Редакторская стратегия Н. Н. Животова в журнале «Вестник Российского общества покровительства животным» 1886–1888 годов

Петербургского журналиста и литератора Николая Николаевича Животова (1858–1900 гг.), как и многих других «чернорабочих» пера 1880– 1890-х гг., отличала редкая работоспособность: бесчисленное множество репортажей, фельетонов, рассказов, опубликованных в газетах, 25 романов и 18 очерков, выдержавших самостоятельное издание в 1890-х гг. В свое время он пользовался популярностью, и не всё из написанного им кануло в Лету. Цикл его очерков, исследующих жизнь маргинальных обитателей столицы, «Петербургские профили», уголовные романы «Макарка-душегуб», «Игнатка-горюн» сохранили не только архивный интерес. Они были переизданы и нашли своего читателя уже в наше время. Тем не менее в истории отечественной журналистики и литературы жизнь и творческое наследие Н. Н. Животова остается в тени. В словаре «Русские писатели. 1800–1917» есть биографическая справка А. И. Рейтблата [Рейт-блат 1992: 268], краткие сведения о журналистской работе вошли в монографию Е. С. Сониной «Петербургская универсальная газета конца XIX века» [Сонина 2004: 171–173, 203–204], отдельные упоминания журналиста – в ряде других работ автора [Сонина 2016: 217; Сонина 2000: 84]. Это всё, что мы имеем о Н. Н. Животове на сегодняшний день.

Стремление вписать фигуру незаурядного и деятельного человека в историю отечественной журналистики стало для нас стимулом к изучению жизни и журналистского творчества Н. Н. Животова.

На основе исследования архивных материалов нам удалось более полно, чем прежде, реконструировать жизненную канву и перипетии журналистской карьеры Н. Н. Животова [Черанов-ская 2024]. Наше внимание привлек один из мотивов его деятельности – стремление выйти за рамки поденной журналистской работы и создать свой собственный журнал, подчиненный его, Н. Н. Животова, журналистской логике. Этого он в конце концов и добился, став издателем и главным автором еженедельного иллюстрированного журнала «Звезда» при газете «Свет». Но первым шагом на пути к своему печатному органу стало редактирование журнала «Вестник Российского общества покровительства животным» 1886–1888 гг. Редакторская работа Н. Н. Живо-това в «Вестнике» и стратегия переформатирования издания станет предметом нашего анализа.

Теория литературного поля П. Бурдье позволяет подойти к анализу журнала «Вестник Российского общества покровительства животным» не столько как к продукту журналистского творчества, сколько как к социальному действию, обусловленному гетерономными причинами.

Самого же Н. Н. Животова в этом контексте мы рассматриваем не только как журналиста, но и как актора литературно-журнального поля. Новизна исследования заключается в разработке на основе этой теории новой модели анализа редакторского поведения, где ключевым критерием его эффективности становится не читательский успех, а укрепление позиций в литературножурнальном поле за счет приращения символического капитала.

Этот метод позволяет отказаться от ценностно-иерархического подхода к анализу журналистики и приступить к описанию внутренней структуры литературно-журнального поля конца XIX в., механизмов становления репутации журналиста. Необходимость такого подхода к изучению литературы подчеркивается исследователями с конца 1990-х гг. [Добренко 1999; Абашев 2000; Дубин 2010; Рейтблат 2014], важность системного анализа истории прессы отмечают и исследователи журналистики [Ахмадулин 2024; Бик-Булатов 2012; Громова 2023]. Именно с этих позиций мы приступаем к рассмотрению «Вестника», ставшего для Н. Н. Животова «журнальной академией».

С Российским обществом покровительства животных Н. Н. Животова связывает не только «Вестник». В 1880-е гг. он состоял в Обществе и активно участвовал в его жизни. Российское общество покровительства животных было учреждено в 1865 г., его целью было «соединенными силами своих членов предохранять животных во всей Империи от жестокого и дурного с ними обращения и вообще содействовать улучшению их быта и породы» [Зосимовский 1890: 18]. Официальное издание Общества – «Вестник» – было призвано освещать его Общества. Журнал издавался в начале и середине XIX в., но в 1880 г. его выпуск был прекращен, пока в 1886 г. не возобновился под редакторством Н. Н. Животова.

Интерес Николая Николаевича к «Вестнику» был обусловлен, вероятно, невозможностью получить разрешение на издание собственного журнала без должного опыта. Такая необходимость преодолевать государственный барьер всякому начинающему редактору или издателю подчеркивает «слабую автономию» поля журналистики [Социоанализ… 2001: 129]. Приращение символического капитала для журналиста оказывается невозможным без санкции властных структур, несмотря на то что в литературном поле, по мнению П. Бурдье, «символическая власть противопоставлена всем формам гетерономной власти, доступ к которым <…> все держатели символического капитала <…> могут получить в награду за оказываемые властям услуги» [Бурдье 2007: 29].

Так, невозможность преодолеть барьер между ядром и периферией литературно-журнального поля, кажущаяся простота получения разрешения на редактирование ранее выходящего ведомственного «Вестника» подталкивает Н. Н. Живо-това к мысли о работе в должности редактора в журнале. В 1886 г. правление Общества обращается в Главное управление по делам печати Министерства внутренних дел с прошением о возобновлении «Вестника» под редакторством Николая Николаевича. Программа «Вестника», изложенная в прошении, кроме обязательных для ведомственного издания «Официального отдела» и «Руководящих статей», включала в себя и раздел, напоминающий рубрики универсальной газеты: фельетоны / романы, повести и мелкие рассказы русские и переводные / анекдоты, каламбуры и проч.; вокруг и около / факты и советы дня; судебный отдел и т. д. (РГИА. Ф. 776 Оп. 8 Д. 392).

Думается, в этом и был замысел будущего редактора: под видом узкоспециального «Вестника» создать печатный орган, который затем мог бы стать самостоятельным универсальным изданием. Попытка эта не увенчалась успехом: ходатайство об издании журнала было отклонено, поскольку «проектированная программа для газет совершенно не соответствует задачам и целям общества покровительства животным» (РГИА. Ф. 776 Оп. 8 Д. 392).

В том же году правление Общества повторно просит разрешение на издание журнала с периодичностью уже два раза в месяц и по гораздо более умеренной программе, утвержденной для «Вестника» ранее. Это прошение было удовлетворено (РГИА. Ф. 776 Оп. 8 Д. 392).

Первый выпуск «Вестника» вышел 1 июня 1886 г. в двух листах газетного формата. В нем было объявлено, что в журнале примут участие В. И. Модестов, С. В. Максимов и другие выдающиеся литераторы, подчеркивалось, что журнал может существовать лишь при «сочувствии» членов Общества. Ожидалось, что в редакцию будут поступать материалы от отделов Общества. На деле же выпуски почти полностью составлялись самим Н. Н. Животовым. Спустя полтора года после начала издания журнала редактор констатирует, что в нем принимали участие трое из трехсот членов нашего общества, три ветеринарных врача и только, не считая конечно лиц, сотрудничавших у нас за обычную полистную плату (ВРОПЖ. 1887. № 32)

«Вестник» публиковал то, что было обещано ранее разрешенной программой: правительственные распоряжения, сведения от правления и отделов Общества, советы и рецепты по содержанию животных, сведения о ловле бродячих собак и пр. Но существенную часть журнала за- полняли письма, репортажи («Сад Аквариум», «Выставки и бега»), переводы из журналов зарисовок из жизни животных («Чутье и память собаки», «Собаки спасли село от разбойников», «Сообразительность щуки»). Реже встречались заметки о городских происшествиях (как правило, случаи истязания животных), энциклопедические статьи о животных («Чувственная и умственная жизнь рыб»), художественные зарисовки для детей («Верный друг», «Миша»).

Главный интерес для Н. Н. Животова, вероятно, представляли редакторский отдел и рубрика «Беседы». Отдел «От редактора» был призван решать дела журнала, однако порой стиль раздела отличался чрезмерной патетикой. Так, например, открывается первый номер журнала: Мы заранее предвидим, что задача, за которую мы взялись, не легка и на пути нашем стоит немало преград. Нас ожидает борьба с предубеждениями, легкомыслием, невежеством, грубостью нравов, наконец, с убийственным равнодушием и, быть может, иронией или даже насмешками. Друзей наших мы считаем единицами, а врагов – сотнями. Как это ни странно, но к целям и идеям нашим большинство относится враждебно, а меньшинство – индифферентно (ВРОПЖ. 1886. № 1). Подобная декларация демонстрирует, что Н. Н. Животов был склонен воспринимать журнал как общественную трибуну. В отделе «Беседы» часто поднимались вопросы, касающиеся не столько защиты животных, сколько нравственности вообще. Вот лишь один из примеров. Обращаясь к проблеме этичности использования животных для увеселения публики, автор дает нравственный портрет посетителей подобных развлечений: Мы далеки от мысли протестовать против дрессировки животных, пока у нас, во всей Европе, дрессируют с неменьшей жестокостью детей и даже взрослых. Мы не можем требовать кары фокуснику в «Зоологическом», который швыряет собаке, когда рядом в «Аркадии» другой фокусник точно так же швыряет своего пятилетнего ребенка… (ВРОПЖ. 1886. № 6).

Иные рубрики, непосредственно касающиеся деятельности Общества, призванные помочь читателю в обращении с животными, похоже, почти не удостаивались внимания автора. Об этом свидетельствует курьезный случай. В первый год издания Н. Н. Животовым практиковалась бесплатная высылка журнала в губернии и земства. В ноябре 1886 г. часть экземпляров вернулась с письмом:

Возвращая при сем 7 экземпляров №7 «Вестника Российского общества покровительства животным», присланных редакцией для распространения среди населения через волостные правления, губернская управа имеет честь уведомить редакцию <…>, что же касается настоящего номера, то , находя в нем ( в отделе «Советы и рецепты») антигигиенические и нерациональные указания довольно дорогим при том способом лечения, распространение которого среди сельского населения крайне нежелательно, губернская управа просит редакцию прекратить высылку названной газеты, так как управа не решается рассылать в волостные правления Херсонской губернии такие номера газеты, как настоящий возвращаемый №7 (РГИА. Ф. 776 Оп. 8 Д. 392).

Мы не располагаем ответом редакции на это письмо, но вполне можем представить, каков был его тон: журнал в начале пестрел бесцеремонными репликами в адрес критиков: Подобным господам у нас ответ короток. <…> Мы заботимся только о скотах четвероногих и с этого нас довольно… (ВРОПЖ 1886. № 3). Сведения о «непристойном» ответе были доведены до правления Общества. Развязкой стало письмо Общества о том, что Животову предложено сноситься отныне по делам редактируемого им журнала, с Правительственными и общественными местами и лицами не иначе, как через посредство Правления . (РГИА. Ф. 776 Оп. 8. Д. 392). Конфликт был исчерпан.

С январского номера (№ 16) 1887 г., желая увеличить число подписчиков, сделать журнал более привлекательным, редакция меняет типографию, отказывается от листов газетного формата в пользу книжного, увеличивает количество страниц до 16. Однако пессимистичные настроения не покидают редактора: журнал не имеет успеха, ожидаемого в начале его пути. В феврале 1887 г. Н. Н. Животов констатировал провал Вестника: Из двухсот членов откликается четырнадцать человек, которые подписываются на журнал. Остальные 186 не удостаивают даже ответом, на приглашение подписаться. Просят их принять личное посильное участие в журнале и только двое присылают в течение девяти месяцев четыре заметки (ВРОПЖ. 1887. № 18).

Причины неудачи редактор связывал с равнодушием горожан и членов Общества к проблемам отношения к животным, при этом отмечая, что как редактор он прикладывал усилия, чтобы заинтересовать публику «скандалами» и «пикантными эпизодами»: Никакие громкие речи, никакие доказательства и убеждения не в состоянии бороться с «равнодушием», которому можно противопоставить только два орудия: палку или личную, хотя бы самую проблематичную, выгоду. Если у вас нет того или другого, если вы не можете заманить «публику» наградами, деньгами, скандалами, пикантными эпизо- дами или если не можете вооружиться дубиной – лучше не начинайте никакого предприятия, не заваривайте каши… (там же).

Провалился «Вестник» и с финансовой точки зрения, хотя не ставил своей целью заработок. Журнал издавался на частные деньги и деньги благотворителей, распространялся преимущественно бесплатно. Однако, поскольку он выступал официальным изданием Общества, предполагалось, что его подписчиками должны стать члены Общества. План этот не вполне удался. Подводя итоги работы за 1887 г., Н. Н. Животов публикует следующую статистику: Всего отпечатано и выпущено в свет 56000 печатных листов «Вестника», из которых 336 листов получили по подписке гг. члены общества; 14400 листов выслано подписчикам и 41265 листов разослано бесплатно: в школы, волостные правления, земства, библиотеки и частным лицам. На даровую рассылку редакция истратила <…> около двух тысяч руб. не считая общих расходов на печать, набор, редакции, авторский гонорар, контору и пр. (ВРОПЖ. 1887. № 25). Кроме того, финансовая модель предполагала, что бесплатную рассылку примут на себя земства. Без этих условий журнал оказался убыточен. Покажем мы и письма «земских управ», не желающих принимать на себя «даровую» рассылку журнала. Если к этому прибавить дефицит по изданию, достигающий весьма почтенной цифры, из которой ни одна копейка не относится на средства общества покровительства животным, то наши обвинители, несомненно, призадумаются бросить «камень» и обернувшись на себя, поймут в чем дело (ВРОПЖ. 1887. № 32).

Спустя год существования журнала редактор подвел итоги его работы. Поскольку фрагмент дает полную картину о жанровом и тематическом своеобразии «Вестника», процитируем его полностью.

На страницах «Вестника» были подняты и частью разработаны, в двадцати четырех вышедших №№-рах следующие главные вопросы 1) бешенство собак (четыре специальные статьи ветеринаров; 2) страхование животных (две статьи), 3) борьба с истреблением весенних птенцов (шесть статей). 4) способ убоя животных (№3-й) 5) ловля и истребление бродячих собак (четыре статьи) 6) чувственная и умственная жизнь рыб; 7) вивисекция (семь статей); 8) ум животных; 9) наши скачки; 10) нормы работы лошадей; 11) болезни: чума, ящур, бешенство собак, тимпанит и др.; 12) повода лошадей; 13) будущность животных (11 статей); 14) знахарство; 15) подделка лошадей на конной. Сверх того в «Вестнике» помещено бо- лее 10 рассказов в беллетристической форме, более 100 интересных фактов из жизни животных и свыше 80 советов и рецептов для ухода за животными. Наконец, несколько лучших брошюр в духе покровительства животным были бесплатно приложены и разосланы при «Вестнике» (ВРОПЖ. 1887. № 25).

Как видно, заявленная (и разрешенная) программа журнала выполнялась примерно наполовину. Значительный объем журнала заполняли подборки занимательных фактов о жизни животных и «беседы» редактора, о которых он не упомянул в отчете.

Положительной оценки среди критиков «Вестнику» снискать также не удалось. Поначалу журнал был встречен хорошо. В № 3 от 6 июля 1886 г. даже появилась сводка откликов на него под заглавием «Среди газет». Отмечалось, что «Вестник» получил сочувствие столичных «Новостей» и «Петербургских ведомостей», провинциальных «Кавказского Вестника» и «Минского листка». Но уже спустя полгода редактор признается читателям, что «принял систему замалчивания недугов», игнорирования критики в адрес журнала: В периодической печати среди мелких газет постоянно почти по поводу каждого нашего №-ра, мы встречаем ругань или неостроумные остроты, причем нам приписывалось то, чего мы не говорили, наши слова передергивались, и в результате по поводу наших статей делали самые безосновательные выводы (ВРОПЖ. 1887. № 5).

С лета 1887 г. Н. Н. Животов охладевает к журналу. В отделе «Беседы» теперь публикуются репортажи с мест командировок автора (№ 27 от августа 1887 г.), отчеты со скачек (№ 28 от сентября 1887 г.). Затем отдел «Беседа» и вовсе пропадает на один номер и появляется уже под авторством писателя Сергея Лебеды. Меняется и наполнение журнала. Теперь преимущество отдается жизни самого Общества: публикуются обширные протоколы заседаний его правления, становится больше пересказов переводных статей (например, «Мнение “Дамского комитета Рижского приюта для животных” по вопросу о введении намордников и установлении сбора за собак»). С началом 1888 г. в большом количестве появляются корреспонденции из Казани, Одессы, Харькова, Киева, Москвы, Твери и других городов. С рубежа 1887 – 1888 гг. некоторые выпуски выходят попарно (например, № 37 – 38, март 1888 г.)

Примерно в это же время редактором предпринимается еще одна попытка оживить журнал. При нем пробуют выпускать отдельным изданием «Беседы о животных». В первый выпуск входят статьи «Грешный», «Характерно», написанные в духе проповеди, но и эта затея терпит неудачу. Как видно из протокола заседания изда- тельской комиссии Общества, практически все экземпляры пришлось раздать даром:

Доложен отчет о печатании 1-го выпуска бесед о животных. Печатание 2000 экземпляров обошлись при даровом оригинале и даровой печати в 24 руб. 40 коп.

Из числа 2000 экземпляров израсходовано:

Разослано при «Вестнике» – 1000 экз.

Продано на общем собрании – 93 экз.

Сдано г. Никифорову – 100 экз.

Роздано бесплатно через гг. Девятова Жуковского и Животова – 140 экз.

Послано в отделы по 10 экз. – 100 экз.

На лицо – 567 экз.

Итого – 2000 экз.

Доходу от издания на 1-е марта поступило 2 р. 40 коп., вырученные на общем собрании (ВРОПЖ. 1888. № 37 – 38).

После очередной неудачи участие самого Н. Н. Животова в журнале сокращается. С начала 1888 г. его увлекает устройство приюта для животных, о чем регулярно появляются отчеты в журнале под названием «Наш приют» (практически единственные следы его пребывания в издании). Последние номера журнала, выходившие под редакторством Н. Н. Животова, почти полностью состоят из перепечаток официальных документов, корреспонденций, переводов из зарубежных журналов. Интерес представляют лишь игровые «Письма к редактору», написанные от лица животных Князем Н. Е.

Окончательный уход редактора из «Вестника» связан со скандалом на Нижегородской ярмарке, ставшим причиной возбуждения дела о мошенничестве. Так написал об этом «Петербургский листок»: Г. Животов в Августе месяце устроил, согласно полномочиям от Общества, гулянье и беспроигрышный базар в Нижнем-Новгороде. Вечером, при поверке выигрышных билетов, оказалось, что двадцать главных номеров выигрышей в колесо не было опущено, вследствие чего и загорелся сыр-бор (ПЛ. 1888. № 278: 2). Н. Н. Животов не считал себя виновным в подлоге лотерейных билетов, но всё же подал прошение об исключении его из Общества, отказался от редактирования журнала. Журнал возглавил З. В. Зосимовский.

Вероятно, Н. Н. Животов был готов к такому исходу, поскольку само издание «Вестника» задумывалось как способ укрепления репутации в глазах Главного управления по делам печати: прошение на издание газеты «Листок для справок» в апреле 1887 г. Н. Н. Животов подает от лица редактора «Вестника», ссылаясь также на «восьмилетнее сотрудничество в столичных газетах на ряде литературных работ: о расколе, прибалтийском крае, общественном призрении и др.» (РГИА. Ф. 776. Оп. 8 Д. 451).

Таким образом, несмотря на принятую программу, редактор стремился расширить тематический круг издания. В нем публиковались репортажи, переводы, сведения о городских происшествиях, но ведущими стали «Редакторский отдел» и «Беседы», в которых Н. Н. Животов предлагал нравоописательные зарисовки собственного сочинения. Отделы же, составляющие тематическую доминанту журнала, оставались без внимания автора.

Так, «Вестник Российского общества покровительства животным» под редакцией Н. Н. Жи-вотова оказался почти симулякром – «образом, маскирующим отсутствие фундаментальной реальности» [Бодрийяр 2015: 12]: задачи, ставившиеся перед журналом программой и самим Обществом, оказались вытесненными личными устремлениями редактора. О несостоятельности журнала рассматриваемого периода свидетельствует и заметка в «Историческом очерке деятельности Российского общества покровительства животным»: В первые несколько месяцев «Вестник» шел довольно сносно; но потом стал отступать от программы, противоречил в своих статьях самому себе, входил без разрешения Правления в оценку, притом иногда совершенно неверную, образа действий и мнений членов Общества и тем неоднократно возбуждал в своих читателях крайнее к нему неудовольствие. Пробыл он под редакцией г. Животова ровно 2 года, причем вышел, вместо должны 48, всего в 39-ти номерах и затем прекратился. Видя неудобства в издании «Вестника» частным лицом , Общество решило издавать его на свой счет [Зосимовский 1890: 277].

Итак, был ли удачен опыт Н. Н. Животова? С прагматической точки зрения журнал не имел успеха: просуществовав два года, он закрылся, не принеся прибыли. Однако стратегически проект по изданию «Вестника» оказался крайне важен, поскольку он позволил Н. Н. Животову получить редакторский опыт и создать для себя такие общественные условия, которые дали ему возможность в будущем открыть собственное издание.

Представленная в исследовании модель анализа, смещающая акцент с рассмотрения коммерческого или читательского успеха на анализ редакторской стратегии накопления символического капитала, позволила не только дать интерпретацию журнальному проекту Н. Н. Животова, но и предложить новый способ оценки результативности журналистского и литературного творчества.