсетях, которые многими гражданами воспринимаются ближе в сравнении с традиционными каналами государственного оповещения. Крайне важным было и преодоление информационной асимметрии между центральными и местными органами власти, которое можно осуществлять через инструментарий соцсетей.

Нельзя сбрасывать со счетов и то, что Китай был первым пострадавшим от коронавируса и у него не было возможности опереться на опыт других стран в плане согласования информационной повестки дня между государственными силами и общественностью. В итоге возникли две модели реагирования на коронавирус, каждая из которых, как показывает проведенный автором анализ, имеет проблемные аспекты и негативные издержки: с одной стороны, это информационный авторитаризм материкового Китая, с другой – информационная анархия в Гонконге.

Заключение

Итак, разработка оптимальной информационно-коммуникационной стратегии в ситуации угрозы в области здравоохранения должна опираться на накопленный КНР опыт и учитывать специфику китайской интерпретации государственной власти в контексте формирования информационной повестки. Несмотря на существенные трансформации в культурном и идейном ландшафте современного Китая, по сей день остаются незыблемыми традиционные принципы политического регулирования и социального мировоззрения китайцев. Несмотря на наличие цензуры и государственного контроля за деятельностью СМИ и содержанием социальных сетей, власть в Китае имеет тенденцию к тому, чтобы учитывать общественное мнение при формировании информационной повестки, а также опираться на мониторинг и использование соцсетей при выстраивании эффективной модели коммуникации с обществом.

Учитывая накопленный Китаем опыт, проанализированные автором тематические исследования [Ding Chunyan, Lin Fen 2021; Wu 2021; Fu Liping, Sun Huajun, Xu Kaibo 2022 и мн. др.], а также историко-культурную специфику Китая (которая накладывает ограничения на результаты исследования), можно указать некоторые элементы оптимальной информационно-коммуникационной стратегии в ситуации угрозы в области здравоохранения:

• а)    своевременное и прозрачное информирование граждан об угрозе;

• б)    параллельно с этим – демонстрация фреймов («болезнь излечима», «всё под контролем» и проч.) на конкретных примерах;

• в)    своевременное предупреждение населения об опасности инфодемии и о методах противодействия ей, обучение населения основным принципам информационной безопасности (на упреждение фейков);

• г)    плотное взаимодействие государственной власти и органов здравоохранения с социальными сетями для мониторинга общественного мнения и реальных информационных запросов со стороны общества;

• д)    активизация государственного присутствия в социальных сетях;

• е)    формирование гармоничного диалогового пространства между правительством и общественностью;

• ж)    повышение ответственности за публикацию ложной информации;

• з)    глубокий фактчекинг информации, которая может потенциально иметь негативный социальный эффект;

• и)    создание национальной или международной базы фейков с подробным и системным опровержением их содержания;

• к)    сотрудничество различных общественных сил в области медиасферы в преодолении негативных последствий инфодемии.

Выводы

Опыт борьбы с коронавирусом в Китае выявил повторяющиеся в истории проблемные аспекты и ошибки в рамках информационного реагирования на вызовы в области здравоохранения: информация давалась правительственными СМИ с задержкой и искажением объективной ситуации, несвоевременно и без должной прозрачности; инфодемия в социальных сетях опережала официальную реакцию властей; наблюдалась асимметрия между реагированием и информированием на уровне центральной и местной власти и др. В то же время китайские власти довольно быстро провели «работу над ошибками» и в существенной степени минимизировали негативные следствия пандемии. Стало ясно, что как информационный авторитаризм материкового Китая, так и информационная анархия в Гонконге имеет проблемные аспекты и может способствовать бесконтрольному распространению инфодемии.

Правительству Китая приходится учитывать изменения, связанные с развитием социальных сетей и мобильного интернета, в аспекте не только контроля за общественным порядком и политической стабильностью, но и предотвращения паники и хаоса в контексте чрезвычайных ситуаций. Опыт пандемии коронавируса показал, что на государственной власти лежит прямая ответственность за психическое спокойствие граждан и преодоление негативных последствий инфодемии за счет эффективной информационной политики, которая поможет сохранять экономическую и социально-политическую стабильность в чрезвычайных ситуациях в единстве с коммерческими, профессиональными, индивидуальными и культурными силами китайской медиасферы.