Социальное партнерство в сфере услуг как форма перехода от конкуренции к межсекторальному сотрудничеству
Автор: Быков Андрей Юрьевич
Журнал: Известия Санкт-Петербургского государственного экономического университета @izvestia-spgeu
Рубрика: Творчество молодых ученых
Статья в выпуске: 3 (105), 2017 года.
Бесплатный доступ
В статье рассматриваются основные направления и подходы к трактовке социального партнерства в системе взаимодействия государства, бизнеса и некоммерческих организаций, представлена роль межсекторального сотрудничества в решении общественно значимых задач, рассмотрены мотивы и особенности трехстороннего взаимодействия.
Социальное партнерство, некоммерческий сектор, социальное предпринимательство
Короткий адрес: https://sciup.org/14875850
IDR: 14875850
Текст научной статьи Социальное партнерство в сфере услуг как форма перехода от конкуренции к межсекторальному сотрудничеству
В ходе рыночных реформ в российском обществе произошло формирование новой модели социальной политики государства, отличной от модели советского периода, предполагавшей безальтернативную ответственность государства за стабильное общественное развитие и предоставление социальных услуг. В рыночной экономике подобный подход невозможен ввиду преобладания отношений конкуренции над отношениями социального взаимодействия. С другой стороны, в силу ограниченности ресурсов государства, а в переходные периоды и периоды кризисов, этот вопрос стоит особенно остро, государство не в силах принять на себя всю полноту ответственности за социальную сферу. Принятие данного факта в общественном сознании хотя и не без издержек и болезненных последствий, постепенно становится преобладающим.
В определенном смысле, вынужденный уход государства с ключевых позиций в решении социальных задач общества в условиях рынка предполагает, что какую-то часть ответственности за предоставление социальных услуг должны взять на себя иные субъекты экономической деятельности. Как указывают многие исследователи, в рамках реализации социальной политики особо значим институциональный аспект, поскольку социальная сфера включает все государственные и негосударственные институты, которые осуществляют производство и предоставление социальных услуг [1]. Опыт функционирования западных моделей социальной политики показывает подобные примеры.
Исключительно рыночный механизм реализации социальных задач не способен обеспечить гарантированный уровень получения социальных услуг, в результате идут процессы расслоения общества по различным критериям (по уровню включенности в программы социального и медицинского страхования, по уровню образования и т.п.). Правительства различных стран демонстрируют неспособность в полной мере решать все проблемы общества. Субъекты сугубо рыночных отношения не заин-
ГРНТИ 06.56.01
Андрей Юрьевич Быков – соискатель Санкт-Петербургского государственного экономического университета.
тересованы в производстве социальных услуг, без которых устойчивое развитие общественной системы невозможно. С другой стороны, посредством предоставления социальных услуг осуществляется удовлетворение и защита общественных интересов в целом, в том числе, интересов бизнеса [2].
Результатом этих и подобных противоречий становится потребность выработки некоторого механизма, позволяющего адекватным образом распределить ответственность за социальную стабильность и устойчивость между всеми акторами социально-экономических отношений. Тезис о том, что рыночная экономика обеспечит адекватное соотношение социальной справедливости и экономической эффективности, не находит подтверждения и, как указывают различные авторы, если рынок приводит к социально нежелательным последствиям, он должен быть ограничен [3]. В качестве альтернативы рассматривается механизм социального партнерства, способный нивелировать ряд негативных последствий рыночных реформ, повлиявших на функционирование социальной сферы.
Сегодня, с нашей точки зрения, можно говорить о смене главенствующей парадигмы: идет переход от идеи конкуренции к идее партнерства, сопричастности и объединения усилий для обеспечения социальной и экономической устойчивости. Несколько десятилетий назад, с развитием транснациональных компаний, крупные коммерческие организации, осознав свой потенциал влияния на общество, приступили к реализации собственных инициатив в области решения социальных, экологических и экономических проблем. Появились политики корпоративной социальной ответственности и устойчивого развития крупного бизнеса. Сейчас отмечается тенденция к вовлечению в социальную деятельность и предприятий малого и среднего бизнеса, занятых, в большинстве своем, предоставлением различных услуг населению и бизнесу [4].
Существующие некоммерческие и благотворительные организации, в свою очередь, также занимались решением имеющихся проблем общества, используя в качестве основного ресурса человеческий. Типичная особенность некоммерческого сектора – отсутствие постоянного финансирования, однако высокая мотивация сотрудников, работающих в нем, позволяла при незначительных финансовых затратах демонстрировать существенные результаты. Слияние ресурсов государства, бизнеса, благотворительных организаций и негосударственного некоммерческого сектора в целом, переход от конкуренции к сотрудничеству при решении социальных, экологических и иных проблем общества возможен как раз в рамках реализации программ социального партнерства.
В этой связи встает вопрос о возможных вариантах участия в таких проектах бизнеса и некоммерческого сектора, поскольку именно эти два субъекта социальной политики, в отличие от государственных структур, не несут нормативной ответственности за участие или не участие в решении актуальных задач общества, а социальная миссия реализуется ими исключительно на добровольной основе, принятие решения происходит более гибко и оперативно.
Считается, что использование механизмов социального партнерства дает возможности всем его участникам реализовывать потенциал, найти наилучшие пути применения социальным (в широком смысле) инициативам. В качестве базовых принципов социального партнерства обычно называют следующие: равные условия социального партнерства всех участников (государства, бизнеса, некоммерческих структур), наличие открытого и прозрачного заказа на реализацию приоритетных проектов (при этом уровень реализации может варьироваться в зависимости от федеральных, региональных и местных сфер влияния и ответственности), обеспечение возможности для комплексного социального инвестирования выбранных программ [5], а также наличие сформированных институциональных условий реализации социального партнерства.
Нужно понимать, что институционализация может быть формальной (законы, писаные правила, оформленные субъекты деятельности) и неформальной (устоявшиеся, но не зафиксированные в законодательстве нормы, обычаи, общепринятые условности). В том и в другом случае социальный институт представляет собой систему ценностей и ориентиров (нравственных, культурных, поведенческих и пр.), определяющих практики взаимодействия различных групп и сообществ людей. В этой связи следует отметить, что процесс институционализации социального партнерства в нашей стране проходил достаточно сложно (и до конца не завершен), поскольку был связан с кардинальной ломкой экономических устоев и, на первоначальном этапе возрождения благотворительности в России в середине 1990-х гг., отношение широких слоев населения к подобной деятельности было весьма негативным. Немаловажную роль в этом играли как раз принятые в 90-е гг. ХХ в. нормы отдельных институций, работавших под «зонтиком благотворительности».
Рассмотрению этого вопроса посвящены многие публикации [6], и мы не будем подробно на нем останавливаться, однако укажем, что до сих пор до конца не преодолено настороженное отношение россиян к институту благотворительности в широком понимании этого слова. Так, по данным опроса, проведенного в 2016 г. специалистами центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора НИУ «Высшая школа экономики» только «38% россиян доверяют НКО хотя бы одного вида» [7]. То есть примерно две трети сограждан до сих пор сохраняют тот или иной уровень предубеждения к социальным инициативам, реализуемым некоммерческим сектором, поскольку не понимают механизмов финансирования и мотивации сотрудников. Следует отметить, что то же исследование показало, что именно благотворительным организациям респонденты склонны доверять больше, чем национально-патриотическим движениям, партиям и инициативам по защите различных прав. То есть вопросы институционализации, которые предполагают как наличие некой атрибутики: организации, системности, нормативности и т.п., так и значимые общественные ценности [8], требуют дальнейшего изучения и, в определенном смысле, формирования и закрепления.
Как указывают Г.И. Грекова и М.В. Киварина, социальный институт партнерства – одна из форм организации, регулирования и упорядочения общественной жизни и поведения людей в экономической сфере. Как экономический институт оно предстает в виде правил и ограничений экономического поведения [9]. Тем самым партнерство имеет как социальный, так и экономический контексты. М.В. Киварина уточняет далее в своих работах, что социальное партнерство представляет собой особый вид социально-экономических институтов. Следовательно, принципы социального партнерства необходимо институциализировать посредством введения их в соответствующие нормативноправовые акты и неформальные конвенциональные нормы, призванные регулировать экономические отношения, создавая при этом институциональный механизм их реализации [10]. Укажем, что сейчас федерального закона о социальном партнерстве нет, есть ряд региональных законов (например, Закон Москвы «О социальном партнерстве в городе Москве», 2009 г., Закон Санкт-Петербурга «О социальном партнерстве в сфере труда в Санкт-Петербурге», 2013 г. и др.), которые базируются на положениях Трудового кодекса РФ.
Идея социально партнерства не является новой, ее зарождение относят к началу XX века, когда возникла острая потребность в регулировании отношений между трудом и капиталом. Теоретические предпосылки концепция социального партнерства находим в трудах таких исследователей, как Л. Фейербах (этика), Н. Макиавелли (теория конфликтов), Ф. Бэкон (исследование трудовых отношений), Т. Гоббс и Ж.-Ж. Руссо (теории общественного договора), в классических работах А. Смита, К. Маркса и др., в трудах ряда российских исследователей начала XX века (П. Кропоткина, П. Лаврова, Б. Чичерина) [11].
Не вдаваясь детально в историю вопроса, укажем, что сегодня социальное партнерство рассматривается как в узкой, так и в широкой трактовках. Узкая трактовка непосредственно связана с тем пониманием, которое собственно и сформировало этот феномен, а именно гармонизация взаимоотношений работодателя, наемного работника и профсоюзов. Сегодня в российской литературе акцент на трудовом аспекте социального партнерства превалирует [12-15].
Что касается практики социального партнерства, то в Трудовом кодексе РФ как раз закреплен и формализован именно это подход. В статье 23 говорится, что «социальное партнерство в сфере труда (далее – социальное партнерство) – система взаимоотношений между работниками (представителями работников), работодателями (представителями работодателей), органами государственной власти, органами местного самоуправления, направленная на обеспечение согласования интересов работников и работодателей по вопросам регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений» [16].
Таким образом, в рамках этого подхода основной упор делается на развитии социально-трудовых отношений, как базовом элементе в контексте партнерства. Такой тип партнерства принято определять как трипартизм, поскольку взаимодействие осуществятся на трехсторонней основе [17]. Укажем, что действующие сегодня региональные законы о социальном партнерстве как раз реализуют именно этот взгляд на практику трудовых отношений и не затрагивают более широкого поля социального взаимодействия рыночных и нерыночных акторов.
Более широкий подход к социальному партнерству предполагает рассмотрение данного феномена уже в рамках взаимодействия большого числа участников, задачи которых не сводятся исключительно к выстраиванию справедливой системы трудовых отношений, а предполагают распространение идеи социальной солидарности, воплощаемой на институциональном уровне [11]. Мы, соглашаясь с авторами, которых сегодня становится все больше, рассматривающими «социальное партнерство как межсекторное взаимодействие, представленное тремя основными силами – органами государственной власти и управления, коммерческими предприятиями и общественными (некоммерческими) организациями» [9], отметим, что требуется расширение числа акторов в этой цепочке. Сегодня социальное партнерство по большей части аккумулирует усилия на решение значимых общественных проблем в социальной, экономической и экологической сферах. Считается, что «межсекторное социальное партнерство – это конструктивное взаимодействие организаций из двух или трех секторов (государство, бизнес, некоммерческий сектор) при решении социальных проблем, обеспечивающее синергетический эффект от «сложения» разных ресурсов и «выгодное» каждой из сторон и населению» [18], с чем мы совершенно согласны, однако хотели бы обратить внимание и на наличие иных, неформализованных участников данного партнерства.
Хотелось бы обратить внимание на следующий момент: определяя основных субъектов социального партнерства (государство, бизнес и некоммерческий сектор), нельзя забывать о «неорганизованных» участниках социального партнерства [18]. Поэтому подход к социальному партнерству как системе сугубо межсекторальных отношений, так называемое «межсекторное социальное партнерство» [19] мы считаем несколько зауженным. Понимая важность социального партнерства между организационно оформленными участниками, какими являются система государственной власти, бизнеса в лице предприятий, корпораций и т.д., некоммерческого негосударственного сектора в лице разнообразных общественных и благотворительных организаций, считаем, что сводить партнерские взаимодействия только к этим участникам было бы неверно.
То есть социальное партнерство – это, прежде всего, система общественных отношений и методы их нормативного и законодательного регулирования, а также разнообразных видов партнерских соглашений между широким спектром заинтересованных сторон (групп интересов). Общий смысл социального партнерства состоит в конструктивном и эффективном взаимодействии между властью (государственной, муниципальной), частным бизнесом, благотворительными и прочими некоммерческими структурами, различными группами населения, как работающего, так и не работающего. Векторы и конкретные субъекты такого взаимодействия могут быть совершенно разнообразными, и ответственность может лежать на любом из указанных выше субъектов.
То есть отдельные группы населения, которые в большинстве случаев в системе социальной политики государства рассматриваются преимущественно как объект социальной поддержки, страхования или иных социальных программ, в рамках социального партнерства, наряду, например с бизнес-структурами, могут быть участниками реализации того или иного проекта в качестве субъектов деятельности. Современный смысл понятия «социальное партнерство» состоит в налаживании и поддержании конструктивного взаимодействия власти, бизнеса и населения, чтобы совместными усилиями решать значимые для всего общества проблемы в социальной, экономической и экологической сферах, которое выгодны каждой из сторон в отдельности и всем вместе.
Сегодня можно говорить, что социальное партнёрство становится инструментом долгосрочного социально-экономического развития России, его цель – решение социальных проблем посредством взаимодействия разнообразных субъектов социально-экономической активности. Согласно исследованию, проведенному в 2015 г. АНО «Центр развития филантропии «Сопричастность» в шести городах России, социальное партнёрство рассматривается как «сопричастность, соучастие, поддержка, взаимодействие между бизнесом, властью и обществом на основах взаимоуважения и солидарности в целях решения задач развития общества» [20, с. 4].
Партнерство может быть как трехсторонним, так и двусторонним – бизнес и государство, НКО и государство и т.д. Бизнес – наиболее желанный партнер социального сотрудничества благодаря большей гибкости и скорости принятия решений, наличию ресурсов, высокой мотивации. Социальное партнерство для бизнеса – это решение общих задач общества, в большинстве своем социальных, которое позволяет бизнесу получать преимущества для развития в регионах присутствия. При этом представители крупного бизнеса понимают термин широко, включая в него государственно-частное партнерство, программы корпоративной социальной ответственности, специальные программы, направленные на поддержку уязвимых групп населения, грантовую поддержку, волонтерство, а также социальное предпринимательство.
В качестве партнеров рассматриваются не только государство и некоммерческие организации, но и представители малого и среднего бизнеса, органы власти всех уровней, собственные сотрудники и т.д. Взаимодействие государственных, коммерческих и некоммерческих организаций, обладающих различными ресурсами и компетенциями, делает возможным получение желаемого синергетического эффекта за счет оптимизации и концентрации этих ресурсов на достижении согласованных целей. С точки зрения же негосударственного некоммерческого сектора, социальное партнерство представляет собой «взаимовыгодное сотрудничество некоммерческого сектора, бизнеса и органов власти, при котором органы власти и бизнес финансово, информационно и в других формах поддерживают инициативы НКО как института гражданского общества» [20, с. 5].
Несмотря на широкое распространение феномена, термин «социальное партнерство» его участниками используется нечасто. Некоммерческими организациями зачастую применяются однозначно трактуемые, давно и часто используемые формулировки: благотворительность, меценатство, донорство, грантовая поддержка, корпоративное волонтерство, про-боно (оказание профессиональной помощи благотворительным, общественным и иным некоммерческим организациям на безвозмездной основе) и т.д. Термин пока не нашел широкого использования ввиду его размытости, однако обладает большим потенциалом развития, при условии что все участники социального партнерства имеют четкое представление о своих функциях и имеют общую цель. Наличие общей цели – решение социальной проблемы общества или ее отдельной части – это основной императив социального партнерства.
В то же время, у каждой из сторон имеются собственные внутренние цели и стимулы для участия в партнерстве. Для некоммерческих организаций участие в проектах социального партнёрства – способ заявить о своей готовности выступать в качестве полноправного партнера. С начала 2000-х гг. некоммерческие организации России демонстрировали как высокие темпы роста, так и падение общего числа организаций (см. табл.). В настоящее время, начиная с 2014 г., наблюдается очень назначенный прирост числа таких организаций, но будет ли устойчивой эта тенденция, пока не ясно. Хотя новые стимулы к росту имеются. Так, с 1 января 2015 г. вступил в силу Федеральный закон № 442 «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации», который стал новым механизмом компенсации государством расходов на предоставление социальных услуг негосударственными поставщиками (НКО и бизнесом). Для получения компенсации организации необходимо зарегистрироваться в реестре поставщиков социальных услуг.
Таблица
Число предприятий и организаций по формам собственности (на конец года) [21, с. 201-202]
Форма собственности |
Всего, тыс. шт. |
||||||
2000 |
2005 |
2010 |
2012 |
2013 |
2014 |
2015 |
|
Число предприятий и организаций – всего, в т.ч.: |
3346 |
4767 |
4823 |
4886 |
4843 |
4886 |
5043,6 |
государственных |
151 |
160 |
119 |
113 |
116 |
114 |
110,7 |
муниципальных |
217 |
252 |
246 |
231 |
225 |
219 |
212,0 |
частных |
2510 |
3838 |
4104 |
4195 |
4160 |
4212 |
4377,8 |
общественных и религиозных |
223 |
253 |
157 |
147 |
145 |
144 |
145,4 |
прочих форм собственности |
246 |
265 |
197 |
201 |
198 |
197 |
197,7 |
Доля предприятий и организаций – всего %, в т.ч.: |
100 |
100 |
100 |
100 |
100 |
100 |
100 |
государственных |
4,5 |
3,4 |
2,5 |
2,3 |
2,4 |
2,3 |
2.2 |
муниципальных |
6,5 |
5,3 |
5,1 |
4,7 |
4,7 |
4,5 |
4, |
частных |
75,0 |
80,5 |
85,1 |
85,9 |
85,9 |
86,2 |
86, |
общественных и религиозных |
6,7 |
5,3 |
3,3 |
3,0 |
3,0 |
3,0 |
2.9 |
прочих форм собственности |
7,4 |
5,6 |
4,1 |
4,1 |
4,1 |
4,0 |
3.9 |
Кроме того, государство ежегодно выделяет гранты НКО на решение разнообразных общественно значимых задач, что может рассматриваться как один из инструментов социального партнерства. В частности, в 2016 г. был проведен четвертый конкурс на получение грантов Президента РФ для некоммерческих негосударственных организаций, участвующих в развитии институтов гражданского общества [22]. В книге Центра развития некоммерческих организаций «Бизнес и НКО: вместе за лучшее будущее» выделяется четыре основных мотива взаимодействия бизнеса и общества [23, с. 158]:
-
1. Благотворительность: денежное пожертвование компании НКО; грантовые конкурсы бизнеса; товарное пожертвование бизнеса; включение клиентов компании в благотворительную помощь НКО.
-
2. PR и маркетинг: отчисление с продажи товаров и услуг (кобрендинг); спонсорство; выделение продукции на массовые мероприятия.
-
3. HR (работа с человеческими ресурсами): программы корпоративного волонтерства; pro-bono как разновидность корпоративного волонтерства; сбор пожертвований среди сотрудников.
-
3. Приобретение уникальных товаров и услуг: закупка товаров у НКО; закупка услуг у НКО.
Исследователи социального партнерства отметили, что благотворительность – самая простая форма его реализации. Помимо прямой материальной помощи партнеры могут предоставлять собственную инфраструктуру, техническое и материальное обеспечение проекта профильными товарами и услугами, а также интеллектуальную, волонтерскую и иную помощь для реализации совместного проекта [20, с. 7]. Проекты социального партнерства могут носить как разовый характер, так и постоянный. Примерами постоянного сотрудничества двух секторов может послужить государственночастное, государственно-общественное партнерство, постоянное взаимодействие бизнеса и общества, при котором частные структуры поддерживают не отдельные краткосрочные проекты и акции некоммерческих организаций, а их деятельность в целом или какое-то отдельное направление.
Однако взаимодействие бизнеса и некоммерческих организаций претерпевает существенные изменения, бизнес все больше заинтересован в формировании социально ответственного имиджа компании (мировая практика тому способствует), и это также является немаловажным стимулом к участию в разнообразных партнерских программах не только на уровне простого выделения ресурсов. Современные условия требуют перехода от традиционной схемы «источник денежных средств» – «проситель» к новым моделям, позволяющим некоммерческому сектору не просто получать ресурсы для своих проектов, но зарабатывать деньги и привлекать к этому различные, в том числе социально уязвимые, группы населения. Тем самым формируется более устойчивая модель социального партнерства, в которой каждый участник несет солидарную ответственность за конечный результат.
В качестве одного из инструментов формирования такой новой модели, мы считаем, может быть рассмотрено развитие социального предпринимательства, которое вовлекает в свою орбиту как биз-нес-структуры, так некоммерческие организации и различные слои населения. Социальное предпринимательство сегодня воспринимается еще с определенной долей опасения, хотя уже развивается в нашей стране более десяти лет. Пока нет четкого понимания, что есть социальное предпринимательство, поскольку не очень понятно, в каких формах, какими силами и на каких условиях оно может быть реализовано; не ясны организационные модели, наиболее подходящие для социального предпринимательства, и способы оценки его вклада в решение общественных задач. Да и теоретики пока не пришли к единому мнению: сформован ли такой институт в России, и что собственно считать социальным предпринимательством; какие критерии должны быть применены для выделения данной группы предпринимателей, и должно ли государство стимулировать подобную форму активности, в том числе в рамках социального партнерства.
Подводя итог, заметим, что расширение практики социального предпринимательства ставит задачи по методическому и теоретическому осмыслению данного феномена, задачи по оценке возможности использования моделей социального предпринимательства в различных отраслях народного хозяйства, и – прежде всего – в сфере услуг. Именно в этой сфере востребованность обслуживания социально незащищенных групп населения ощущается особенно остро.
Список литературы Социальное партнерство в сфере услуг как форма перехода от конкуренции к межсекторальному сотрудничеству
- Бурменко Т.Д. Социальные услуги как атрибут социального государства//Baikal Research Journal. 2012. № 6.
- Барышникова Т.Ю. К вопросу о социальной услуге как предмете договорного регулирования в праве социального обеспечения//Вестник трудового права и права социального обеспечения. 2016. № 10 (10). С. 100-111.
- Валишвили М.А. Совершенствование социального партнерства как механизма гуманизации и повышения эффективности предпринимательской деятельности//Управление экономическими системами. Электронный научный журнал. 2013. № 7.
- Хорева Л.В., Шокола Я.В., Шраер А.В. Использование концепции корпоративной социальной ответственности в крупных компаниях: традиции и инновации//Экономические науки. 2015. № 123. С. 56-60.
- Медведева Н.В. Социальное партнерство: условия реализации и перспективы развития на муниципальном уровне//Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук. 2014. № 12-2. С. 277-280.
- Хорева Л.В. История благотворительности в России. СПб., 1999.
- Мерсиянова И. Чаще помогают или слишком обеспеченные, или совсем бедные//Независимая газета. 2017. 17 января.
- Якимец В.Н., Никовская Л.И., Коновалова Л.Н. Межсекторное социальное партнерство в России: концепция, механизмы, примеры. М.: ГУУ, 2004.
- Грекова Г.И., Киварина М.В. Институциализация социального партнерства в России//Бизнес. Образование. Право. Вестник Волгоградского института бизнеса. 2010. № 2. С. 57-61.
- Киварина М.В. Проблемы и противоречия институциализации системы социального партнерства в России//Вестник Института экономики и управления Новгородского государственного университета им. Ярослава Мудрого. 2015. № 3 (19). С. 33-41.
- Грекова Г.И., Киварина М.В., Кузьмин А.В., Руденко К.А. Взаимодействие предпринимательских структур, власти и населения в системе социального партнерства/НовГУ имени Ярослава Мудрого. Великий Новгород, 2010.
- Яковлева А.Е., Галимова А.Ш. Роль социального партнёрства в российской модели социально-трудовых отношений//Гуманитарные научные исследования. 2014. № 5 (33).
- Дрыгина М.В. Социальное партнерство как ключевое направление регулирования социально-трудовых отношений, способствующее социализации работников в организации//Российский экономический интернет-журнал. 2012. № 1. С. 58-70.
- Осипов Е.М. Социальное партнерство как фактор стабилизации социально-трудовых отношений//Социология власти. 2011. № 7. С. 119-126.
- Иванова Д.В., Иванов С.Ю. Социальное партнерство как механизм регулирования социально-трудовых конфликтов в модернизируемом обществе//Конфликтология. 2014. № 5. С. 162-163.
- Трудовой кодекс Российской Федерации от 30 декабря 2001 г. № 197-ФЗ (с изм. и доп., вступ. в силу с 01 января 2017 г.).
- Низова Л.М., Санникова Т.В. Трипартизм как феномен управления социально-трудовыми отношениями//European Social Science Journal. 2016. № 1. С. 126-135.
- Матвеева А.И., Саранчин Ю.К. Институциализация социального партнерства в современной России//Известия Уральского государственного экономического университета. 2014. № 2 (52). С. 95-100.
- Грищенко Ю.И. Межсекторное социальное партнерство: НКО, государство, бизнес//Некоммерческие организации в России. 2014. № 5. С. 39-45.
- Социальное партнерство в России. Сборник лучших практик. М., 2015. 74 с.
- Россия в цифрах. 2016/Росстат. M., 2016. 543 с.
- Портал Грантов. . Режим доступа: https://grants.oprf.ru (дата обращения 30.03.2017).
- Бизнес и НКО: вместе за лучшее будущее. Сборник кейсов. СПб., 2016. 158 с.