Управление качеством в обеспечении конкурентоспособности предприятий нефтепереработки в условиях технологического суверенитета

Бесплатный доступ

Рассматривается управление качеством как механизм обеспечения конкурентоспособности нефтеперерабатывающих предприятий в условиях технологического суверенитета. Предложен инструментарий управления технологическим замещением.

управление качеством \ конкурентоспособность \ нефтепереработка \ технологический суверенитет \ импортозамещение \ индексы воспроизводимости процесса

Короткий адрес: https://sciup.org/148334444

IDS: 148334444   |   УДК: 005.6:665.6

Quality management in ensuring the competitiveness of oil refining enterprises under technological sovereignty

Quality management is considered as a mechanism for ensuring oil refinery competitiveness under technological sovereignty; tools for managing technological substitution are proposed.

Текст научной статьи Управление качеством в обеспечении конкурентоспособности предприятий нефтепереработки в условиях технологического суверенитета

Технологический суверенитет из лозунга превратился в нормативную категорию. Концепция технологического развития на период до 2030 года, утверждённая распоряжением Правительства Российской Федерации от 20 мая 2023 г. № 1315-р, отводит его обеспечению отдельный раздел [1]. Для топливно-энергетического комплекса та же установка повторена в Энергетической стратегии Российской Федерации на период до 2050 года (распоряжение Правительства РФ от 12 апреля 2025 г. № 908-р): энергетическая безопасность, технологический суверенитет и конкурентоспособность отраслей ТЭК перечислены там как составляющие целевого состояния энергетики [2]. Фактически государство предъявило отрасли два требования одновременно, и их совместимость на уровне отдельного завода вовсе не очевидна.

Это особенно актуально для нефтепереработки. Требования к моторным топливам закреплены техническим регламентом Таможенного союза ТР ТС 013/2011: для дизельного топлива класса К5 содержание серы не должно превышать 10 мг/кг [3]. Эта цифра не подлежит обсуждению ни при каких обстоятельствах поставок. Но обеспечивают её именно вторичные процессы – гидроочистка, гидрокрекинг, каталитический риформинг, изомеризация, – которые десятилетиями строились на импортных лицензиях, катализаторах, реакторном оборудовании и системах усовершенствованного управления. Иными словами, замещать приходится ровно те переделы, которые формируют качество конечного продукта.

Отставание, которое предстоит преодолевать, поддаётся измерению. Глубина переработки нефти в России поднялась примерно с 66 % в начале 2000-х годов до величины порядка 84 % [4]; среднее значение по заводам Европейского союза составляет около 85 %, по США – порядка 96 % [5]. Разрыв держится именно на мощностях вторичной переработки, то есть на самом уязвимом с точки зрения технологических ограничений участке.

Динамика в сегменте катализаторов показательна и в положительном, и в отрицательном смысле. По данным Минэнерго России, озвученным в 2023 г., доля отечественных катализаторов в нефтепереработке выросла до 76 % против ме-

EDN KNDETO нее чем 32 % в 2014 г. [6]. Однако успех распределён крайне неравномерно. Катализаторная система гидрокрекинга к тому моменту была разработана лишь частично и промышленной проверки не проходила [6]. Одновременно место ушедших западных производителей во многом заняли поставщики из КНР и Ирана [7]. Ресурс, таким образом, в целом доступен; вопрос в том, что именно приходит на склад завода и с какими обязательствами по сопровождению.

Здесь и возникает проблема, которой посвящено настоящее исследование. Замена катализатора или единицы оборудования на НПЗ не сводится к закупочной процедуре, потому что меняются условия протекания процесса: выход целевых фракций, селективность, расход водорода, длительность межрегенерационного пробега, стабильность обессеривания. Причём опасен не выход за допуск как таковой – его зафиксирует лабораторный контроль. Опасен рост разброса при формально приемлемом среднем значении: партии остаются годными, но доля близких к границе растёт, завод вынужден работать с избыточным технологическим запасом, и себестоимость увеличивается без всяких нарушений регламента. Система менеджмента качества, выстроенная в расчёте на стабильного долгосрочного поставщика, подобный сценарий просто не отслеживает.

Цель настоящего исследования – обосновать роль управления качеством как механизма обеспечения конкурентоспособности нефтеперерабатывающего предприятия в условиях технологического суверенитета и предложить инструментарий, переводящий технологическое замещение в число управляемых процессов СМК. Задачи: выявить разрыв между существующими методиками оценки конкурентоспособности НПЗ и требованиями технологического замещения; разработать правило выбора режима управления качеством для замещаемых позиций; предложить измеримый критерий допуска замещающего решения в эксплуатацию и сводный показатель состояния предприятия.

Конкурентоспособность нефтеперерабатывающих предприятий в настоящее время изучена достаточно подробно. Г. К. Габдуллина, И. Н. Вячина и О. А. Майорова систематизируют факторы, определяющие уровень и стратегию конкурентоспособности НПЗ, и отводят ключевую роль технической оснащённости, измеряемой индексом Нельсона, а также глубине переработки как показателю, от которого напрямую зависит прибыльность [8]. А. А. Ахметгареева и Г. К. Габдуллина продолжают эту линию и показывают, что универсальные методики оценки не улавливают отраслевой специфики: олигополистиче- ского рынка, вхождения предприятий в вертикально интегрированные структуры, повышенных экологических требований. Предложенная авторами отраслевая методика опирается на интегральные индексы, объединяющие технологические, экономические и перспективные показатели [9]. Особенно важен их вывод о том, что при сближении ценовых параметров решающими становятся качество и рентабельность продукции.

И. В. Юшков и Ю. Д. Дроздова разделяют факторы конкурентоспособности предприятий ТЭК на факторы низшего порядка, обеспечивающие лишь присутствие на рынке, и факторы высшего порядка, от которых зависят рыночный успех и устойчивое развитие [10]. Для нашей задачи это разграничение имеет прямое значение. Там, где действует единый технический регламент, соответствие продукции требованиям есть не преимущество, а условие допуска, то есть фактор низшего порядка. Фактором высшего порядка оказывается способность воспроизводить заданное качество тогда, когда меняется технологическая основа производства.

Методика О. В. Жданеева, построенная на анализе полной цепочки создания продукции, позволяет обнаружить скрытую зависимость от иностранных компонентов у изделий, формально признаваемых отечественными [11]. Применительно к НПЗ это инструмент проверки не столько поставщика, сколько его собственной цепочки поставок.

Зарубежная литература рассматривает ту же проблематику преимущественно с технологической стороны. Обзор M. S. Akhtar, S. Ali и W. Zaman систематизирует достижения в области катализаторов нефтепереработки, отдельно отмечая проблему масштабирования лабораторных разработок до промышленного уровня и их совместимости с действующим оборудованием [12]. Последнее наблюдение прямо относится к российской ситуации, хотя авторы и не имели её в виду.

Обзор позволяет зафиксировать разрыв. Методики оценки конкурентоспособности НПЗ оперируют результирующими величинами – индексом Нельсона, глубиной переработки, загрузкой мощностей, рентабельностью, – но ни одна из них не содержит параметра, отвечающего на вопрос, удержит ли предприятие эти величины при смене технологической базы. В литературе по импортозамещению, в свою очередь, обсуждается прежде всего доступность ресурсов. М. В. Черняев и А. В. Кореневская анализируют государственные и корпоративные инструменты поддержки импортозамещения критически важных технологий нефтегазового комплекса [13]. Г. В. Гудименко на примере нефтедобывающих компаний рассматривает структуру импорта обо- рудования и технологий, переориентацию на поставщиков из КНР и других стран и отмечает, что внедрение и испытание отечественных разработок требуют значительных временных и финансовых затрат [14]. Вопрос о том, как управлять качеством в ходе такого внедрения, в этих работах не ставится. Между двумя предметными полями остаётся пространство, которое и занимает система менеджмента качества.

Исследование опирается на положения ГОСТ Р ИСО 9001–2015 [15] и отраслевого стандарта ISO 29001:2020 [16], на требования ТР ТС 013/2011 [3], а также на данные отраслевой статистики и публикаций по импортозамещению в нефтепереработке [4–7]. Использованы методы системного анализа, классификации, статистического управления процессами (индексы воспроизводимости) и экспертных оценок при построении интегрального показателя. Логика работы выстроена от выявления контура, в котором возникает возмущение, к правилу выбора управляющего воздействия и далее к измеримому критерию принятия решения.

Исходным допущением служит следующее положение. Качество на нефтеперерабатывающем предприятии формируется в трёх контурах. Первый – входной: сырьё, катализаторы, реагенты, запасные части, средства измерений, программное обеспечение. Второй – процессный:

стабильность технологических режимов, техническое состояние оборудования, работа систем автоматизации. Третий – продуктовый и рыночный: соответствие регламентам, глубина переработки, выход светлых нефтепродуктов, однородность партий, репутация поставщика.

При технологическом замещении возмущение всегда возникает в первом контуре, а потери фиксируются в третьем, причём с задержкой в несколько месяцев, а иногда и через межрегенерационный цикл. Задача управления качеством в этих условиях состоит не в увеличении числа выявленных несоответствий, а в том, чтобы удержать возмущение на входе. Отсюда следует и критерий результативности СМК, отличный от привычного.

Выбор режима управления качеством. Применять углублённую процедуру ко всем замещаемым позициям нерационально, она требует опытно-промышленных пробегов, лабораторных ресурсов и времени, которого у завода обычно нет. Дифференциацию предлагается проводить по двум признакам. Первый – критичность передела для показателей качества конечной продукции. Второй – зрелость замещающего решения, под которой понимается наличие подтверждённого опыта промышленной эксплуатации, референций и сервисных обязательств. Сочетание признаков даёт четыре режима (табл. 1).

Таблица 1 – Режимы управления качеством при технологическом замещении

Критичность передела

Зрелость решения

Режим управления качеством

Высокая

Высокая

Стандартная квалификация поставщика, действующий план контроля без изменений

Высокая

Низкая

Опытно-промышленные испытания с оценкой воспроизводимости, расширенный план контроля, страховой запас, сохранение альтернативного источника на переходный период, участие завода в доводке решения совместно с разработчиком

Низкая

Высокая

Обычные закупочные процедуры

Низкая

Низкая

Выборочный входной контроль с накоплением статистики и последующим пересмотром оценки зрелости

Составлено авторами.

Практический смысл таблицы в том, что она переводит импортозамещение из отраслевой декларации в перечень конкретных переделов конкретного завода, за каждым из которых закреплён свой режим контроля. Второй режим при этом поглощает основную часть ресурсов службы качества. Характерный пример позиции этого типа – катализаторы гидрокрекинга, по которым отечественные разработки долгое время не имели промышленного подтверждения [6].

Для позиций второго режима предлагается процедура из четырёх этапов, встраиваемая в действующие процессы СМК.

На первом этапе для передела определяются критические точки качества, то есть параметры, от которых зависит соответствие продукции ТР ТС 013/2011 (содержание серы, октановое число, фракционный состав, содержание ароматических углеводородов), и параметры, определя- ющие экономику процесса (выход целевой фрак- ции, расход водорода, длительность межрегенерационного пробега).

На втором этапе оценивается зрелость решения. Здесь применяется методика анализа полной цепочки создания продукции [11]: происхож- дение ключевых компонентов, промышленные референции, объём сервисных обязательств поставщика. Результат этапа – позиционирование решения в табл. 1.

Третий этап – опытно-промышленная эксплуатация. Решение о переводе передела на новую основу принимается не по разовым лабораторным пробам, а по индексам воспроизводимо- сти процесса, рассчитанным на статистически значимой выборке:

USL - LSL

С =--------

Lp      6а

■]        (2)

С ук = min [

USL — /л /л — LSL 3а ; 3а

USL и LSL - верхняя и нижняя границы поля допуска;

μ – среднее значение параметра;

σ – стандартное отклонение.

Поясним на числовом примере, почему критерием должен служить именно разброс. Для дизельного топлива класса К5 предельное содержание серы составляет 10 мг/кг, допуск односторонний. Пусть после перевода установки на новый катализатор среднее содержание серы держится на уровне 7 мг/кг при стандартном отклонении 1,2 мг/кг. Формально нарушений нет: среднее с запасом укладывается в норму. Между тем по формуле (2)

10 — 7

С ук = ,  ,; = 0,83,       (3)

3  1,2

что при нормальном распределении соответствует доле партий за границей допуска порядка 0,6 %. Для завода, отгружающего топливо непрерывно, это регулярные несоответствия, разбраковка и претензии. Чтобы выйти на общепринятый в практике статистического управления уровень C pk = 1,33 (доля несоответствия около 30 единиц на миллион), нужно либо снизить среднее до 5,2 мг/кг, что означает перерасход водорода и ужесточение режима, либо уменьшить разброс до 0,75 мг/кг. Первый путь оплачивается операционными затратами, второй требует доводки катализатора или режима. Выбор между ними и есть предмет управленческого решения, которое без расчёта C pk принимается вслепую.

Четвёртый этап – собственно решение. При достижении установленного заводом порогового значения передел переводится в режим штатного контроля. При значении ниже порога решение либо отклоняется, либо допускается к эксплуатации под усиленным контролем, с сохранением страхового запаса и с программой совместной доводки. Пороговое значение целесообразно устанавливать дифференцированно: для параметров, напрямую связанных с регламентом, – не ниже 1,33, для экономических параметров – по усмотрению предприятия.

Перечисленные инструменты работают на уровне отдельного передела. Для оценки положения предприятия в целом предлагается сводный показатель

4ту = ^ Wiki ,^Wi = 1, (4)

состав которого приведён в табл. 2.

Таблица 2 - Состав интегрального индекса качественно-технологической устойчивости

Показатель

Содержание

Источник данных

k 1

Доля критических переделов, обеспеченных решениями высокой зрелости

Реестр критических переделов, табл. 1

k 2

Средневзвешенное значение C pk по ключевым параметрам качества продукции

Данные лабораторного контроля, АСУ ТП

k 3

Нормированный индекс Нельсона

Технологическая схема завода [8; 9]

k 4

Коэффициент технической готовности оборудования критических установок

Отчётность службы главного механика

k 5

Доля предупредительных затрат в общей структуре затрат на качество

Управленческий учёт

Составлено авторами.

Весовые коэффициенты определяются экспертным путём с учётом конфигурации завода и структуры его продуктовой корзины; для предприятия топливного профиля вес k2 будет заведомо выше, чем для завода, ориентированного на выпуск масел. Показатель не претендует на замену отраслевых методик оценки конкурентоспособности [9] и дополняет их ровно одним измерением, которого в них нет, – устойчивостью качества к смене технологической базы. Его приклад- ная ценность видится в трёх применениях: сопоставление заводов внутри вертикально интегрированной компании, обоснование очерёдности инвестиционных программ, отслеживание результативности замещения в динамике.

Прямой экономический эффект даёт сокращение доли несоответствующей продукции и снижение величины технологического запаса по качеству, который завод вынужден держать при высокой вариативности процесса. Приведённый выше пример показывает порядок величин: разница между C pk = 0,83 и C pk = 1,33 составляет примерно 0,6 % отгрузки против 0,003 %.

Не менее существенно сохранение неценовых преимуществ. Однородность партий и предсказуемость характеристик остаются основным аргументом в отношениях с потребителями и на внутреннем рынке, и на рынках дружественных стран, где конкуренция с альтернативными поставщиками обостряется. Добавим сюда инвестиционную привлекательность: формализованная процедура квалификации замещающих решений служит для инвестора и кредитора свидетельством управляемости технологического перехода и влияет на оценку компании инвесторами и кредиторами.

Существует и эффект, выходящий за границы предприятия. Завод, способный квалифицировать отечественное решение и участвовать в его доводке, формирует спрос на качественную отечественную продукцию и возвращает разработчику ту обратную связь, без которой лабораторная разработка не доходит до промышленного уровня. Проблема масштабирования, отмечаемая в зарубежных обзорах как общая для отрасли [12], в российских условиях решается именно так. Система менеджмента качества отдельного НПЗ оказывается при таком взгляде элементом механизма реализации технологического суверенитета, заявленного в стратегических документах [1; 2].

Проведённое исследование позволяет сформулировать следующие выводы.

Первое. В условиях технологического суверенитета роль управления качеством меняется. Из системы подтверждения соответствия оно превращается в механизм, который обеспечивает актуализацию технологической базы, в том числе замещение импортных решений, без потери конкурентных позиций предприятия.

Второе. Специфика нефтепереработки – жёсткая регламентация продукции при высокой технологической зависимости вторичных процессов – приводит к тому, что ключевым конкурентным параметром становится не средний уровень качества, а его стабильность. Показатели, фиксирующие только среднее, это не отражают.

Третье. Предложенный инструментарий (матрица выбора режима, процедура квалификации на основе индексов воспроизводимости, интегральный индекс качественно-технологической устойчивости) позволяет встроить технологическое замещение в действующие процессы СМК и принимать решения о переводе переделов на новую основу по измеримому критерию.

Четвёртое. Развитая система менеджмента качества является не сопутствующим условием, а предпосылкой реализации политики технологического суверенитета на уровне отдельного предприятия.

Направления дальнейшей работы видятся следующими:

  • -    калибровка весовых коэффициентов интегрального индекса на данных действующих НПЗ;

  • -    обоснование отраслевых пороговых значений индексов воспроизводимости для ключевых параметров качества моторных топлив;

  • -    сопряжение предложенной процедуры с цифровыми системами мониторинга технологических процессов;

  • -    оценка экономической эффективности предупредительных затрат на квалификацию замещающих решений в сопоставлении с потерями от внутреннего и внешнего брака.