Власть и предпринимательство в России: проблема взаимоотношений во второй половине XIX в

Проблема взаимоотношений предпринимательства и власти обусловлена существованием объективного противоречия, заключающегося в различии целей и содержания государственной политики и частнохозяйственной деятельности. Если политика как инструмент осуществления властных полномочий нацелена на удовлетворение потребностей больших социальных групп (в современных условиях большинства населения) и предполагает использование методов государственного регулирования деловой активности, то предпринимательство главным образом направлено на достижение личных интересов и предпочитает свободу от всяких ограничений. «Частный личный интерес, – утверждал В.О. Ключевский, – по природе своей наклонен противодействовать общему благу. Между тем человеческое общежитие строится взаимодействием обоих вечно борющихся начал» [1, с. 57].

На протяжении веков вопрос о степени вмешательства государства в предпринимательскую деятельность ставился и решался в разных странах в пользу то одной стороны, то другой в зависимости от конкретно-исторических условий. Во второй половине XX – начале XXI в. общемировой тенденцией стало возрастание регулирующей роли власти в социально-экономической и других сферах общественной жизни.

В современной России вопрос о степени вмешательства государства в предпринимательскую деятельность приобрел особую актуальность. Это вызвано необходимостью выхода страны из глубокого системного кризиса, обусловленного политикой либерального реформаторства, проводимого в последние десятилетия. Либеральные реформы 1990-х гг. привели к глубокому промышленному спаду, резкому социальному расслоению, катастрофическому снижению жизненного уровня большинства населения, сращиванию государственных и мафиозных структур, тяжелой криминогенной и демографической ситуации, обусловившим уменьшение авторитета власти.

В начале XXI в. руководство Российской Федерации попыталось изменить положение в рамках нового консервативного курса и осуществило ряд мер, направленных на укрепление вертикали власти, устранение региональных центробежных и сепаратистских тенденций, улучшение деятельности государственного аппарата, преодоление кризисных явлений в промышленности, аграрном секторе, системе образования и здравоохранении. Принятые меры позволили стабилизировать политическую ситуацию в стране, придать экономике большую стабильность и несколько снизить социальную напряженность в обществе. Однако они не только не вывели общество из системного кризиса, но и породили новые противоречия, поскольку правительство сделало основную ставку на усиление государственного регулирования, свертывание творческой инициативы и предприимчивости.

Следствием политики неоконсерватизма стало возрождение в практике государственного управления некоторых архаичных черт, характерных для прежней отечественной модели: консервативной закрытой политической системы управления, многочисленного и неподконтрольного обществу чиновно-бюрократического аппарата, монополизма государственных и крупных частных корпораций. Построенная на противоречивых основаниях социально-политического консерватизма и экономического либерализма система государственного управления и хозяйствования вызывала обострение социальных противоречий, блокировала реформаторские усилия прогрессивной части правительственного аппарата и других субъектов модернизации, препятствовала динамичному индустриальному росту и общественному прогрессу Российской Федерации.

Очевидный провал либерального реформаторства и несоизмеримо высокая цена рыночных реформ для большинства населения вызвали интерес к отечественному опыту преодоления кризисных явлений, месту и роли в социально-экономическом прогрессе предпринимательства, его взаимоотношениям с самодержавием.

Рассматриваемая в данной статье проблема не получила в литературе однозначной трактовки. В советский период ей посвящались монографии либо отводилось видное место в обобщающих трудах по экономической истории России [2; 3; 4; 5]. Однако на содержание большинства работ того времени известный отпечаток наложил пресловутый «классовый подход», ориентировавший исследователей на выявление преимущественно негативных сторон предпринимательства, обличение эксплуататорской сущности буржуазии.

В постсоветский период историографическая ситуация заметно улучшилась, расширилась тематика исторических исследований, значительно вырос интерес ученых к истории делового мира России, что обусловило появление большого числа публикаций, в том числе ряда обобщающих работ по истории отечественного предпринимательства [6; 7; 8; 9; 10; 11; 12; 13; 14]. Однако рассматриваемая проблема, по нашему мнению, не получила достаточной научной разработки.

Из всего многообразия взглядов и мнений специалистов, пишущих на эту тему, условно можно выделить два основных подхода – западнический либеральный («западноцентристский») и государственно-патриотический. Сторонники первого, игнорируя конкретно-исторические особенности развития делового мира и преувеличивая трудности для деятельности российских предпринимателей в прошлом и теперь, склонны приписывать государственным структурам едва ли не врожденное стремление к ограничению экономической свободы деловых людей [15; 16]. Такой подход ведет к распространению ложных стереотипов и мифов, препятствует объективному изучению истории предпринимательства, современному прочтению и использованию прошлого опыта взаимодействия государства и делового мира России. Другие подходят к оценке положения отечественного предпринимателя реалистичнее и объективнее первых, справедливо увязывая ограничения и бюрократические стеснения предпринимательства, существовавшие в дореволюционном российском законодательстве и правоприменительной практике, с особенностями культурно-исторического развития Российской империи [17; 18; 19; 20; 21; 22; 23; 24; 25].

Помимо отмеченного объективного противоречия отношения между отечественной властью и предпринимательством осложняли специфические условия, вызванные культурно-историческими факторами и национальными традициями, заложенными в Российской империи. Нет необходимости подробно останавливаться на этом вопросе, поскольку он достаточно полно освещен в литературе [26; 27; 28; 29; 30]. Отметим здесь лишь то, что представляется важным для выяснения рассматриваемой в данной статье проблемы.

Развитие предпринимательской деятельности в ту или иную эпоху определяется влиянием комплекса объективных (географических, природно-климатических, социальных и духовных) и субъективных (связанных с личными качествами правителей России) факторов и другими историческими обстоятельствами. Среди них сложно, а подчас невозможно, выявить главные и второстепенные, поскольку на разных исторических этапах их комбинация и степень воздействия менялись. Попытки выделить из множества факторов важнейшие, определяющие развитие предпринимательства (как и страны в целом, ее экономики, характера народа) на протяжении истории, приводят к их абсолютизации и неверным выводам. Субъективных заключений можно избежать при использовании в исследованиях комплексного подхода, предполагающего выделение и учет совокупности наиболее значимых параметров, характерных для данного периода и конкретного региона (от экономической политики до местных природно-географических условий включительно).

Сразу заметим, что в Западной Европе условия для развития предпринимательства были значительно благоприятнее, чем в России. Предпочтение здесь изначально отдавалось индивидуальной частной собственности, акционерным обществам, компаниям и кооперативам. Принцип неприкосновенности частной собственности, индивидуализм всегда были доминантами западного менталитета.

В России условия для развития предпринимательства на протяжении веков были сложными и противоречивыми, что объясняется многими природно-географическими, геополитическими, социальными и духовными предпосылками. В связи с некоторыми из них (трудными условиями географической среды, низким плодородием почвы, периодическими неурожаями, ча- стыми войнами и т. д.) государство приобрело особое положение «творца» гражданского общества, регулятора социально-политических, экономических и духовных процессов. В результате совокупного влияния этих и других факторов в нашей стране утвердились сильное государственное начало, приоритет государственного над частным. Российские предприниматели были вынуждены приспосабливаться к окружающей экономической и социокультурной среде, диктату властных структур. Самодержавие традиционно использовало деловую активность, материальные и финансовые ресурсы предпринимательского класса в собственных интересах, в целях наращивания экономической и военной мощи государства, завоевания и поддержания статуса мировой державы. При этом оно рассматривало буржуазию в качестве второстепенного сословия, отдавая предпочтение дворянству как своей главной социальной опоре.

Во второй половине XIX в. политика самодержавия по отношению к предпринимательству в целом с точки зрения его стратегических целей практически не изменилась. Правда, в середине XIX в. внутри управленческой элиты уже не было единства в этом вопросе. На протяжении второй половины указанного столетия внутри правящей элиты при выработке и реализации экономической политики боролись за влияние на монарха «продворянское» (консервативно-охранительное) политическое крыло, основные приверженцы которого составляли ближайшее окружение царя и входили в состав влиятельных министерств (императорского двора, военных дел и др.), и «пробур-жуазное» (либерально-реформаторское), многие представители которого в середине XIX в. и начале реформ 1860–1870-х гг. служили в министерствах государственных имуществ, внутренних дел, юстиции и морском ведомстве, канцелярии Государственного совета и др. [31, с. 128] .

Невозможно точно определить их численный состав и степень влияния каждой из названных групп в государственном аппарате, поскольку соотношение сил постоянно колебалось весь исследуемый период. Гораздо важнее социально-экономические последствия борьбы либералов и консерваторов, поскольку именно они наряду с другими социально-политическими проблемами привели страну в начале XX в. к известным революционным событиям. Главным результатом противодействия двух течений были непоследовательность и противоречивость пореформенной экономической политики, отмеченные многими российскими учеными [32, с. 38–58, 73; 33, с. 117–126, 227–243, 282–294].

Вообще говоря, достижение желаемого результата в борьбе за определение приоритетов экономической политики в правительстве зависело от состояния общеполитической ситуации, личных качеств министра финансов, поддержки его программы самодержцем и т. д. Тем не менее при известном превосходстве позиций консерваторов в разработке курса внутренней и внешней политики их роль в формировании экономической политики после убийства Александра II была уже не столь заметной. Примечательно, что по мере развития и углубления товарно-рыночных, капиталистических отношений участие Министерства финансов в развитии экономики страны (за исключением аграрной сферы) возрастало, распространяясь на новые области общественной жизни. Но одновременно с этим частнохозяйственная деятельность подвергалась все более изощренному государственному регулированию. Однако российская буржуазия не только не проявляла недовольства, но и в конце 1880-х – 1890-е гг. была вполне удовлетворена политикой Министерства финансов, возглавляемого И.А. Вышнеградским, а позднее – С.Ю. Витте. Хорошо понимая значение частной инициативы для экономического прогресса, они всемерно стимулировали предпринимательство [34, с. 68–69; 35, с. 280, 328, 356, 357].

Анализ литературы показал, что в отношениях самодержавного правительства и делового мира в пореформенной период выделись два этапа, означающие одновременно и два периода модернизации экономики российской истории.

Первый этап (1861 – начало 1880-х гг.) характеризовался относительно свободным развитием капитализма. Второй период (середина 80-х гг. – начало XX в.) отмечен усилением вмешательства государства в частнопредпринимательскую деятельность. При этом содержание экономической политики российского правительства существенно менялось, как было сказано, в зависимости от складывающихся на каждом из этапов объективных и субъективных факторов.

Проблема взаимоотношений российской власти и предпринимательства не сводится лишь к содержанию экономической политики. В пореформенный период окончательно сложился специфический механизм регулирования экономики. В рассматриваемый этап (как и в предшествующие века) управление осуществлялось посредством прямого государственного вмешательства с помощью, с одной стороны, обширного государственного сектора экономики, а с другой – косвенных, законодательных методов. Важнейшим рычагом воздействия на экономику становится налоговое и внешнеэкономическое регулирование. В соответствии с государственными интересами устанавливаются пошлины, таможенные сборы, налоговые ставки и льготы. Сформировался протекционистский характер внешнеэкономической политики, при определенных колебаниях (в сторону либерализма или запретительства) сохранявшийся вплоть до 1917 г. В сфере налогообложения преобладали фискальные принципы, в силу которых власть нередко жертвовала интересами развития торговли и промышленности в целях пополнения казны.

В отличие от коммерческого права европейских стран отечественное торгово-промышленное право, по мнению И.В. Поткиной, не выделилось в особый торговый кодекс, в основу которого были положены институты и категории так называемого «римского частного права». Экономические отношения в России регулировались нормами специальных уставов (Устава торгового, Устава о промышленности, Устава о прямых налогах, Устава кредитного, Общего устава железных дорог и т. д.), а также отдельных законов [36, с. 22].

Во второй половине XIX в. предпринимались неоднократные попытки модернизации устаревшего законодательства, но завершить в полном объеме работу так и не удалось. Этому препятствовали несовершенство системы управления государством и экономикой (отсутствие единого управления деятельностью отдельных министерств, конкуренция и отстаивание ими узковедомственных интересов и др.); ожесточенное сопротивление консерваторов; издержки в законотворчестве, которые проявлялись в запоздалом реагировании на требования времени, бюрократическом затягивании с принятием необходимых актов [37, с. 54, 69, 85; 38, с. 52–60, 82–86, 93–95]. В результате общее законодательство, призванное регулировать предпринимательскую деятельность, зачастую подменялось ведомственным (сепаратным), широко применялись административные рычаги. Вследствие этого общее законодательство в ряде отраслей экономики не модернизировалось более полувека и часто не соответствовало ее потребностям [39, с. 43].

Правовая необеспеченность предпринимательства имела неоднозначные последствия. С одной стороны, она стесняла предпринимательскую деятельность, способствовала распространению коррупции в аппарате управления, а с другой – «вызывала рост нижнего предела прибыли, делавшего выгодным, а следовательно, и возможным капиталистическое предпринимательство – вложение капиталов в промышленность» [40, с. 25]. Впрочем, дешевизна рабочих рук в России на протяжении веков являлась (и является) характерной и привлекательной особенностью как для отечественных бизнесменов, так и для зарубежных.

Отмечая недостатки официального законотворчества в сфере экономики, не следует преувеличивать степень консерватизма российского торгово-промышленного законодательства. Хотя в нем содержалось большое число ограничительных статей, препятствовавших деловой активности отдельных этноконфессиональных социальных групп, продиктованных политическими причинами, многие ограничения, связанные со служебным положением чиновников высших рангов таможенного и акцизного ведомств, военных, духовенства, были оправданы, способствовали предупреждению корыстных злоупотреблений [41, с. 28–30, 34–37; 42, с. 48]. В процессе развертывания рыночных отношений государственные органы дополняли законодательство новыми статьями, призванными развивать частную инициативу, придавать более цивилизованный характер предпринимательству.

Важным инструментом регулирования экономических отношений в России являлся мощный государственный сектор экономики, который к концу XIX в. значительно усилился. Он включал более 30 % всех земель, 60 % лесов, горнодобывающие и металлургические предприятия Алтая, Сибири и Урала, пороховые, оружейные и другие военные производства, почтовую и телеграфную связь, а в конце 90-х гг. – и около 70 % железных дорог. Удельный вес казенного сектора в доходах госбюджета в пореформенный период неуклонно увеличивался. Так, в конце XIX в. (до 1917 г.) казенный сектор давал примерно половину бюджетных доходов. Значимую роль в формировании доходов казны играли также связь, торговля. Продажа спирта, водки и вина составляла монополию государства. Прибыли от принадлежащих казне капиталов и банковских операций возросли с 1892 по 1913 г. с 10 до 39 млн руб. [43, с. 106; 44, с. 182–185; 45, с. 324].

Таким образом, взаимоотношения самодержавия и предпринимательства во второй половине XIX в. были достаточно сложными и противоречивыми. Верхний элитный слой делового мира имел высокую степень свободы, пользуясь особыми преимуществами и льготами, подчас превосходящими социальные выгоды правящей бюрократической верхушки и дворянства, в то время как средний и нижний слои такой свободы не имели. Экономическая политика самодержавного правительства, учитывавшая российские культурно-исторические традиции и отражавшая борьбу консервативно-охранительных и либерально-реформистских тенденций, была крайне жесткой и негуманной по отношению к трудящимся и потому не смогла решить многих социально-экономических проблем. Тем не менее такие ее элементы, как таможенное покровительство промышленности, привлечение иностранных инвестиций в промышленность и другие сферы экономики, поддержка отдельных товаропроизводителей, некоторые законодательные акты, регулировавшие предпринимательство, актуальны для современной России.

Ссылки:

• 1.   Ключевский В.О. Курс русской истории // Сочинения : в 9 т. М., 1987–1989. Ч. 1–5.

• 2.   Гиндин И.Ф. Государственный банк и экономическая политика царского правительства. М., 1960. 415 с.

• 3.    Лаверычев В.Я. Государство и монополии в дореволюционной России: Проблема вмешательства абсолютистского государства в экономическую жизнь и воздействие капиталистических монополий на государственный аппарат. М., 1982. 200 с.

• 4.    Лаверычев В.Я. Крупная буржуазия в пореформенной России. 1861–1900. М., 1974. 252 с.

• 5.   Шепелев Л.Е. Царизм и буржуазия во второй половине XIX века. Л., 1981. 275 с.

• 6.  Ананьич Б.В., Ганелин Р.Ш. Сергей Юльевич Витте и его время. СПб., 1999. 430 с.

• 7.    Афанасенко И.Д. Россия в потоке времени. История предпринимательства. СПб., 2003. 512 с.

• 8.   Барышников М.Н. Деловой мир России: Историко-биографический справочник. СПб., 1998. 448 с.

• 9.   История предпринимательства в России : в 2 т. Кн. вторая (вторая половина XIX – начало XX века). М., 1999. 575 с.

• 10.    История экономического развития России : учеб. пособие / под ред. А.К. Шуркалина. М., 2000. 208 с.

• 11.    Кузьмичев А.Д., Шапкин И.Н. Отечественное предпринимательство: Очерки истории. М., 1995. 192 с.

• 12. Помпеев Ю.А. История и философия отечественного предпринимательства. СПб., 2003. 272 с.

• 13. Предпринимательство и предприниматели России. От истоков до начала XX века / редкол.: В.И. Бовыкин и др. М.,

  1997. 344 с.

• 14. 1000 лет русского предпринимательства. Из истории купеческих родов. М., 1995. 479 с.

• 15.    Сущенко В.А. История российского предпринимательства : учеб. пособие. Ростов н/Д., 1997. 256 с.

• 16.    Хорькова Е.П. История предпринимательства и меценатства в России : учеб. пособие. М., 1998. 496 с.

• 17.    Дойников И.В. Предпринимательское право : учеб. пособие. М., 2000. 448 с.

• 18.    История предпринимательства в России : в 2 т. Кн. вторая …

• 19.    История экономического развития России …

• 20.    Эволюция российской ментальности / Э.С. Кульпин, В.В. Клименко, В.И. Пантин, Л.М. Смирнов. М., 2005. 188 с.

• 21.    Пантин В.И. Волны и циклы социального развития: Цивилизационная динамика и процессы модернизации. М., 2004. 246 с.

• 22. Помпеев Ю.А. Указ. соч.

• 23. Предпринимательство и предприниматели России …

• 24.    Рязанов В.Т. Экономическое развитие России. Реформы и российское хозяйство в XIX–XX вв. СПб., 1998. 796 с.

• 25.    Степанов В.Л. Н.Х. Бунге: Судьба реформатора. М., 1998. 398 с.

• 26.    История предпринимательства в России : в 2 т. Кн. вторая …

• 27.    Кузнецов В.Н. Исторические условия и особенности развития предпринимательства в России (К постановке проблемы) // Клио. 2001. № 3 (15).

• 28.    Кузнецов В.Н. Предпринимательство и процессы модернизации Российской империи во второй половине XIX века (На материалах Северо-Западного района). СПб., 2014. 312 с.

• 29. Помпеев Ю.А. Указ. соч.

• 30. Предпринимательство и предприниматели России …

• 31.    См. подробнее: Кузнецов В.Н. Основные направления и особенности экономической политики Российской империи во второй половине XIX века // Кибернетика и информатика : сборник научных трудов к 50-летию секции кибернетики Дома ученых им. М. Горького РАН. СПб., 2006.

• 32.    Ананьич Б.В., Ганелин Р.Ш. Указ. соч. С. 38–58, 73.

• 33.    Степанов В.Л. Указ. соч. С. 117–126, 227–243, 282–294.

• 34.    Ананьич Б.В., Ганелин Р.Ш. Указ. соч. С. 68–69.

• 35.    Степанов В.Л. Указ. соч. С. 117–126, 227–243, 282–294.

• 36. История предпринимательства в России : в 2 т. Кн. вторая … С. 22.

• 37. Ананьич Б.В., Ганелин Р.Ш. Указ. соч. С. 54, 69, 85.

• 38.    Шепелев Л.Е. Царизм и буржуазия … С. 52–60, 82–86, 93–95.

• 39.    Шепелев Л.Е. Чиновный мир России: XIX – начало XX в. СПб., 1999. 479 с.

• 40.    Шепелев Л.Е. Царизм и буржуазия … С. 25.

• 41.    История предпринимательства в России : в 2 т. Кн. вторая … С. 28–30, 34–37.

• 42.    Предпринимательство и предприниматели России … С. 48.

• 43.    История экономического развития России … С. 106.

• 44.    Лященко П.И. История народного хозяйства СССР : в 2 т. Т. 2. М., 1948. 739 с.

• 45.    Хорькова Е.П. Указ. соч. С. 324.