Роль мегаполисов в процессах глокализации

С амая известная фраза, которая может являться символом и выражает основную сущность процессов глокализации, – «мыслить глобально, действовать локально» была сформулирована Патриком Геддесом, шотландским социологом и урбанистом в 1915 г. в книге Cities in Evolution . Он заявил, что городское планирование должно осуществляться с учетом окружающей среды:

при принятии любых мер следует помнить об окружающей среде планеты в целом, потому что локальные действия в итоге оказывают влияние на глобальный мир [Geddes 1915]. Таким образом, впервые подходы к концепции гло-кализации были сформулированы и интерпретированы исходя из процессов, происходящих в городах, в первую очередь активно вовлеченных в международную деятельность мегаполисов.

Позднее, в 1968 г. данный концепт стал лозунгом Римского клуба – международной организации, которая внесла значительный вклад в изучение ряда глобальных процессов (перспективы развития биосферы, исследования и продвижение идей гармонизации отношений человечества и природы)1.

В 2000 г. ООН и Международный банк определили, что локализация и глобализация будут определять развитие мира в XXI в., что связано с основными изменениями и проблемами современного мира, такими как макроэкономическая нестабильность, децентрализация, климатические изменения и важнейший фактор – быстрые темпы урбанизации [Ли 2017].

С развитием глобализационных процессов данный подход стал актуален во многих контекстах: это окружающая среда, экономика, культурно-образовательная сфера, естественные науки и, безусловно, международно-политическая сфера [Robertson 1995].

Термин «глокализация», характеризующий амбивалентные процессы глобализации и локализации, предложил английский социолог Роланд Робертсон, имея в виду, что глобальные и локальные тенденции взаимодополняемы и взаимопроникают друг в друга, однако «в конкретных ситуациях данные процессы могут прийти в столкновение» [Robertson, Knondker 1999]. В то же время Р. Робертсон считает, что глокализация, которая органично сочетает глобализацию и локализацию, толкует процесс глобализации через планетарную регионализацию, с помощью которой национальные общества пытаются защититься от культурного «размывания» [Robertson 1994]. По определению А. Морита, глокализация соответствует сценарию децентрализованного и справедливого мира, сочетая в себе процессы модернизации локальных культур с достижениями формирующейся глобальной мультикультурной цивилизации [Morita, Reingold, Shimomura 1986].

Относительно роли территориальных образований в глокализационных процессах можно привести следующее определение: глокализация – это возрастание роли локальных местностей, городов, районов, повышение внимания к местной самобытности, параллельное глобализации и направленное на ускорение мирового развития, гармонизацию общества. Главные участники глока-лизации – отдельные местности, районы, города, их всестороннее развитие, увеличение пропускной способности глокальных средств связи [Кожевников, Пашкевич 2005: 112].

Соответственно, в научном дискурсе процессы глокализации исследуются и интерпретируются в различных аспектах, сосредоточив фокус внимания на различных сферах общественных отношений в контексте международно-политических процессов, в философском и культурно-цивилизационном смыслах.

Исследуем, как процессы глокализации развиваются и реализуются в различных сферах, какие основные факторы и формы реализации данных процессов представлены.

Экономика. Субъекты глo6aльнoй экономики стали ощущать, что всеобщая абсолютная универсализация жизненных стандартов приносит негативные тенденции динамике рынка связи [Кожевников, Пашкевич 2005: 113]. Исходя из этого, транснациональным компаниям для успешного продвижения своих продуктов и услуг на международные рынки необходимо прибегать к продуктовой глокализации – учитывать местные локальные потребности и особенности. И наоборот, локальные компании при стремлении на глобальный рынок должны учитывать соответствие основным мировым стандартам и требованиям. Таким образом реализуются взаимонаправленные процессы глокализа-ции в экономической сфере.

Глокализация и культура. Процессы глокализации в сфере культуры характеризуются возрастанием роли локальных культур и традиций, которые могут сохраняться и развиваться лишь в глобальном пространстве, где каждая из них будет играть свою особую роль. Эпоха глобализации с ее шаблонами западной массовой культуры не могла не вызвать кризис идентичности в различных регионах мира. И неслучайно борьба в области культуры, а не уличные демонстрации или дебаты в парламентах определяют суть современной эпохи [Лебедев 2018: 258].

Глокализация и фактор этничности . Смысл глокализации в данном контексте заключается в том, что в период глобализации, когда ослабляется власть национальных государств, передающих суверенитет различным наднациональным структурам, ослабляется и ранее доминирующая идентичность – чувство принадлежности к своему государству, все большее значение приобретают такие явления, как регионализм, обострение интереса к локальным особенностям, рост интереса к этническим традициям, возрождению диалектов, что можно трактовать как «возврат этничности» [Лебедев 2018: 259].

Глокализация в философско-цивилизационном контексте. Глокализация привела к актуализации цивилизационного дискурса как способа социокультурного общения и понимания сложившейся в конце XIX – начале XX в. новой «мироцелостности». Предметом цивилизационного дискурса, формирующего социальный мир с помощью языковых практик, стали вопросы, связанные с выяснением специфики взаимодействия локальных цивилизаций в эпоху гло-кализации [Лубский 2016: 65].

С. Хантингтон в работе The Clash of Civilizations обозначил процессы столкновения локальных культурно-национальных идентичностей – «цивилизаций» – с процессами мировой интеграции. Именно эти противоречия становятся существенными препятствиями на пути глобализации, тем самым формируя процессы глокализации [Huntington 1993].

Глокализация в религиозной сфере. В качестве примера можно привести гло-кализацию политической доктрины современного католицизма. В условиях глобализации католицизм оказывается вынужденным поддерживать свой «вселенский» статус и одновременно адаптироваться к локальным контекстам присутствия. Как следствие, возникает потребность в глокализации политической доктрины церкви – части католического социального учения, сфокусированной на вопросах политического характера. Одним из инструментов решения данной задачи выступают папские поездки, обеспечивающие распространение доктрины католицизма через личное присутствие наместника Святого престола в различных регионах мира [Дмитриева 2022: 102].

При исследовании процессов глокализации, которые, как было показано выше, протекают в различных сферах общественных и международно-поли- тических отношений, возникают следующие исследовательские вопросы: какова роль крупных городов – мегаполисов в данных процессах? каким образом мегаполисы вовлечены в процессы развития глобализации? какова их роль в процессах сохранения и формирования локальных идентичностей? каким образом данные процессы взаимодействуют и переплетаются в мегаполисах, формируя глокальные конструкты?

Действительно, наличествует ряд факторов, определяющих особый статус данных акторов в глокализационных процессах. Так, подходы концепции глокализации были сформированы на основе интерпретации процессов, происходящих именно в городах. Крупные города – мегаполисы, активно вовлеченные в процессы международного обмена и являющиеся международными центрами влияния [Колыхалов 2022], являются и основными проводниками глобализационных процессов на основе размещения в них офисов и штаб-квартир транснациональных компаний, формирования глобальных информационных потоков, активного развития основных мегатрендов мировой политики. С другой стороны, города являются пространствами сохранения и формирования локальных идентичностей, таким образом являясь характерным пространством взаимодействия данных амбивалентных процессов и формирования глокальности.

Роль мегаполисов в процессах глобализации . Глобализация как процесс распространения универсальных ценностей, экономических моделей, деятельности глобальных компаний на основе повышения транспарентности границ национальных государств происходит неравномерно. В первую очередь глобализационные процессы проявляются в мегаполисах как центрах сосредоточения офисов глобальных компаний, миграционных потоков, а также информационных, логистических, культурных центрах. Таким образом, по образному выражению М.М. Лебедевой и В.М. Сергеева, «мегаполис является кристаллизующим элементом глобализации – “воротами в глобальный мир”» [Лебедева, Сергеев 2004: 194]. Находящиеся на территории крупного города ресурсы, накладываясь один на другой, усиливаются. В результате мегаполис оказывается тем местом, где образуются так называемые межсетевые узлы транснациональной городской сети [Лебедева, Сергеев 2004: 197].

В социологическом смысле глобализация городов проявляется в их функциональной взаимосвязанности, приводящей к тому, что социальные процессы в городе, особенно с точки зрения производства и экономики, напрямую зависят от того, что происходит в других мегаполисах мира [Sassen 2001].

В культурно-информационной сфере крупные города являются доминантными, т.к. современные образы, формируемые и распространяемые в СМИ, опираются на опыт и аудиторию мегаполиса. Средства массовой информации имеют свои корни и смысл своего существования в повседневной жизни большого мегаполиса и в некотором смысле являются одновременно их зеркалом и продолжением [Abruzzese 1995].

Таким образом, именно в мегаполисах активно развиваются процессы глобализации на основе формирования актуальных глобальных тенденций, космополитичной среды универсальных глобальных ценностей, смыслов и образов, однако в то же время город в общем смысле (и мегаполис в частности) является местом, имеющим свою уникальную историю, бренд, атмосферу, т.е. местом формирования и сохранения локальных идентичностей.

Как отмечают исследователи, глобализационные процессы являются гораздо более сложными (многомерными, дуалистичными, неопределенными) по сравнению с большинством их модельных интерпретаций. Следует отметить, что целый комплекс современных наук столкнулся с одним и тем же парадоксом: «Чем сильнее глобализация, тем востребованней оказывается всевозможная локальная специфика» [Кожевников, Пашкевич 2005: 111].

Таким образом, следует отметить значительную роль мегаполиса как инструмента сохранения и формирования локальных идентичностей. Если мы сосредоточимся на всемирно известных исторических либо современных образах, то становится очевидным, что зачастую они имеют отношение к мегаполисам или их символам: от Берлинской стены до площади Тяньаньмэнь в Пекине, от падения Багдада до Арабской весны на площади Тахрир в Каире, от правительства Рима к правительству в Брюсселе, от протокола Рио-де-Жанейро к Киотскому протоколу, от власти Уолл-стрит до демонстрации независимости Каталонии в Барселоне, от рынка в Ухане до захоронений в Нью-Йорке [Sedda 2021: 35].

Идентификация городов всегда основывалась на их физическом разграничении от других территорий, но также и на возможности дифференцировать себя от других мест путем его общего признания в имени или узнаваемом символе [Sedda, Sorrentino 2019].

Дaбы нe раствориться в пoтoкe глобальной усредненной масскультуры, каждый мегаполис создает свой уникальный бренд, узнаваемый в мировом контексте. Таким образом, глокализация характеризуется сетевой геоэкономиче-ской конкуренцией и прямым геокультурным обменом между глобальными городами [Кожевникова, Пашкевич 2005: 113].

Начиная с особенностей климата и ландшафта, присущих каждому мегаполису, ощущение разнообразия становится очевидным практически сразу. Эти естественные природные смыслы становятся мощным резервом формирования стереотипов городского разнообразия – лондонский моросящий дождь, послеполуденный сильный дождь в Сан-Паулу, жаркий дождь в Дубае либо, наоборот, хорошая погода в Риме [Sedda 2015].

Мегаполисы индивидуализируются, это происходит главным образом двумя способами: через дифференциацию пространства, которое отличается от других окружающих пространств, или через идентификацию в памяти, присутствующей в текстурах культуры и истории [Sedda 2012].

В качестве примера реализации данных процессов приведем так называемые урбан-коды. Термин urban code получил распространение в коммуникативном пространстве современной культуры применительно к моде, одежде, парфюму, т.е. к некоему городскому стилю жизни. Главной функцией глокального урбан-кода выступает сохранение уникальных, индивидуальных, узнаваемых характеристик целостного образа того или иного города – визуальных, эстетических и т.п. Характеристики конкретных глокальных урбан-кодов уместно представлять посредством коротких и емких метафорических слоганов, отображающих основные характеристики этой уникальности: Афины – «современная Античность», Дубай – «1002-я ночь, или арабская футуросказка» и т.д. [Дубин 2022: 16-17].

Таким образом, имея определенную территорию – свое уникальное место, обладая историей, памятью и локальной культурой, развивая местные традиции, специфику и городской уникальный бренд, именно крупные города – мегаполисы являются пространствами формирования и сохранения локальных идентичностей.

Локальные идентичности зачастую представлены уникальным городским ландшафтом – достопримечательностями, городскими символами, но в то же время особой атмосферой, культурой, историей, традициями, призванием, брендом города. Это то, что формирует его уникальные отличия, создает его узнаваемость и известность, дифференцирует от других крупных городов в мировом контексте, создавая так называемые глокальные урбан-коды.

Исследуем, каким образом происходит взаимодействие и взаимопроникновение глобальных процессов с локальными идентичностями в мегаполисах, что является результатом данных процессов, как представлены «конструкты глокализации».

Мегаполисы, являясь участниками глобальной сети городов, находятся во взаимосвязи и зависят друг от друга, именно эта взаимосвязь делает данную сеть чем-то большим, чем отдельные точки, из которых она состоит. Однако каждая точка сети неизбежно локальна и локализована. С этой точки зрения каждый мегаполис предстает местом, где транслокальные потоки людей, капитала, идей, образов, технологий, которые путешествуют по земному шару, становятся конкретными и принимают локальную индивидуальность [Appadurai 1996].

Очевидно, что эти переходы глобального в локальное не являются однородными и линейными, скорее они раскрывают идею глобального, которую то или иное место предлагает или, наоборот, желает обрести. Таким образом, «глокальные города представляют собой инкорпорацию и последовательную деформацию целостности мира из конкретной истории и конкретной географии» [Sedda 2021: 44].

Глокальность подразумевает пространственный, в первую очередь урбанизированный механизм. Чтобы существовать как элемент глобального единства, мегаполису необходимо взаимодействовать с другим пространством, другими глобальными городами. К моменту установления этих отношений город обретает свое внутреннее глобальное единство и в то же время становится локализованным [Marrone, Pezzini 2008].

Происходит двойное движение пересечения: локальное вытекает из глобального и наоборот. По словам Ф. Седды, «можно утверждать, что мегаполисам для того, чтобы существовать как урбанизированный населенный пункт, необходимо пройти двойной процесс глобализации. Мегаполис следует признать чем-то большим, чем простая сумма его частей, и, более того, его следует противопоставить чему-то иному, другому отличному пространству. Мегаполисы должны видеть себя как глобальное целое, в то же время находясь внутри более глобального пространства» [Sedda 2014].

Таким образом, мегаполисы являются характерными пространствами, в которых глобальное и локальное пересекается и воспроизводится на другом уровне, что создает противоречивое соответствие между местным и глобальным опытом. По образному выражению М. Каччари, «различные глобальные потоки, которые зачастую являются потоками, исходящими из других городов, пересекаются в мегаполисах и составляют неповторимые узоры, словно это разные ковры, сотканные из одних и тех же глобальных нитей» [Cacciari 2004: 51].

На основе изложенного выше, через призму вовлеченности мегаполисов в качестве ключевых агентов глокализационных процессов возможно предложить следующее определение глокализации.

Глокализация характеризуется амбивалентными процессами глобализации и локализации, которые, взаимодействуя между собой в характерных пространствах – преимущественно в мегаполисах, переплетают глобальные тенденции с локальными идентичностями, формируя глокальные конструкты, которые через транснациональную сеть транслируются в глобальное пространство.

В качестве глокальных конструктов можно привести ряд показательных примеров: локальные особенности в глобальных продуктах (рецептуры блюд, климатическое исполнение техники – арктическое либо тропическое, особенности расцветки либо дизайна техники и одежды), глобальная известность локальных брендов либо символов ведущих мегаполисов – глокальные урбан-коды (лондонский туман, лондонский Тауэр, Париж – столица любви, Эйфелева башня, Московский Кремль, Афины – современная Античность и т.д.). В международно-политическом смысле глокализация заключается в повышении роли мегаполисов и локальных местностей в международной жизни, росте локальной идентичности и повышении самостоятельности ряда субнациональных территорий, развитии транснациональной сети городов, прямых контактах мегаполисов с зарубежными контрагентами, формировании и транслировании городской повестки на международный уровень.

Таким образом, крупные города – мегаполисы являются характерными пространствами – «местом встречи», взаимодействия, взаимопроникновения глобализационных процессов с локальными идентичностями, что приводит к формированию глокальных конструктов, которые, будучи транслированными в транснациональную городскую сеть, и формируют глокализационные процессы.