Социальные ресурсы гражданского протеста в современной России

Искусство должно захватить реальность врасплох.

Франсуаза Саган

Политика довольно часто рассматривается как искусство возможного. Тогда, возможно, искусство политики состоит в преобразовании захваченной врасплох социальной реальности. Уже сегодня по итогам парламентских выборов и электорального расклада выборов президента РФ [1] подвижный политический процесс требует действительно творческого подхода политиков для выхода из политического кризиса. Исследователям важно проанализировать социальные ресурсы гражданского протеста с точки зрения условий и первопричин и перспектив так называемого «уличного ренессанса».

Будем исходить из следующего:

• –    гражданский протест, принимающий внесистемные формы, носящий стихийный характер, а также «отзеркаливание» при непосредственной организационной мощи властных структур гражданских митингов в поддержку В.В. Путина есть проявление политического кризиса;

• –    гражданская протестная активность представляет сегодня собой массовое явление и носит глокальный характер;

• –    актуальность проблематики гражданской активности в России представляется в соотношении «общее» как имеющее сходство с проявлениями протестов на международном уровне – предопределенность глобальных общественно-политических изменений, связанная с поиском выхода из мирового экономического кризиса 2008–2009 гг., использование новых информационных сетевых технологий, позволяющих быструю мобилизацию больших масс людей. Общее проявляется также в требованиях перестройки государственно-бюрократических установок в пользу общественно-договорных партнерских отношений государства и общества, что может быть сформулировано и так: общество развивается быстрее, чем государственные структуры в лице властных институтов.

«Особенное», как характерное для современного этапа развития России: динамика нового избирательного цикла 2011–2012 гг., предопределенная «спрессованностью» небольшого временного интервала, мобилизация властной вертикали, отстройка В. Путина от «Единой России», идеологическое полевение его избирательной программы, применение технологии «кто не с нами, тот против нас» (Общероссийский народный фронт), активное включение оппозиционно настроенных слоев общества в драматургию избирательных кампаний, а также ставшие необходимыми изменения в рамках политической реформы;

– гражданская протестная активность влияет на изменение политического дискурса и рассматривается как с точки зрения возможных рисков, так и новых возможностей для развития. Динамично развивающаяся социально-политическая ситуация требует дальнейшего более глубокого осмысления.

Массовые фальсификации, применение административного ресурса в неразумных пределах, падение рейтинга «Единой России» в ходе избирательной кампании 4 декабря 2011 г. вывели на улицу небывалое количество участников протестных акций. Запущенный избирательный тренд «Единая Россия – партия жуликов и воров» продуцировал электорально выигрышный лозунг «За Россию без жуликов и воров!». По данным ФОМ, с конца 2010-го и на протяжении 2011 г. доля россиян, «испытывающих готовность участвовать в акциях протеста», стабильно увеличивалась. Нарастающее недовольство общества также проявилось в том, что в прошедшем году регулярно снижался, вплоть до начала президентской избирательной кампании, уровень доверия к высшим представителям власти. Так, индекс одобрения президента РФ Д. Медведева снизился с декабря 2010 г. до декабря 2011 г. с 53 до 15, председателя правительства В. Путина с 60 до 27 соответственно [2].

Общественный и властный запрос «на перемены» обозначен. В соответствии с теорией социального обмена – обмен есть фундаментальная основа общественных отношений – ты – мне, я – тебе. Обмену подлежит все, что имеет социальную значимость. В основе социального обмена лежит концепция социального взаимодействия. Не будем забывать о том, что в отличие от экономического социальный обмен строится не на договоре, а на доверии. Главной проблемой взаимодействия власти и гражданского общества стала проблема неравноценного обмена.

При характеристике современного состояния российского общества ученые-обществоведы делают новый акцент в соотношении понятий «стабильность – изменение» [3]. Акцентирование делается на жизнеспособность политических систем, в которых степень стабильности не является непреодолимым препятствием назревших изменений. Ведь проблемы вошли в разряд «поливалентных», привлекающих внимание всего общества: коррупция, эффективность власти, безопасность граждан, их равенство перед законом, занятость, будущее детей. Противоборство между тенденцией к стабилизации при опоре на консервативно настроенную часть элиты, административный потенциал «партии власти», выстраивание патрон-клиентельских отношений, в том числе и со структурами гражданского общества (партии, профсоюзы), привели к деградации институтов парламентаризма, местного самоуправления, выборов, маргинализации оппозиции.

Анализ социальных ресурсов гражданского протеста позволяет сделать следующие выводы:

Во-первых, наша гипотеза состоит в том, что социальные группы как возможные активные участники не только политической модернизации, но и гражданской активности фактически проигнорированы властью в качестве социальных субъектов. Это происходит и реально лишь в условиях, когда власть остается практически глухой к требованиям всеобъемлющих перемен в экономике и в общественных отношениях, когда забиты кана- лы действенного общественного влияния. Однако власть может искать источник изменений именно в них как «креативном классе», «новом гражданском классе».

Во-вторых, следует признать и то, что заявляющие о себе социальные группы не приобрели еще качеств массовых социальных субъектов, способных активно, сознательно и целенаправленно влиять на власть. Их ресурс рассредоточен в социальном пространстве и представлен прежде всего средним и малым бизнесом, современным менеджментом, представителями интеллектуального высококвалифицированного труда, молодежи, предрасположенной к обновлению жизни [4]. К качественным характеристикам этих групп можно отнести открытое неприятие официальной политики, очень высокую информационную активность, материальную самодостаточность. При этом средний класс мегаполисов менее радикален (ему есть что терять), имеет опыт поведения в конфликтных отношениях в силу приобретенного опыта людей, «сделавших себя сами», а значит, представляет наиболее конструктивную часть российского общества, способную мыслить рассудочно и не допускать перехлеста негативных эмоций.

В-третьих, государство как социальный институт, оставаясь оплотом традиционализма, продолжает быть недостаточно мобильным, неотзывчивым и потенциально становится основой для роста протестных настроений в России.

В-четвертых, ядром роста протестных отношений стали и будут оставаться крупные города, они, как центры информационного влияния, будут активно распространять оппозиционные настроения по всей территории страны, ускоряя рост оппозиционных настроений в провинции. К слову сказать, именно в Москве и С.-Петербурге избранный президент В. Путин получил наименьший процент поддержки, его голоса «ушли» к кандидатам М. Прохорову, Г. Зюганову и С. Миронову. Эксперты всерьез заговорили о наступившем постматериальном сдвиге, постигшем и Россию [5].

В-шестых, современные средства коммуникации оказывают все более заметное влияние на общественную жизнь в стране, когда интернет-новости, видео с Youtube, по- сты в ЖЖ определяют телевизионную хронику. При этом отмечаются противоречивые процессы: с одной стороны, снижение уровня доверия к официальной «большой политике», а с другой - политизация значительных сегментов разного рода субкультур, прежде всего молодежных; интернет-аудитория достаточно политически активна, но в то же время она не является революционным «подпольем», большая ее часть выступает за легальные методы гражданского участия. По прогнозам, к 2014 г. в России численность ин-тернет-пользователей составит около 80 млн человек, или 71 % населения. От того, какие практики и модели поведения будет реализовывать страна в интернет-пространстве, зависит наше будущее и будущее российского информационного общества. Интернет-пространство и интеракция, которая беспрерывно происходит там, может стать опорой для существенных изменений российского общества в лучшую сторону, построенную на решении конкретных проблем домов, дворов, городов, определенных социальных групп, сообществ, групп интересов и страны в целом.

В-седьмых, волна гражданских протестных акций стала ответом не столько на вопиющие примеры фальсификаций результатов выборов и даже не на то, что не зафиксировано ни одного примера наказания виновных в совершении как административных, так и уголовных преступлений за нарушения избирательного законодательства. Причины кроются в глубинных общественных процессах, продиктованных массированным наступлением на гражданские и социальные личные права граждан России с введением в действие новых Жилищного, Градостроительного кодексов, реформой образования, здравоохранения, культуры в связи с вступлением в силу ФЗ-83. Возможно, именно к этому состоянию можно применить слова А. Турена, когда «каждый чувствует себя лично и коллективно затронутым» [9, с. 22]. Об этом красноречиво свидетельствуют несанкционированные со стороны организаторов митингов авторские лозунги, отражающие весь спектр накопившихся в обществе социальных и политических проблем.

К сожалению, стратегия критического взаимодействия с государственной властью как более действенная, чем радикальная оппозиционная стратегия, когда насилие в качестве средства разрешения конфликтов исторически вытесняется модусом разумного взаимодействия граждан, подвергается серьезному испытанию. Тем не менее, когда интересы и различия конфликтного противоборства в последних политических событиях обозначены, различия определены и артикулированы, мы являемся свидетелями необходимости выстраивания цивилизованного партнерского диалога новых гражданских общественных объединений, создания новых переговорных площадок, поиска новых форм общественных и политических альянсов и блоков внутри системной парламентской оппозиции и с несистемной оппозицией. Важным представляется поэтапное прохождение по всем стадиям развития общественно-политических движений:

• -    зарождение идей, появление активистов, выработка общих взглядов;

• -    пропаганда взглядов, агитация, привлечение максимального количества сторонников;

• -    более четкое формулирование идей и требований, развитие общественнополитической активности.

Следующая стадия будет зависеть от многофакторного влияния социальных ресурсов и может развиваться либо по пути оформления в общественно-политические организации (организацию), либо по пути, когда цели не имеют перспектив их достижения и протестное движение затухает. Исходя из теории «мобилизации ресурсов» Н. Залд, Ч. Тилли, определяющих движение достаточно широко - как совокупность установок на социальное изменение, эти установки являются предпосылками формирования организации движения, имеющего общественно-политическую направленность. Теоретики мобилиза- ции ресурсов утверждают, что для мобилизации коллективных действий необходимы усложненные организационные формы и способы коммуникации. В центре их исследований находится «рациональный актор» (индивид или группа), использующий стратегическую или инструментальную логику, теория не определяет фундаментальных различий между институциональными и неинституциональными коллективными действиями. Оба типа действий влекут за собой конфликты интересов, встроенные в отношения институциональной власти, а значит, организация и рациональность – это особенность не только общественных организаций, но и современных новых социальных движений. Нельзя не учитывать и мнение А. Турена, что с возвращением «Человека действующего» все более усиливается поиск отношений несоциальных, межперсональных или желание создать объединения, задуманные как защитные убежища в уплотняющейся социальной сети. Если маргинальность долго рассматривалась как неуспех интеграции, то теперь она становится знаком оппозиции, лабораторией, где формируются новая культура и контрпроект общества [9, с. 89].

В то же время властным структурам следует учесть требования оппозиции, опираться на новые социальные движения, сделать попытку на уровне подлинного искусства политики учесть творческий и социальный ресурс гражданского протестного движения. По гипотезе И. Халий [10], успешность политической модернизации наибольшим образом связана с тем, насколько высоким окажется адаптационный потенциал «массовых слоев интеллигенции» (термин Т.И. Заславской), представляющих собой большинство участников общественных движений, а также со способностью властей всех уровней к инновационным способам управления – при избавлении при этом от традиционалистских подходов. В случае неиспользования данного социальной и политической реальностью «коридора возможностей» политическая модернизация так и будет иметь свойства цикличности, волнообразности, «модернизационная» активность будет носить имитационный характер, а представители высшей власти вынуждены будут констатировать «короткое дыхание политики».

Ссылки:

• 1.    Президентские выборы 2012:   как голосовала страна.   [Электронный ресурс].   URL:

• 2.    Индексы одобрения деятельности Владимира Путина и Дмитрия Медведева. [Электронный ресурс]. URL: http://www.levada.ru/indeksy (дата обращения: 21.08.2012).

• 3.    Молокова М.А. Гражданское общество как фактор политической модернизации : автореф. дис. … д-ра полит. наук. М., 2012.

• 4.    Кто же все-таки был на Болотной и Сахарова? Анализ профилей 20 000 участников митинга. [Электронный ресурс]. URL: http://basilisklab.com/boloto-analis-2.html (дата обращения: 21.08.2012).

• 5.    Экспертный семинар «Новая политическая реальность: социальные основания перемен», 13 февраля 2012 года. [Электронный ресурс]. URL: http://www.politeia.ru/politeia_seminar/10/110 (дата обращения: 21.08.2012).

• 6.    Клеманн К., Мирясова О., Демидов А. От обывателей к активистам. М., 2010. С. 327.

• 7.    Левада Ю. От мнений к пониманию. М., 2000. С. 465–466.

• 8.    Пресс-выпуск «Выборы 2012 в оценках россиян и перспективы следующих 12 лет». [Электронный ресурс]. URL: http://www.levada.ru/06-03-2012/vybory-2012-v-otsenkakh-rossiyan-i-perspektivy-sleduyushchikh-12-let (дата обращения: 21.08.2012).

• 9.    Турен А. Возвращение человека действующего. Очерк социологии. М., 1998. С. 22.

• 10.    Халий И.А. Общественные движения как инновационный потенциал местных сообществ в современной

  России :  автореф. дис. … д-ра  социол. наук. М.,  2008. С. 10. [Электронный  ресурс]. URL:

(дата обращения: 21.08.2012).

(дата обращения: 21.08.2012).