США: к вопросу о "мягкой" и "жесткой" силе в условиях глобального доминирования

Т ак, после краха СССР при успешном военно-техническом и экономическом развитии, используя «мягкую» и «жесткую» силу, реализуя план глобального доминирования, при смене системы международных отношений, США стали глобальным центром силы, сверхдержавой и общемировым лидером. При этом статус центра силы определяет субъекта, имеющего «возможность подчинять деятельность других субъектов или акторов международных отношений в соответствии с собственными национальными интересами»¹, а также государство, занимающее лидирующее положение во всех сферах жизнедеятельности одновременно. Исходя из данного условия, США являются бесспорным лидером и центром силы. Однако существуют такие страны, например, Япония, Китай, Россия и ряд других государств, которые могут выступить достойными соперниками Соединенным Штатам в какой-то отдельной области.

Осуществляя роль лидера, США опираются на идеи богоизбранности американской нации и американской миссии распространения демократии в мире. Они широко используют «мягкую силу», которую Дж. Най-младший трактует как «способность (ability) заполучить то, что вы желаете, не путем принуждения (coercion) или вознаграждения (payment), а путем привлечения на свою сторону (attraction). Она вырастает из притягательности культуры, политических идеалов и политического курса страны… Обольщение (seduction) всегда более эффективно, чем принуждение, и многие ценности, вроде демократии, прав человека и возможностей, открывающихся перед индивидом, обладают огромной притягательностью»2. Важную роль также играет «жесткая» сила – экономическая и военная.

БАКИНА

Алла

Владимировна – Уральский государственный университет им. А. М. Горького

К сожалению, комбинация «жесткой» и «мягкой» сил, расстановка акцентов во взаимоотношениях между государствами изначально были выбраны неправильно. Военно-политические элиты Соединенных Штатов, прямо или косвенно прибегающие к идеям реалистов и неореалистов, опираясь на либерально-демократические ценности и нормы, интересы государства и нации, выработали и стали осуществлять асимметричную модель международных отношений. Даная модель, базирующаяся на экономическом либе- рализме и военно-техническом превосходстве, в процессе своего воплощения способствовала: установлению гипертрофированной однополярной модели мира, где нормы права и демократии уступили место военно-техническому и экономическому процветанию; одновременному протеканию разнонаправленных процессов трансформации и роста стран и регионов, что привело к неравномерности развития мира, регионов и государств; нарастанию негативной взаимозависимости стран и регионов, кризисов и напряженности в общемировой системе; негативному использованию прав человека и демократических процедур, «смягчению» государственного суверенитета, росту сепаратных настроений.

При этом реализуя план глобальной гегемонии, укрепив свои позиции в Тихоокеанском регионе, Европе, Африке, частично на Ближнем и Среднем Востоке, в зоне Персидского залива, США были вынуждены прибегнуть к политике «избирательной вовлеченности» в дела регионов. Они перераспределили между союзниками часть своих стратегических обязательств и функций, сократили в регионах число военных баз и вооруженных сил, одновременно приступили к созданию своеобразной сети из высо-кооснащенных военных баз и опорных геополитических точек. Одновременно союзники стали представлять интересы США в регионах, поддерживать системы региональной безопасности, сдерживать антиамериканские тенденции, больше участвовать в финансировании региональных проектов, нацеленных на развитие экономической и социальной сфер, поддержание безопасности, стабильности и т. д. Это способствовало высвобождению ресурсов Соединенных Штатов для осуществления экспансии в Евразии.

Расширяя свои зоны влияния и управления в Евразии, во всех видах геополитического пространства, через осуществление программ по укреплению безопасности, демократизации общества, реализации прав человека, налаживанию добрососедских отношений, совместному решению вопросов, связанных с терроризмом, распространением оружия массового уничтожения (ОМУ) и торговли наркотиками, США заключают двусторонние договоры, по которым размещают свои военные силы на терри- тории других стран. Одновременно производится дополнительная культурная и экономико-промышленная экспансия. Однако экспансия в Евразии осуществляется с переменным успехом. Это связано с общемировыми тенденциями и внутригосударственными процессами в Соединенных Штатах.

Так, глобализация и ее негативные тенденции обернулись против своих творцов, неся кризис во все сферы жизнедеятельности общества (экономическую, культурную, политическую и т. д.). В докладе Центрального разведывательного управления (ЦРУ) конгрессу «Тенденции мирового развития к 2015 году» отмечаются как позитивнее, так и негативные тенденции развития человечества. К положительным результатам и тенденциям были отнесены: роль и деятельность Всемирной торговой организации (ВТО), Международного валютного фонда (МВФ), военного блока НАТО, Организации американских государств (ОАГ), «восьмерки», а также деятельность Европарламента и ряда мировых общественных организаций. Среди негативных тенденций были выделены: рост народонаселения (особенно в бедных странах), ограниченность ресурсов, рост международного терроризма, наличие государств с другой социальной системой (Китай, Вьетнам, Куба, Венесуэла). Преодолевать эти негативные тенденции и их причины ЦРУ рекомендовало за счет сокращения населения Земли (в его агрессивном варианте), жесточайшего контроля над использованием ресурсов, вплоть до применения силовых методов к обладателям этих ресурсов, уничтожения терроризма и политических режимов, им способствующих, ликвидации стран с другой социальной системой за счет провокаций и силы.

При этом реализация руководством Соединенных Штатов несбалансированного плана широкомасштабного доминирования и приобщения к своей модели развития принесла плачевные плоды. Культурная и экономико-промышленная экспансия преобразовала и частично разрушила ряд обществ. Выхолощенные ценности либеральнодемократической идеологии и потребительский образ жизни, воспринятые обществами стран-реципиентов, стали продуцироваться вовне. Двойные стандарты, эрозия международного и национального права, спекулятивная экономика породили цинизм и нигилизм в странах «сопряженного» развития. Развивающиеся государства и «молодые» демократии начали применять по отношению к развитым странам их же стратегии. Скрытая и явная агрессия, рост фундаменталистских, экстремистских и террористических сил как протест против доминирования и подавляющего управления, а также носильной демократизации вырвались в общемировое пространство. Эти силы стали подрывать развитые и развивающиеся страны изнутри. На международном уровне ни одно государство после краха Вестфальской системы международных отношений и ее принципа государственного суверенитета уже не обладает уверенностью в своей защищенности, что ведет к напряженности и милитаризации. Государства, чувствующие свою уязвленность, стараются обезопасить себя разными способами: от полного принятия идеологии и модели развития США до их полного отвержения; от обращения к своим культурно-религиозным корням до создания альтернативных институтов. Некоторые страны начинают усиленно овладевать ядерны-ми технологиями, технологиями двойного применения, разрабатывать ОМУ. Особой проблемой стали группы и сообщества, которые, манипулируя религиозными ценностями, осуществляют теракты по всему миру. В свою очередь Э. Гор, А. Федотов, В. Горшков пришли к заключению, что мировое сообщество уже встало на путь возможной гибели. Если мир и его доминирующая (западно-европейская) модель развития не изменится к 20–30-м годам XXI в., то он начнет деградировать1. Альтернативой глобальной катастрофе выступает путь коренных перемен и социальных преобразований. Основными составляющими таких преобразований должны стать: переосмысление культурных норм и ценностей, западно-европейской модели развития, адекватное распределение произведенного продукта, рост населения определенных государств, более рациональное и оправданное расходо- вание ресурсов и сырья, поиск альтернативных видов энергоресурсов, улучшение экологии и т. д. Таким образом, назрела необходимость выработать альтернативную модель развития и культуры.

Особый интерес и озабоченность вызывают две составляющие американского общества и государства – это «мягкая» и «жесткая» силы. «Мягкая» сила олицетворяет культурно-идеологическую привлекательность, основанную на либеральнодемократических ценностях и нормах, определенных механизмах и институтах. «Жесткая сила», как правило, включает в себя экономический и военно-технический потенциал.

Построенное на индивидуализме, примате экономической выгоды и рационализме, американское общество не всегда готово поддерживать своих политических лидеров и их военно-политические акции, если они сопровождаются большими, по мнению американцев, человеческими жертвами и материальными издержками со стороны США. Так, американское общество уже выразило свое недовольство затянувшейся иракской кампанией и добилось запланированного вывода войск из Ирака к лету 2008 г.

В свою очередь Европейское сообщество дало понять военно-политическим кругам Соединенных Штатов, что более склонно к использованию «мягкой» силы и дипломатических переговоров, чем ведению войн. Европейская интеллигенция высказывает сомнения в правильности выбранного американскими элитами и руководством внешнеполитического курса и модели взаимоотношений, указывает ограниченность и тупиковость выбранной модели. Сложившаяся ситуация также отражает явный диссонанс, возникший между демократическими правами и свободами, которых придерживается западно-европейской сообщество и которые являются краеугольным камнем американского общества и политическим курсом, проводимым руководством США. Данную ситуацию невозможно скрыть. Асимметричная модель мироустройства и соответствующий ей мировой порядок, которые внедрялись элитами Соединенных Штатов, привели к нарастанию противоречий, недопонимания и кризисам в отношениях между Соединенными Штатами и другими государствами по всему миру.

К тому же в середине 2005 г. Пентагон в лице генерала Р. Б. Майерса признал, что столкнулся с вызовом, превышающим задачи постепенной «перегруппировки» и «перестройки» на случай непредвиденных обстоятельств. На данный момент ситуация еще более обострилась. Вооруженные силы США переживают кризис: им не хватает человеческих ресурсов для контроля и защиты интересов США во всех точках мира; завышенные требования по ведению военных операций и рост их числа изматывают вооруженные силы. При этом воспитанные в духе патриотизма, истинной демократии, мессианства и лидерства, американские вооруженные силы теряют свой боевой дух, погружаются в духовный кризис. Ожидаемая быстрая победа под лозунгом распространения демократии, защиты прав человека, свержения деспотических политических режимов оборачивается большими потерями в живой силе, ненавистью коренного населения занимаемых территорий, весомыми экономическими вкладами в восстановление разрушенного народного хозяйства «новоиспеченных» демократий. К тому же страноведы отмечают, что американская молодежь, несмотря на культ патриотизма, не желает вести войны и умирать за распространение демократии на других континентах. Решение вопроса путем восстановления призыва на воинскую службу было отвергнуто американским обществом. Поэтому учитывая международную обстановку и требования американского общества, руководство Соединенных Штатов вынуждено сокращать присутствие своих войск по всему миру.

Фаза экономического роста и расцвета экономики США, по мнению ряда аналитиков, скоро сменится фазой убыли экономической активности и стагнации. «Сталкиваясь с грозными конкурентами – ЕС, Японией и Китаем и обремененная крупными и все обостряющимися проблемами, американская экономическая гегемония вряд ли когда-либо возродится или восстановится»1. По данным Бюджетного управления середины 2005 г., перед Соединенными Штатами стояла проблема бюджетного дефицита в 368 млрд. долл. в 2005 г. На последующий десятилетний период дефицит определялся в 1,35 трлн. долл.2. Данная тенденция берет начало с 2004 г. и только усиливается. «Липкая сила», в качестве которой выступает экономика США, а также принцип «разделяй и властвуй» в своем применении к развивающимся государствам стали неэффективны. Многие экономисты-аналитики США, например Дж. Таннер, отмечают, что экономические взаимоотношения Соединенных Штатов с рядом интенсивно развивающихся государств носят для Америки негативный характер, а растущая федеральная задолженность сделала США уязвимыми в отношении возможных манипуляций со стороны их экономических и геополитических союзников. Особую озабоченность аналитиков вызывают действия экономических партнеров Соединенных Штатов в информационной и нефтяной сферах. При этом структура и содержание экономической сферы США также претерпевают значительные изменения. Трудовые ресурсы перемещаются в сферы розничной торговли и оказания услуг. Производственная сфера в основном сконцентрировалась по направлениям высоких и наукоемких областей, которые могут принести быструю и наибольшую прибыль. Всевозрастающая роль глобальных корпораций, активно использующих спекулятивный капитал, повышает долю рисков в национальной экономике.

Одновременно, как указывают эксперты из разных стран, данные тенденции отражают глубокую трансформацию американского общества, когда сфера начального образования характеризуется слабостью и фрагментарностью, высшее образование носит двойственный характер. Основная масса коренных американцев предпочитает получать высшее образование в сферах гуманитарных наук, в частности, экономики и финансов, управления, рекламы и шоу-бизнеса, а работать – менеджерами среднего и высшего звена. Культура постиндустриального общества только способствует росту виртуализации жизнедеятельности человека, минимизации материальных издержек и возвеличиванию интеллектуальной сферы деятельности. Это полностью трансформирует пирамиду власт- ных отношений, распределение статусов, ролей и ресурсов, закладывает тенденции саморазрушения системы. Вместе с тем многие страны ориентируются именно на американскую модель экономического и военно-технического процветания, что способствует распространению негативных тенденций, вызванных несбалансированностью модели развития, и ухудшению ситуации.

Также остро обозначилась проблема дальнейшего развития ряда зависимых государств, например стран Африки и Афганистана. Все попытки вывести данные государства из круга повторяющихся кризисов не приносят результатов. Они рождают психологию иждивенчества, нигилизма и апатии, скрытой агрессии и асоциальных явлений и требуют все больших финансовых вложений со стороны США. При этом «подопечные» могут не только просить, но и прибегать к скрытым уловкам шантажа.

Стремясь сохранить лидирующие позиции, Соединенные Штаты как минимум должны быть сверхдержавой, то есть обладать такими экономическими возможностями, военной силой и политическим влиянием, чтобы названные составляющие одновременно ощущались в любой точке Земного шара1. С этойцельюонипроводятактивнуювнеш-нюю политику во всех сферах миросистемы, закрепляют успехи, достигнутые в процессе реализации плана гегемонии; проводят широкомасштабные информационные акции по укреплению своего имиджа лидера и блокированию создания альтернативного центра силы, сглаживанию негативных тенденций распространяемой ими модели развития, глобализации и регионализации. Вместе с тем, опираясь на теорию волн Дж. Модельски и У. Томпсона, часть американских аналитиков полагают, что США будут занимать лидирующее положение на мировой арене до середины XXI века. В противном случае вследствие ускорения всех тенденций роста и развития, их наложения друг на друга, возможна ситуация, когда статус США как сверхдержавы будет оспариваться иными государствами. Однако, по мнению О. Арина, США уже начинают утрачивать лидирующие позиции, хотя и являются бесспорным лидером в военно-технической сфере2. Возможный соперник США – это Китай, который, по прогнозам А. Г. Арбатова, может стать сверхдержавой уже к 2020–2025 гг. Рост экономической и военно-технической мощи Китая сдерживается только отсутствием энергетических и иных важных ресурсов. Конечно, Китай не настолько силен, чтобы выступить против Соединенных Штатов, но объединившись с Россией, а также с Индией, при поддержке Бразилии он может инициировать образование альтернативного глобального центра силы, что приведет к установлению биполярной системы международных отношений.

Таким образом, США не хватает реальной экономической базы и военных возможностей для реализации своих притязаний на роль общемирового лидера и гегемона. Относительно стабильная внут-риэкономическая ситуация поддерживается искусственно за счет экспортирования внутреннего дефицита в другие страны. Сфера культуры и образования частично способствует разобщенности общества, стимулируя воспроизводство ценностей постиндустриального общества потребления. Военно-техническое превосходство сохраняется, но не подкрепляется соответствующими человеческими ресурсами. Кризисные явления пронизывают «мягкую» и «жесткую» силы США, которые являются национальной гордостью и оплотом процветания Америки.

Вместе с тем выработанный и реализуемый в глобальном масштабе военнополитическими элитами США план гегемонии, а также модель мироустройства и установленный мировой порядок продемонстрировали свою несостоятельность и ограниченный характер, обозначили более рельефно проблемы внутреннего и внешнего развития Америки. Результатом воплощения американского плана стали: установление гипертрофированной неустойчивой однополярной модели мира, где нормы права и демократии уступили место военно-техническому и экономическому процветанию; одновременное протекание разнонаправленных процессов трансформации и роста, как следствие– неравномерность развития мира, регионов и государств; выход государств и регионов на новый виток системной дифференциации и стратификации; нарастание негативной взаимозависимости стран и регионов, кризисов и напряженности в общемировой системе; негативное использование прав человека и демократических процедур, «смягчение» государственного суверенитета, рост сепаратных настроений. В качестве обратного эффекта и одновременно базы его формирования Соединенные Штаты получили целый комплекс проблем, который им уже приходится решать. Особое внимание руководству страны придется уделить сфере культуры, образования и экономики, так как без достойного человеческого ресурса все научно-технические и военные достижения теряют свой смысл, а государство становится нежизнеспособным. Так, требуют своего пересмотра базовые нормы и ценности, заложенные в американской модели мироустройства и развития. Военно-политические элиты США не учли, что либерализм, как писал Л. Фон Мизеса «…не имеет никакой иной цели, кроме как повышение материального благосостояния людей, и не касается их внутренних, духовных и метафизи- ческих потребностей»1. Демократия есть в первую очередь инструмент, призванный максимально представлять в политической системе интересы всех граждан и социальных групп, обеспечивать их участие в управлении государством посредством определенных процедур. В качестве инструмента, содержащего нормы, правила и процедуры, демократия может быть легитимно использована любыми политическим силами. Научно-техническая и военная сферы общества могут лишь способствовать его положительной эволюции и сохранению. Духовное развитие определяется культурой. Поэтому сложившаяся ситуация вызывает необходимость видоизменения модели мироустройства, приведения ее в соответствие с общемировыми тенденциями. Новая модель мироустройства, учитывая общемировые тенденции, должна быть многополярной, основанной на праве, мирном равном многостороннем взаимодействии и сотрудничестве всех стран и всеобщей безопасности. Только такая модель может способствовать общемировому процветанию и безопасности.