Толерантность как феномен культуры: к истории вопроса

На сегодняшний день одним из актуальнейших вопросов на международном уровне является процесс формирования социально-психологических механизмов, способствующих созданию условий для конструктивного диалога различных культур. При этом в основе такого гармонизирующего диалога, посредством которого осуществляется согласование противоречий, оказывается, по мысли ученых-гуманитариев, феномен толерантности [1; 2].

Корни толерантности как категории, уникальной по своей природе и важности, уходят в эпоху Конфуция, Гомера, Геродота, во времена, когда правила межличностных отношений были закреплены в своеобразной установке, известной в большей степени как «Золотое правило нравственности»: «(Не) поступай по отношению к другим так, как ты (не) хотел бы, чтобы они поступали по отношению к тебе!» Это правило бытовало в различных вербальных версиях, но всегда суть толкований была едина. Вышеупомянутое «Золотое правило нравственности» прочно вошло в культуру и массовое сознание многих народов и нашло выражение в виде пословиц, очевидных требований житейской мудрости: «Was du nicht willst, daß man dir tu, das füg auch keinem ändern zu» («Чего сам не любишь, того и другому не чини (не желай)») – наставляют немцы; «Шканет порым шонет гын, енглан осалым ит ыште» («Желаешь себе добра – людям не делай худого») – высказывают мари; «Do as you would be done by» («Когда хочешь себе добра, то никому не делай зла») – гласит английская пословица.

Интересно, что исторически сложившиеся конфессиональные положения религий и их течений о том, как необходимо относится к Другому, несмотря на их разнообразие, едины в понимании сущности взаимоотношений между людьми. В частности, конфуцианство гласит: «Не делай другим того, чего не хотел бы от других». В свою очередь, индуизм предупреждает: «Не делай другому того, от чего больно тебе». Аналогичным образом ислам считает необходимым напомнить: «Полюби своего брата, как себя самого». Точно так же джайнизм утверждает: «Мы должны относиться ко всем существам, как относимся к самим себе». Представители сикхизма уверены в справедливости следующего замечания: «Как ты думаешь о себе, так думай и о других». Последователи даосизма настаивают на необходимости «считать успех соседа своим успехом, а потерю соседа своей потерей». Идеология зороастризма вбирает в себя мысль о том, что «только та натура хороша, которая не сделает другой того, что нехорошо для нее самой». Христианство призывает свою паству следовать совету, согласно которому: «Если хотите, чтобы как с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними» и далее: «Возлюби ближнего своего как самого себя». Наконец, представители буддизма уверены в том, что «человек может выразить свое отношение к родственникам и друзьям пятью способами: великодушием, учтивостью, доброжелательностью, отношением к ним как к себе и верностью своему слову» [3].

Идеологические принципы, входящие в понятие толерантности, присутствуют в большинстве этносов вне зависимости от явных культурных, языковых и религиозных различий, - 181 - менталитета. И хотя у разных народов мира есть много различных ритуалов приветствия, традиций гостеприимства и воспитания детей, а также различий во взаимоотношениях детей с родителями, между мужчинами и женщинами и т.д., существуют универсальные принципы отношения Человека к Человеку, вне зависимости от национальной, культурной или конфессиональной принадлежности.

Наиболее ярко основные принципы толерантности перекликаются с идеей соборности, впервые обоснованной и развитой в трудах русских православных мыслителей. Основным постулатом соборности является единение христиан в жизни, любви и вере. Важнейшей особенностью такого единения является то, что каждый отдельный член общества находится в неразрывной взаимосвязи со всем обществом. Представляя собой «единство во множестве», соборность противостоит как индивидуализму, разрушающему человеческую солидарность, так и коллективизму, нивелирующему личность; она оберегает человеческую общность и в то же время сохраняет неповторимые черты отдельного человека. В дальнейшем понятие соборности перешло в сферу социально-философской мысли и приобрело статус универсальной категории, выражающей онтологическое основание общественного бытия.

В силу высокой идеологической значимости соборность явилась базовым ориентиром не только для русской нации, но и для украинцев, белорусов, греков и других наций, исповедующих православное христианство. В связи с этим иных, принципиально новых (конфессиональных, философских и т.д.) направлений, имеющих в основе толерантные установки, у вышеперечисленных народов не возникло; толерантные позиции чаще всего проявляются в нефиксированных, имеющих глубокие исторические корни традициях воспитания детей, взаимоотношений в семье, гостеприимства и другие. Так, у белорусов идеи толерантности проявляются на уровне самосознания нации. Свидетельством глубокой укорененности принципов толерантности в самосознании белорусского народа является распространенное среди его большинства убеждение, что каждый народ имеет неотъемлемое право сохранять и развивать свой родной язык, культуру, обычаи, традиции, уклад жизни, своеобразие религиозных верований. Исследователи менталитета белорусского народа выделяют и такие черты, как рассудительность и поиск справедливости без насилия, миролюбивость, стремление к разумному компромиссу, терпимость, чуткость, уважение людей с иным мировосприятием и стилем мышления, исключительная любовь к родной земле, привязанность к родным местам, хозяйственность, бережливость, трудолюбие, преданность семье и семейно-родовая солидарность, которые в своей основе ярко перекликаются с идеями толерантности как жизненного принципа [4].

Основные принципы толерантности находят свое отражение и у мусульман, в частности в «адыгэ хабзэ» – уникальной морально-этической системе адыгов (черкесов). Адыгэ хабзэ считается одним из самых основных признаков адыгского этнического самосознания. В широком смысле адыгэ хабзэ представляет собой целый спектр социальных норм во всех без исключения областях жизненной деятельности – от простейших житейских правил до обязательных принципов правовой регуляции; это своеобразный свод неписаных правовых норм, правил поведения, нравственных положений, определяющих необходимые позитивные качества личности в адыгском обществе. Толерантность адыгэ хабзэ регулирует систему общественных институтов, способы производства, социальный строй, типы военной организации, принципы взаимоотношений адыгского (черкесского) общества с другими народами; проявляется по отношению к старшим, мужчине как главе семьи, женщине, детям, семье, обществу, чести и т.д. [5].

Многие этнологи отмечают уникальный феномен татарской толерантности, заключающийся в том, что за всю историю существования татар они не были инициаторами ни одного конфликта на этнической и религиозной почве. Исследователи утверждают, что толерантность – это неизменная часть татарского национального характера, проявляющаяся в отношении к представителям любой другой нации, другой религии, другой культуры, поскольку характерными чертами менталитета татарского народа всегда были старательность, трудолюбие, серьезное отношение к делу, радушие и гостеприимство.

Уникальное (но не однозначное, с точек зрения различных исследователей) явление в татарской культуре - джадидизм, зачинателями которого считаются такие мыслители, как А. Кур-сави, мусульманский историк Ш. Марджани, ученый и писатель К. Насыйри. Джадидизм выступает в двух аспектах – образовательном и идеолого-религиозном. Идеолого-религиозный аспект джадидизма, обратившись к сути религии, к самому Корану, выступил против исторических, этнических наслоений, которые приобрели статус непререкаемого авторитета (таклида) в исламе, джадиды вернули некогда присущее исламу «свободу разума». Основной принцип джадидизма – «религия должна служить нации». Именно такая форма ислама смогла представить людям, оказавшимся в изменившихся условиях «новую идентичность», новый образ «Я», выступая в определенной мере «сертификатом, подтверждающим их... статус и в то же время регулирующая принципы взаимоотношений внутри общества» [6].

Мировоззренческие установки осетин, казахов и таджиков во многих аспектах схожи с адыгейским адыгэ хабзэ. Толерантность у этих народов в первую очередь проявляется в особом почтительном, уважительном отношении к гостю («уазæгуарзондзинад» (осетинск.), «эҳтиром» (таджикс.)), вне зависимости от его социального положения, национальности, вероисповедания; в глубочайшем уважении к предкам и старшим по возрасту людям, в отношении к семейному очагу, в соблюдении народных традиций и т.д.

Как видим, идея толерантности как одна из базовых основ человеческих взаимоотношений выкристаллизовывалась постепенно, проходя путь от гармонизирующего общения внутри определенной группы через стремление к активному взаимодействию с представителями иных групп (этнических, культурных, конфессиональных и т.д.).

Как важный элемент культуры толерантность признается на сегодняшний день необходимым условием общественного единения людей различных верований, культурных традиций, политических убеждений. В случае позитивного воздействия толерантность обеспечивает сбалансированность сосуществования различных культур, стабильность социальных систем, служит надежным барьером шовинизму, расизму и агрессивному национализму, ярко проявляющихся в современном мире.

Ссылки:                                        References (transliterated):

• 1.  Арутюнов С.А. Народы и культура: развитие и1.

• 2.   Бромлей Ю.В. Этносоциальные процессы: теория,2.

• 3.   Народы и религии мира: Энциклопедия / гл. ред.3.

• 4.   Буко С. Какие они, белорусы? // Белорусы в Рос-4.

• 5.    Аташукова М.К. Уровень толерантности в Респуб-5.

• 6.    Исхаков Д.М. Об основных этапах становления6.

взаимодействие. М., 1989.

история, современность. М., 1987.

В.А. Тишков. М., 1998.

сии. Информ. вестник Посольства Респ. Беларусь в РФ. 2004. Вып. 1. С. 10-11.

лике Адыгея: автореф. дис.... канд. социол. наук.

Майкоп, 2006.

татарской нации: историко-социологический очерк // Панорама-Форум. Казань, 1997. № 1. С. 103-107.

Arutyunov S.A. Narody i kulʹtura: razvitie i vzai-modeystvie. M., 1989.

Bromley Y.V. Etnosotsialʹnye protsessy: teoriya, is-toriya, sovremennostʹ. M., 1987.

Narody i religii mira: Entsiklopediya / chief ed.

V.A. Tishkov. M., 1998.

Buko S. Kakie oni, belorusy? // Belorusy v Rossii. Inform. vestnik Posolʹstva Resp. Belarusʹ v RF. 2004. Issue 1. P. 10-11.

Atashukova M.K. Urovenʹ tolerantnosti v Respublike Adygeya: avtoref. dis.... kand. sotsiol. nauk. Maykop, 2006.

Iskhakov D.M. Ob osnovnykh etapakh stanovleniya tatarskoy natsii: istoriko-sotsiologicheskiy ocherk // Panorama-Forum. Kazanʹ, 1997. No. 1. P. 103-107.