Региональная среда безопасности: Северо-Восточная Азия и Монголия

Международная среда и обстановка в области безопасности стремительно меняются, а взаимодействие между центрами силы становится все более динамичным. Согласно теории Хэлфорда Макиндера стратегическое значение стран, расположенных в центре Евразии, является ключевым, и контроль над этим регионом открывает возможности доминирования в мире. По его мнению, внешняя политика государства, расположенного в географическом центре, формируется стратегическим балансом против соседних стран и является основой национальной обороны и дипломатии.

Расположение Монголии в центре Евразии, между двумя великими державами — Россией и Китаем, является важнейшим фактором, определяющим ее внешнюю политику и особенности обеспечения безопасности. Другими словами, международное значение Восточной и Центральной Азии как геополитической среды Монголии постоянно возрастает.

В статье рассматриваются состояние безопасности в Северо-Восточной Азии, тенденции ее развития, а также усилия Монголии по укреплению регионального мира. В исследовании использованы методы кейс-стади, анализа и синтеза.

Безопасность в Северо-Восточной Азии

Несмотря на огромный экономический потенциал, в Северо-Восточной Азии продолжаются военно-стратегические изменения, вызванные конфликтами, территориальными спорами, ядерной программой КНДР и соперничеством великих держав, уходящим корнями в эпоху «холодной войны».

Западные аналитики определяют противоречия интересов государств в Северо-Восточной Азии (далее — СВА) с двух точек зрения: с одной стороны, как противостояние режимов между авторитарным (Россия, КНР, КНДР) и либерально-демократическим (США, Япония, Республика Корея) режимами; с другой — как политико-экономическое соперничество между государствами за территории. Однако сегодня рассматривать происходящие в регионе противоречия исключительно как столкновение демократии и авторитаризма — это слишком упрощенный вывод. На наш взгляд, это явление следует рассматривать как процесс, требующий изменения системы международных отношений, проявляющийся именно в Азии.

Монголия отличается тем, что, оставаясь вне любых конфликтов, поддерживает нейтральные и дружеские отношения со всеми странами региона. Большинство государств СВА считают, что вопросы региональной безопасности следует решать мирным путем. Для Монголии, которая поддерживает равноправные и дружеские отношения со всеми странами, это открывает возможности внести свой вклад в решение насущных проблем региона. Тем не менее «сомнительные» действия некоторых государств ограничивают усилия Улан-Батора.

Хотя во время пандемии COVID-19 агрессивная риторика несколько утихла, недавно Пхеньян провел испытания управляемой баллистической ракеты средней дальности с твердым топливом. В ответ Тайвань, Южная Корея и Япония активизировали программы военной модернизации. Одним из ключевых факторов, влияющих на безопасность и геополитические изменения в СВА, являются территориальные споры и исторические обиды между странами региона. Среди них — спор между Японией и Китаем за о. Сенкаку (Дяоюйдао), «Курильский вопрос» между Россией и Японией, спор за о. Такэсима (Токто) между Японией и Южной Кореей, а также морские границы и вопросы похищенных граждан между Китаем и Южной Кореей, Китаем и Японией. Эти спорные вопросы являются очагами напряженности и источниками недоверия в регионе. В последние годы нестабильность, вызванная этими очагами и соперничеством великих держав, приобретает все более явный характер.

Хотя государства региона предпринимают многочисленные усилия для укрепления безопасности, конкретных результатов это не дает. Более того, рост не- 22

с т аб ильн о ст и в реги он е указывает на то, что способности к удержанию баланса и ра вн ове с ия сил в СВ А осл аб ева ю т. И н ы ми с ловам и, современная ситуация в регионе все бол ьше н ап о минает условия в Западной Европе перед на ча лом м иро в ых в о й н . В п о сле д н ее время все страны региона, ставя свои национа ль ные инте ре с ы в ы ш е к о лл е кти вных , н ару шаю т бал ан с сил.

Ос н ов н ой при н ц и п теории сд ер ж и ва н ия ( de t e r r en c e th eory) заключается в со хра н е нии с таб ильн ог о б аланса сил между всеми сторонами стратеги че ского кон ф ли к та . Т а к о й бала н с с ил поддерживается не только военными сред с т в а ми , но и е д ин ы м п он и м а н ием б е зопасности, основанным на национальных и н т е рес ах г осударств и взаимном д оверии. Другими словами, политические и военн ы е ру ко в од и т е ли д о лж н ы проя в ля т ь оп реде л енную степень доверия к своим партнерам. К с ожален ию , н е дове ри е, сложившееся на основе исторических собы тий (Вт ора я мирова я вой на, К орей ска я вой н а) , сохр а ня ет ся в СВА на серьезном уровне. На приме р, д а же в ра мка х ал ьян сов (С ША — Япония —Республика Корея и КНР — КН ДР) д ов е ри е не явля ется полным. В результате парадигма сдержива н и я в С ВА остае тс я у я зви мой и н естабильной. Поэтому попытки удержания б ала н са в р егионе имеют харак те р, близкий к принципу «лучшее средство защиты — нападение».

Система ПРО THAAD США и Южной Кореи

Япония

Санкции Совета Безопасности ОО

Денуклеаризации. (Denuclearization),

Монголия

Тривлечение

Engagement)

УланБаторский диалог по вопросам безопасност и в СевероВосточной

Азии

Источник: наблюдения исследователя

Рис . 1. У силия по о бес пе че нию безо па сно сти в Сев е р о -Восточной Азии

В СВА су щес т ву ют три основных типа инициатив и усилий по обес пече ни ю мира:

• 1)    п од де р ж ан ие ст абильности на Корейском полуострове путем ба ла нса си л ;

• 2)    п редот в р аще н ие я дерной у грозы в ре г ионе ;

• 3)    п рив ле че н ие КН Д Р к д еят е л ьн ост и м ирово го с о общес т ва ( рис. 1).

Тем не менее эти усилия остаются недостаточно результативными. Например, традиционные международные методы посредничества в контроле над вооружениями не дают должного эффекта в снижении напряженности, ее предотвращении и поддержании баланса сил в регионе. Между пятью странами региона от- сутствует общая основа взаимопонимания и доверия в вопросах коллективной безопасности. Поэтому реальные надежды на контроль над вооружениями остаются ограниченными.

Разрушение парадигмы сдерживания в СВА побуждает США увеличивать свое военное присутствие в регионе и возобновлять милитаризацию традиционными методами, чтобы выполнить данные своим союзникам гарантии безопасности. Это, в свою очередь, усиливает напряженность и уменьшает возможности для поддержания баланса сил в регионе.

При условии, что все страны региона будут обладать ядерным оружием, баланс сил может быть достигнут. Исторически в эпоху биполярного мира баланс сил между США и СССР обеспечивался посредством мер по недопущению применения ядерного оружия, заключения соглашений по контролю над ядерными вооружениями, снижения напряженности и активизации коммуникации в кризисные моменты. Это было конкретным выражением принципа теории баланса сил. Иными словами, основным условием успешной реализации политики сдерживания является достижение баланса сил. Однако такой подход не гарантирует полного исключения рисков, связанных с развитием вооружений, включая ядер-ное оружие.

В настоящее время Китай и Северная Корея считают, что могут защититься от ядерной угрозы США только собственным ядерным оружием. Поэтому в регионе усиливается гонка вооружений в ядерной сфере. Кроме того, политические деятели безъядерных стран СВА при поддержке населения проявляют стремление укреплять свои вооруженные силы и в перспективе — обладать ядерным оружием. С одной стороны, это увеличивает риски, с другой — предполагается, что в случае если обе стороны станут ядерными державами, будет достигнут баланс сил и политика сдерживания в регионе будет реализована. В этом случае Монголии потребуется усилить усилия по закреплению своего статуса безъядерной страны.

Геополитическая среда Монголии: Северо-Восточная Азия

Определение геополитического положения Монголии — это не простое и однозначное действие, как указание на карте международной политики. Существующее в нашем и международном сознании представление о том, что мы находимся между двумя великими державами и не имеем выхода к морю, не полностью отражает специфику нашего геополитического положения.

С одной стороны, мы действительно расположены между двумя великими державами, влияние которых значительно сказывается на нашей внутренней и внешней безопасности, экономическом потенциале и развитии. Однако Монголия обладает уникальным положением на стыке Центральной и СевероВосточной Азии, являясь перекрестком трех великих религий и цивилизаций. Это означает, что помимо влияния соседей, мы должны учитывать тенденции в области безопасности региона, в котором находимся. Поэтому во внешней политике Монголии направления двух регионов рассматриваются вместе в контексте1 развития двустороннего и многостороннего сотрудничества.

С точки зрения истории и культуры, наша страна связана с Центральной Азией, но общего единства здесь немного. Хотя с 1990 г. Монголия определила себя не как часть Центральной Азии, а как часть экономического пространства Северо-Восточной Азии, это не означает наличие общих ценностей и идентичности с государствами этого региона. Иными словами, по классификации С. Хантингтона Монголия может рассматриваться как «изолированное государство», подобно Японии — независимая культурная территория, граничащая с двумя соседями, и обладающая уникальной идентичностью [2].

Есть один фактор, который не получает должного внимания от исследователей соседних стран и других государств, но который у нас укрепляется — это европеизация мышления монголов с советских времен. После 1990 г. национальная культура и традиции получили сильное возрождение. Эти два процесса — европеизация мышления и возрождение национальных традиций — формируют своего рода современный иммунитет монгольской национальной идентичности. Это выделяет нас среди всех стран Центральной и Северо-Восточной Азии. Хотя специалисты по безопасности могут не учитывать этот уникальный элемент как фактор обеспечения безопасности, данный процесс «гибридизации» (сочетания нового и старого) постепенно становится фундаментом формирования собственной устойчивой идентичности. Этот иммунитет, как мы определяем, является жизненно важным условием существования государства и его отличительной чертой.

Некоторые страны сознательно оставляют неопределенность нашего геополитического положения в определенных вопросах, воспринимая это как «strategic ambiguity» — стратегическую неопределенность. Однако Монголия на своем внешнеполитическом приоритете четко обозначила двух своих соседей, подписав в 1993 и 1994 годах «Договоры о дружбе и сотрудничестве» с РФ и КНР, положив новые международно-правовые основы своих отношений. Национальная концепция безопасности и внешней политики и ее обновленная редакция были официально опубликованы, открыто определив направления и правовую основу внешней политики. В этом контексте СВА выделена как одно из направлений внешней политики Монголии.

В действительности наша внешняя и внутренняя безопасность, геополитическая среда формируются влиянием двух соседей и двух регионов. Хрупкость или устойчивость этого положения зависит от состояния региона и интересов великих держав.

Монголия стремится не остаться «музеем старого и нового общественного устройства» и с 1990 г. последовательно идет по пути демократии и рыночной экономики, развивая многостороннее сотрудничество. В качестве партнера в демократическом сообществе Монголия развивает отношения со странами СВА — США, Японией, Южной Кореей — в рамках политики «третьего соседа». Этот подход не подразумевает исключения кого-либо или предоставления преимуществ одной стране за счет другой. На самом деле политика «третьего соседа» является инструментом внешней политики, сформированным под влиянием уни- кальной геополитической среды Монголии и направленным на развитие многостороннего сотрудничества.

В условиях общих вызовов для малых государств Монголии также необходимо иметь надежных партнеров, устанавливать многостороннее дружелюбное и взаимовыгодное сотрудничество и интегрироваться в региональные процессы. Провозглашение себя частью экономического пространства СВА требует постоянного рассмотрения возможных вариантов сотрудничества в этом регионе. В этой связи вопросы безопасности и сотрудничества в СВА становятся одним из объектов нашего исследования.

В качестве члена мирового сообщества Монголия всегда поддерживала усилия по обеспечению региональной безопасности и созданию механизмов диалога. Так, еще в 1980-е годы Монголия последовательно выдвигала предложения о создании механизма диалога в СВА. В дальнейшем, в 2013 году, Монголия инициировала «Улан-Баторский диалог по вопросам безопасности в СевероВосточной Азии», официально объявив об этом странам региона. В рамках этой инициативы с 2014 г., за исключением перерыва в период пандемии, ежегодно проводится международная научно-практическая конференция «Улан-Баторский диалог».

Наша инициатива не отвергает и не конкурирует с другими усилиями по обеспечению безопасности в СВА. Основные цели нашего предложения заключаются в мирном решении проблемы Корейского полуострова, укреплении доверия в регионе, содействии укреплению мира, создании условий для формирования реальных механизмов сотрудничества и внесении вклада в снижение вызовов безопасности.

В рамках «Улан-Баторского диалога» Монголия организовала несколько мероприятий по укреплению доверия в регионе, включая встречу:

• •    женщин-парламентариев стран СВА;

• •    мэров городов региона;

• •    молодежи;

• •    экспертов по энергетическим сетям.

С 2017 г. международный форум «Улан-Баторский диалог по вопросам безопасности в Северо-Восточной Азии» стал платформой для обсуждения позиций и результатов исследований правительственных и научных учреждений региона. Форум охватывает широкий круг вопросов, включая безопасность, энергетику, инфраструктурные сети, «зеленое» развитие и гуманитарное сотрудничество, обеспечивая участие всех стран региона и создавая открытую площадку для дискуссий с участием государственных деятелей и ученых.

Другой значимой инициативой Монголии в области региональной безопасности является ее статус государства без ядерного оружия. Эта инициатива является не только гарантией собственной безопасности, но и примером международной практики, призванной мотивировать другие государства отказаться от ядер-ного оружия. Для некоторых стран региона наша позиция служит призывом к созданию безъядерной зоны. Однако стратегические цели государств региона различны, и в целом они придерживаются жесткой политики силы.

В уникальных геополитических условиях наша внешняя политика и инициативы могут служить примером для других стран. Монголия является единственной страной, поддерживающей дружеские отношения со всеми государствами 26

региона , в к люч а я две К ореи, с которыми у нас сложились давние тра ди ц ион н ы е от н ош ени я. М он голи я может стать посредником между двумя Коре ями . Кром е т ог о, если КН ДР о су ществит мирный переход, опыт Монголии в пере хо де от комм у ни ст и ч е с кого го сударс т ва к д е м о крат и чес к ому, рыночному обществу мо же т о к а зат ься к р а йне ценны м.

К сож ал е ни ю , н е с м отря на высокий интерес участников региона к вопрос а м безопас но ст и , н е к о т орые страны своими действиями, вызывающим и сомне ни я, повышают н ес т а б и л ьн ость в реги он е. Т а к, геоп оли т ич еск а я б у р я между Россией и Западом из-за У к р а ин ы обострила отношения Москвы с такими ст р ан а ми G 7, как Я п он и я , а посл е дн ие действия Северной Кореи негативно вли я ют на б ез о пасн ост ь в С В А . Хот я к о н фл и кт м е ж ду Рос с ией и У краи ной н е вов лек напрямую страны региона, он вы з вал политические, экономические и безопасн ост н ы е ш о ки . Бол е е т о г о, П хенья н демонстрирует тенденцию к активизации ис п ы та н ий.

У г роза с о с т ороны Северной Кореи для Японии и Южной Коре и у силил а с ь после пе рв о г о м ежк о нтинентального баллистического испытания в 2017 г. В 2022 г. П хе н ьян п ров ел более 70 испытаний баллистических ракет. В декабре 2022 г. ли дер КН Д Р Ким Чен Ын заявил, что тенденция наращива н и я а р с ен а ла прод ол ж ит с я и с т р ана н ачнет массовое производство тактического ядерного оружия¹.

Рис. 2. Б ал ан с в о о р ужений на Корейском полуострове, военная мощь Я пони и

В ответ на это Япония заявила о своем намерении развивать возможности для нанесения превентивного удара, чтобы сдерживать возможные угрозы со стороны Северной Кореи и других сил2. Кроме того, президент Южной Кореи Юн Сок Ель выразил позицию, что в случае обострения ситуации на Корейском полуост- рове Сеул может обзавестись ядерным оружием1. Хотя эта позиция официально не является позицией правительства, в Южной Корее уже укрепляется стремление к обладанию ядерным оружием2.

Все э то с ви д ет е л ьст вует о том, что действия Пхеньяна в крат к о срочн о й и с ре д не с р очн ой п ерсп е к тиве могут привести к росту расходов на обо рон у в с т ра нах С ВА . П о ме р е т ог о как каждая страна увеличивает свои оборон н ы е бю д жеты, регион будет с т ановит ьс я б ол ее напря женным и находиться в состоянии по в ыш ен н ой готовн ос ти. Такие непоследовательные действия стран р е г и он а ог р а ни ч и в а ю т и свод я т н а н ет усилия Монголии и других государств по ст а били зации, снижению напряженности и обеспечению безопасности.

Рис . 3. Р ас хо д ы на о б о р он у ст р ан Север о-Восточной Азии

Источник: С т окг ольмский международный институт исследований м ир а ( S t o c kho lm I n t er nat ion al P ea ce Res ear ch I n s t i tu t e)

В частности, в прошлом выдвигалось множество инициатив по созданию платформ для ведения диалога по вопросам безопасности в СВА (Шестисторонние переговоры, «Солнечный луч», NAPCI и др.). Однако, оглядываясь назад, можно констатировать, что эти дипломатические усилия и диалоговые процессы не принесли комплексного результата и не изменили поведение Пхеньяна. Усиление военного потенциала Северной Кореи демонстрирует, что очаг напряженности в области безопасности на Корейском полуострове в краткосрочной и среднесрочной перспективе останется неизменным. Иными словами, несмотря на многолетние инициативы и дипломатические действия, направленные на обеспечение безопасности региона, конкретных успехов достигнуто не было.

В г еоп ол и ти чес к ой с реде С ВА су щ е с т ву е т е ще одна особенность. Так, участники региона — Росс и я , Ки тай , Я п ония и две Кореи — оказывают значительное в ли ян ие как н а региональный, так и на глобальный мир и безопасн ос т ь. Б оле е т ог о, Р ос си я и Кит ай я вляются постоянными членами Совета Безопас н о с т и О ОН и об л адат е л я ми я дерно го оружия. При более детальном рассмотр ени и м о жно у в и д ет ь, чт о в эт ом ре гионе существует потенциал конфронтации д ву х бл ок ов, обладаю щи х яд ерны м оружием и системой ядерного сдерживания, в т о вре м я как М он г олия п о ст оя нн о выступает за усилия по недопущению расп ро ст ра н е н ия ядерного оружия.

Эта уникальная ге о политическая ситуация СВА порождает проб ле м у бе з опасности — та к н а з ыва е м у ю д илемму [3]. Она объясняет, почему в регионе не с кла д ы ва е тся е д ин ая система безопасности наподобие Организаци и С еве роат л ан т и ч еск ог о дог овора ( Н А Т О ) и ли A U K U S. В р е з ул ьт ат е СВ А остается самым мили тари з ова нн ы м ре гионом мира, и эта тенденция, вероятно, буде т со хра н я т ься.

Т а к а я д и н ами к а су щественно повышает риск превращения региона в « поле г еополи тиче ской конк уренции». Северная Корея в среднесрочной п е рспе кти ве не от к а же т ся о т св о ей ядерной программы. Кроме того, Китай продолжит стре мите льн ое ра с ши рен ие своего ядерного арсенала и укрепление позиц и й в ре г ио не. П о м е р е тог о ка к страны региона активизируют ответные меры, риск яде рн о- г о об о ст ре н и я в СВА будет возра с т ат ь.

Рис. 4. Во енны й по т енциал в р е гионе С евер о-Восточной Азии, военная мощь КНР

Су д я п о с лож ив ш е йся ситуации в СВА, путь обеспечения безопа с ност и ст р ан ре гион а пре жде в с е го зависит от дипломатической деятельности, н ап р а вле н н ой на форми р ов а н ие п роч ных дву с т оронних отношений, а также от взаимопонима ни я м е жд у прав и т ель ст ва ми и н арод ам и. Сегодня определенный баланс сил поддерживает статус-кво в регионе, однако этот баланс постепенно разру ш а е т ся .

В последнее время в СМИ все чаще встречаются провокационные заявления по вопросам ядерного оружия. Это, в свою очередь, усиливает стремление к ядерному вооружению. Такая ситуация создает риск разрушения существующего статус-кво в СВА. Некоторые эксперты называют современное состояние безопасности в регионе «точкой перелома статус-кво, находящегося в состоянии недоверия».

Хотя стратегические исследования традиционно не рассматривают вопросы мира как основной объект анализа, мир должен являться одним из важнейших критериев стратегических исследований. Ведь главная цель обеспечения безопасности — это достижение мира. Поэтому для предотвращения или снижения нестабильности страны региона должны создать официальную систему безопасности. Эта система должна включать выполнение государствами своих обязательств перед ООН, Международным агентством по атомной энергии и Договором о нераспространении ядерного оружия, а также укрепление контактов и диалога по конкретным вопросам региональной безопасности.

Иными словами, необходимо нормализовать переговорный процесс, закрепить формат взаимодействия, создать архитектуру региональной безопасности в форме формальных и неформальных механизмов, которые позволят смягчить источники напряженности и предотвратить превращение кризиса в военный конфликт. Таким образом, исследования путей установления мира должны стать предметом внимания региональных аналитических организаций.

Однако создание такой системы безопасности — задача далеко не простая. Главным препятствием остается крайне низкий уровень доверия между странами региона. Например, между Японией, Северной и Южной Кореей, а также между Россией, Китаем и союзниками США — Японией и Южной Кореей — доверие находится на очень низком уровне, что затрудняет формирование необходимой основы для единой системы безопасности.

Поэтому научно-исследовательские учреждения и ученые региона должны продолжать изучение дипломатических путей преодоления этой ситуации. Дипломатическая деятельность требует времени, но международный опыт показывает, что мирное разрешение проблем является более устойчивым, чем отношения, основанные на принуждении силой.

Среда безопасности в СВА становится все более нестабильной и уязвимой. Несмотря на появление множества предложений и инициатив по обеспечению безопасности региона, конкретных результатов достигнуто не было. Это укрепляет исторически сложившееся недоверие между странами региона, а также усугубляется негативным воздействием соперничества крупных держав на глобальном уровне.

Мнения ученых и экспертов о политике сдерживания в регионе различны. С точки зрения теории баланса сил достижение ядерного паритета всеми странами региона создаст основу для реализации политики сдерживания в СВА [1]. Однако это никоим образом не отменяет значимости механизмов диалога.

Поскольку результаты дипломатических усилий редко проявляются в краткосрочной перспективе, нельзя замедлять процесс мирного формирования механизма обеспечения безопасности в регионе. Каждая страна СВА заинтересована в обеспечении безопасности мирным путем. Следовательно, все страны региона должны последовательно продолжать выдвижение предложений и инициатив, направленных на укрепление мира, и уделять особое внимание укреплению доверия между государствами. В будущем формирование реального механизма со- трудничества в области региональной безопасности будет во многом зависеть от политической воли стран СВА.

В заключение отметим, что данная статья представляет собой синтез и аналитический обзор, выполненные автором, и не отражает официальную позицию Монголии.

Заключение

Безопасная обстановка в регионе СВА становится все более нестабильной и уязвимой. Несмотря на появление множества предложений и инициатив по обеспечению региональной безопасности, конкретных результатов пока достигнуто не было. Это усиливает исторически сложившееся недоверие между странами региона и усиливает негативное воздействие глобального противостояния великих держав.

Мнения ученых и исследователей о стратегии поддержания стабильности в регионе различны. С точки зрения теории баланса сил создание условий, при которых все страны региона обладали бы ядерным потенциалом, могло бы обеспечить баланс и создать основу для стабильности. Однако это не умаляет важности механизмов диалога и переговоров.

Так как результаты дипломатической деятельности редко достигаются быстро, нельзя замедлять процесс мирного формирования механизмов обеспечения безопасности в регионе. Каждое государство СВА заинтересовано в мирном обеспечении безопасности. Поэтому крайне важно последовательно продвигать инициативы, направленные на укрепление доверия между странами региона, и все государства должны поддерживать такие усилия. В дальнейшем формирование действенного механизма регионального сотрудничества в области безопасности будет в значительной мере зависеть от готовности и воли самих государств региона.