Структура бюджета города Козьмодемьянска в конце XVIII - середине XIX в

Значительный интерес для исторической науки в настоящее время представляет изучение деятельности органов местного самоуправления [8]. Одно из «белых пятен» отечественной историографии – экономические аспекты функционирования локальных сообществ конца XVIII – середины XIX в. Так, пока еще не была предметом специального исследования структура городской казны дореформенного периода. О городских финансах весьма поверхностно упоминается в публикациях О. А. Кострикиной, Т. В. Бессоновой, Е. В. Кустовой, А. Б. Бирюковой, В. В. Бело-слудцевой, Н. Б. Андреевой, посвященных анализу социально-экономического развития городов, их социокультурному облику. В данной статье представлены результаты анализа бюджета отдельно взятого населенного пункта – Козьмодемьянска.

В конце XVIII – середине XIX в. Козь-модемьянск представлял собой уездный центр Казанской губернии, расположенный на правом берегу Волгb в 193 км. от Казани. По данным ltdznjq ревизии (1850 г.) в городе проживало 4 574 чел. обоего пола, причем купцы и мещане в совокупности составляли всего 36,7 % жителей. Все 36 купцов относились к третьей гильдии. Почти половина козьмодемьянцев были государственными крестьянами. Также в данном населенном пункте проживали 39 помещичьих крестьян и дворовых людей, 125 солдат инвалидной команды, 105 дворян и разночинцев, 76 священно- и церковнослужителей, 108 отставников, кантонистов, солдат и членов их семей [3, с. 329–330].

Основной сферой деятельности козьмодемьянских купцов и мещан была торговля, но, как будет показано ниже, не гнушались они и дополнительными заработками. Еженедельный торг открывался в Козьмоде-мьянске по воскресеньям; ярмарок в городе не проводилось, и за необходимыми товарами жителям приходилось отправляться на Макарьевскую ярмарку в Нижний Новгород [3, с. 264]. Первые лавки и магазины в городе появились довольно поздно – лишь в середине 1830-х гг., что было обусловлено ориентацией купечества на хлебную оптовую торговлю [1, с. 18]. В 1847 г. по ходатайству козьмодемьянцев в городе были открыты ярмарки, которые проводились 2 раза в год и назывались Никольскими [3, с. 330]. Другой ведущей отраслью городской экономики являлась заготовка леса [3, с. 341]. Главным промыслом государственных крестьян и части мещан являлся сплав плотов и продажа досок.

В соответствии с екатерининским Городовым положением в конце XVIII столетия в Козьмодемьянске были созданы органы самоуправления: дума, магистрат, сиротский и словесный суд. Заседавшим в думе гласным ст. 167 предписывалось «стараться о приращении городских доходов на пользу города» [7, с. 167]. Предполагалось, что основными источниками пополнения городской казны станут: 1) доходы с городского имущества; 2) поземельный налог со всех жителей, предназначенный для содержания полиции; 3) добровольные складки купцов и мещан.

Документы козьмодемьянской думы [3, с. 261–264] позволили конкретизировать доходные статьи городского бюджета в начале XIX в. (таблица).

Источники поступлений в городскую казну в верхних пределах хронологии нашего исследования описываются в «Ста- тистических очерках Козьмодемьянского уезда» С. М. Михайлова 1852 г.: «Городские угодья, приносящие доход, заключаются в нижеследующем: пахотной земли 874 десятины, сенокосной 1 026 десятин, под усадьбами и выгонами 221 десятина, под лесами владения мещан и казенных крестьян 678 десятин, под реками, дорогами и болотами 1 064 десятины, а всего 3 863 десятины. Рыбные ловли по реке Волге и по озерам. Градская сумма составляется с оброчных статей, с весов и мер, с купеческих капиталов, с трактирного заведения, с питейного откупа, с городских и ярмарочных торговых лавок, за протест векселей, заемных писем и прочих актов, что со всех сих предметов составляет 2 363 рубля 54 копейки серебром» [Цит. по: 3, с. 330].

Таблица

Доходы и расходы козьмодемьянского городского общества в 1803 г.

Статья	Сумма
Доходы	2 612 руб. 58 ½ коп.
с содержателей весов и мер	155 руб.
за дозволение торговать приезжим	74 руб. 62 коп.
с содержателя перевоза	10 руб.
с дробных душ на содержание почтовой станции	669 руб. 48 ½ коп.
с приписанных дробных душ	60 руб. 47 коп.
с кречатых помытчиков, дворовых людей	34 руб.
с помещичьих крестьян	114 руб.
с экономических крестьян	278 руб.
с ясачных крестьян	139 руб.
на содержание полиции и городских учреждений	797 руб. 39 коп.
акциз с напитков (в том числе поступило за предыдущий год)	419 руб. 62 коп.
Расходы	2 224 руб. 77 коп.
жалованье квартальным надзирателям	193 руб.
содержание пожарных лошадей	400 руб.
ремонт и покупка пожарного инвентаря	43 руб. 10 коп.
обслуживание городских часов	12 руб.
ремонт уездного суда	40 руб. 48 коп.
жалованье писцам	830 руб.
канцелярские расходы	140 руб.
освещение и отопление полицейских будок	47 руб. 27 коп.
постройка моста	404 руб. 40 коп.
содержание почтовых лошадей	114 руб. 52 коп.

Как было упомянуто в таблице, городской бюджет должен был пополняться деньгами, полученными за позволение приезжим и разночинцам торговать в городе. Однако, судя по источникам, полученная по этой статье сумма в некоторые годы была незначительной. Например, за 1798 г. с иногородних было собрано всего 9 руб. 30 коп. [3, с. 248–249].

В случае, если городских доходов оказывалось недостаточно, производились дополнительные сборы с купцов и мещан. В объяснении Козьмодемьянской городской думы, направленном в губернский Комитет о земских податях и повинностях в 1804 г., упоминается, с какой целью добавочно собирались средства: «Взамен недостатка в дополнение к доходам на содержание городоваго магистрата, градской думы, го-родоваго сиротского и словеснаго судов и находящихся в них писмоводителей, на жалованье людей, на дополнку государственных податей, за мещан умерших, в рекруты отданных, неимущих, а равно и протчие нечаянно случающияся расходы зборы производился с душ купцов по 2 ру[бли], с мещан по 1 ру[блю] с души. А для полиции в занимаемых под домами лавками и садами мест с сажени каждой от ½ копейки до 25 ко[пеек], всего 797 рублей 39 ко[пеек]» [Цит. по: 3, с. 262].

Стоит отметить, что практика дополнительных сборов была достаточно распространена, и нередко таким образом собирались весьма внушительные суммы. Например, в Казани в 1809–1811 гг. с каждой души собирали по 1 руб. 30 коп. [2, с. 6].

Общественные сборы, утвержденные приговорами купеческого и мещанского обществ, были обязательны для участия и достаточно ощутимы для основной массы козьмодемьянцев. По сведениям Т. В. Бессоновой, дополнительный сбор в отдельные годы был почти в 1,5 раза выше, чем размер собираемых городских доходов [2, с. 35–37].

Козьмодемьянцы были сильно отягощены многочисленными податями и повин- ностями, вследствие чего вынуждены были искать источники заработка вне торговой сферы. Например, в 1797 г. козьмодемьянские купцы и мещане нанимались кузнецами, сыромятниками, кирпичниками и чебо-тарями [3, с. 247].

О том, что подати и повинности обременяли купцов и мещан, говорит тот факт, что 9 марта 1800 г. козьмодемьянское городское общество отказалось собирать дополнительные средства на случай пожара. Заслушав предложение казанского генерал-губернатора, городское общество ответило отказом, сославшись на то, что «…по изнеможениям своим, а особливо за протчими другими необходимыми збираемыми… не в силах составить мы такую следующую, нижеподписавшиеся, сумму» [Цит. по: 3, с 259].

Судя по данным официальной статистики, в течение первой половины XIX в. в России росла задолженность мещанских обществ. По сведениям Министерства финансов, в целом по стране с 1848 по 1858 г. недоборы с мещан составляли 18 %, тогда как с казенных крестьян – всего 2 %. Так, в соответствии с отчетом казанского военного губернатора С. С. Стрекалова с 1816 по 1835 г. городских недоимок на вверенной ему территории накопилось 161 тыс. руб. По мнению генерал-адъютанта С. С. Стрекалова, большая часть суммы была безнадежна к поступлению, «…ибо не отыскивается ни лиц, ни имений, с коих следовало бы произвести взыскания» [Цит. по: 2, с. 36]. В качестве причины таких больших недоимок генерал-губернатор выделил обстоятельства организационного характера: «Накопление городских недоимок происходит преимущественно от самого способа сбора доходов посредством гласных, кои, быв избираемы обыкновенно из бедных граждан и не получая от обществ жалованья, не радят о точном исполнении своих обязанностей, а некоторые решаются и на злоупотребления» [Цит. по: 2, с. 36]. Государство попыталось решить проблему роста недоимок: дозволило обществам оплачивать труд старост и помощников; отменило платежи по двум состояниям для лиц, переходящих в мещанство из крестьян; разрешило списывать безнадежные недоимки; время от времени предоставляло льготы и т. п. [2, с. 37; 6, с. 145].

Почти вся собираемая горожанами сумма расходовалась по составляемой ежегодно городской думой и утверждаемой начальником губернии смете. Обычно в смету входили такие статьи расходов, как содержание магистрата, думы, сиротского и словесного судов, городской больницы, тюремного замка, мостов, будок, починка дорог, поправка городских и ярмарочных лавок, заведение образцовых гирь, клейм и др. [3, с. 330].

В рассматриваемый период в уездных городах общественностью велось активное строительство. К 1853 г. козьмодемьянским обществом были возведены: больница, дом для хранения пожарных инструментов, 3 полицейские будки, 3 торговых корпуса с лавками. Помимо этого, на торговой площади были установлены весы [3, с. 329].

В объяснении Козьмодемьянской думы, направленном в Комитет о земских повинностях губернского правления в 1804 г. перечисляются следующие статьи расходов на городские и общественные нужды: заработная плата надзирателям, извозчикам, содержание пожарных лошадей, исправление пожарных орудий, ремонт здания уездного суда; также деньги собирались на жалованье писцам, покупку свеч, дров и бумаги для нужд магистрата, дум, сиротских и словесных судов [3, с. 262].

В конце XVIII – первой половине XIX вв. многие вопросы благоустройства населенных пунктов решались за счет личных средств жителей. В соответствии с положением 1785 г. дума отвечала за освещение улиц, осуществляла контроль над частной застройкой города, пожарной безопасностью и др. Показательно то, что в Козьмодемьянске взимался налог за использование прорубей на Волге и на оплату человеку, который следил за их состоянием. В Козьмодемьянской градской думе 14 октября 1850 г. присутствующие «имели суждение о том, что с наступлением ны- нешнего зимнего времени необходимо будет иметь… достаточное число прорубей... с получением за пропользование с оных прорубей городской доход акцыза» [Цит. по: 3, с. 321].

К распорядительным функциям думы было отнесено заведение в городе «всего потребного». Дума участвовала в обеспечении малоимущих горожан пропитанием (продажа дешевого хлеба в голодные годы, помещение в богадельню и т. д.).

В первой половине XIX в. дума была обязана обеспечивать содержание ряда учебных заведений из городских средств. В «Статистических очерках Козьмодемьянского уезда» 1852 г. С. М. Михайлова отмечалось, что уездное училище располагалось в наемном доме, но скоро будет отделываться дом, купленный на счет городской казны [3, с. 329].

Представление о структуре городских расходов не было бы полным, если бы мы не упомянули о подношениях горожан местным и приезжим чиновникам. Согласно расходной тетради старосты Г. К. Бахтина, в мае 1803 г. было потрачено 21 руб. 86 коп. на встречу казанского гражданского губернатора, а также на подарки (водку, вино, кур, яйца, калачи, яблоки и пр.) городничему, губернскому секретарю и другим чиновникам [3, с. 566].

Следует обратить внимание на то, что такого рода использование средств противоречило нормам права: указом от 11 октября 1801 г. запрещался «введенный издревле обычай между городскими и сельскими обывателями делать приветствие начальствующим в Губернии лицам во время их приезда, или в других случаях поднесением под названием хлеба и соли разных вещей и иноземных продуктов»; занимающим руководящие посты было приказано следить за тем, чтобы общественные суммы «употребляемы были единственно на установленные законами необходимо нужные расходы» [Цит. по: 7, с. 236].

Не считая возможным отказаться от вышеописанной традиции, горожане и власти искали другие способы оптимизации бюджета. Например, в 1852 г. казанский генерал-губернатор поддержал инициативу жителей г. Козьмодемьянск, Ядрин, Свияжск, Цивильск и Царевококшайск, не видевших надобности в содержании дум, магистратов, сиротских и словесных судов, а пожелавших заменить их ратушами.

Между тем сальдо бюджета исследуемого нами населенного пункта к 1852 г. оставалось положительным: доход – 2 362 руб. 71 коп., расход – 1 990 руб. 86 коп., на следующий год переходил 371 руб. 85 коп. [6, л. 107]. Из общей суммы расходов, составлявшей в 1852 г. 1 990 руб. 86 коп., было выделено 816 руб. 37 коп. на нужды органов суда и самоуправления (оплату канцелярий думы, магистрата, сиротского и словесного суда, выписку журнала Министерства внутренних дел, медицинского журнала, сенатских и губернских ведомостей; изготовление для думы книг; оплату работы сторожей). В проекте, одобренном министром юстиции, на содержание вновь создаваемой ратуши предлагалось выделить 700 руб. 13 коп., т. е. экономия должна была составить 116 руб. 24 коп. [6, л. 118].

Бюджет города был бездефицитным, но козьмодемьянцы пожелали упростить структуру выборных органов. Необходимость периодически заполнять довольно многочисленный по меркам небольших городов штат органов суда и управления являлась одним из главных стимулов, мотивировавших жителей провинции обратиться к начальству. В общей сложности в 1852 г. по Козьмодемьянску было объявлено 13 капиталов; числилась 741 душа мещан – плательщиков податей; на общественную службу в означенном году было баллотировано 4 купца и 15 мещан. Купцы и мещане не желали отвлекаться от занятий, приносивших доход, занимаясь общественно-полезной деятельностью [6, л. 116].

Спустя шесть лет, в 1858 г., администрация Казанской губернии была ознакомлена с вердиктом вышестоящих инстанций: так как Министерство юстиции не считало возможным сократить суды в городах данной губернии, передав рассматриваемые ими дела и без того перегруженным уездным судам, структура органов власти на местах оставалась без изменений [6, л. 127].

Таким образом, основные доходные статьи и расходы г. Козьмодемьянска за первую половину XIX в. практически не изменились. Несмотря на широкие законодательные возможности формирования городских доходов, бюджет состоял в основном из налога с имущества, добровольных складок купцов и мещан, а также поземельного сбора. Поскольку последний тратился только на содержание полиции, в распоряжении думы оставались средства, полученные с двух других доходных статей.

Проведенное исследование позволило установить, что налог с имущества представлял собой небольшую сумму по сравнению с той, которая требовалась для содержания городской инфраструктуры. Дефицит доходной части заставлял думу прибегать к практике дополнительных складок. Именно они составляли в первой четверти XIX в. до 2/3 средств, тратившихся козмодемьянцами.

По имеющимся в нашем распоряжении данным, сальдо бюджета этого поселения было положительным, хотя и не достигало значительных величин (1804 г. – 387 руб. 81 ½ коп., 1852 г. – 371 руб. 85 коп.). Весьма скромные финансовые возможности городского общества, соответствовавшие низким темпам социально-экономического развития данного населенного пункта, позволяли удовлетворять лишь насущные нужды местного населения.