Средние слои в Российской империи в начале XX в

В Российской империи в начале XX в. активно развивались средние слои населения. Но что это такое? В науке до сих пор нет четкого и однозначного определения данного термина. Представители средних слоев являлись одновременно собственниками и тружениками, чаще лицами нефизического, управленческого и умственного, творческого труда. Они имели образование, профес -сиональную подготовку, средний по размеру доход, верхний уровень которого был сопоставим с доходом мелкой буржуазии, а нижний превышал заработную плату рабочих [Иванова 2018: 99-104]. Термин «средние слои» имеет двоякий смысл: с одной стороны, им могут обозначаться страты, которые являются зародышем так называемого среднего класса, с другой – термин «средние слои» отражает экономическую, социальную и профессиональную неоднородность среднего класса, различный уровень его территориального и временного развития. Средний класс включает всю совокупность средних слоев, что предполагает определенный общеклассовый характер и уровень их развития.

В Переписи населения 1897 г. не было такой графы, как «средние слои». В ней указывалось распределение населения России по группам главных занятий и источникам существования. Выделялись: «1. Сельское хозяйство, лесоводство, рыболовство и охота. 2. Промышленность. 3. Торговля. 4. Транспорт и связь. 5. Государственное управление, суд, полиция, общественная, сословная и благотворительная деятельность. 6. Военная служба. 7. Церковная служба. 8. Образование. 9. Медицина. 10. Наука, литература и искусство. 11. Служба частная. Прислуга. 12. Поденная переменная работа (поденщики и чернорабочие). 13. Жившие доходами с капитала, недвижимости, пенсий, на средства родителей и родственников. 14. Жившие за счет казны, общественных учреждений и частных лиц. 15. Прочие и неизвестные занятия»1. Средние слои, на наш взгляд, находились среди всех этих групп населения, кроме поденщиков и чернорабочих.

Средние слои в России включали в себя «старые» и «новые». Подсчеты по материалам Переписи 1897 г. показывают, что 55,7% населения из средних слоев (учтены только самодеятельные) проживали в городах, остальные 44,3% – в сельской местности.

К старым (традиционным) средним слоям, вышедшим из сословий крестьян и мещан, относились мелкие торговцы, приказчики и ремесленники, а также другие представители малого и среднего бизнеса. Все они с развитием рыночных отношений и освобождением от сословной зависимости (в частности, от цеховых ограничений) становились профессиональными работниками. У них сочетание собственности и личного труда было очевидным: собственность материализована, предприниматели работают в своих заведениях, причем заняты не только управленческо-организаторской работой, но и исполнительским трудом, даже если они привлекают определенное число наемных работников.

Промысловая налоговая статистика отражала структуру не только собственно капиталистических, но и других слоев населения – занятых мелкотоварным производством. Последние и могли входить в средний класс. Часть из них оказывалась среди тех, кто выбирал торгово-промышленные свидетельства высших разрядов, но еще большее число приобретали свидетельства на низшие разряды предприятий. В 1912 г. свидетельства, выбранные на III, IV и V разряды торговых предприятий, составляли 84,6% всех выбранных торговых свидетельств (1 224 899), а на V–VIII разряды промышленных – 93,9% общего числа свидетельств (184 182) [Иванова, Желтова 2004: 401].

В начале ХХ в. промышленные предприятия, не подчиненные фабричной инспекции, на практике считались ремесленными. К этому времени, «согласно постановлениям Главного по фабричным и горнозаводским делам присутствия к категории ремесленных заведений, помимо мелких, о принадлежности коих к ремесленным заведениям сомнений не возникало, относятся и более крупные производства, в коих, в виде правила владельцы работают лично; в коих не имеется иных категорий служащих, помимо мастеров и рабочих; если предприятие не обеспечено более крупным оборотным капиталом и т.п.» [Ремесленники… 1916: 4].

По данным на 1910 г., из общего числа 214 111 владельцев ремесленных заведений, т.е. мастеров, получивших соответствующие аттестаты, в совершенстве знающих ремесло и имевших право «завести мастерскую, держать в найме подмастерьев и учеников», 51,8% имели мелкие заведения с одним подмастерьем, и 48,2% – с числом наемных рабочих от 2 до 25 и более. В свою очередь, в этих последних абсолютное большинство (93,5%) составляли мелкие заведения с 2–4 рабочими. В таких мастерских находилось и основное число учеников (76%) [Ремесленники… 1916: 46-47]. В России в 1910 г. насчитывалось 1219,2 тыс. лиц в ремесленной промышленности: 528,9 тыс. (43,4%) – в губернских городах и 690,3 тыс. (56,6%) – в уездных. По социальному положению занятые в ремесле распределялись следующим образом: хозяева – около 30%, лица наемного труда – примерно 60%, ученики – около 10%. Ремесленные заведения, в которых хозяева работали единолично или с одним наемным лицом, составляли 58,1% [Гухман 1924: 54, 55, 58].

Мелкие торговцы работали сами и с помощью членов своей семьи, иногда нанимали одного-двух приказчиков. Анкетные опросы торговых служащих начала ХХ в. показали сословный состав торговых служащих 26 городов Европейской России. Среди них мещане составляли 62,7%, крестьяне – 22,3%, почетные граждане – 5,3%, купцы – 1,3%, дворяне – 1,7%, цеховые – 2,0% и т.д. [Листов 1904: 8]. Представляют также интерес сведения о среднем месячном жаловании торговых служащих разных категорий (по 45 городам Европейской России). Оно составляло: у администрации – 94,2 руб., работников бухгалте- рии – 72,5 руб., приказчиков I класса – 56,2 руб., кассиров – 52,2 руб., приказчиков II класса – 36,1 руб., конторщиков – 34,1 руб., приказчиц – 21,3 руб. В законодательстве был закреплен патриархальный характер взаимоотношений торговых хозяев и приказчиков [Иванова, Шелохаев 1978: 165-167].

Новые средние слои включали в себя различные категории служащих, чиновников, интеллигенцию. Их появление и численный рост были связаны с быстрым развитием капитализма в Российской империи после буржуазных реформ второй половины XIX в., в т.ч. развитием фабрично-заводской промышленности, крупной и средней торговли, транспорта и связи, образования, науки, культуры и др. Многие из «новых» являлись наемными работниками нефизического труда, часто хорошо оплачиваемыми. Во-первых, их работа носила в значительной мере самостоятельный характер (например, приказчики крупных и средних промышленных и торговых предприятий дореволюционной России). Это же относится к лицам «свободных профессий». Во-вторых, их отличало обладание «интеллектуальной собственностью» – в виде умственных, творческих способностей человека, его образования, профессиональной подготовки и других составляющих так называемого человеческого капитала [Никифоров 2001: 404; Радаев 2002: 25].

В составе самодеятельных новых средних слоев (898,7 тыс. чел. по материалам Переписи 1897 г.) на администрацию и высших служащих (без чиновников госаппарата) приходилось 30,1%, на низших служащих – 34,3%, интеллигенцию – 35,6%. Первая, т.е. высшая, группа включала служащих общественных и сословных учреждений, представлявших собой традиционные управленческие формы, а также управленцев и высших служащих, связанных с капиталистическим производством. Низшие служащие, занятые средне- и низкоквалифицированным, исполнительским «рутинным» трудом, работали в производственной сфере – на транспорте, в промышленности, в торговле, а также в канцеляриях учебных заведений, редакциях газет, благотворительных учреждениях и т.д. Интеллигенция (здесь мы ее рассматриваем как социально-профессиональную категорию) включала высококвалифицированных специалистов умственного, творческого труда. Более половины этой группы занимались преподавательской деятельностью. В нее входила также техническая и научная интеллигенция, врачи, литераторы, юристы, художники и т.д. Среди всех самодеятельных по империи «новые» слои составляли 2,7%, в т.ч. в городах – 6,2%, в уездах – 1,6%. 77,1% общего числа сосредоточивалось в европейской части страны, 11,2% – в Привислинских губерниях, 5% – в Сибири, 4,6% – на Кавказе, 2,1% – в Средней Азии.

Женщины составляли среди этих учтенных слоев почти пятую часть – 18,9%. При этом в составе первой категории (администрация и высшие служащие) их было всего 4,6%, в числе низших служащих – 23,8%, а среди интеллигенции – 24,0%. Выделялись по высокому удельному весу женщин традиционные женские занятия – сестры милосердия (женщины составляли 81,6% общего числа), акушерки (100%), гувернантки (84,8%), домашние служащие (91,7%) и др. [Иванова 2018: 115-120].

О росте численности городских средних слоев и их особенностях свидетельствуют материалы городских переписей, например, Москвы 1902 г. и 1912 г.¹ [Bradley 19 86].

В целом, согласно приблизительным подсчетам по данным Переписи 1897 г., исходя из профессионального и социального положения различных слоев, к среднему классу могли принадлежать 2 107 200 чел. (самодеятельных).

Однако доход от 1 до 2 тыс. руб. в год, показательный для них, получала незначительная часть «старых» и «новых» слоев – 322 450 чел. (около 15%). Эта цифра включала лиц, имевших такой доход: от земли – 24 004 чел.; от городских недвижимых имуществ – 26 958; от денежных капиталов – 27 321; от торговопромышленных предприятий – 37 179; от личного труда – 105 027 чел.; а также государственных служащих – 65 775 чел.; служащих общественных учреждений – 10 299; служащих торговых и промышленных предприятий – 25 887 чел.

Гораздо большее число лиц зарабатывали меньше 1 тыс. руб. в год, но выше, чем большинство рабочих, а иногда – столько же. Наряду с этим существовали и такие категории населения, которые по размерам доходов (ежегодно от 2 до 5 тыс. руб. и более) поднимались над средним классом, примыкали к капиталистическим слоям, хотя занимались умственным трудом и оставались «самозанятыми»1.

Несмотря на то что удельный вес самодеятельного городского населения в России на рубеже ХIX–ХХ вв. составлял около 24%, более половины представителей средних слоев находилось в городах. При этом высший уровень развития среднего класса был достигнут в столицах. По приблизительным подсчетам, в Петербурге средние слои в 1910 г. составляли 15,3% самодеятельного населения, в Москве в 1902 г. – 19%, а 1912 г. – 26,1%. При этом новые средние слои по удельному весу превосходили старые. Средний класс характеризовался численным ростом и общей немногочисленностью; неравномерным территориальным размещением; многоукладным составом (капиталистическое и мелкотоварное производства); социальной, профессиональной и отраслевой раз-ноднородностью.

В начале ХХ в. в Российской империи процессы классообразования были не завершены. Социальная структура являлась типичной для государств догоняющей модернизации, сочетающих индустриализацию и традицию. Сословное начало сочеталось в ней с классовым. Несмотря на быстро идущий процесс урбанизации, численность сельского населения оставалась преобладающей. Подобное положение было характерным и для средних слоев.