Сельскохозяйственные переселения в СССР середины 1920-х - начала 1950-х годов: основные этапы, масштабы и результаты

Введение. Первые массовые добровольные переселения при государственном участии начались еще в период Российской империи. Особенно большое развитие переселенчество получило с началом Столыпинской аграрной реформы. С началом Первой мировой войны переселенчество резко сократилось и полностью прекратилось в годы Гражданской войны. Всего в 1861–1917 гг. за Урал проследовало (без учета вернувшихся обратно) около 5,3 млн чел. [1].

В советский период сельскохозяйственные переселения не просто были продолжены, они были массовыми, организованы на плановых началах и имели свою специфику. Однако переселенческая тематика по-прежнему остается малоизученной, особенно с момента открытия в СССР плановых сельскохозяйственных переселений и до завершения сталинского периода. Уточнения требуют не только их этапы, но и масштабы переселений, некоторые вопросы организации переселенческих процессов. В публикации также затронуты практически не освещаемые в историографии вопросы проведения переселенческой кампа- нии 1939 – первой половины 1941 г., а также периода Великой Отечественной войны. На основе проведенного исследования можно выделить 4 этапа советских сельскохозяйственных переселений:

1-й этап – середина 1920-х – 1930-е гг. – с момента открытия плановых сельскохозяйственных переселений до образования осенью 1939 г. Переселенческого управления при СНК СССР, т. е. выведения переселений из ведения НКВД СССР;

• 2-й этап – 1939 г. – июнь 1941 г. – предвоенные сельскохозяйственные переселения;

• 3-й этап – июнь 1941 г. – 1945 г. – сельскохозяйственные переселения периода Великой Отечественной войны;

4-й этап – 1946–1953 гг. – послевоенные сельскохозяйственные переселения.

Историография вопроса довольно обширна, однако в теме советских переселений присутствуют отдельные аспекты и даже этапы, которые остаются слабоизучен-ными. Ее условно можно разделить на несколько блоков (советский и постсоветский периоды). Первый – тема сельскохозяйственных переселений представлена в контексте миграции и изучения населения в целом [2] (исследования О.В. Горбачева [3], В.П. Мотревича [4], В.Н. Ракачева [5], В.А. Исупова [6], Н.В. Чернышевой [7], В.А. Конониренко [8, 9] и др.

Второй блок – непосредственно сельскохозяйственные переселения и переселенческая политика Советского государства (труды И.Л. Ямзина [10, 11], Н.И. Платунова [12], О.М. Вербицкой [13], В.М. Моисеенко [14], С.А. Пискунова [15] и др.). В данном же блоке существенный массив составляют исследования, посвященные переселениям в отдельные регионы страны (Л.В. Занданова [16], Г.И. Большакова [17], С.А. Красильников [18], А.А. Исаев [19], В.В. Щеглов [20], С.С. Белоусов [21] и др.).

Цель исследования – проанализировать сельскохозяйственные переселения в СССР середины 1920-х – начала 1950-х гг., т. е. с момента открытия плановых переселений и до начала целинной кампании.

Задачи: определить основные этапы сельскохозяйственных переселений; дать характеристику каждому из них, определив масштабы и результаты; обозначить связь перемещений и иных видов миграции (принудительных, вынужденных).

Объекты и методы. Авторы опирались на опубликованные и архивные документы, которые можно разделить по типу на статистические, нормативноправовые акты и директивы партии, делопроизводственные документы.

Использовались методы анализа, обобщения, систематизации, относящиеся к общенаучным; исторические методы, позволившие выделить этапы и показать эволюцию советской переселенческой политики (историко-динамический метод), историко-сравнительный метод – определить особенности ее реализации на отдельных этапах; историкогенетический метод – определить основные тенденции переселенческих процессов; статистические методы (использование относительных статистических величин).

Результаты и их обсуждение. В самом начале советская власть в вопросе сельскохозяйственного переселения не стремилась кардинально изменить практику и подходы, сложившиеся еще до революций 1917 г. Начавшаяся Гражданская война существенно осложнила движение потоков мигрантов. Летом 1920 г. в постановлении СНК РСФСР отмечалась необходимость воздержаться от неорганизованного переселения. На Всероссийском земельном съезде (декабрь 1921 г.) переселение было признано одной из мер аграрной и социально-экономической политики государства. Для изучения и практического обоснования переселенческих процессов в апреле 1922 г. был основан Государственный научно-исследовательский колонизационный институт, переименованный в 1925 г. в Институт землеустройства и переселения. Колонизация рассматривалась сквозь призму плановых мероприятий, направленных на развитие производительных сил страны [14, c. 100]. Детально вопросы переселения в Земельном кодексе РСФСР 1922 г. не рассматривались. Переселенцы делились на две категории: плановые и неплановые.

С открытием планового переселения начинается 1-й этап – середина 1920-х гг. – 1930-е гг . В соответствии с Декретом ВЦИК и СНК СССР от 1 декабря 1924 г. Наркомату земледелия РСФСР было разрешено отправлять ходоков и переселенцев в районы, имеющие свободный земельный фонд. В марте 1925 г. были утверждены «Правила по колонизации и переселению».

В январе 1928 г. в качестве основных задач переселения были определены «прочное хозяйственное освоение необжитых и малообжитых территорий, имеющих экономическое и политическое значение, а также использование их природных богатств» и «разгрузка переселенческих районов в целях улучшения хозяйства остающегося в нем населения и урегулирования самовольного переселения» [22].

Общие итоги переселения за 1924– 1928 гг. по данным Всесоюзного переселенческого комитета таковы: подготовлено переселенческих фондов на 634 368 чел., зачислено 868 869 чел., водворено 351 881 чел. Большинство переселенцев мигрировали в Сибирь (45,2 %), на Дальний Восток (27,3), в Поволжье (15,8), на Урал (11,7 %). С каждым годом удельный вес неорганизованных переселенцев снижался: в кампанию 1925–1926 гг. он составлял 51,5 %; в 1926–1927 гг. – 36,2; в 1927–1928 гг. – 33,2 % [23, л. 2 об.].

Со второй половины 1929 г. государство принимает на свой бюджет только колхозное переселение, а льготное переселение для крестьян-единоличников отменяет [12, c. 94]. Набор переселенцев производился в «гнездовом порядке», т. е. производился из одного или нескольких близлежащих сел, которые объединялись в колхоз еще в местах своего выхода. Так, организованно, целыми колхозами весной 1930 г. в Сибирь прибыл 14 421 колхозник-переселенец [12, c. 94].

В начале 1930-х гг. принудительное переселение кулаков сопровождалось встречным заселением территорий. В этот же период было принято решение о приобщении демобилизованных красноармейцев к развитию колхозного строительства страны. Всего на 1933 г. было запланировано строительство 4 975 красноармейских колхозов в РСФСР. Необходимо было подготовить на курсах последнего года службы 100 тыс. организаторов сельскохозяйственного производства и сельских механизаторов, в т. ч. 75 тыс. для колхозной системы. В 1930 г. на специальных курсах в РККА было подготовлено и направлено для работы в деревню 72 635 демобилизованных красноармейцев и младших командиров (руководители колхозов, трактористы, животноводы и пр.) [12, c. 201]. Подобная подготовка проводилась и далее.

В июне 1936 г. ЦИК и СНК СССР приняли постановление, в соответствии с которым руководство переселением возлагалось на НКВД СССР [26]. Всего по данным Всесоюзного переселенческого комитета за 1933–1937 гг. по СССР было переселено 77 304 хозяйства или 347 866 чел. Особенно много человек переселилось в УССР (в Донецкую, Днепропетровскую, Харьковскую, Одесскую области) – 63,7 %, каждый десятый переселенец – в Восточную Сибирь (10,8), АзовоЧерноморский край (10,9), Еврейскую автономную область (10,9 %). Незначительные вселения были в Дальневосточный край (1,9 %) и Бурят-Монгольскую АССР (1,8 %) [27, л. 1]. Переселяющимся по плану предусматривались льготы, установленные ЦИК и СНК СССР в ноябре 1937 г. и действовавшие вплоть до 1973 г. [28].

2-й этап переселений – 1939 г. – июнь 1941 г. В мае 1939 г. были ликвидированы переселенческие структуры при НКВД СССР. На их основе в сентябре 1939 г. создавалось Переселенческое управление при СНК СССР [28].

В 1939 г. планировалось переселить 9 900 хозяйств. В итоге переселили 9 666 хозяйств. В 1940 г. первоначально план переселения был определен в 49 120 хо- зяйств [29, c. 1]. Весной 1940 г. план переселения был значительно увеличен и предусматривал переселение 176 825 хозяйств. В итоге было переселено 148 705 хозяйств (84,1 %), в т. ч. по межобластному переселению 116 265 хозяйств, внутриреспубликанскому – 18 796 хозяйств, 7 511 хозяйств переселено из зоны затоплений, 366 хозяйств в связи с переходом на оседлость, 5 767 хозяйств переселено в Измаильскую область. При среднем составе переселенческой семьи (5 чел.) переселенный контингент составлял 743,5 тыс. чел. [30, c. 3].

Кроме того, по специальному заданию правительства переселили в западные районы БССР 1 871 хозяйство, УССР – 11 853 хозяйства, из Мурманской области – 1 731 хозяйство (преимущественно в Карело-Финскую ССР), используя тем самым сельскохозяйственное переселение как способ освоения присоединенных территорий [6, c. 82]. Основной поток переселенцев направлялся в Восточную Сибирь и на Дальний Восток – 83,1%, в Карело-Финскую ССР – 14 %, иные районы – 2,9 % [12, c. 14–15]. По межобластному переселению к началу 1941 г. прибыло в места вселения 116 265 хозяйств, из них закрепилось на месте вселения 92 007 семей (79,1 %), 20,9 % выбыло, или 24 258 семей (11 361 хозяйство вернулось на прежнее место жительства) [31, л. 4].

В 1941 г. плановое переселение было продолжено, а его масштабы должны были возрасти. Намечалось переселить 206 427 хозяйств [30, л. 32]. С началом Великой Отечественной войны отбор переселенцев был приостановлен «вплоть до особого распоряжения» [31, л. 11].

3-й этап – июнь 1941 г. – 1945 г. В годы Великой Отечественной войны к практике переселений вернулись в 1942 г. Этому предшествовали организационно-управленческие преобразования. Вопросами переселения занимались сотрудники органов эвакуации населения.

В 1942 г. государство изыскивало возможности для улучшения продовольственной ситуации. Улов рыбы позволял быстро, с ограниченными на то затрата- ми получать качественные продукты, наполненные белками и жирами, так необходимыми человеческому организму. В январе и октябре 1942 г. вышли постановления СНК СССР и ЦК ВКП (б) о развитии рыбных промыслов [32; 33; 34, л. 234–247].

Для увеличения лова рыбы предусматривалось использование труда спец-переселенцев и плановых переселенцев. Он применялся на предприятиях рыбной промышленности, а также в существующих и вновь организованных рыболовецких колхозах и рыболовецких бригадах. Предусматривалось переселение семей из восьми центральных областей в Бурят-Монгольскую АССР, Иркутскую область, в Камчатскую область Хабаровского края, а также в Архангельскую область и Мурманскую область. В дальнейшем планы переселения семей корректировались. Использовались правила отбора и отправки переселенцев, которые действовали до этого. В итоге за 1942 г. на Дальний Восток и Сибирь переселилось 8 862 семьи, или 27 790 чел. [34, л. 23].

В 1943 г. переселение было продолжено. Отправлено 12832 семей в рыболовецкие районы (Охотск, Сахалин, Средний Амур, Архангельская область) при плановом показателе в 14 150 семей. Контингент переселенцев пополнялся в том числе за счет эвакуированного населения, т. е. использовалась возвратная миграция. Например, из Марийской АССР на рыбные промыслы переселилось 168 семей, из них 138 семей, эвакуированных из Мурманской области [7, с. 360].

В течение 1944 г. были внесены изменения в план переселения колхозников, предусматривающий расширение географии мест вселения (промысловые районы, освобожденные от оккупации территории, а также территории принудительного выселения отдельных народов).

В 1944 г. по СССР переселено 62 882 семей, в т. ч. 8 874 на рыбные промыслы и в рыболовецкие колхозы. Основными районами вселения являлись: Архан- гельская область, Мурманская область, Бурят-Монгольская АССР, Иркутская область, Хабаровский край.

Семьи колхозников переселялись в образованную после ликвидации Калмыцкой АССР Астраханскую область для работы на рыбных промыслах [21]. На территорию бывшей автономии немцев Поволжья переселение осуществлялось в две волны (сразу после ликвидации автономии летом 1941 г. и весной 1944 г. в 11 районов Саратовской области) [8, c. 355], массовыми были переселения в 1944–1946 гг. на территорию Крыма [9, c. 59], замещающим типом миграции заселяли районы пограничной полосы на территории Грузинской ССР в 1944 г. [4], районы бывшей Чечено-Ингушской АССР [35; 36, с. 182–183].

15 января 1945 г. было издано Постановление ГКО № 7326с «О переселении колхозников в районы Карельского перешейка Ленинградской области». Предусматривалось переселение 1 000 семей колхозников, а также отбирались руководящие работники колхозов, счетоводы, заведующие фермами из пяти областей. К 1 января 1946 г. на перешеек прибыло 2 444 семьи (11 978 чел.), в т. ч. 139 демобилизованных воинов и 262 семьи реэвакуированных колхозников (из числа переселенцев 1940 г.) [17, c. 202].

Всего в рамках переселенческой кампании, по данным переселенческих органов, в 1945 г. было переселено 10 633 семьи [37, л. 10].

4-й этап – 1946–1953 гг . Первоначально наиболее важной задачей переселенческой политики правительства являлось наращивание демографического потенциала в присоединенных в послевоенный период территориях [15, c. 308]. В первую очередь речь шла о массовом заселении Южного Сахалина и Курильских островов, а также части Восточной Пруссии, с происходившим одновременно процессом репатриации. К 1949 г. японские подданные были выселены с присоединенных территорий, в Калининградской области немцы выселены ранее, в 1948 г. этот процесс был завершен [2, c. 137–138].

Сохранялись некоторые особенности отбора переселенцев: колхозники в рыболовецкие колхозы с навыками ведения рыбных промыслов, демобилизованные военнослужащие.

Начало заселения советской части Восточной Пруссии положили военнослужащие и члены их семей. Переселение в Калининградскую область началось в июле 1946 г. Переселенцы отбирались из областей Поволжья и центральных областей РСФСР, БССР. За пять лет с момента ее образования переселилось около 41 тыс. семей колхозников, работников совхозов и специалистов сельского хозяйства. К началу 1950-х годов здесь проживало более 205 тыс. чел., в т. ч. в колхозах – 81,5 тыс. [2, c. 137–138].

Заселение Карельского перешейка было продолжено в 1947 г. С 1948 г. был расширен перечень территорий Ленинградской области, хозяйства которых осуществляли прием новоселов. В 1948 г. ожидался прием 1550 семей в пригородных районах этого региона. С 1949 г. заселение районов Ленинградской области стало играть второстепенную роль. По сведениям С.А. Пискунова, было принято в 1947 г. – 8,3 тыс. чел., в 1948 г. – 11,2 тыс. чел., а за 1949–1953 гг. ежегодные объемы приехавших людей не превышали показателя 3 тыс. чел. [15, c. 316].

В Южно-Сахалинскую область (с 1947 г. – Сахалинскую область) направлялись переселенцы с апреля 1946 г. Первые переселенцы для работы в сельскохозяйственных и рыболовецких колхозах прибыли в июне 1946 г. в количестве 17364 человек – 4009 семей. Из них 1 009 семей были направлены для работы в 24 переселенческих колхоза, остальные трудоустроены на рыбные тресты и комбинаты области [20, c. 133]. В последующие годы завоз семей переселенцев продолжился и проводился на основании отдельных постановлений СНК СССР (1947 г. – 1000 семей, 1948 г. – 1800 семей, 1949–1952 гг. – 8 тыс. семей) [20, c. 134]. Переселенческие мероприятия способствовали и быстрому увеличению советского населения на Курилах.

Если в 1946 г. на Курильских островах проживало 9,8 тыс., то в 1949 – 19,0 тыс. чел. [20, c. 139].

С 1946 г. в рамках сельхозпереселе-ний в Приморье стали централизованно привлекаться военнослужащие. С 1947 г. переселение возобновилось и в Хабаровский край. В 1947 г. планировался прием в Приморье 1,5 тыс. и в Хабаровском крае 1,1 тыс. семей демобилизованных военнослужащих. Кроме того, в 1947 г. были приняты два решения правительства о переселении жителей Украинской ССР и Крымской области в Еврейскую автономную область Хабаровского края [15, c. 308].

Переселение в Сибирь в послевоенные годы не являлось приоритетным направлением. Всего в данный период в Сибирь переселилось 56 095 чел. (Алтайский край, Бурят-Монгольская АССР, Иркутская область, Кемеровская область и др.) [15, c. 323–324].

В послевоенный период осуществлялось внутриобластное переселение. Оно проводилось в регионах, пострадавших от немецкой оккупации. Некоторые сведения о подобных практиках приводятся в исследовании С.А. Пискунова. В частности, в 1948 г. планировалось переселение внутри Калининской, Вологодской и Новгородской областей [15, c. 319– 320]. Однако подобная практика реализовалась лишь частично.

С начала 1950-х гг. осуществлялось переселение в аграрный сектор Уральского региона. В хозяйства Молотовской об- ласти было отправлено 12 297 чел., Курганской области – 8 290 чел., в Челябинскую область – 12 313 чел. [15, c. 325–326].

Заключение. Итак, с середины 1920-х гг. Советское государство переходит к практике плановых сельскохозяйственных переселений. Вплоть до начала в СССР целинной кампании переселенческие мероприятия осуществлялись в четыре волны (этапа), отличающиеся по своим задачам, масштабам, направлениям и контингенту переселенцев. Сельскохозяйственные переселения были неразрывно связаны с другими видами миграции и зачастую носили замещающий характер. Наиболее массовыми были переселения второй половины 1920-х гг. и конца 1930-х – начала 1940-х гг. Они способствовали изменению территориальной структуры населения СССР. В период Великой Отечественной войны сельскохозяйственные переселения носили срочный характер, преобладали переселения для работы в рыболовецких хозяйствах, заселение территорий после принудительного выселения. Во второй половине 1940-х – начале 1950-х гг. важнейшей задачей переселенческой политики, как и в довоенный период, было заселение присоединенных территорий. Также было продолжено заселение территории Сибири и Дальнего Востока, использовалась практика иных переселений, в частности на Урал и внутриобластных, обусловленных задачами хозяйственного освоения освобожденных от оккупации территорий.