Социальное самочувствие и социальная справедливость в оценках российской студенческой молодежи: характер взаимосвязи в условиях новых вызовов
Автор: Дадаева Т.М., Касаткина Н.П., Шумкова Н.В.
Журнал: Регионология @regionsar
Рубрика: Социальная структура, социальные институты и процессы
Статья в выпуске: 2 (131) т.33, 2025 года.
Бесплатный доступ
Введение. Обращение к теме социального самочувствия и восприятия социальной справедливости студенческой молодежью России актуализировано влиянием регионального неравенства (включая качество жизни) на жизненные траектории названной категории населения, потенциальными рисками социальной напряженности, а также недостаточной изученностью опосредующих механизмов взаимосвязи данных конструктов. Цель исследования – проанализировать компоненты социального самочувствия и характер их связи с представлениями о социальной справедливости у российских студентов в контексте региональных особенностей. Материалы и методы. Проведено онлайн-анкетирование (октябрь-ноябрь 2024 г., n = 1 209 студентов дневных отделений вузов) в четырех регионах с разным качеством жизни: Московской области, Татарстане, Мордовии, Калмыкии. Социальное самочувствие измерялось через индексы текущего благополучия, ожиданий от будущего, социального доверия и тревожности. Удовлетворенность социальной справедливостью оценивалась по 5-балльной шкале. Использовались дескриптивная статистика, корреляционный анализ, линейная регрессия и тест Собеля для анализа медиации. Результаты исследования. Сводный индекс социального самочувствия студенческой молодежи показал поляризацию: 54 % респондентов отнесены к категориям «хорошее»/«отличное» самочувствие, 18 % – к «плохое». В структуре социального самочувствия доминируют позитивные оценки текущего благополучия (84 %), в то же время социальное доверие демонстрирует более низкие показатели (44 %). Выявлена сильная положительная корреляция между субъективным благополучием и восприятием социальной справедливости (ρ = 0,63; p < 0,001). Регрессионная модель (R² = 0,216; p < 0,001) подтвердила влияние социального доверия (β = 0,220), тест Собеля – его опосредующую роль (29,2 % влияния). Региональная дифференциация нормативных представлений о справедливости коррелирует с объективным качеством жизни в регионах и социальным самочувствием студенческой молодежи. Обсуждение и заключение. Подтверждена связь социального самочувствия и восприятия справедливости. Низкий уровень социального самочувствия у 18 % молодежи и региональные различия актуализируют проблемы укрепления социального доверия, адресной поддержки уязвимых категорий студенческой молодежи и учета территориальной специфики. Перспективно изучение взаимосвязи социального самочувствия и представлений о справедливости в лонгитюдных исследованиях.
Социальное самочувствие, социальная справедливость, студенческая молодежь, социальное доверие, текущее благополучие, региональные различия, Россия
Короткий адрес: https://sciup.org/147250829
IDR: 147250829 | УДК: 316.4-057.875 | DOI: 10.15507/2413-1407.033.202501.294-315
Societal Well-Being Perceptions and Social Justice Assessments among Russian University Students: the Nature of the Relationship in the Context of New Challenges
Introduction. The study of societal well-being perceptions and social justice assessments among Russian university students is necessitated by the impact of regional inequality (including quality of life) on youth life trajectories, potential risks of social tension, and insufficient research on the mediating mechanisms linking these constructs. The study aims to analyze components of societal well-being and the nature of their connection with conceptions of social justice among Russian students, along with regional characteristics of this interrelationship. Materials and Methods. An online survey was conducted (October-November 2024; n = 1.209 full-time students) across four regions with differing quality of life: Moscow Oblast, Tatarstan, Mordovia, and Kalmykia. Societal well-being was measured through indices of social well-being, future expectations, social trust, and anxiety. Satisfaction with social justice was assessed on a 5-point scale. Descriptive statistics, correlation analysis, regression analysis, and the Sobel test were employed. Results. The composite index of student societal well-being revealed polarization: 54 % of respondents were categorized as having “good”/“excellent” well-being, while 18 % reported “poor” well-being. Within the structure of societal well-being, positive assessments of current well-being predominated (84 %), whereas social trust demonstrated lower levels (44 %). A strong positive correlation was identified between subjective well-being and perceptions of social justice (ρ = 0.63; p < 0.001). The regression model (R² = 0.216; p < 0.001) confirmed the influence of social trust (β = 0.220), and the Sobel test verified its mediating role (accounting for 29.2 % of the effect). Regional differentiation in normative conceptions of justice was identified, correlating with the objective quality of life in the regions and the societal well-being of students. Discussion and Conclusion. The connection between societal well-being and justice perceptions is confirmed. The low level of societal well-being among 18 % of youth and regional differences highlight the need to address challenges in strengthening social trust, providing targeted support for vulnerable student groups, and accounting for territorial specificities. Longitudinal studies of the relationship between societal well-being and justice conceptions present a promising research direction.
