Современные тенденции правовых механизмов взаимодействия институтов президента и правительства в Республике Корея

Одной из характерных черт взаимодействия институтов президента и правительства Республики Корея является и то, что существует всеобъемлющий государственный контроль, который касается абсолютно всех сторон жизни корейцев; будь то частный бизнес или личностные отношения.

Везде усматривается роль государства. По всей видимости, не будет особым преувеличением сказать, что Южная Корея - одно из наиболее контролируемых обществ современного мира.

Вместе с тем следует подчеркнуть, что правительство и парламент Южной Кореи сумели создать политические условия для проведения структурных реформ государственного управления, достаточно глубоких для поддержания стабильности. Однако только при проведении последовательной политики с учетом специфической роли неформальных институтов дальнейший прогресс в указанной ветви власти может быть гарантирован [1].

Республика Корея представляет собой унитарное государство; бюджетная система Республики Кореи является двухуровневой и включает в себя бюджет центрального правительства и местные бюджеты, подразделяющиеся на 6 бюджетов крупных городов, 9 бюджетов провинций, а также бюджеты городов и территорий, находящихся под юрисдикцией местных органов власти. Государственные финансы Республики Корея характеризуются наличием 1 Генерального счета и 20 Специальных счетов, а также 57 государственных фондов.

В настоящее время в Республике Корея проводится политика, направленная на сокращение количества специальных счетов и концентрации доходов бюджета на Генеральном счете, тем не менее, концепция организации системы администрирования поступлений и расходования бюджетных средств остается неизменной [2].

В качестве примера бюджета министерства, ориентированного на результат, можно привести бюджет Министерства окружающей среды Республики Корея (таблица 1).

С точки зрения проводимых в настоящее время реформ бюджетной системы Республики Корея необходимо отметить превалирование общемировых тенденций в данном процессе, а именно:

• -    переход на среднесрочное бюджетное планирование;

• -    внедрение системы бюджетирования, ориентированного на результат;

• -    переход в учетной политике на метод начислений;

• -    широкое применение информационных технологий, направленных на повышение эффективности функционирования государства [3].

Коалиция и режим достигают определенного согласия, своего рода пакта (если пользоваться южноевропейскими и латиноамериканскими понятиями) относительно дальнейшей постепенной либерализации и демократизации.

Таблица 1 – Бюджет Министерства окружающей среды Республики Корея

Министерство окружающей среды – Цель: Улучшение среды обитания человека – Задача: улучшение качества атмосферного воздуха
Программа:	04	05	06	07	08
– Оборудование по очистке выхлопных газов автомобилей – млн. $	63.5	57.7	117.8	130.9	90.0
– Меры по улучшению качества атмосферы в Сеуле – млн. $	–	15.9	25.0	40.8	81.6
– Сертификация автомобилей на экологичность – млн. $	2.6	9.4	6.8	7.2	7.4
Основные показатели:
– NO2 (M/m3)	34	33	31	30	29
– PM10 (M/m3)	70	68	65	60	55

Так, для оценки взаимодействия социума и исполнительной власти, в Республике Корея была введена Система Индикатора Национальной политики.

Система Индикатора Национальной политики обеспечивает 818 национальных индикаторов. Эти индикаторы включают официальную статистику и связанные с политикой данные, которые используют внутренние или иностранные агентства (таблица 2).

Таблица 2 – Категории системы Индикаторов Национальной политики за 1 полугодие 2012

	Категории	Категории	Примеры	Совокупный показатель
Совокупность индикаторов	3	13	55	Население Сеула
Экономика	18	77	383	Темпы роста ВВП, CSI, BSI
Общество	11	50	244	Прожиточный минимум
Культура	4	10	42	Зарегистрированных музеев и художественных центров
Закон, правосудие и связанные с ними области	5	18	94	Освобожденных

Эти черты азиатских обществ характерны и для Южной Кореи. Особенность же этой страны состоит в том, что она длительное время находилась в колониальной зависимости от Японии, формирование национальных элит началось на довольно позднем этапе политического развития, а горизонтальные механизмы координации и взаимодействия между основными группами интересов так и не сформировались [4].

Корея показала ограниченность и, в данном случае, неприменимость классической модели индивидуализированного частного предпринимательства при «диком рынке» и государстве как «ночном стороже». Государство оказалось здесь важным механизмом запуска рыночных реформ.

Одно из основных отличий - это структура правительственных органов Республики Корея. Такая система подчеркивает, во-первых, особое внимание, которое в Корее уделяется вопросам экономики, а, во-вторых, специфику положения Кореи как «разделенной страны» [5, с. 23].

Наверное, имеет смысл привести и список корейских министерств: экономики и финансов; объединения; иностранных дел и внешней торговли; юстиции; национальной обороны; внутренних дел; образования; науки и технологии; культуры и туризма; сельского и лесного хозяйства; торговли, промышленности и энергетики; равенства полов (создано, кстати, совсем недавно); информации и коммуникаций; здравоохранения и соцобеспечения; окружающей среды; труда; строительства и транспорта; мореплавания и рыболовства.

При всей силе своей власти, помноженной на личную активность, ни один президент Республики Корея не был в состоянии добиться сколько-нибудь значительных перемен во внутренней и внешней политике южнокорейского государства без поддержки высшего законодательного органа страны.

Политическая система Республики Корея позволяет сильному президенту сосредоточить в своих руках огромную власть, но только при одном условии: его должно поддерживать большинство членов Национального собрания. В этой тесной зависимости президентской политики от позиций и действий парламента - одно из важнейших отличий Республики Корея модели президентства от авторитарных моделей российской президентской власти [6, p. 5].

Можно спорить о степени демократичности южнокорейской политической системы в целом, но бесспорно, что и президент, и Национальное собрание, и Верховный суд постоянно испытывают на себе давление со стороны самых разнообразных общественно-политических сил - предпринимателей, фермеров, профсоюзов, других многочисленных и влиятельных общественных организаций.

В силу всех этих достаточно надежных ограничителей и противовесов президентская власть в Республике Корея, независимо от субъективных желаний того или иного президента, не может превратиться в режим личной власти. Любые стремления нарушить баланс властей в свою пользу получают эффективный отпор.

Будучи единоличным главой исполнительной власти, президент Республики Корея не располагает какими-то явно силовыми рычагами воздействия на Национальное собрание, оппозиционную и свою собственную партию, прессу, органы власти в штатах и на местах.

Южнокорейская модель президентства также отличается своей рациональностью: в ней отсутствует присущий ряду других стран дуализм исполнительной власти, при котором президент и премьер-министр часто соперничают за преобладающее влияние на правительственную политику.

Кроме того, эта модель доказала свою высокую степень устойчивости с точки зрения преемственности президентской власти. За всю историю Республики Корея, несмотря на различные политические и экономические кризисы и другие потрясения, президентские выборы в этой стране ни разу не были отменены или перенесены и всегда проводились в установленные Конституцией сроки [7, р. 7].

Южнокорейская модель президентства не допускает и возникновения двоевластия в политической системе Республики Корея, когда президент проводит свою политику, а Национальное собрание осуществляет свой курс.

Система разделения и баланса властей даже в условиях, когда президент представляет одну партию, а большинство в Национальном собрании принадлежит оппозиционной партии, обеспечивает единство государственной политики. Результатом любого, даже самого острого, политического противоборства в этой стране является принятие того или иного закона, который иногда вступает в силу против воли президента или многих парламентариев, но с этого момента его исполнение становится обязательным для всех - от президента и его министров до законодателей и рядовых граждан.

При этом и должностные лица, и южнокорейское общество в целом признают и соблюдают конституционные и иные правовые нормы, определяющие объем и пределы полномочий президентства и других политических институтов в этой стране.

Используя лозунги по борьбе именно с этими проблемами корейского общества, на президентских выборах в декабре 2007 г. победил Ли Мён Бак. Однако для него, по оценке ряда аналитиков, «не существует феномена корейского регионализма», а точнее, он на практике не хочет ее замечать. Продолжают обостряться коррупционные связи – неотъемлемый компонент деятельности многих участников властных отношений.

Особенность сегодняшней политики южнокорейской администрации под руководством президента Ли Мён Бака - это исключительное влияние разного рода националистических идей на политическую и культурную жизнь страны. Националистические элементы ощутимо присутствуют в любой из распространенных в современной Корее идеологий и во многом определяют мировоззрение рядового корейца [8, с. 19].

Во многих демократических странах парламент является своеобразным олицетворением политических традиций, важным показателем национальной политической культуры. Одновременно с этим парламент выступает как своего рода уравновешивающая сила и в отношениях конкурирующих политических сил, как представитель интересов тех из них, которые обладают меньшими возможностями воздействия на политическую жизнь страны.

В результате и южнокорейская модель президентства в большинстве случаев становится режимом личной власти. Президенты-диктаторы, благодаря их заслугам в национально-освободительной борьбе за независимость страны или под воздействием массированной официальной пропаганды, приобретали статус «отцов нации» с полномочиями, которые можно сравнить с полномочиями неограниченного монарха.

Завершая рассмотрение взаимодействия институтов президента и правительства в условиях трансформационных процессов в Республике Корея, можно прийти к заключению, что Сеул выбрал в качестве основных партнеров Российскую Федерацию, что естественно, учитывая ее непосредственную географическую близость к Корейскому полуострову и наиболее мощный на постсоветском пространстве экономический потенциал.

Сейчас складывается впечатление, что в корейском обществе все шире признается необходимость продвижения экономических реформ - но это невозможно без продолжения политических реформ.

Ссылки:

• 1.    Ланьков А. Разделение властей в Республике Корея. URL: http://vestnik.tripod.com

• 2.    Северокорейские исследования. URL: www. Fortunecity com /meltingpot/champion/65/index.html

• 3.    Чо Пён Вон. Перспективы социальных реформ и разоружения в северной Корее / аннотированный перевод Широких М.В. // Корея Фокус. 2007. № 10. URL: http://korea.sakh.com

• 4.    Штефан Е. Корея и США: две модели правосудия // Сеульский вестник. 2002–2007. URL: http://vestnik.tripod.com

• 5.    The cost of too much credit (The consequences of South Koreans' credit-fuelled spending spree) // The Economist. 2004. № 1. P. 23-24.

• 6.    Walsh Bryan Heroes of the Environment: Lee Myung Bak // Time. 10.10.2007.

• 7.    Who is Lee Myung-bak? // The Hankyoreh. 21.08.2007.

• 8.    Yongwhan Kim Lee Myung-bak overcomes poverty and challenges to demonstrate CEO style leadership // The Kyunghyang Times. 19.12.2007.

• 9.    Yoo Choonsik North Korea committee says to scrap accords with // South Reuters. 29.01.2009.