Социальные риски здоровью детского населения в России: региональный контекст (обзор)

1Современная медицинская практика строится на концепции ассоциированности факторов риска [1] и формирования мультикаузальных заболеваний, при которых сложный механизм фенотипа сопровождается «взаимодействием генетических факторов с факторами внешней среды» [2]. Вероятность возникновения болезни определяется воздействием тех или иных рисков, облигатными из которых являются социальные риски, «биологическая детерминация заболеваний играет значительно меньшую роль» [3]. Анализ социальных рисков, действующих на микро-и макроуровне, предполагает обсуждение их источников и социальных контекстов [4].

При анализе здоровья детского населения в России А. А. Баранов и В. Ю. Альбицкий [5] отмечают положительные тенденции: прекратился рост общей и первичной заболеваемости, значительно снизилась смертность от большинства основных причин у детей всех возрастных групп. Однако сохраняется отмеченная О. А. Кислицыной [6] тенденция интенсивного падения потенциала здоровья в течение жизненного цикла ребенка.

Цель обзора — обобщение междисциплинарных научных исследований и типологизация рисков здоровью детского населения.

В современных российских исследованиях [7, 8] обсуждается широкий диапазон рисков детскому здоровью. По мнению А. А. Баранова и соавт. [5], состояние здоровья детей начиная с двухлетнего возраста в основном определяют социальные риски.

Социальная среда «является источником и контекстом формирования социальных рисков здоровью населения» [9]. Социальная дифференциация российского общества, финансовая реструктуризация населения является фактором, влияющим на здоровье детей [10]. Результаты исследования J. G. Mowat [11] подтверждают влияние социальных рисков, негативного воздействия социальной стратификации и неблагоприятного опыта детства на здоровье детей, в большей степени в кризисные возрастные периоды.

В исследованиях [12, 13] указывается на существование различий в состоянии здоровья детей, обусловленных пространственной социально-экономической дифференциацией, социально-экономическим неравенством в развитии территорий. Дети из неблагополучных территорий демонстрируют худшее физическое и психическое здоровье и страдают от более низких образовательных и экономических результатов. Признание того факта, что некоторые аспекты социального неравенства, как правило, являются географическими, стимулирует научные исследования и фокусирует исследовательский интерес на роль пространственной дифференциации в формировании здоровья, поведения и социальных результатов.

При анализе территориальной дифференциации России Н. В. Зубаревич [14] отмечает, что показателями социального неравенства территорий выступают качественные характеристики населения (состояние здоровья, уровень образования и др.). Резко выраженная дифференциация социально-экономических условий инициирует, по мнению О. А. Карабановой, «нарастание групповых различий в траекториях развития детей из разных социальных слоев

и появление детства разного типа» [15]. Для сельского населения характерны более высокие показатели смертности детей первых лет жизни, «коэффициент смертности детей в возрасте 1–4 лет для сельского населения в 2 раза выше, чем для городского» [16].

Бедность, являясь облигатным социальным риском здоровью детей [17, 18], определяется и как «отсутствие необходимых ресурсов, и как низкий уровень доходов и расходов, и как определенное самоощущение в социуме, и как невозможность поддержания желаемых жизненных стандартов» [19]. Финансовые депривации семьи, образование и профессиональный статус родителей в значительной степени влияют на здоровье детей и подростков. «Бедные» дети с «большей вероятностью имеют плохое здоровье, для них наблюдаются более высокие уровни смертности по сравнению с детьми из более обеспеченных семей» [20], в связи с чем дети относятся к уязвимым категориям населения.

Одной из причин социально-экономических различий в состоянии здоровья населения является характерное для современной России ограничение доступности медицинской помощи, обусловленное социальным неравенством [21]. Пациенты «с определенным статусным набором лишены возможности получить адекватную медицинскую помощь» [22].

В российских регионах отмечается ограничение доступности медицинской помощи для различных социальных групп населения, в большей степени для сельских [23]. Известны российские исследования [24, 25], в которых представлены доказательства корреляции состояния здоровья сельского населения с показателями качества и доступности медицинской помощи.

Проводимая в 1990-е гг. в России реструктуризация системы здравоохранения в первую очередь затронула сельское здравоохранение, определив ограничение доступности и качества медицинской помощи сельскому населению [26]. Для населения, проживающего на отдаленных от крупных городов территориях, ограничено доступна медицинская помощь [25], особое значение имеет транспортная доступность.

Для детей, страдающих острыми и хроническими заболеваниями, существуют те же проблемы ограничения медицинской помощи, что и для взрослых [27]. Региональные и территориальные особенности организации системы здравоохранения и функционирования медицинских организаций, социально-экономические характеристики семьи ребенка формируют социальные депривации в доступности медицинской помощи детям в ситуации болезни [28].

По мнению Г. Ю. Бударина и соавт. [29], состояние сельского здравоохранения в современной России не гарантирует права сельского населения на доступную и качественную медицинскую помощь. Характеризуя организацию сельского здравоохранения в России, В. Ф. Капитонов и соавт. [30] отмечают, что сельское население «в меньшей степени обеспечено медицинской помощью, в том числе специализированной как по объему, так и по качеству». Об ограничении доступности и качества медицинской помощи сельскому населению пишут О. Н. Калачико-ва и М. А. Груздева [31]. В исследовании В. Л. Шабанова [32] в 16,1% случаев причиной необращения за медицинской помощью сельские пациенты указывали ограничение транспортной доступности медицинских организаций.

В проведенном А. А. Калининской и соавт. [33] исследовании показано, что врачебная помощь территориально доступна 49% сельского населения, 40% — труднодоступна, а 9% — практически недоступна (2% респондентов затруднились ответить на данный вопрос).

В исследованиях [25, 34] авторы рассматривают ограничения доступности специализированной медицинской помощи для сельского населения в связи с тем, что новейшие медицинские технологии существуют в федеральных медицинских организациях, расположенных, как правило, в крупных городах.

Таким образом, социальная обусловленность здоровья детского населения обсуждается в российских и зарубежных исследованиях, которые фиксируют реализацию социальных рисков в мультикаузальности постнатальной патологии детского населения. Социальные депривации: социально-экономическое неравенство, бедность, ограничение доступности медицинской помощи, характерные в большей степени для российских регионов, — являются ведущими социальными рисками здоровью детского населения в России.

Актуальность социальной обусловленности здоровья предполагает минимизацию социальных рисков в профилактическом направлении медикосоциального сопровождения детского населения в России.

37 (1): 85–92. Russian (Дымова И. А. Факторы формирования здоровья детей первого года жизни (обзор литературы). Пермский медицинский журнал 2020; 37 (1): 85–92).

Современные исследования социальных проблем 2015; 49 (5): 88–101. .