Состав изделий из цветного металла могильника позднего бронзового века Нураталды-1 в Центральном Казахстане

Могильник Нураталды-1 находится в 84 км к ЮВ от г. Караганды и в 0,6 км к Ю от с. Кошкарбай (ранее с. Нураталды Карагандинской области Республики Казахстан) (рис. 1: а: 7 ) на берегу реки Талды. Раскопки проводились археологической экспедицией Сарыаркинского археологического института при Карагандинском государственном университете им. академика Е. А. Букетова

1 Исследование выполнено за счет проекта Российского научного фонда № 23-1800146 «Цветная металлургия и металлообработка Северо-Западной Азии в первой половине II тыс. до н. э. (сырье, технологии, продукция, торговля и связи)», project/23-18-00146/

Рис. 1. Карта памятников раннеалакульской (петровской) культуры и древних рудников Центрального Казахстана ( а ) и расположение оград могильника Нураталды-1 ( б )

а : могильники : 1 – Танабай; 2 – Алгабас; 3 – Ащису; 4 – Тундык; 7 – Нураталды-1; поселения : 12 – Мыржик (по: Дегтярева и др. , 2020); древние рудники : 5 – Алтынтобе; 6 – Спасское (Акбюрат); 8 – Тасшокы; 9 – Алабуга; 10 – Узунжал; 11 – Каражал; 13 – Успенский; 14 – Кен-казган, Ефимовское, Мийкайнар; 15 – Сары-булак; 16 – Южный Болаттау (Sn); 17 – Имантау; 18 – Бозшаколь; 19 – Жезказган; 20 – россыпи Улытау (Sn); 21 – Коунрад; 22 – Саяк; 23 – Николаевское; 24 – Вавилонское; 25 – Аскаралы (Sn); 26 – Карчига; 27 – Коксай; 28 – Шатырколь; 29 – Карагайлы-Актас (Sn) (по: Берденов , 2008); горно-металлургические области (ГMО) : I – Урал; II – Казахстан; III – Саяно-Алтай; IV – Памиро-Тянь-Шань; горно-металлургические центры (ГМЦ) : II-1 – Кокшетауский; II-2 – Баянаульский; II-3 – Успенско-Каркаралинский; II-4 – Жезказган-Улытауский; II-5 – Северо-Бетпакдалинский; II-6 – Балхашский

Условные обозначения : а – могильники; б – поселение; в – древние рудники

б : по: Ломан, Кукушкин , 2023

под руководством В. Г. Ломана и И. А. Кукушкина в 2011, 2012 и 2015 гг. Поверхность некрополя сильно задернована. Центральную часть погребального поля занимает крупный земляной курган средневекового периода, вокруг которого группируются ограды бронзового века (рис. 1: б ). Цель статьи заключается в исследовании элементного состава украшений, происходящих из погребений петровской (раннеалакульской) культуры могильника Нураталды-1.

Всего было раскопано пять оград вокруг кургана и отдельный ящик в 0,2 км к ЮВ от него. Сложно сказать, сколько изначально было оград и погребальных ящиков, поскольку памятник частично размыт рекой Талды ( Ломан, Кукушкин , 2023. С. 82, 83). По человеческим костям из четырех могил были получены AMS-даты в интервале XIX–XVII в. до н. э. (Там же. С. 99), что подтверждает отнесение памятника к раннему этапу алакульской культуры Центрального Казахстана ( Кукушкин и др. , 2016. С. 90). Помимо погребений петровской (раннеалакульской) культуры обнаружен вотивный кладовый комплекс федоровской культуры, обнаруженный за пределами ограды 1 ( Дегтярева и др. , 2022. С. 60).

Металлический инвентарь могильника Нураталды-1 аналогичен орудиям и предметам вооружения, найденным в погребениях могильников Кызылтау, Сенкибай, Танабай, расположенных вдоль р. Талды ( Кукушкин, Дмитриев , 2018; Кукушкин и др. , 2019). Ранее из металлического инвентаря могильника Нуратал-ды-1 был исследован элементный состав только крупных орудий, наконечников копий, стрел, сосуда, поскольку у большинства украшений памятника коррозия практически полностью разрушила металл ( Degtyareva et al. , 2019; Дегтярева и др. , 2020; 2022). Химический состав украшений ранее оценивался лишь для синхронного могильника Ащису ( Blinov et al. , 2023). В обоих памятниках украшения имеют плохую сохранность, что затрудняет исследование их химического состава, тем не менее нами предпринята попытка изучения количественного и качественного состава украшений комплекса.

Археологический контекст

Бронзовые и медные украшения, а также скобы обнаружены в ряде погребений оград 2–5 могильника Нураталды-1 и в обнажении берега реки Нураталды.

В ограде 2 в женском погребении ящика 1 найдены 4 медные скобы (рис. 2: 1‒4 ), у северной стенки ящика — слиток меди (рис. 2: 5 ) ( Ломан, Кукушкин , 2023. С. 88; здесь и далее данные о металле приведены по указанной работе).

В ограде 3 в могиле 1 в погребении подростка 15–16 лет встречены пластинка (рис. 2: 6 ) и колечковидные бусины (65 экз.; рис. 2: 7‒11 ). Погребение 2 женщины и подростка сопровождалось гофрированными (9 экз.) и гладкой пронизками (рис. 2: 12‒21 ), колечковидными бусинами (5 экз.; рис. 2: 22‒26 ), фрагментами спиралевидного окончания браслета (рис. 2: 27 ), дисковидными бляшками с пуансонным орнаментом (5 экз.; рис. 2: 28‒32 ) и наконечником стрелы (рис. 2: 33 ). В могиле 3 с захоронением женщины зафиксированы металлические украшения с правой и левой стороны: рядом с черепом – подвески в 1,5 оборота (по 4 экз.), плакированные золотой фольгой, а также подвеска без

Рис. 2. Металлический инвентарь могильника Нураталды-1

1‒5 – ограда 2, могила 1; 6‒11 – ограда 3, могила 1; 12‒33 – ограда 3, могила 2; 34‒61 – ограда 3 могила 3; 62‒66 – ограда 3, могила 4; 67‒73 – ограда 3, могила 5; 74 – ограда 4, могила 1; 75‒77 – ограда 4, могила 2; 78 – ограда 5, могила 1; 79‒84 – ограда 5, могила 3; 85‒88 – украшения из каменного ящика в обрыве берега реки плакировки (рис. 2: 34‒42). На запястье правой руки – два браслета (рис. 2: 43, 44) и четыре обоймы (рис. 2: 45‒48); на запястье левой руки — браслет (рис. 2: 49) и три обоймы (рис. 2: 50‒52). Под бедренной костью, рядом с голенью и щиколотками найдены колечковидные бусины (75 экз.; рис. 2: 53‒60) и обломки пронизки (рис. 2: 61). В могиле 4 зафиксированы: фрагмент спиралевидного окончания браслета (рис. 2: 62) и две низки колечковидных бусин (74 экз.; рис. 2: 63‒66). В могиле 5 обнаружены браслет, 16 колечковидных бусин и одна обойма (рис. 2: 67‒73).

В погребениях ограды № 4 найдены: в могиле 1 – кольцевидная серьга, плакированная золотой фольгой (рис. 2: 74 ), в женском погребении 2 – фрагмент спиралевидного окончания браслета, бусина, подвеска в 1,5 оборота, плакированная золотой фольгой (рис. 2: 75‒77 ).

В двух захоронениях ограды № 5 были обнаружены: в могиле 1 – две бусины и пронизка (рис. 2: 78 ), в могиле 3 – двулезвийный нож-кинжал, тесло с раскованной несомкнутой втулкой, медный сосуд, возле которого находились две бронзовые подвески в полтора оборота, плакированные золотой фольгой, и бронзовая кольцевидная височная подвеска (рис. 2: 79‒84 ).

В каменном ящике в обнажении берега р. Нураталды найдены одна целая полусферическая бляшка с отверстиями для пришивания и еще 3 фрагмента от таких же бляшек (рис. 2: 85‒88 ).

Методика исследований

С предметов, сохранивших металл, были сняты окислы и получены количественные данные. Предметы, плакированные золотой фольгой, данным методом исследовать невозможно: золотая фольга «пробивается» насквозь рентгеновским лучом и активно «подсвечивает» медная основа, а форма самих изделий не позволяет отдельно исследовать состав медной основы. Чтобы избежать работы с ненадежными количественными данными, для окисленных предметов приведены качественные результаты. Опыт показывает, что состав окислов на качественном и полуколичественном уровне в целом наследует состав металла при искажении количественных характеристик ( Блинов, Таиров , 2022. С. 93). Состав предметов исследован портативным рентгенофлуоресцентным анализатором Olympus Vanta C-series в режиме alloy; время набора спектра 10 с (аналитик И. А. Блинов).

Слиток и нож-кинжал исследованы методом РЭМ-ЭДА на растровом электронном микроскопе (Tescan Vega 3sbu) с энергодисперсионной приставкой (Oxford Instruments X-act). Ускоряющее напряжение 20 кВ. Время набора спектра 120 с. Из фрагмента слитка изготавливался полированный препарат на основе эпоксидной смолы, для стекания заряда использовалось углеродное напыление (аналитик И. А. Блинов).

Слиток, нож-кижал и сосуд исследованы методом лазерной абляции с масс-спектрометрией с индуктивно связанной плазмой на масс-спектрометре Agilent 7700х, совмещенно с лазерной приставкой New Wave Research UP-213. Абляция проводилась в линейном или точечном режиме по 3–7 анализов на артефакт. Для дальнейшего расчета состава металла использовались международные референсные материалы NIST SRM-610 (стекло) и NIST SRM-500 (медь). Расчет проводился в программе Iolite c использованием 65Cu в качестве внутреннего стандарта и нормированием 14 основных элементов до 100 мас. % (аналитик Д. А. Артемьев).

Результаты

Ограда № 2. Могила 1 . Все скобы (277НТ-1/81–84) изготовлены из чистой меди, и лишь в одной (277НТ-1/82) отмечается около 0,05 мас. % примеси As (табл. 1; все таблицы см. в конце статьи). Слиток (277НТ-1/786) массой 27,08 г, по данным РЭМ, состоит из железистой меди (Fe до 2,8 % в составе металла) с многочисленными включениями борнита и редкими соединениями системы Pb-Ag (рис. 3: 1, 2, 3 ; табл. 2). Данные ЛА ИСП МС показывают другие содержания Fe – всего около 0,4 % (4247 ppm), но также повышенные содержания Ag – 593 ppm (табл. 3). По данным металлографии, слиток имеет литую полиэдрическую структуру с эвтектикой Cu-Cu₂O-Cu₅FeS₄ с характерным сетчатым строением без следов деформационного воздействия и термообработки. Выявлены крупные и скопления мелких отдельных включений оксидов железа и борнита.

Ограда № 3. Могила 1. Пластинка и 8 бусин изготовлены из оловянной бронзы с примесью Pb в пределах ˂ 1 %, в отдельных случаях ˃ 1 % (табл. 1).

Могила 2. Исследовано 9 гофрированных пронизей, которые изготовлены: из Sn-бронзы c примесью Pb не более 1 % – три; из оловянно-свинцовой бронзы с содержаниями Sn и Pb до 5 % – три; из чистой меди с небольшой примесью Sn и Pb – три (табл. 1). Гладкая пронизь сделана из сплава с содержанием Pb не более 5 % (табл. 1). Из 5 колечковидных бусин четыре изготовлены из Sn-бронзы с примесью Pb 1 %, одна — из Sn-бронзы. Браслет сделан из оло-вянно-свинцовой бронзы с концентрациями Sn и Pb оценочно до 5 %. Четыре бляшки изготовлены из меди. В двух (277НТ-1/85 и 87) отмечены примеси Ag 0,14–0,17, Sn около 0,02 и Pb 0,01 мас. %. Одна бляшка (277НТ-1/88) содержит Sn (0,78 мас. %) и Pb (0,09 мас. %). Еще одна бляшка (277НТ-1/86) изготовлена из чистой меди, примеси не выявлены.

Могила 4 . Браслет со спиралевидными окончаниями сделан из Sn-бронзы с незначительными примесями Pb и As (табл. 1). Исследовано 10 бусин (277НТ-1/546-414). Все изготовлены из Sn-бронзы: одна – без примесей; пять – с незначительными примесями Pb и As, две – с небольшой примесью Pb и также две – с незначительной примесью As.

Могила 5 . Исследованы пять колечковидных бусин из двух наборов. В одном наборе (277НТ-1/181-183) три бусины содержат значительные примеси Sn и Pb, а две бусины из другого набора (277НТ-1/421-436) содержат только высокие примеси Pb. Три обоймы из первого набора (277НТ-1/258-260) содержат значительные примеси Sn и невысокие примеси Pb, в одном отмечается примесь Ag. У трех обойм второго набора (277НТ-1/437-439) отмечены высокие примеси Sn, в двух из них небольшая примесь Pb. Браслет со спиралевидным окончанием (277НТ-1/440) также содержит высокие примеси Sn с незначительными примесями Pb и As.

Рис. 3. Строение сплавов по данным растровой электронной микроскопии

1 – изображение в отраженных электронах фрагмента слитка: обозначены места сбора анализов 24398c и 24398d, результаты которых приведены в табл. 2; 2, 3 – качественные энергодисперсионные спектры глобул Pb-Ag; 4 – изображение в отраженных электронах фрагмента ножа-кинжала: обозначены места сбора анализов 25216с и 25216d, результаты которых приведены в табл. 2; 5 – качественный энергодисперсионный спектр халькозина; 6 – качественный энергодисперсионный спектр свинца

Условные обозначения : Сс – халькозин, Pb – капли металлического свинца; PbAg – глобулы соответствующих металлов

Ограда № 4. Могила 2. Исследованы спиралевидное окончание браслета (277НТ-1/500) и колечковидная бусина (277НТ-1/501). Оба предмета полностью минерализованы. По составу они близки. В составе отмечаются значимые примеси Sn и незначительные Pb.

Ограда № 5. Могила 1. Проанализированы две бусины (277НТ-1/514-515), пронизка (277НТ-1/513) и фрагмент пронизки (277НТ-1/519). Бусины в составе содержат значительные примеси Sn и незначительные Pb и As. Пронизки содержат значительные примеси Sn и Pb, а также незначительные Bi и As.

Могила 3. Металл ножа-кинжала, по данным РЭМ, содержит многочисленные включения металлического свинца и редкие включения халькозина (рис. 3: 4‒6 ). Основная масса представлена неоднородной оловянной бронзой с вариациями концентраций олова 6,78–12,11 %, в среднем 10,3 мас. % (табл. 2). По данным ЛА ИСП МС, содержания свинца оцениваются около 0,4 %. Также отмечаются повышенные содержания Au (до 5,6 ppm) и Bi – 69 ppm (табл. 3). Несмотря на наличие капель сульфидов, содержания халькогенидов Se и Те невысоки – 5,3 и 2,2 ppm соответственно (табл. 3). Методом РФА из этой могилы проанализирована височная подвеска в 1,5 оборота (277НТ-1/520; рис. 2: 77 ), которая изготовлена из оловянной бронзы с незначительной примесью Pb.

Из каменного ящика , обнаруженного в обнажении берега р. Нураталды, исследованы все четыре бляшки, сделанные из оловянной бронзы (Sn ˃ 5 %), где отмечена примесь Pb (˂ 1 % – 277НТ-1/503 и 506; ˂ 5 % – 277НТ-1/502 и 508), а также содержатся примеси Bi и As в количестве не более 1 % (277НТ-1/502).

Обсуждение результатов

Ранее были опубликованы результаты металлографического и рентгенофлуоресцентного анализов нескольких изделий из могильника Нураталды-1 петровской, а также вотивного клада федоровской культур ( Degtyareva et al. , 2019; Дегтярева и др. , 2020; 2022). В числе изученных орудий из петровских погребений — тесло, нож, сосуд и наконечник стрелы ( Дегтярева и др. , 2020). Для изготовления ножа и тесла использована оловянная бронза (Sn 7,06–10,4 %), в составе наконечника стрелы содержание Sn минимальное — 0,48 %. Сосуд, по данным РФА, изготовлен из чистой меди с незначительной примесью Pb, As, Sb (около 0,1 %), а также Bi, Ag (0,06 и 0,05 % соответственно). Методом металлографии и СЭМ-ЭДС обнаружены мелкие сульфидные включения системы Cu–Pb–As–S – галенит (Там же). Наши данные метода ЛА ИСП МС показывают, что сосуд изготовлен из меди с крайне низкими содержаниями элементов-примесей. Их содержания намного ниже, чем показывал РФА, и составляют для Pb, As, Sb – 11, 155 и 3 ppm соответственно, а содержания Bi и Ag соответственно 0,04 и 5,6 ppm (табл. 3). Такие различия в результатах могут быть связаны с неоднородностью металла и особенностями методов, однако все методы подтверждают чистоту состава металла сосуда.

В целом металл орудий, оружия, сосудов из могильников петровской культуры Сарыарки, по данным А. Д. Дегтяревой с соавторами, характеризуется наличием следующих металлургических групп: Сu (69,2 %, включая изделия из окисленной меди); Cu + Sn (30,8 %, Sn 0,4–14 мас. %). В группе оловянной бронзы присутствует небольшое количество изделий с повышенными концентрациями As (0,29–0,35 %) (Дегтярева и др., 2020).

Данные ЛА ИСП МС, представленные в табл. 3, показывают распределение примесей в находках из могилы 3 ограды 5, концентрации которых, особенно у слитка и сосуда, отличаются на несколько порядков. Наиболее контрастные отличия фиксируются у Co, Ag, Ni, Zn, Se, Te, что, несмотря на малый размер изученной выборки, дает все же основания предполагать использование сырья разного происхождения.

В публикации Т. Штолльнера и А. Гончарова ( Stöllner, Gontscharov , 2020) приводятся данные ЛА-ИСП-МС девяти предметов вотивного клада федоровской культуры, найденного вне петровских погребений могильника Нуратал-ды-1. Эти находки отличаются разнообразием состава металла. Из мышьяково-оловянной бронзы изготовлены пластина и два кинжала, из сложного свинцо-во-мышьяково-оловянного сплава – шило, из оловянной бронзы – кинжал и два наконечника копья. Два слитка различны по составу и происхождению – один состоит из мышьяковой бронзы с примесью олова, другой – из чистой меди.

При выделении металлургических групп исследованных нами украшений и скоб с основными легирующими компонентами (Sn, Pb, As) металл можно разделить на четыре группы: 1) группа чистой меди; 2) сплав Cu + Sn; 3) сплав Cu + Sn + Pb; 4) сплав Cu + Pb. Среди примесей в незначительных количествах отмечаются Ag, As, Bi. В целом среди украшений преобладают сплавы на основе олова (81 %), группа чистой меди достигает 14 %, а в группе Cu + Pb всего 5 % (табл. 4). Реже встречаются примеси As, а также примеси Bi и Ag. Из чистой меди состоят: слиток, скобы, пронизи, бляшки (табл. 4). Высокие содержания борнита в слитке указывают на то, что использовались сульфидсодержащие руды.

Несмотря на типологическое сходство украшений, наблюдаются некоторые различия в составе их металла. Так, достаточно большой набор пронизей относительно хорошей сохранности из могилы 2 ограды № 3 имеет близкий качественный состав, но разницу в концентрациях Sn – 0,07 и 1,04 %, содержания Pb ниже и тоже существенно отличаются – 0,02 и 0,28 % соответственно. Такой разброс содержаний у бусин и пронизок, вероятно, связан с тем, что предметы первоначально происходили из разных наборов. Браслеты со спиральным окончанием изготовлены также из сплава Cu-Sn с примесью Pb, и в трех еще отмечается примесь As (могилы 3, 4, 5 ограды № 3). Из этого ряда в целом выбивается набор бляшек из могилы 2 ограды № 3. Их состав показывает, что концентрации примесей Sn и Pb низкие и нерегулярные, в трех из четырех бляшек отмечаются примеси Ag. А вот бляшки из погребения из обнажения берега реки изготовлены из сплава с высокими содержаниями Sn и примесью Pb. В одной бляшке, кроме этого, отмечаются незначительные примеси As и Bi. Скобы встречены только в могиле 1 ограды № 2. Изготовлены из чистой меди, но в одной из них отмечается примесь As 0,05 %.

Состав металла украшений Нураталды-1 схож с таковым из могильника Ащи-су, где бронзовые бусины имели примеси As и Sn, а браслет со спиралевидным окончанием – высокие содержания Sn (11 %), а As и Pb менее 1 % ( Blinov et al. , 2023. P. 260, 261).

Причины столь полной коррозированности изделий могильника заключаются в особенностях элементного состава и состава грунтовых вод. Украшения в основном изготовлены из средне- и высоколегированной оловянной бронзы с включениями эвтектоида α+Cu₃₁Sn₈, дифференцированного по цвету и элементному составу, который, взаимодействуя с медью во влажной среде, способствует быстрому развитию коррозионных процессов. Медные участки с α-фазой, взаимодействуя с хлоридами, образуют хлористую медь CuCl₂ рыхлой консистенции, происходит обширная минерализация металла ( Дегтярева и др. , 2025). Очевидно, к неблагоприятным условиям в Центральном Казахстане следует отнести распространенность грунтовых вод с минерализацией до 5–7 г/л с хлоридно-гидрокарбонатным составом (Гидрогеология СССР…, 1970). Лучшая сохранность присуща медным изделиям в силу чистоты состава и отсутствия взаимодействия в изделии из меди с другими крупными фазами и включениями. Плохую сохранность в первую очередь демонстрируют мелкие предметы, изготовленные из оловянной бронзы. Предметы из чистой меди сохраняются лучше. Это, скорее всего, связано с электрохимическими реакциями в связи с выраженной ликвацией состава и структурной неоднородностью в металле (в частности – неравномерное распределение олова), которые создают гальваническую пару металлов с разным соотношением Cu-Sn, где более богатые Sn участки начинают окисляться с более высокой скоростью, что приводит к достаточно быстрому окислению всего предмета. В однородных медных предметах окислительные процессы происходили намного медленнее, что обеспечивало их лучшую сохранность.

Актуальным остается вопрос сырьевых источников металла. Комплекс Нураталды-1 находится в центре Успенско-Каркаралинских гидротермальных месторождений вулканогенного происхождения Казахстанской горно-металлургической области ( Берденов , 2008). Источником меди могли быть многочисленные месторождения, известные в радиусе ста километров вокруг могильника Нураталды-1 (Алтынтюбе, Успенское, Спасское и др.). Успенско-Спасский и Сарысу-Атасуйский рудоносные районы представлены большим количеством жильных месторождений меди, большинство из которых монометаллические с преобладанием меди. Мощная зона окисления начинается с поверхности и достигает глубины 32–53 м ( Кассин и др. , 1931). В районе зафиксировано несколько древних выработок, наиболее известные – Успенское, Кенказган, Ефимов-ское. На рудниках Сарыбулак, Кенказган, Алтын-тобе обнаружена алакульская и алексеевско-саргаринская керамика ( Алексеев, Кузнецова , 1983; Берденов , 2008).

Месторождения олова в Центральном Казахстане приурочены к четырем основным структурам Сарыарки — Атасуйской, Булаттауской, Улытауской и западной части Сарысу-Тенизской структурно-формационной зоны. Наибольшее количество рудопроявлений олова связано с Атасуйской структурой, в которой внимания заслуживает проявление Южное Атасу, где наряду с касситеритом широко представлена сульфидная минерализация — пирит, арсенопирит, сфалерит, халькопирит, блеклые руды. В пределах Булаттауской зоны известны небольшие грейзеновые и кварцево-жильно-грейзеновые проявления олова — Южное Бу-латтау, Шолпан, Майкуль, Караунгур (Артемьев и др., 2024а; 2024б). Поскольку в металле и украшений, и оружия преобладают оловянные бронзы, то очень вероятно, что источником оловянных лигатур или готовых изделий являлись как местные металлургические центры, так и сырье Северного Казахстана и Рудного Алтая (Анкушев и др., 2023). Вместе с тем слитки и некоторые изделия из чистой меди могут быть изготовлены из сырья местных месторождений меди.

Выводы

Составы металла украшений могильника Нураталды-1 представлены главным образом оловянными бронзами с примесями Pb и As. Реже встречаются украшения из чистой меди с незначительными примесями As или Pb. Часто наборы бусин имеют одинаково выдержанный состав (могила 1 ограды № 3) или же в наборе одна или несколько бусин по составу отличаются от остальных (могилы 2, 3 ограды № 3). Для наборов бусин из могилы 4 ограды № 3 и могилы 1 ограды № 5 характерна высокая доля примесей As. В целом металл большинства украшений соотносится с ранее исследованными изделиями из погребений могильников петровской (раннеалакульской) культуры Центрального Казахстана ( Дегтярева и др. , 2020). Племена, оставившие могильник Нураталды-1 и другие рядом расположенные памятники, находились в гнезде месторождений Успен-ско-Каркаралинской меднорудной группы, которые они активно разрабатывали.

Сообщества петровской (раннеалакульской) культуры использовали местное медное сырье, о чем свидетельствуют находки медных слитков. Они также имели возможность получать либо непосредственно оловянные сплавы, либо уже готовые изделия из сопредельных регионов с соответствующими месторождениями.