Результаты применения реанимационной торакотомии при закрытой небоевой травме: опыт одной команды
Журнал: Вестник Национального медико-хирургического центра им. Н.И. Пирогова @vestnik-pirogov-center
Рубрика: Оригинальные статьи
Статья в выпуске: 4 т.21, 2026 года.
Бесплатный доступ
Обоснование: реанимационная торакотомия при закрытой травме и травматической остановке сердца является альтернативой закрытому массажу сердца. В ряде зарубежных публикаций сообщается о лучших результатах применения реанимационной торакотомии, чем закрытого массажа сердца, при травматической остановке сердца. Вместе с тем, среди современных исследователей нет единого мнения относительно целесообразности применения реанимационной торакотомии при закрытой травме и травматической остановке сердца. В то же время в действующих клинических рекомендациях не определено место реанимационной торакотомии при закрытой травме и травматической остановке сердца. Цель: – демонстрация возможностей применения реанимационной торакотомии в лечении пострадавших с закрытой травмой и травматической остановкой сердца. Материалы и методы: в исследование включены результаты лечения 16 пострадавших, поступивших в клинику Санкт-Петербургского НИИ скорой помощи им. И.И. Джанелидзе в период с 2014 по 2022 гг. Среди пациентов преобладали мужчины – 12 (75,0%; 95% доверительный интервал 53,2–88,7%), женщины – 4 (25,0%; 95% доверительный интервал 9,8–50,1%). Средний возраст составил 29,9±8,4 года (95% доверительный интервал 25,4–34,3), диапазон 18–47 лет. Тяжесть травмы по шкале Injury Severity Score варьировала от 26 до 76 баллов: М = 46,5±16,4 балла (95% доверительный интервал 37,8–55,2). У всех 16 пациентов, которым выполнялась реанимационная торакотомия, имелась тяжёлая сочетанная небоевая закрытая травма. Реанимационную торакотомию выполняли по стандартной методике. Анализировали показатели кислотно-щелочного и газового состава крови при поступлении, а также показатели общего анализа крови и коагулограммы. Результаты: общая 30-дневная выживаемость составила 18,8% (3 из 16; 95% доверительный интервал 6,6–43,0%). Выживаемость среди пациентов без предшествующей остановки сердца составила 37,5% (3 из 8; 95% доверительный интервал 13,7–69,4%), среди пациентов с остановкой сердца до поступления – 0% (0 из 8; 95% доверительный интервал 0,0–36,9%). Все трое выживших пациентов не имели остановки сердца до поступления, имели оценку тяжести травмы 28–40 баллов (М = 32,7±6,4; 95% доверительный интервал 16,7–48,6) и время от травмы до операции не более 60 мин., однако данные различия не достигли уровня статистической значимости (p = 0,058 и p = 0,196, соответственно). Средняя длительность госпитализации у выживших составила 33,0±6,6 суток (95% доверительный интервал 16,5–49,5), неврологического дефицита ни у одного из выживших не отмечали. Из 13 умерших пациентов 8 скончались в 1-е сутки, 1 – на 2-е сутки, 1 – на 3-и сутки, 1 – на 5-е сутки. Заключение: применение реанимационной торакотомии при закрытой небоевой травме и травматической остановке сердца при поступлении в стационар является обоснованным и целесообразным и позволяет достичь выживаемости 18,8%.
Короткий адрес: https://sciup.org/140316910
IDS: 140316910 | DOI: 10.25881/20728255_2026_21_4_75
Outcomes of resuscitative thoracotomy in blunt trauma: a single-team experience
Rationale: Resuscitative thoracotomy in blunt trauma and traumatic cardiac arrest is regarded as an alternative to closed-chest compressions. Several foreign studies report better outcomes with resuscitative thoracotomy than with closed-chest compressions in traumatic cardiac arrest; however, there is no consensus among researchers regarding the appropriateness of resuscitative thoracotomy in blunt trauma, and current clinical guidelines do not define its place in this setting. Objective: To demonstrate the potential of resuscitative thoracotomy in the treatment of patients with blunt trauma. Methods: The study included 16 patients treated at the I.I. Dzhanelidze Saint Petersburg Research Institute of Emergency Medicine between 2014 and 2022. Men predominated – 12 patients (75.0%; 95% confidence interval 53.2-88.7%), women – 4 (25.0%; 95% confidence interval 9.8-50.1%). Mean age was 29.9±8.4 years (95% confidence interval 25.4-34.3), range 18-47 years. Injury Severity Score ranged from 26 to 76 points (mean 46.5±16.4; 95% confidence interval 37.8-55.2). All 16 patients undergoing resuscitative thoracotomy had severe combined trauma. Resuscitative thoracotomy was performed using a standard technique. Acid-base and blood gas parameters at admission were analyzed, along with complete blood count and coagulation profile. Results: Overall 30-day survival was 18.8% (3 of 16; 95% confidence interval 6.6-43.0%). Survival among patients without pre-admission cardiac arrest was 37.5% (3 of 8; 95% confidence interval 13.7-69.4%); among patients with cardiac arrest before admission – 0% (0 of 8; 95% confidence interval 0.0-36.9%). All three surviving patients had no pre-admission cardiac arrest, an Injury Severity Score of 28-40 points (mean 32.7±6.4; 95% confidence interval 16.7-48.6), and a time from injury to surgery of no more than 60 minutes; however, these differences did not reach statistical significance (p = 0.058 and p = 0.196, respectively). Mean hospital stay among survivors was 33.0±6.6 days (95% confidence interval 16.5-49.5); no survivor had a neurological deficit. Of the 13 patients who died, 8 died on day 1, 1 on day 2, 1 on day 3, and 1 on day 5. Conclusion: The use of resuscitative thoracotomy in blunt trauma and traumatic cardiac arrest on admission is justified and appropriate, achieving a survival rate of 18.8%.
Текст научной статьи Результаты применения реанимационной торакотомии при закрытой небоевой травме: опыт одной команды
Реанимационная торакотомия (РТ), в англоязычной литературе Emergency Department Thoracotomy (EDT) или Resuscitative Thoracotomy (RT), представляет собой экстренное хирургическое вмешательство, выполняемое у пациентов с остановкой сердца; суть операции заключается в пережатии грудного отдела аорты над диафрагмой, продольной перикардиотомии и проведении прямого (открытого) массажа сердца. Наиболее часто РТ применяется у пациентов с остановкой сердца вследствие кровопотери в результате открытой (ранения) или закрытой (ДТП, падение с высоты, сдавление и т.п.) травмы. Основной целью данного вмешательства является поддержание перфузии в жизненно важных органах выше диафрагмы – в сердце и головном мозге, восполнение объема циркулирующей крови и восстановление самостоятельной эффективной сердечной деятельности [1; 2].
Актуальность настоящей работы определяется высокой летальностью при травматической остановке сердца и закрытой травме, которая, без хирургического вмешательства превышает 90% [3]. ТОС наблюдается у 8–12% пациентов с тяжелой сочетанной травмой [4]. Стоит отметить, что в настоящее время среди современных исследователей и профессиональных сообществ отсутствует единое мнение относительно целесообразности применения РТ при закрытой травме. Если при проникающих ранениях показания к РТ общепризнаны и подкреплены широкой доказательной базой – выживаемость достигает 19–35% – то применение процедуры при закрытой травме груди остаётся предметом дебатов [2; 7]. По данным метаанализа Liu A. и соавт. (2022), объединившего 49 исследований, летальность после реанимационной торакотомии при закрытой травме достоверно выше, чем при проникающих ранениях (92,8% vs 78,7%; p<0,001), а догоспитальная РТ сопровождается более высокой летальностью, чем РТ, выполненная в условиях стационара (93,5% vs 81,8%; p = 0,02). По данным японского национального регистра травмы (n = 1377), закрытый массаж сердца при закрытой травме ассоциирован с достоверно более высокой выживаемостью, чем РТ (17,5% vs 4,5%; p<0,001) [8]. Напротив, в работе Suzuki K. и соавт. (2006) сообщается о выживаемости 32% у пострадавших с закрытой травмой и ТОС.
Таким образом, единого мнения в отношении целесообразности применения РТ при закрытой травме и ТОС в настоящее время нет. Важно отметить, что в отечественной литературе встречаются единичные публикации, касающихся применения РТ при закрытой травме.
Цель настоящего исследования – провести ретроспективную оценку результатов лечения пациентов с закрытой травмой и ТОС путем анализа результатов применения реанимационной торакотомии у пациентов с закрытой травмой и ТОС и определения предикторов благоприятного исхода течения заболевания.
Материалы и методы
В исследование включены результаты лечения 16 пострадавших, поступивших в клинику Санкт-Петербургского НИИ скорой помощи им. И.И. Джанелидзе в период с 2014 по 2022 гг. Среди пациентов преобладали мужчины – 12 (75,0%; 95% доверительный интервал (далее – ДИ) 53,2–88,7%), женщин – 4 (25,0%; 95% ДИ 9,8–50,1%). Средний возраст составил 29,9±8,4 лет (95% ДИ 25,4–34,3), диапазон 18–47 лет. Тяжесть травмы по шкале ISS (Injury Severity Score) варьировала от 26 до 76 баллов: M = 46,5±16,4 балла (95% ДИ 37,8–55,2). Критерии включения: (1) травматическая остановка сердца вследствие закрытой травмы; (2) выполнение реанимационной торакотомии; (3) наличие полной документации истории болезни с лабораторными данными при поступлении.
РТ выполнялась всем пациентам по стандартной методике: в положении пациента лежа на операционном столе на спине, после обработки операционного поля р-рами антисептиков и отграничением стерильным операционным материалом выполняли передне-боковую торакотомию слева в 5 межреберьи, рассекали медиастинальную плевру над диафрагмой в проекции аорты, мобилизовали нижне-грудной отдел аорты, тотчас выше диафрагмы позиционировали зажим Сатинского на аорту; далее выполняли продольную перикардиотомию на 2 см выше и параллельно левому диафрагмальному нерву, начинали прямой массаж сердца. При необходимости выполнения оперативных вмешательств в правой плевральной полости выполнялась поперечная стернотомия и торакотомия в 3–4 м/р справа (двусторонняя передне-боковая торакотомия с пересечением грудины – clamshell торакотомия). В случае восстановления сердечной деятельности перикард ушивали отдельными узловыми швами (викрил 1/0) с оставлением фенестры длиной 1 см на 2 см ниже левого диафрагмального нерва, устанавливали 2 дренажа в плевральную полость (спереди и сзади от левого легкого) и послойно ушивали торакотомную рану. Хирургические вмешательства в связи с повреждениями в других анатомических областях (трепанацию черепа, спленэктомию, нефрэктомию, остеосинтез и др.) выполняли из соответствующих оперативных доступов в рамках концепции сокращенной хирургической помощи (damage control surgery).
В процессе работы анализировали: механизм травмы; наличие остановки сердца до поступления в стационар; время от момента травмы до начала хирургического вмешательства; объём выполненных операций; показатели кислотно-щелочного состояния (КЩС) и газового состава крови при поступлении (pH, pO2, pCO2, BE, лактат, HCO3"); показатели общего анализа крови (Hb, Ht, тромбоциты); параметры коагулограммы (МНО, АПТВ, фибриноген); интраоперационные данные (кровопотеря, трансфузия, длительность операции); исход (30-дневная летальность).
Статистическая обработка выполнена в программе SPSS Statistics v.26.0 (IBM, США). Количественные данные, не подчиняющиеся нормальному распределению (критерий Шапиро-Уилка), представлены как медиана
и межквартильный диапазон – Ме (IQR). Качественные переменные – в виде абсолютного числа и доли (%). Для сравнения двух независимых групп применялся U-критерий Манна-Уитни (количественные переменные) и точный критерий Фишера (качественные переменные). Статистически значимыми считались различия при p<0,05.
Результаты
Общая характеристика пациентов
Общая характеристика пациентов представлена в таблице 1. Дорожно-транспортное происшествие (ДТП) явилось причиной травмы у 10 (62,5%; 95% ДИ 38,6–81,5%) пациентов, кататравма – у 5 (31,3%; 95% ДИ 13,7–56,5%), в одном случае (6,2%) – производственная травма (сдавление). Время от момента травмы до поступления в противошоковую операционную и РТ составило 60,6±15,0 мин. (95% ДИ 52,6–68,6), диапазон 25–90 мин. Остановка сердца до поступления в стационар зафиксирована у 8 пациентов (50,0%; 95% ДИ 28,0–72,0%). У всех 16 пациентов имела место тяжёлая сочетанная травма.
Показатели кислотно-щелочного состояния и газового состава крови
Показатели КЩС при поступлении представлены в таблице 2. У всех пациентов при поступлении отмечался тяжелый метаболический ацидоз. Среднее значение pH составило 7,10±0,07 (95% ДИ 7,07–7,14. Средние значения лактата – 16,4±4,5 ммоль/л (95% ДИ 14,0–18,7) и дефицита оснований -19,1±4,3 ммоль/л (95% ДИ от -21,4 до -16,8) свидетельствовали об острой массивной кровопотере.
У выживших пациентов (№2, 3, 5) показатели КЩС были достоверно лучше чем у умерших: pH 7,22±0,02 (95% ДИ 7,17–7,27) vs 7,07±0,03 (95% ДИ 7,05–7,09) (p = 0,010); лактат 8,4±1,3 (95% ДИ 5,3–11,5) vs 18,2±2,2 ммоль/л (95% ДИ 16,9–19,5) (p = 0,004); BE -11,3±1,5 (95% ДИ от -15,1 до -7,5) vs -20,9±2,1 ммоль/л (95% ДИ от -22,2 до -19,7) (p = 0,010). Критически низкие значения pH (<7,10), дефицита оснований (BE < -18 ммоль/л) и лактат >15 ммоль/л наблюдались преимущественно у пациентов с остановкой сердца до поступления.
Табл. 1. Общая характеристика пациентов (n = 16)
|
№ |
Пол |
Возраст, лет |
ISS |
Механизм |
Аррест |
Время, мин |
Доминирующие повреждения |
Вид операции |
Исход |
|
1 |
М |
35 |
26 |
ДТП |
Да |
45 |
Голова, селезёнка, брыжейка, позвоночник |
РТ, трепанация черепа, спленэктомия, резекция тонкой кишки |
Летал. (5 сут.) |
|
2 |
М |
27 |
30 |
Кататравма |
Нет |
60 |
Таз, селезёнка |
РТ, спленэктомия, тампонада таза |
Жив |
|
3 |
М |
22 |
28 |
ДТП |
Нет |
55 |
Печень, таз, бедро |
РТ, тампонирование бр. полости, тампонада таза, остеосинтез |
Жив |
|
4 |
М |
29 |
48 |
Сдавление |
Нет |
80 |
Отрыв печёночных вен, селезёнка, почка |
РТ, спленэктомия, нефрэктомия, ушивание печёночной вены, REBOA |
Летал. (1 сут.) |
|
5 |
М |
18 |
40 |
ДТП |
Нет |
25 |
Разрыв аорты, селезёнка, перелом бедра |
РТ, ушивание аорты, спленэктомия, остеосинтез |
Жив |
|
6 |
М |
23 |
48 |
ДТП |
Нет |
60 |
Лёгкое, печень, бедро |
РТ, анатомическая лобэктомия, тампонада печени |
Летал. (1 сут.) |
|
7 |
М |
47 |
75 |
Кататравма |
Да |
70 |
Голова, таз |
РТ, АВФ на таз |
Летал. (1 сут.) |
|
8 |
М |
33 |
48 |
ДТП |
Да |
90 |
Селезёнка, почка, таз, бедро |
РТ, спленэктомия, нефрэктомия, АВФ на таз и бедро |
Летал. (1 сут.) |
|
9 |
Ж |
25 |
76 |
Кататравма |
Нет |
55 |
Аорта, селезёнка, печень |
РТ, шов аорты, спленэктомия, тампонада печени |
Летал. (1 сут.) |
|
10 |
Ж |
31 |
46 |
ДТП |
Да |
65 |
Голова, печень, селезёнка, таз, бедро |
РТ, тампонада печени, спленэктомия, тампонада таза, АВФ на бедро |
Летал. (3 сут.) |
|
11 |
М |
28 |
47 |
Кататравма |
Нет |
55 |
Ушиб лёгких, отрыв почки, селезёнка, печень |
РТ, нефрэктомия, спленэктомия, гемигепатэктомия |
Летал. (1 сут.) |
|
12 |
М |
23 |
32 |
ДТП |
Да |
75 |
Печень, селезёнка, почка, таз |
РТ, тампонада печени, спленэктомия, тампонада таза, АВФ таз |
Летал. (2 сут.) |
|
13 |
М |
44 |
34 |
ДТП |
Да |
55 |
Голова, ушиб лёгкого |
РТ |
Летал. (1 сут.) |
|
14 |
М |
37 |
42 |
Кататравма |
Нет |
70 |
Голова, сердце |
РТ, ушивание раны сердца, маммарокоронарное шунтирование |
Летал. (1 сут.) |
|
15 |
Ж |
20 |
76 |
Кататравма |
Да |
50 |
Разрыв лёгкого, печень, таз |
РТ, лобэктомия, тампонада печени, повязка на таз |
Летал. (1 сут.) |
|
16 |
Ж |
36 |
48 |
ДТП |
Да |
60 |
Голова, таз, бедро |
РТ, тампонада таза, АВФ на бедро |
Летал. (1 сут.) |
|
14М/ 4Ж |
30 (22–44) |
47 (26–76) |
ДТП – 10 Кататравма – 5 Сдавление – 1 |
8/16 (50%) |
60 (25–90) |
ТСТ |
РТ + ≥ 1 вмешательств у 15/16 |
Выжив.: 3/16 (18,8%) |
Примечание : ISS – Injury Severity Score; Аррест – остановка сердца до поступления в стационар; АВФ – аппарат внешней фиксации; ТСТ – тяжелая сочетанная травма; REBOA – Resuscitative Endovascular Balloon Occlusion of the Aorta.
Табл. 2. Показатели кислотно-щелочного состояния и газового состава крови при поступлении (n = 16)
|
№ |
Пол |
ISS |
pH |
pO2, мм рт. ст. |
pCO2, мм рт. ст. |
BE, ммоль/л |
Лактат, ммоль/л |
HCO 3 -, ммоль/л |
Исход |
|
1 |
М |
26 |
7.08 |
52 |
32 |
-18 |
16.2 |
11.4 |
Летал. (5 сут.) |
|
2 |
М |
30 |
7.24 |
68 |
34 |
-11 |
8.4 |
17.8 |
Жив |
|
3 |
М |
28 |
7.22 |
72 |
36 |
-10 |
7.1 |
18.2 |
Жив |
|
4 |
М |
48 |
7.12 |
48 |
28 |
-20 |
17.8 |
10.2 |
Летал. (1 сут.) |
|
5 |
М |
40 |
7.20 |
65 |
30 |
-13 |
9.6 |
14.8 |
Жив |
|
6 |
М |
48 |
7.14 |
44 |
26 |
-19 |
16.4 |
10.6 |
Летал. (1 сут.) |
|
7 |
М |
75 |
7.04 |
38 |
22 |
-24 |
21.6 |
8.8 |
Летал. (1 сут.) |
|
8 |
М |
48 |
7.02 |
34 |
24 |
-23 |
20.2 |
8.4 |
Летал. (1 сут.) |
|
9 |
Ж |
76 |
7.06 |
40 |
20 |
-22 |
19.4 |
8.2 |
Летал. (1 сут.) |
|
10 |
Ж |
46 |
7.06 |
42 |
28 |
-21 |
18.8 |
9.6 |
Летал. (3 сут.) |
|
11 |
М |
47 |
7.10 |
46 |
26 |
-19 |
15.6 |
10.8 |
Летал. (1 сут.) |
|
12 |
М |
32 |
7.06 |
38 |
24 |
-22 |
18.4 |
9.0 |
Летал. (2 сут.) |
|
13 |
М |
34 |
7.08 |
44 |
30 |
-20 |
16.8 |
9.8 |
Летал. (1 сут.) |
|
14 |
М |
42 |
7.10 |
50 |
28 |
-18 |
14.6 |
11.2 |
Летал. (1 сут.) |
|
15 |
Ж |
76 |
7.04 |
36 |
22 |
-24 |
21.2 |
8.6 |
Летал. (1 сут.) |
|
16 |
Ж |
48 |
7.06 |
40 |
26 |
-22 |
19.8 |
9.2 |
Летал. (1 сут.) |
|
Ме (IQR) |
– |
47 |
7.08 (7.02–7.20) |
44 (34–68) |
26 (22–34) |
-21 (-24; -11) |
18.1 (8.4–21.6) |
9.7 (8.2–17.8) |
18,8% выживших |
Примечание: Ме (IQR) – медиана (межквартильный диапазон). Норма: pH 7,35–7,45; pO2 80–100 мм рт.ст.; pCO2 35–45 мм рт.ст.; BE ±2 ммоль/л; лактат <2 ммоль/л; HCOf 22-26 ммоль/л. Данные венозной смешанной крови до начала хирургического вмешательства.
Табл. 3. Показатели общего анализа крови и коагулограммы при поступлении (n = 16)
|
№ |
Пол |
ISS |
Hb, г/л |
Ht, % |
Тромб., х 10 ’ /л |
МНО |
АЧТВ, сек |
Фибр., г/л |
Исход |
|
1 |
М |
26 |
62 |
19 |
88 |
2.2 |
58 |
0.9 |
Летал. (5 сут.) |
|
2 |
М |
30 |
78 |
24 |
124 |
1.6 |
42 |
1.6 |
Жив |
|
3 |
М |
28 |
74 |
23 |
118 |
1.5 |
40 |
1.5 |
Жив |
|
4 |
М |
48 |
52 |
16 |
76 |
2.6 |
72 |
0.7 |
Летал. (1 сут.) |
|
5 |
М |
40 |
72 |
22 |
110 |
1.7 |
44 |
1.4 |
Жив |
|
6 |
М |
48 |
58 |
18 |
82 |
2.4 |
68 |
0.8 |
Летал. (1 сут.) |
|
7 |
М |
75 |
44 |
14 |
54 |
3.4 |
94 |
0.5 |
Летал. (1 сут.) |
|
8 |
М |
48 |
40 |
13 |
58 |
3.6 |
98 |
0.4 |
Летал. (1 сут.) |
|
9 |
Ж |
76 |
38 |
12 |
50 |
3.8 |
102 |
0.4 |
Летал. (1 сут.) |
|
10 |
Ж |
46 |
48 |
15 |
64 |
3.0 |
86 |
0.6 |
Летал. (3 сут.) |
|
11 |
М |
47 |
54 |
17 |
72 |
2.8 |
76 |
0.7 |
Летал. (1 сут.) |
|
12 |
М |
32 |
46 |
15 |
60 |
3.2 |
90 |
0.5 |
Летал. (2 сут.) |
|
13 |
М |
34 |
56 |
17 |
78 |
2.6 |
74 |
0.8 |
Летал. (1 сут.) |
|
14 |
М |
42 |
60 |
19 |
86 |
2.4 |
66 |
0.9 |
Летал. (1 сут.) |
|
15 |
Ж |
76 |
36 |
11 |
46 |
4.0 |
108 |
0.3 |
Летал. (1 сут.) |
|
16 |
Ж |
48 |
44 |
14 |
56 |
3.4 |
96 |
0.5 |
Летал. (1 сут.) |
|
Ме (IQR) |
– |
47 |
51 (36–78) |
16 (11–24) |
68 (46–124) |
2.8 (1.5–4.0) |
78 (40–108) |
0.6 (0.3–1.6) |
18,8% выживших |
Примечание : Норма: Hb 120-160 г/л; Ht 36-48%; тромбоциты 150-400 х 10 9 /л; МНО 0,85-1,15; АПТВ 25-38 с; фибриноген 2,0-4,0 г/л.
Показатели гемостаза и общего анализа крови
Данные общего анализа крови и коагулограммы при поступлении представлены в таблице 3. Средний уровень гемоглобина составил 53,9±12,9 г/л (95% ДИ 47,0–60,8). Гематокрит – 16,8±3,9% (95% ДИ 14,8–18,9%). У 9 пациентов (56,2%; 95% ДИ 33,2–76,9%) уровень гемоглобина был ниже 60 г/л.
Тяжёлая травматическая коагулопатия (МНО >2,5; АЧТВ >80 с; фибриноген <0,8 г/л) выявлена у 10 пациентов (62,5%; 95% ДИ 38,6–81,5%), и, в основном, отмечалась среди умерших в 1-е сутки. Среднее значение МНО составило 2,76±0,78 (95% ДИ 2,35–3,18); АЧТВ – 75,9±21,9 с (95% ДИ 64,2–87,5); фибриногена – 0,78±0,40 г/л (95% ДИ 0,57–0,99). Тромбоциты – 76,4±24,1х109/л (95% ДИ 63,5-89,2х109/л). У выживших параметры коагулограммы были значительно лучше чем у умерших: МНО 1,60±0,10 (95% ДИ 1,35–1,85) vs 3,03±0,58 (95% ДИ 2,68–3,38) (p = 0,011); фибриноген 1,50±0,10 (95% ДИ 1,25–1,75) vs 0,62±0,20 г/л (95% ДИ 0,49–0,74) (p = 0,008).
Исходы и предикторы результатов лечения
Общая 30-дневная выживаемость составила 18,8% (3/16; 95% ДИ 6,6–43,0%). Выживаемость среди пациентов без предшествующей остановки сердца – 37,5% (3/8; 95% ДИ 13,7–69,4%); среди пациентов с остановкой сердца до поступления – 0% (0/8; 95% ДИ 0,0–36,9%). У всех выживших пациентов (№2, 3, 5) не было остановки сердца до поступления в стационар; кол-во баллов по шкале ISS 28–40 баллов (M = 32,7±6,4; 95% ДИ 16,7–48,6); время от травмы до операции не более 60 минут. Стоит отметить, что данные различия не достигли уровня статистической значимости (p = 0,058; p = 0,196, соответственно), что обусловлено малым размером выборки. Средняя длительность госпитализации у выживших – 33,0±6,6 дня (95% ДИ 16,5–49,5), неврологического дефицита ни у одного из выживших не было.
Из 13 погибших 8 умерли в 1-е сутки, 1 – на 2-е сутки, 1 – на 3-и сутки, 1 – на 5-е сутки. Непосредственной причиной смерти во всех случаях явилась полиорганная недостаточность на фоне острой массивной кровопотери и/или тяжёлой черепно-мозговой травмы.
Сравнение выживших и погибших по ключевым параметрам представлено в таблице 4. Статистически значимыми предикторами благоприятного исхода среди всех проанализированных показателей явились исключительно лабораторные параметры: pH – 7,22±0,02 (95% ДИ 7,17-7,27) у выживших vs 7,07±0,03 (95% ДИ 7,05-7,09) у умерших (p = 0,010); лактат – 8,4±1,3 (95% ДИ 5,3-11,5) vs 18,2±2,2 ммоль/л (95% ДИ 16,9-19,5; p = 0,004); BE – минус11,3±1,5 (95% ДИ ми-нус15,1; минус7,5) vs минус 20,9±2,1 ммоль/л (95% ДИ ми-нус22,2; минус19,7; p = 0,010); гемоглобин – 74,7±3,1 (95% ДИ 67,1-82,3) vs 49,1±8,6 г/л (95% ДИ 43,9-54,3; p = 0,011); МНО – 1,60±0,10 (95% ДИ 1,35-1,85) vs 3,03±0,58 (95% ДИ 2,68-3,38; p = 0,010); фибриноген – 1,50±0,10 (95% ДИ 1,25-1,75) vs 0,62±0,20 г/л (95% ДИ 0,49-0,74; p = 0,010).
Клинические параметры – ISS (32,7±6,4 vs 49,7±16,4 балла; p = 0,058), наличие остановки сердца (0/3 vs 8/13; p = 0,200), время от травмы до операции (46,7±18,9 vs 63,8±12,8 мин; p = 0,196) – не имели достоверных отличий. На наш взгляд это обусловлено малой выборкой и малым числом выживших (n = 3). Тем не менее, представленные тенденции – меньший ISS, более короткое время до операции, отсутствие остановки сердца на догоспитальном этапе представляются нам клинически значимыми и согласуются с данными зарубежных исследователей.
Дискуссия
В представленном исследовании проведен анализ результатов лечения пациентов с закрытой травмой и ТОС. Общая выживаемость составила 18,8% (3/16; 95% ДИ 6,6–43,0%), что значительно выше, чем в крупных американских (5%) [11] и японских (1,2%) исследованиях. Вместе с тем, в работе Sam и соавт. (2022) сообщается о 23% выживаемости при закрытой травме и ТОС. Возможно, такие различи в результатах авторов связан с
Табл. 4. Сравнение выживших (n = 3) и погибших (n = 13) пациентов
|
Показатель |
Выжившие (n = 3) Ме (IQR) |
Погибшие (n = 13) Ме (IQR) |
p |
|
Возраст, лет |
22 (18–27) |
33 (23–47) |
0.076 |
|
ISS, баллы |
30 (28–40) |
47 (26–76) |
0.058 |
|
Время от травмы до операции, мин |
55 (25–60) |
65 (50–90) |
0.196 |
|
Остановка сердца до поступления, n (%) |
0 (0%) |
8 (61,5%) |
0.200 |
|
pH при поступлении |
7.22 (7.20–7.24) |
7.08 (7.02–7.14) |
0.015 |
|
Лактат, ммоль/л |
8.4 (7.1–9.6) |
18.4 (15.6–21.6) |
0.009 |
|
BE, ммоль/л |
-11 (-13; -10) |
-21 (-24; -18) |
0.012 |
|
Гемоглобин, г/л |
74 (72–78) |
50 (36–62) |
0.017 |
|
МНО |
1.6 (1.5–1.7) |
2.8 (2.2–4.0) |
0.011 |
|
Фибриноген, г/л |
1.5 (1.4–1.6) |
0.6 (0.3–0.9) |
0.008 |
|
Кровопотеря, мл |
3200 (2800–3600) |
5000 (3800–6400) |
0.011 |
|
Трансфузия ЭМ, доз |
8 (6–10) |
13 (8–16) |
0.016 |
|
Длительность операции, мин |
120 (95–145) |
80 (55–110) |
0.038 |
|
Выживаемость |
3/3 (100%) |
0/13 (0%) |
Общая: 18,8% |
Примечание : данные представлены как Ме (IQR). U-критерий Манна-Уитни – количественные переменные; точный критерий Фишера – качественные. p<0,05 выделено жирным шрифтом. Выжившие: пациенты №2, 3, 5. Погибшие: пациенты №1, 4, 6–16. ЭМ – эритроцитарная масса.
более тщательным отбором пациентов в нидерландской серии и более быстрым временем от момента травмы до РТ – в последнем исследовании часть РТ выполнены в автомобиле скорой помощи. В работе немецких исследователей – Niemann и соавт. (2023) – сообщается о 7% общей 30 дневной выживаемости, при 24-часовой выживаемости 20%. Более высокая выживаемость в нашей серии может объясняться меньшим числом пациентов с остановкой сердца до поступления, чем в работах других исследователей (50% vs ~60–70%). Стоит также отметить, что достигнутая в настоящей серии выживаемость (18,8%) существенно превышает усреднённую выживаемость после стационарной РТ при закрытой травме, которая, по данным метаанализа Liu A. и соавт. (2022), составляет около 7,2%.
Наиболее очевидной закономерностью в нашем исследовании оказалась 100% летальность при остановке сердца до поступления в стационар: ни один из 8 пациентов с остановкой сердца на догоспитальном этапе не выжил (0% vs 37,5%). Несмотря на то, что данное различие не достигло уровня статистической значимости по точному критерию Фишера (p = 0,200) вследствие малого размера выборки, абсолютная разница в исходах представляется клинически важной и полностью согласуется с международными данными. Liu и соавт. (2022) в мета-анализе 49 исследований показали: время от момента травмы до начала РТ более 10 минут достоверно ассоциировано с повышением летальности, а время от прибытия бригады на место происшествия до догоспитальной РТ более
5 минут – с ростом частоты неврологических осложнений; при этом догоспитальная РТ при закрытой травме сопровождается летальностью, близкой к абсолютной (93,5%). Нидерландская серия подтвердила: из 11 пациентов с закрытой травмой и ТОС на догоспитальном этапе не выжил ни один [9]. В работе Radulovic и соавт. (2023) сказано, что «признаки жизни при поступлении» являются наиболее воспроизводимым и надёжным предиктором выживания при РТ – более значимым, чем ISS или механизм травмы.
Таким образом, по нашему мнению, применение РТ при закрытой травме, у которых ТОС произошла на догоспитальном этапе представляется не целесообразным.
Среди лабораторных показателей уровень лактата менее M = 8,4±1,3 ммоль/л (95% ДИ 5,3–11,5) при поступлении явился наиболее значимым предиктором благоприятного исхода (p = 0,004). Аналогичные данные получены Perkins и соавт. (2025): уровень лактата >10 ммоль/л в сочетании с закрытой травмой ассоциирован с 90% летальностью. В работе Panossian и соавт. (2020), в которой был проведен анализ 4726 случаев лечения пациентов с тяжелой сочетанной травмой, убедительно доказано что дефицит оснований BE < -15 ммоль/л является независимым предиктором неблагоприятного исхода. Тяжёлая коагулопатия (фибриноген <0,8 г/л, МНО >2,5) наблюдалась у 62,5% (95% ДИ 38,6–81,5%) пациентов нашей серии и ни в одном случае не сочеталась с благоприятным исходом. Уровень фибриногена 1,50±0,10 г/л (95% ДИ 1,25–1,75) и выше достоверно (p = 0,008) чаще наблюдался у выживших пациентов.
Стоит отметить, что для валидации полученных результатов необходимо проведение многоцентровых проспективных исследований. Вместе с тем в условиях отсутствия национального регистра травмы, реестра РТ и отечественных публикаций по данной теме, представленная работа является первой систематизированной отечественной публикацией, касающейся применения РТ при закрытой травме и ТОС.
Заключение
Применение РТ при закрытой травме и травматической остановке сердца при поступлении в стационар является возможной опцией и позволяет достичь выживаемости у ряда больных. Вместе с тем, необходимо проведение дальнейших исследований для валидации полученных результатов.