Состояние фабрик и заводов по производству чугуна и железа Пензенской губернии XIX в. (по материалам правительственных запросов)

Материалы о фабрично-заводской, винокуренной промышленности, строительстве и открытии фабрик и заводов, питейных домах и торговых лавках, постройке казенных зданий и другие значимые сведения содержатся в указах Сената, особых протоколах, журналах и ведомостях Пензенского губернского правления. Оно было учреждено в 1801 г. по указу Сената «О восстановлении пяти губерний» как местное

административное учреждение, являвшееся коллегиальным органом при губернаторе. Все государственные структуры на территории губернии были подотчетны губернскому правлению и непосредственно губернатору, «который мог решать дела, не считаясь с общим присутствием». В функции этого органа входили общее административное управление губернии, обнародование законов, указов и распоряжений выс-

ших и центральных учреждений, надзор за их исполнением, решение дел, не требующих разбирательства, а также рассмотрение жалоб на подчиненные учреждения и лица. Наиболее важные дела велись общим присутствием, другие – административно-распорядительными отделами губернского правления, во главе которых стояли советники [1, с. 14–15].

На этом основании все предписания Министерства финансов доводились до сведений гражданского губернатора, который обязывал губернских советников к их выполнению. Так, в 1826 г. городской и земской полиции было предписано «установить и предоставить ведомость о фабриках и заводах за текущий и последующий год». В них должны были быть указаны сведения «о тех фабриках и заводах, которые в 1826 г. в действии не были или совсем уничтожены, с объяснением причин бездействия». Ведомости предоставлялись министерству и подписывались самими фабрикантами или руководителями заведениями [2]. При анализе архивного материала подчеркнем, что к этим ведомостям предъявлялись большие требования о достоверности и достаточности информации.

Такого рода запросы поступали регулярно, что подтверждается дальнейшим изучением архивного материала. Так, в феврале 1857 г. Департамент мануфактур и внутренней торговли при Министерстве финансов поручил начальнику Пензенской губернии «доставлять в министерство финансов ведомости о фабриках и заводах действующих в вверенных им губерниях и сведения о происходящих в них переменах». Эти сведения должны были служить для обобщения истинного положения различных отраслей мануфактурной промышленности с целью решения необходимых вопросов. Гражданский губернатор возложил обязанности на начальника Министерства внутренних дел Пензенской губернии «по примеру прежних лет и согласно пред- писанию от 13 октября 1856 г. градским и земским полицейским предоставить сведения о фабриках и заводах по форме донесений, какие именно фабрики и заводы в 1857 г. были в бездействии, какие вновь устроены и какие уничтожены» [3]. Таким образом, государство всегда обращалось к местным управлениям с целью контроля (а впоследствии и решения проблем) организации и развития фабричного и заводского дел.

В Государственном архиве Пензенской области в фонде 5 «Канцелярии пензенского губернатора 1800–1858 гг.», содержатся предписания губернскому начальству с требованием ежегодно сообщать определенные сведения о фабриках и заводах, мастеровых, торговле, ярмарках, а также в фонде 6 «Пензенское губернское правление» – сведения о торговле и распространении металлов и изделий из них в сельском хозяйстве.

Однако эти отчеты дают мало информации о действительном состоянии металлургических заводов, находившихся в рассматриваемый период на территории Пензенской губернии. Однако в других источниках, представленных в центральных архивах, существуют подробные сведения о состоянии заводов, производстве, продажах и т. д. Детальное изучение архива позволяет сделать предположение о нежелании управляющих информировать местных чиновников о реальных доходах, получаемых в результате производства: «Вся хозяйственная деятельность наша имеет одну единственную цель – удовлетворение потребностей человека, и, если задаться правильным распределением различных стадий этой деятельности, то на первое место нужно поставить производство, а на конечном месте – потребление <…> с точки зрения национальной и общественной экономии, статистика потребления важней статистики производства» [4, с. 1–2].

В Пензенской губернии существовал Авгорский чугуноплавильный завод, который находился в 35 верстах от Краснослободска около р. Авгор.

Серия «Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки»

ВЕСТНИК Мордовского университета | 2014 | № 3

Он был построен в 1754 г. Андреем Ми-ляковым, уже имевшим металлургические предприятия на р. Сивинь. Ранее эти заводы принадлежали жене купца Ще-канчикова и представляли собой единое хозяйство. Вследствие этого данные об их работе нередко приводятся совместно.

Основу металлургической промышленности составляет руда, которая добывалась и доставлялась из Инсар-ского уезда местными жителями. На заводе работали крепостные крестьяне, посессионные и вольнонаемные рабочие. Во время Пугачевского восстания в 1774 г. он функционировал три месяца (в 1775 г. производство было остановлено из-за повреждения доменного горна).

Техническое оснащение заводов было недостаточно удовлетворительным: имелась 1 домна и 3 молота, а ежегодная выплавка составляла 25–35 тыс. пудов чугуна. Такой уровень производства сохранялся вплоть до 1830–40 гг. В архивных материалах содержатся сведения о том, что в 1850-х гг. выплавка чугуна стала более активной. В этих же документах имеется перечень произведенных изделий и их суммарная стоимость: штыковой и мелкий чугун – 12 281 руб. 76 коп. серебром; изделия чугунные, литые в формах – 23 171 руб. 80 коп.; изделия и припасы из чугунных вагранок – 16 687 руб. 50 коп. Общая сумма составила 52 141 руб. 6 коп. серебром, а общее количество выплавки чугунных изделий – 65 446 пудов 12 фунтов.

В 1857 г. производство выросло на более чем 45 %. В это время оба завода уже принадлежали мануфактур-советни-ку Манухину и содержали в числе своего оборудования доменную печь, вагранку, 2 кричных горна, а также 4 водяных колеса и паровую машину (в 48 и 12 сил соответственно). Авгорский завод пользовался сырьем с приписанных к нему рудников в Инсарском уезде при с. Рыбкине, Ефаеве, Шаверки и д. Дергановке. Кроме этого, были арендованы 4 рудника на дачах казенных приисков. Инсар-ская руда содержала только 25 % железа, тогда как уральская – от 40 до 55 %.

Таким образом, развитие заводов тормозили недостаток руды, технические неполадки и учащавшиеся волнения рабочих, которые требовали повышения заработной платы и «права рубить без ограничения дрова в заводских дачах», что неблагоприятно ска-зываалось на уровне выплавки чугуна. Происходило постепенное разорение завода, не совершенствовалась техникотехнологическая база (холодное дутье, водяное колесо, старая паровая машина, маломощные молоты). К концу XIX в. годовая продукция составила всего 15 тыс. пудов [5, с. 6–7].

В архиве имеются сведения о Ряб-кинском металлургическом заводе Пензенской губернии Краснослободского округа, принадлежавшем сыну советника и московского купца Андрея Ивановича Шапкина. Завод был построен по указу государственной Берг-коллегии в 1719 г. на р. Рыбки на крепостной земле, отданной заводу во время генерального размежевания. Согласно ведомости 1805 г., его годовой оборот составлял 16 500 руб. На заводе использовались 1 домна, 7 молотовых горнов, 4 молота [6]. Из железа и чугуна изготавливалась посуда, которая продавалась на ярмарках (Макарьевской, Пензенской, Тамбовской) и при заводе. К середине XIX в. предприятие разорилось.

Рассматривая причины упадка производства этих заводов, необходимо отметить отсутствие технической базы для перехода к индустриализации, низкокачественные руды, ограниченные лесные угодья, нерациональное распределение рабочей силы (основной ее частью являлись крепостные крестьяне, которые не были заинтересованы в развитии производства, поскольку их основная работа и благосостояние были связаны с земледелием).

Оценивая производство этих заводов, заметим, что они являлись типичными для своего времени, однако смогли обеспечить потребности местного населения. Впрочем, следует сказать, что народ в России в рассматриваемый период был малообеспеченным и не определял производств железа по своему усмотрению, хотя и нуждался в нем: «У нас народ без сомнения, нуждался бы в железе более того, сколько он его употребляет, но слишком беден для приобретения сего металла в большом количестве, и чем выше цена, тем более ограничива- ется его потребление. Потребность в железе повсеместна. Российские крестьяне не куют своих лошадей и не обтягивают шинами колеса своих телег не по тому, что это излишне, а потому что им слишком дорого. Утверждать противное значит противоречить здравому смыслу и очевидности фактов» [7].

СПÈСÎÊ ÈСПÎËЬЗÎВÀÍÍЫХ ÈСТÎЧÍÈÊÎВ

• 1.    Путеводитель по фондам Государственного архива Пензенской области периода до 1917 г. / сост. Л. Н. Кушкова ; под ред. Т. А. Евневича. – Пенза, 2009. – 266 с.

• 2.    Государственный архив Пензенской области. – Ф. 5. – Оп. 1. – Д. 1229. – Л. 1.

• 3.    Государственный архив Пензенской области. – Ф. 5. – Оп. 1. – Д. 3388. – Л. 1–3.

• 4.    Гливиц, И. Б. Потребление железа в России : Экономико-статистический очерк со статистическими и графическими таблицами в тексте / И. Б. Гливиц. – Санкт-Петербург, 1913. – 134 с.

• 5.    Металлургические заводы на территории СССР с XVI в. до 1917 г. : Абаканский-Иштеряков-ский. – Москва; Ленинград, 1937. – Т. 1. – 396 с.

• 6.    Государственный архив Пензенской области. – Ф. 5. – Оп. 1. – Д. 141. – Л. 33–36.

• 7.    Российский государственный исторический архив. – Ф. 1152. – Оп. 5. – Д. 81. – Л. 197.

Поступила 11.10.2013 г.

Об авторах:

About the authors:

ВЕСТНИК Мордовского университета | 2014 | № 3