Роль Китая в формировании нового баланса сил в Центральной Азии
Журнал: Общество: политика, экономика, право @society-pel
Рубрика: Политика
Статья в выпуске: 9, 2026 года.
Бесплатный доступ
В статье исследуется роль Китая в изменении баланса сил в Центральной Азии. В отличие от ученых, сводящих позицию конкретного государства к военной мощи или к простой сумме торговых показателей, автор предлагает операциональную модель характеристики стран, состоящую из пяти групп индикаторов, в числе которых: экономическая зависимость, инфраструктурная связанность, институциональная плотность, безопасность и дипломатическая субъектность государств региона. На основе сравнительного анализа Китая, России, ЕС и США, а также кейсов Казахстана, Узбекистана, Кыргызстана и Таджикистана показано, что Китай формирует наиболее устойчивый экономико-инфраструктурный полюс влияния, но не превращает регион в монолитную сферу контроля. Центральноазиатские государства используют китайский фактор для диверсификации маршрутов, торговли и внешнеполитических связей, однако степень их маневра различается: Казахстан и Узбекистан обладают более широкой переговорной автономией, тогда как Кыргызстан и Таджикистан сильнее чувствительны к долговым и инфраструктурным ограничениям.
Короткий адрес: https://sciup.org/149152235
IDS: 149152235 | УДК: 327:339.9(510:5-191.2) | DOI: 10.24158/pep.2026.9.3
The Role of China in the Formation of a New Balance of Power in Central Asia
The article examines China’s role in reshaping the balance of power in Central Asia. Unlike the researchers that reduce the proper state’s attitude to military capabilities or to a simple sum of trade indexes, the author proposes an operational model of the countries’ features consisting of the following five groups of indicators: economic dependence, infrastructural connectivity, institutional density, security, and the diplomatic agency of the region’s states. Based on a comparative analysis of China, Russia, the EU, and the United States as well as case studies of Kazakhstan, Uzbekistan, Kyrgyzstan, and Tajikistan, the article shows that China is forming the most stable economic and infrastructural pole of influence, but it is not turning this region into a monolithic sphere of control. Central Asian states use the China factor to diversify routes, trade, and external relations, however, their range for maneuver is distinct: Kazakhstan and Uzbekistan possess broader negotiating autonomy, whereas Kyrgyzstan and Tajikistan are more sensitive to debt and infrastructure limits.
