Современные вызовы таможенного сотрудничества в рамках евразийской интеграции

Введение. Создание Единого экономического пространства и последующее образование Евразийского экономического союза (ЕАЭС) рассматривались как попытка перейти от зоны свободной торговли к более глубокой интеграции, включающей общий рынок товаров, услуг, капитала и рабочей силы [1]. Центральным элементом этого проекта стал таможенный союз и формирование единой системы таможенного регулирования.

Ряд исследователей отмечают, что евразийская интеграция разворачивается в условиях одновременного действия разнонаправленных факторов: стремления к углублению кооперации, усиления внешних санкционных ограничений, конкуренции интеграционных проектов (ЕС, «Один пояс - один путь») и цифровизации торговых потоков [2; 5; 18].

В работах Е. Винокурова подчеркивается, что формирование общего рынка ЕАЭС сопровождается «институциональным лагом»: правовая база создаётся достаточно быстро, но фактическая интеграция рынков и унификация правоприменения отстают [1]. В сфере таможенного сотрудничества это проявляется в сохраняющихся различиях в практике контроля, взаимодействия с бизнесом и информационного обмена. Современные исследования российского и евразийского таможенного права (Н.Г. Липатова, Е.А. Степанов, Н.Б. Куроптев, Е.А. Логинов и др.) показывают, что международное таможенное сотрудничество понимается как система координированных мер, направленных на унификацию процедур, обмен данными и взаимное признание результатов контроля [3; 4; 8-11].

С принятием Стратегических направлений развития евразийской экономической интеграции до 2025 года и Стратегии деятельности блока по таможенному сотрудничеству Евразийской экономической комиссии (ЕЭК) внимание сместилось к более плотному взаимодействию с ВТамО и развитию цифровых таможенных технологий [7; 12-14].

Цель исследования - проанализировать современные вызовы таможенного сотрудничества в рамках ЕАЭС, опираясь на научные работы зарубежных и СНГ-учёных, а также статистические и нормативные данные ЕЭК, и сформулировать предложения по их преодолению.

Задачи исследования:

• •    Охарактеризовать институциональные основы таможенного сотрудничества ЕАЭС.

• •    Оценить динамику основных социально-экономических показателей и взаимной торговли как контекст для таможенной политики.

• •    Выделить ключевые группы современных вызовов (институциональные, операционные, внешние).

• •    Сформулировать рекомендации по развитию таможенного сотрудничества с учётом указанных вызовов.

Методология исследования. Теоретико-методологическую основу исследования составляют работы, посвящённые как общим вопросам евразийской экономической интеграции, так и специфике международного таможенного сотрудничества в её рамках. В зарубежных исследованиях (L.

Delcour, E. Vinokurov и др.) акцент делается на институциональных ограничениях развития ЕАЭС, проблемах «институционального лага» между формированием правовой базы и фактическим уровнем интеграции рынков, а также на соперничестве интеграционных проектов Европейского союза и Евразийского экономического союза в приграничных регионах [1; 2].

Значительный вклад в разработку проблематики международного таможенного сотрудничества внесён российскими и другими учёными СНГ. В работах Н.Г. Липатовой, С.В. Мозера и их коллег международное таможенное сотрудничество рассматривается как система координированных мер, направленных на унификацию процедур, обмен информацией и правовое оформление взаимодействия ЕАЭС с Всемирной таможенной организацией (ВТамО) и иными международными структурами [3; 4; 7]. Отдельный кластер исследований (Н.Б. Куроптев, Е.А. Степанов, Е.А. Логинов и др.) посвящён практическим проблемам взаимодействия таможенных органов с другими контролирующими ведомствами и участниками внешнеэкономической деятельности, включая дублирование функций, несогласованность посттаможенного контроля и различия в правоприменительных подходах [8-11].

Наконец, в работах, ориентированных на анализ общих проблем евразийской экономической интеграции (С.Ю. Глазьев, Е.И. Пивовар и др.), подчёркивается необходимость согласованного развития валютной, таможенной и промышленной политики, а также увязки интеграционных задач с внешнеполитическими и геоэкономическими факторами [5; 6]. Совокупность указанных исследований позволяет сформировать комплексное представление о теоретических и прикладных аспектах таможенного сотрудничества в рамках ЕАЭС и задать рамки для последующего эмпирического анализа.

Анализ статистических и нормативных источников. Использованы данные Департамента статистики ЕЭК по основным социальноэкономическим показателям за 2023 г. (ВВП, промышленное производство, грузооборот и др.) [15]. В связи с тем, что с января-февраля 2023 г. официальная статистика по объёмам внешней и взаимной торговли по отдельным государствам-членам отнесена к сведениям ограниченного распространения и не подлежит публикации [16], в статье используются агрегированные данные ЕЭК и открытые вторичные сообщения [16; 17].

Нормативно-правовой каркас таможенного сотрудничества в рамках Евразийского экономического союза формируется совокупностью учредительных и стратегических документов Союза, а также решений его наднациональных органов. Базовым актом выступает Договор о Евразийском экономическом союзе (Астана, 2014 г.), который закрепляет правосубъектность ЕАЭС, определяет компетенции Евразийской экономической комиссии (ЕЭК) и устанавливает общие принципы международного сотрудничества Союза, включая взаимодействие в таможенной сфере [7]. Развитие положений Договора осуществляется через решения Высшего Евразийского экономического совета, регламентирующие порядок участия ЕАЭС в международных договорах, а также формы координации с международными организациями.

Стратегический вектор интеграционного развития задаётся «Стратегическими направлениями развития евразийской экономической интеграции до 2025 года», в которых таможенное сотрудничество выделено в качестве одного из ключевых блоков, связанных с формированием общего рынка и углублением внешнеэкономических связей Союза [13]. В контексте институционализации взаимодействия с Всемирной таможенной организацией (ВТамО) важное значение имеет распоряжение Коллегии ЕЭК от 29.03.2022 № 55 «О рабочей группе по взаимодействию с Всемирной таможенной организацией», предусматривающее создание специализированного координационного механизма с участием представителей таможенных служб всех государств – членов ЕАЭС [14]. Дополнительным источником информации о текущих приоритетах и инструментарии выступают материалы официального раздела сайта Евразийской экономической комиссии, посвящённого направлению «Таможенное сотрудничество», где отражены задачи блока по таможенному сотрудничеству, описание применяемых и планируемых к внедрению таможенных технологий, а также основные направления международной активности ЕЭК в данной сфере [12].

Таким образом, совокупность указанных документов позволяет рассматривать ЕЭК как центральный наднациональный институт, обеспечивающий формирование и развитие единой таможенной политики Союза, её сопряжение с глобальными стандартами ВТамО и адаптацию к меняющимся геоэкономическим условиям.

Результаты.  1. Институциональная архитектура таможенного сотрудничества ЕАЭС. С точки зрения права, таможенное сотрудничество ЕАЭС опирается на Договор о Союзе, Таможенный кодекс и решения Высшего совета, определяющие порядок международного сотрудничества, в том числе с ВТамО [7]. На уровне Евразийской экономической комиссии за данный блок отвечает Министр по таможенному сотрудничеству. Официально заявлено, что подразделение по таможенному сотрудничеству:

• •    разрабатывает проекты нормативных актов и международных договоров в сфере таможенного регулирования;

• •    имплементирует международные стандарты для совершенствования таможенного законодательства Союза;

• •    гармонизирует правоприменительную практику государств-членов;

• •    развивает перспективные таможенные технологии, электронный документооборот и требования к инфраструктуре;

• •    обеспечивает международное сотрудничество и обмен информацией с таможенными службами третьих стран и международными организациями [12].

Стратегические направления развития евразийской экономической интеграции до 2025 г. выдвигают отдельные задачи в области таможни:

получение Союзом статуса члена ВТамО, присоединение к ключевым документам ВТамО и развитие взаимодействия с международными организациями [13]. В исполнение этих задач распоряжением Коллегии ЕЭК № 55 от 29.03.2022 г. создана рабочая группа по взаимодействию с Всемирной таможенной организацией, в которую вошли представители ЕЭК и таможенных органов всех государств-членов [14]. Таким образом, нормативный и институциональный каркас таможенного сотрудничества ЕАЭС достаточно развит и ориентирован на встраивание Союза в глобальную систему таможенных стандартов.

Согласно данным ЕЭК, в 2023 г. ВВП ЕАЭС по предварительной оценке составил 2 391,9 млрд долл. США, что на 3,8% выше уровня 2022 г.; промышленное производство выросло на 3,7%, объём строительных работ -на 8,6%, оборот розничной торговли - на 6,6% [15].

По оценке Минэкономразвития РФ, объём взаимной торговли государств - членов ЕАЭС за полный 2023 г. увеличился на 6,7% и достиг 90,4 млрд долл. США, а за 10 месяцев 2024 г. - 78,6 млрд долл., что соответствует росту примерно на 9,8% к аналогичному периоду предыдущего года [17].

Ранее, по данным ЕЭК и выступлениям руководителей правительств, было зафиксировано увеличение взаимной торговли до порядка 80 млрд долл. в 2022 г. (+15% к 2021 г.), что подтверджало тенденцию к углублению внутренней кооперации [17]. Вместе с тем, начиная с 2022 г., детальная официальная статистика по внешней и взаимной торговле по отдельным государствам-членам относится к сведениям ограниченного распространения и больше не публикуется в открытом доступе [16].

Н.Г. Липатова трактует международное таможенное сотрудничество как совокупность инструментов, направленных на унификацию процедур, взаимное признание результатов контроля и обмен информацией, что в итоге должно снижать административные барьеры и ускорять перемещение товаров [3; 4]. С.В. Мозер подчёркивает, что для ЕАЭС ключевым направлением является не только 内部 сотрудничество государств-членов, но и развитие связей с ВТамО, ООН, региональными объединениями и третьими странами, включая создание правового механизма взаимодействия Союза как единого субъекта [7]. Работы Н.Б. Куроптева, Е.А. Степанова и Е.А. Логинова показывают, что на практике эффективность таможенного сотрудничества ограничивается проблемами взаимодействия между таможенными органами и другими контролирующими структурами, дублированием функций, недостаточной согласованностью посттаможенного контроля и уголовно-правовой политики [8-11].

На основе обобщения этих исследований и анализа документов ЕЭК можно выделить три группы современных вызовов таможенного сотрудничества в рамках Евразийской интеграции.

Институциональные вызовы. Неоднородность правоприменительной практики. Хотя формально действует единый таможенный кодекс, фактическая практика контроля, применения мер обеспечения и взаимодействия с бизнесом в разных странах Союза остаётся неоднородной, что создаёт риски «форточек» и обхода правил через юрисдикции с более мягкой практикой [4; 8; 11].

Ограниченная статистическая прозрачность. Классификация детальных данных по взаимной торговле как сведений ограниченного распространения снижает возможности анализа торговых барьеров и эффективности мер по их устранению [16].

Неполное использование потенциала ВТамО. Несмотря на создание рабочей группы и заключение Меморандума о взаимопонимании с ВТамО, Союз ещё не в полной мере использует возможности участия в разработке и адаптации глобальных стандартов (SAFE, уполномоченный экономический оператор и др.) [7; 13; 14].

Операционные вызовы. Взаимодействие с другими видами контроля. Исследования подчёркивают наличие проблем при согласовании таможенного контроля с санитарным, фито-санитарным, транспортным, налоговым и иными видами контроля, особенно при посттаможенных проверках, что удлиняет сроки и повышает транзакционные издержки [8-10].

Цифровой разрыв и неоднородность ИТ-систем. ЕЭК декларирует развитие электронного документооборота и перспективных таможенных технологий, включая навигационные пломбы и элементы «умной границы» [12]. Но в реальности уровень цифровизации и интеграции национальных ИТ-систем таможен остаётся различным, что препятствует бесшовному обмену данными.

Нагрузка на кадровый потенциал. Переход к риск-ориентированному контролю, обработка больших массивов данных и рост требований к комплаенсу требуют новых компетенций персонала таможенных органов; при этом зарплатные и образовательные возможности в разных странах ЕАЭС различаются, что формирует асимметрии.

Внешние геоэкономические вызовы. Санкционное давление и переориентация потоков. Усиление санкционного режима в отношении отдельных государств-членов ведёт к переориентации торговых потоков и увеличению рисков вторичных санкций, что усложняет работу таможенных служб и требует более тесной координации внутри Союза и с международными организациями [5; 6; 18].

Конкуренция и сопряжение интеграционных проектов. Исследования показывают, что развитие ЕАЭС происходит в контексте инициатив ЕС и китайской инициативы «Пояс и путь», требуя от Союза выработки собственного подхода к сопряжению инфраструктурных и таможенных стандартов [2; 18].

Рост электронной коммерции. Новые правила для e-commerce в ЕАЭС, включая вопросы таможенного декларирования и контрольно-надзорных функций, создают как возможности по расширению торговли, так и дополнительные нагрузки на таможенные органы [12].

Обсуждение. Полученные результаты подтверждают выводы ряда авторов о том, что евразийская интеграция в сфере таможни обладает двойственным характером: с одной стороны, создан относительно развитый нормативный каркас и функционирует общий таможенный тариф, с другой -сохраняются «узкие места» на уровне практической реализации [1; 3; 4; 7].

Институциональные вызовы (неоднородность правоприменения, ограниченная статистическая прозрачность) снижают предсказуемость для участников ВЭД. Отсутствие детальных публичных данных по взаимной торговле затрудняет оценку влияния отдельных барьеров и эффективности мер ЕЭК по их устранению. Операционные вызовы связаны с тем, что единый таможенный кодекс сам по себе не гарантирует единых процедур. Практика взаимодействия с другими контролирующими органами, организация посттаможенного контроля и уголовно-правовая политика во многом остаются национальными. Это подтверждается исследованиями, фиксирующими дублирование функций, несогласованность проверок и различия в подходах к привлечению к ответственности [8-11].

Внешние вызовы (санкционно - торговая турбулентность, конкуренция интеграционных проектов, рост электронной коммерции) фактически «подталкивают» ЕАЭС к ускоренному развитию таможенного сотрудничества. Однако без преодоления внутренних институциональных и операционных ограничений Союз рискует остаться в положении «реактивного» актера, лишь адаптирующегося к внешним изменениям, а не формирующего правила игры.

Таким образом, таможенное сотрудничество выступает не только техническим, но и стратегическим механизмом углубления евразийской интеграции, влияя на скорость оборота капитала, логистические цепочки и инвестиционную привлекательность Союза.

Заключение и рекомендации. Проведённый анализ позволяет сделать следующие обобщающие выводы. Во-первых, ЕАЭС сформировал достаточно разветвлённую нормативную и институциональную систему таможенного сотрудничества, структурно ориентированную на сближение с международными стандартами Всемирной таможенной организации и их поэтапную имплементацию в правопорядок Союза. Во-вторых, устойчивый рост взаимной торговли (до 90,4 млрд долл. США в 2023 г.) в сочетании с улучшением ключевых макроэкономических показателей усиливает роль эффективного таможенного взаимодействия как одного из определяющих факторов дальнейшего интеграционного развития ЕАЭС [15; 17].

Современные вызовы носят комплексный характер и включают институциональные (неоднородность правоприменения, ограниченная прозрачность данных), операционные (координация видов контроля, цифровой разрыв, кадровые ограничения) и внешние (санкции, конкуренция интеграционных проектов, рост e-commerce) факторы. Ключевые направления совершенствования таможенного сотрудничества в рамках Евразийской интеграции могут быть сформулированы следующим образом:

Усиление унификации правоприменения.

• •    развитие механизмов взаимного признания результатов контроля и совместных проверок;

• •    расширение применения типовых методик риск-ориентированного контроля на уровне ЕЭК с обязательной имплементацией в национальное право.

Повышение прозрачности статистики.

• •    поиск компромиссной модели, при которой чувствительные данные сохраняют ограниченный доступ, но агрегированные показатели по структуре и направлениям взаимной торговли доступны исследователям и бизнесу;

• •    развитие инструментов открытых данных на платформе ЕАЭС.

Продвижение сотрудничества с ВТамО и другими международными структурами.

• •    активное участие в рабочих органах ВТамО;

• •    ускоренная адаптация инструментов SAFE, программ уполномоченных экономических операторов и др. к realities ЕАЭС.

Цифровая трансформация таможни.

• •    интеграция национальных ИТ-систем таможенных органов;

• •    расширение   использования электронного   документооборота,

навигационных пломб, систем мониторинга транзита;

• •    развитие единых стандартов кибербезопасности для таможенной информации.

Инвестиции в человеческий капитал таможенных органов.

• •    создание общих программ подготовки и повышения квалификации с опорой на Российскую таможенную академию и региональные центры ВТамО;

• •    развитие механизмов обмена кадрами внутри Союза.

Реализация этих направлений позволит превратить таможенное сотрудничество из преимущественно технического инструмента в один из ключевых драйверов углубления евразийской экономической интеграции и повышения устойчивости Союза к внешним шокам.