Синантропизация вороновых птиц Corvidae в Ленинграде

Второе издание. Первая публикация в 198 9*

Значительная часть диких животных, в особенности птиц, успешно осваивает антропогенные и урбанизированные ландшафты. Есть среди них и типично лесные виды. В крупных городах первостепенное значение для них имеют лесопарковые и парковые массивы. Именно они являются теми экологическими каналами, по которым представители лесной фауны проникают в города. Сложный процесс «окультуривания» фауны под влиянием цивилизации изучен мало, тем более что он продолжается и будет продолжаться далее. Некоторые виды оказались способными настолько увеличивать численность, что это ставит перед человеком целый ряд серьёзных проблем.

В населённом и преобразованном человеком ландшафте складывается специфический состав авифауны. При этом существуют приведённые виды с хорошо выраженной синантропностью и вобранные (Гладков 1958; Дроздов 1967), которые либо адаптируются к новым условиям, либо элиминируются. В частности, представляет большой интерес, как ведут себя в урбанизированном ландшафте лесные птицы.

Изучая в течение двух десятилетий птиц города Ленинграда, мы разделили авифауну города на 6 категорий, которые отражают степень си-нантропности птиц и позволяют более углублённо рассматривать динамику авифауны городского или иного антропогенного ландшафта. В качестве критерия принята связь птиц с поселениями человека, а также использование ими для гнездования построек и сооружений человека, включая специальные искусственные гнездовья (Мартынов 1977).

Урбанизация ландшафта сопровождается рядом явлений, способствующих синантропизации животных: возникновение новых фитоценозов в результате интродукции растений, появление пищевых отходов, строительство зданий и сооружений, использование которых для гнездования птицами связано с омоложением окружающих лесов и уходом за ними, специальные мероприятия по привлечению птиц и т.д.

Среди птиц высокой степенью синантропности характеризуется целый ряд видов семейства вороновых Corvidae. В Ленинградской области виды этого семейства можно разделить на две группы: лесных и синантропных. К первым обычно относят во́рона Corvus corax, сойку Garrulus glandarius, кукшу Perisoreus infaustus и кедровку Nucifraga caryocatac-tes, ко вторым – галку Corvus monedula, грача Corvus frugilegus, серую ворону Corvus cornix и сороку Pica pica. Такое разделение достаточно условно. Есть основания считать, что склонностью к синантропизации обладают все или почти все вороновые региона.

Для этих самых крупных воробьиных свойственна наиболее высокая абсолютная потребность в кормах, что ведёт к полифагии и возникновению хищнических наклонностей. Только кедровка считается узким монофагом. Даже относительно небольшая лесная птица кукша нередко испытывает затруднения с питанием. Об этом говорят такие факты, как отмеченное запасание кукшами ягод брусники, расклёвывание попавших в силки белых куропаток, разорение птичьих гнёзд (Рустамов 1954), тяготение к стоянкам человека в тайге (наши наблюдения). Подобные поведенческие реакции характерны, как известно, и для других вороновых. Очевидно, это имеет связь с процессами их синантропизации.

Самой высокой степенью синантропности в районе Ленинграда среди вороновых отличается галка. Она гнездится почти исключительно в населённых пунктах и притом обычно в постройках человека. Предпочитает каменные здания, но поселяется также в дымоходах деревянных домов, иногда в дуплах деревьев и в различных сооружениях.

Высокой степенью синантропности ныне можно характеризовать серую ворону и грача. Они гнездятся преимущественно в пределах или вблизи населённых пунктов. Гнёзда помещаются обычно на деревьях.

А.К.Рустамов (1954) в своё время сообщал, что серые вороны гнездятся изолированными парами, а расстояние между соседними гнёздами бывает не менее 1 км. Об использовании воронами поселений человека сведений не приводится, лишь указывается, что они связаны с антропогенным ландшафтом. Сейчас в населённых пунктах многих районов плотность гнездования вороны в несколько раз выше. В Ленинграде расстояние между гнёздами бывает 100 м и даже меньше.

В парке Лесотехнической академии, площадь которого около 70 га, в конце XIX – начале XX столетия гнездилось от 4 до 8 пар серых ворон (Кайгородов 1886, 1898, 1908). Во время Великой Отечественной войны плотность гнездования снизилась до 2-3 пар (Мальчевский 1955), а в 1970-е годы возросла, по нашим данным, до 10-15 пар, а в 1980-е достигает 20 пар. На 10 га это составляет 2.9 пары, на 1 пару приходится 3.5 га. Гнёзда помещаются на старых лиственницах, дубах, берёзах и других деревьях. Такая же плотность популяции гнездящихся ворон сейчас в парке Политехнического института, тогда как в 1970-х годах она была здесь в 3 раза ниже. Не исключено, что это было связано с наличием мощной колонии грачей. Вороны гнездятся здесь на соснах и берёзах.

В естественных биотопах и сейчас между жилыми гнёздами серых ворон бывает 0.5-1.0 км и более (Мальчевский, Пукинский 1983). Птицы гнездятся в основном у берегов водоёмов. На Пулковских высотах под Ленинградом плотность достигает 4 пар на 10 га.

Высота расположения гнёзд серой вороны различна и связана, очевидно, скорее с высотой древостоя, чем с влиянием человека. На Пулковских высотах она составила в среднем 4 м (Мальчевский, Пукинский 1983), в парках Лесотехнической академии и Политехнического института гнёзда помещаются в верхних частях крон деревьев на высоте 1520 м и выше, в Сосновском лесопарке чаще на вершинах сосен: в заболоченной части массива на высоте 5-10, в дренированной – 15-20 м.

В районе Ленинграда и в самом городе серыми воронами всё чаще используются для гнездования металлические опоры ЛЭП (Мартынов 1977). Это наблюдалось в Сосновском лесопарке, в совхозе «Щеглово» во Всеволожском районе и в других местах.

В Ленинграде зимой численность серых ворон резко возрастает за счёт мигрантов. На ночлег в Пискаревском лесопарке или на Богословском кладбище собирается до нескольких тысяч особей. Однако городские популяции, по-видимому, более оседлы. Отношение к территории у ворон сложное, зависит от возраста, плотности населения и других факторов. Летом в Ленинграде часто можно видеть стайки холостых серых ворон. Видимо, это преимущественно молодняк, но не исключено, что имеет место дефицит гнездовой территории, и часть взрослых также не гнездится. Гнездовой консерватизм у вороны выражен хорошо.

Если численность серых ворон в районе Ленинграда в 1980-х годах достигла весьма высоких показателей, то популяция грачей сокращается, что объясняют заменой посевов зерновых культур кормовыми травами (Мальчевский, Пукинский 1983). Заселение региона грачом, имеющее многовековую историю, связывают с освоением территории человеком. Об этом говорит тяготение грачиных колоний к старым трактам Псковской и Ленинградской областей. Позже появился грач в Финляндии. В Ленинградской области рост популяции прекратился в 1940-х годах, то есть во время войны. Тогда же в Ленинграде, если судить по парку Лесотехнической академии, снизилась численность вороны. Однако в 1950-х годах под Ленинградом и в самом городе всё ещё существовали крупные колонии грачей, достигавшие нескольких сотен гнёзд. Сейчас грача в Ленинграде считают сравнительно редкой птицей.

Колония грачей долгое время функционировала в парке Политехнического института. В 1950-1960-е годы в ней насчитывалось несколько десятков гнездящихся пар. В 1972 году их было, по нашим подсчётам, около 50, а общее число гнёзд, включая незанятые – 110. 90% гнёзд помещались на соснах, остальные на берёзах. Центр колонии находился у башни старинной водокачки, к западу от неё (средняя часть парка), отдельные гнезда – в западной части парка, у самой Политехнической улицы и даже за ней, на территории Физико-технического института.

Колония деградировала буквально за несколько лет. К концу 1970-х годов количество гнёзд сократилось до 30, гнездящихся пар — до 4-5. В это время на соснах располагалось 80% гнёзд, 20% - на берёзах. В парке шёл интенсивный процесс смены сосны берёзой.

В 1986 году в восточной части парка на соснах зарегистрировано 4 грачиных гнезда, но гнездование не было успешным. В 1987 году на том же месте пытались загнездиться 2 пары грачей. В 4-5 м от одного гнезда и в 7-8 м от второго помещалось жилое гнездо серой вороны (численность ворон в парке к этому времени возросла). Грачи покинули гнёзда. В одном из них потом наблюдалась ворона.

В Ленинграде небольшие группы или одиночные грачи почти регулярно встречаются на зимовках, в частности у железных дорог, где на -ходят на путях пищевые отбросы.

Высокой степенью синантропности отличается также сорока. Вдале -ке от населённых пунктов она гнездится обычно лишь в защитных посадках вдоль транспортных магистралей. Излюбленные местообитания сороки - окраины населённых пунктов, где имеются участки кустарников и молодых древесных насаждений. Охотнее всего сорока использует для гнездования ивняки и густые хвойные жердняки, предпочтительно сосновые. Всё чаще гнездится в пределах населённых пунктов, включая Ленинград, иногда даже рядом с постройками или дорогами. Очевидно, синантропизация сороки в этом районе началась лишь в ХХ столетии и усилилась в его второй половине.

На северных окраинах Ленинграда в Сосновском и Пискаревском лесопарках сорока гнездилась уже в 1960-х годах, устраивая гнёзда в густых сосновых жердняках, реже в ивняках. В 1966 году А.С.Мальчев-ский (1969) впервые зарегистрировал гнездование сороки в парке Лесотехнической академии. В дальнейшем она гнездилась здесь единично (1-2 пары), в 1980-х годах плотность микропопуляции увеличилась до 3-4 пар. Гнёзда помещаются на ивах и молодых лиственницах в линейных посадках или куртинах. В 1986 году мы впервые обнаружили жилое гнездо сороки и в районе Политехнического института, в сквере перед восточном корпусом. Высота расположения гнёзд сороки в Ленинграде, как и в загородных жердняках, варьирует от 4-5 до 8-10 м.

Ворон до 1950-х годов под Ленинградом вблизи населённых пунктов не гнездился, появляясь здесь иногда лишь в осенне-зимний период. Плотность населения гнездящихся воронов в области не превышала 0.3 пары на 1 тыс. га (Мальчевский, Пукинский 1983). Гнездится он разрозненно, колоний не отмечалось. Примерно с середины 1950-х годов здесь, а в некоторых районах Прибалтики ещё раньше, начался процесс си-нантропизации ворона. Хотя данных о современной плотности населения ворона нет, считают, что численность его в области увеличивается (Мальчевский, Пукинский 1983). Это объясняют переходом сельского хозяйства на животноводческое направление, ростом численности лося и кабана, развитием пушного звероводства. Около звероферм отмечались зимние скопления до 100 воронов, а в южной Карелии – до 250. 12 января 1986 в Тосненском районе (в 50 км к югу от Ленинграда) мы зарегистрировали вечерний пролёт в южном направлении контагиознорассеянной стаи из 84 воронов.

Отдельные пары воронов теперь нередко гнездятся в пригородной зоне Ленинграда, а в зимний период эти птицы встречаются и в черте города. Начиная с 1960-х годов наблюдается помещение ими гнёзд на опорах ЛЭП и на лесных деревянных пожарных вышках.

В 1986 году мы обнаружили 3 гнезда воронов на опорах ЛЭП в районе станции Пери (юг Карельского перешейка, в 33 км от Ленинграда). Два гнезда были жилыми, одно из них, по-видимому, использовалось повторно и было значительно более массивным. От него на 3-й и 4-й опорах располагалось 2 других гнезда. Все гнёзда помещались в пересечениях вертикальных и горизонтальных ферм на высоте 18-20 м.

Примерно в 1960-х годах, очевидно, несколько позже, чем в Западной Европе, начался под Ленинградом и процесс синантропизации сойки. В лесах области сойка весьма обычна, считают, что в силу её связи с широколиственными породами деревьев она особенно многочисленна в западных и юго-западных районах, но много соек и на севере, в частности на Карельском перешейке. Отмечают широкие флуктуации её численности, но вряд ли были специальные учёты, очевидно, миграции в основном носят сезонно-местный характер; по нашим наблюдениям, под Ленинградом численность популяции довольно стабильна.

Сойка регулярно появляется осенью в лесопарках и парках, в частности в парке Лесотехнической академии, где использует урожай желудей. Мы давно ожидали, что она здесь загнездится. Известно, что сойки гнездились ранее в крупных европейских городах, в 1960-х годах были найдены гнёзда в лесопарковой зоне и даже в пределах Ленинграда. Первое гнездо в парке Лесотехнической академии обнаружено нами в 1986 году. Оно помещалось в открытом дупле вяза на высоте 4 м, поблизости от главного здания академии, около угла теннисного корта. Подобный тип гнездования сойки – в открытых дуплах (их иногда называют полудуплами) – отмечался и ранее. Весьма вероятно, что в парке Лесотехнической академии было и второе гнездо другой пары соек. Не исключено, что эти птицы гнездились здесь второй или третий год.

Кедровка и кукша являются под Ленинградом редкими птицами. Европейский подвид кедровки (ореховка), вероятно, гнездится в юго-западных районах Ленинградской области (отмечены находки молодых птиц). В период инвазий сибирские кедровки залетают иногда даже в крупные города, включая Ленинград. В 1968 году, когда наблюдалась крупная инвазия сибирских кедровок, мы отметили 24 августа одиноч- ную птицу в Сосновском лесопарке вблизи жилого массива. В 1986 году 18 января Е.Е.Подшиваев видел 3 кедровок на проспекте Большевиков примерно в 1.5 км от лесопарка.

Встречи в населённых пунктах кукш нам неизвестны. Ленинград находится вне гнездовой части ареала этого вида.

Выводы

Вороновые птицы в районе Ленинграда характеризуются разной степенью синантропности: галка – наиболее высокой, серая ворона и грач – высокой, сорока – средней, ворон и сойка – низкой, кедровка и кукша могут считаться несинантропными.

Со второй половины ХХ века усиливается синантропизация серой вороны, сороки, ворона и сойки. Ворона и ворон увеличивают численность в регионе, всё чаще используют для гнездования сооружения человека (опоры ЛЭП). Сорока и сойка постепенно осваивают городские парки в качестве гнездовых стаций. Популяция грача, напротив, испытывает определённую дигрессию.

Численность серой вороны уже сейчас чрезмерно высока, что ведёт к ряду известных негативных явлений. Можно рекомендовать специальную регуляцию её численности путём снятия гнёзд, отстрела и отлова. Хорошие результаты даёт отстрел на гнёздах.