Воробьиные птицы Passeriformes национального парка «Бузулукский бор»

Известный авифаунистический комплекс национального парка «Бузулукский бор» включает 184 вида птиц, из которых самыми многочисленными – 83 вида, или 45.1% – являются воробьиные Passeriformes (см. таблицу). По характеру пребывания 65 (78.3% из 83) видов воробьиных считаются гнездящимися, из них 44 перелётные, а 21 вид встречается и зимой. С учётом 5 видов, отмеченных здесь только во время сезонных миграций, общее количество пролётных видов достигает 49 (59.0%), а с учётом 11, отмечаемых только зимой, численность зимнего комплекса птиц парка составит 32 (38.6%) вида. Кроме того, ещё 2 вида (2.4%) считаются залётными.

38 (45.9%) видов воробьиных являются представителями европейского типа фауны. Однако если учесть, что ареалы ещё 12 (14.3%) видов до начала ледникового периода простирались от Европы до Дальнего Востока, то окажется, что количество видов фаунистического комплекса широколиственных лесов умеренного пояса Евразии достигнет 50 (60.3%). Представителей бореального фаунистического комплекса в составе авифауны парка насчитывается 18, а с учётом 2 транспалеарктов общее число обитателей хвойных лесов Северной Евразии составит 20 (24.1%). К средиземноморскому типу фауны относятся 9 (10.8%) видов, среднеазиатско-монгольскому – 3 (3.6%) и арктическому – 1 (1.2%) вид (Штегман 1938; Степанян 2003; Рябицев 2008).

В экологическом плане 53 (63.8%) вида воробьиных нацпарка являются типичными дендрофилами, 17 (20.5%) считаются эвритопными видами, населяющими и другие сообщества с фрагментами древесно-кустарниковой растительности, в основном окрестности водоёмов населяют 5 (6.0%), открытые ландшафты – 3 (3.6%), ещё 3 (3.6%) вида являются типичными синантропами и 2 (2.4%) – склерофилами.

Из отмеченных на территории Бузулукского бора воробьиных 3 вида считаются редкими и занесены в Красные книги Оренбургской (2019) и Самарской (2019) областей, 3 вида внесены в Красную книгу Российской Федерации (2021). Кроме того, состояние популяций 10 оренбургских и 6 самарских видов подлежит государственному мониторингу. Таким образом, суммарно состояние популяций 13 (15.6%) видов воробьиных птиц, известных на территории Оренбургской области и 9 (10.8%) видов, обитающих на территории Самарской области, в настоящее время нуждаются в специальной охране.

Видовой состав воробьиных птиц Passeriformes национального парка «Бузулукский бор»

Вид	ФК	ХП	Пойма реки Самары		Бузулукский бор
			18-20 века	21 век	18 век -1919	19201940	19411965	19661999	20002025
Береговушка Riparia riparia	Ек	Гн Пр	+	Об?	+	-?	Мл	Мл?	Мл
Деревенская ласточка Hirundo rustica	Са	Гн Пр	+	Мл	Мл	Мл	Мл	Мл?	Мл
Лесной жаворонок Lullula arborea	Е	Гн Пр	+	+	+	Мл	Об	Об.	Об
Белокрылый жаворонок Melanocorypha leucoptera	Са	Гн Пр	-	-	-?	Мл	Мл-	-	-
Полевой жаворонок Alauda arvensis	См	Гн Пр	+?	+?	+	Мл	Мл?	Мл?	Об?
Лесной конёк Anthus trivialis	Е	Гн Пр	+	Мн	Мн?	Мн	Мн	Мн?	Мн
Жёлтая трясогузка Motacilla flava	Ек	Гн Пр	+?	+?	-	-	-	-	Мл
Белая трясогузка Motacilla alba	Ек	Гн Пр	+	+	+	Об	Об	Об?	Об?
Жулан Lanius collurio	См	Гн Пр	+	Мл	Об?	Мл	Мл	Об?	Мл
Чернолобый сорокопут Lanius minor	Е	Гн Пр	+	Р	Об?	Мл	Мл	+?	Р
Серый сорокопут Lanius excubitor	См	Гн Зм	+	Р	+	Мл	Мл	+?	Р
Иволга Oriolus oriolus	Е	Гн Пр	+	+	Об?	Мл	Мл	Мл?	Мл
Скворец Sturnus vulgaris	Е	Гн Пр	+	+?	Мн?	Мн-Мл	Об	Об	+?
Сойка Garrulus glandarius	Ек	Гн Ос	+	Мл	+	Об?	Об?	Мл?	Мл
Сорока Pica pica	Ек	Гн Ос	+	Об	Мн	Мн-Об	Об	Об?	Об
Кедровка Nucifraga caryocatactes	Б	Зл	-	-	-	Мл	-	-	-
Галка Corvus monedula	Е	Гн Зм	+	+	+	Мн	Мн	Об?	Об
Грач Corvus frugilegus	См	Пр	+	+?	+	Мл	+	+	+
Серая ворона Corvus cornix	Е	Гн Ос	+	Мл	+	Об	Об	Об?	Об
Ворон Corvus corax	Тп	Гн Ос	+	+?	+	Мл	Мл	Мл?	Мл
Свиристель Bombycilla garrulus	Б	Пр Зм	+	+?	+	Мл	Мл	Мл?	Мл
Лесная завирушка Prunella modularis	Е	Гн? Пр	+?	+?	+?	+?	Об?	+?	Мл
Речной сверчок Locustella fluviatilis	Е	Гн Пр	Об	Об	+	Об	Об?	Об?	Об?
Садовая камышевка Acrocephalus dumetorum	Са	Гн? Пр	?	?	?	?	?	?	Мл
Дроздовидная камышовка Acrocephalus arundinaceus	Ек	Гн? Пр	?	?	?	?	?	?	Мл
Северная бормотушка Iduna caligata	См	Гн Пр	+	+?	+	Мл	Мл	Мл?	+?
Зелёная пересмешка Hippolais icterina	Е	Гн Пр	+	Мл	+?	+?	+?	+?	Мл
Славка-черноголовка Sylvia atricapilla	Е	Гн Пр	+	+	+	Мл	Об?	Мл?	+
Садовая славка Sylvia borin	Е	ГнПр	+	+	+	Об	Об?	+	Об?
Серая славка Sylvia communis	Е	Гн Пр	+	+	Об	Об	Об	Об?	Об?
Славка-мельничек Sylvia curruca	Е	Гн? Пр	+	+?	+	Об	+?	+?	+?
Весничка Phylloscopus trochilus	Е	Гн Пр	+	+?	+	Об	Об	+?	+?
Теньковка Phylloscopus collybita	Б	Гн Пр	Об	Об?	Об	Об	Об?	Об?	Об?
Трещотка Phylloscopus sibilatrix	Е	Гн Пр	+	+	+	Мл	Мл	+?	Мл
Зелёная пеночка Phylloscopus trochiloides	Б	Гн Пр	+	+?	+	Мл	Мл	+?	+?
Желтоголовый королёк Regulus regulus	Б	Пр Зм	+	+?	+	Мл	+?	+?	Мл
Мухоловка-пеструшка Ficedula hypoleuca	Е	Гн Пр	+	Об?	+	Мн	Мн	Об	Об
Мухоловка-белошейка Ficedula albicollis	Е	Гн Пр	?	+?	?	?	?	?	Мл
Малая мухоловка Ficedula parva	Е	Гн Пр	-	-	-	Мл	?	?	Мл
Серая мухоловка Muscicapa striata	Е	Гн Пр	+	Мн?	Об	Об	Об	Об?	Об?
Луговой чекан Saxicola rubetra	Е	Гн Пр	+	+?	+	Об	Об	+	+?
Обыкновенная каменка Oenanthe oenanthе	См	Гн Пр	-	+?	?	Мл	+?	+?	+?
Обыкновенная горихвостка Phoenicurus phoenicurus	Е	Гн Пр	+	+	+	Об	Об	Об?	Об?
Горихвостка-чернушка Phoenicurus ochruros	Е	Гн Пр	-	+?	-	-	-	-	Об?
Зарянка Erithacus rubecula	Е	Гн Пр	+?	+	+?	Об	Мл	+	Мл?
Соловей Luscinia luscinia	Е	Гн Пр	Об	Об?	+	Об	Об	Об?	Об?
Варакушка Luscinia svecica	Ек	Гн Пр	+	+	+	Мл	Мл	+	+

Окончание таблицы

Вид	ФК	ХП	Пойма реки Самары		Бузулукский бор
			18-20 века	21 век	18 век -1919	19201940	19411965	19661999	20002025
Рябинник Turdus pilaris	Б	Гн Зм	+	Мл	+	Об	Об?	+	Мл
Чёрный дрозд Turdus merula	Е	Гн Пр	+	Мл	+	Мл	Мл	Мл	Мл
Белобровик Turdus iliacus	Ек	Пр	+?	+?	+?	Мл	Мл	+?	+?
Певчий дрозд Turdus philomelos	Е	Гн Пр	+	+?	+	Мл	Мл	+?	+?
Деряба Turdus viscivorus	Е	Гн Пр	+	+?	+	Об	Об?	+?	+?
Ополовник Aegithalos caudatus	Ек	Зм	+	Мл	+	Мл	Мл	+	Мл
Ремез Remiz pendulinus	См	Гн? Пр	Мл	-	-	-	Мл?	-	-
Болотная гаичка Poecile palustris	Ек	Зм	+?	Мл	?	?	?	?	Мл?
Пухляк Poecile montanus	Б	Гн? Ос	+	Об	+	?	?	?	Мн
Хохлатая синица Lophophanes cristatus	Е	Зм	?	?	-	-	-	-	Мл
Московка Periparus ater	Б	Гн? Зм	?	?	?	?	?	?	Мл
Лазоревка Cyanistes caeruleus	Е	Гн? Ос	+	Об?	+	Мл	Мл	+?	Об
Князёк Cyanistes cyanus	Ек	Зм	?	?	+?	Мл	Мл	Мл?	Р?
Большая синица Parus major	Ек	Гн Ос	+	Об	+	Мн	Мн	Мн ?	Мн
Поползень Sitta europaea	Б	Гн Зм	+	Мл	+	Мл	Мл	Мл?	Об
Пищуха Certhia familiaris	Тп	Гн Зм	+?	Мл	+?	Мл	Мл	Мл?	Мл
Домовый воробей Passer domesticus	См	Гн Ос	Мл	Мл	+	Мл	Мл	Об?	Об
Полевой воробей Passer montanus	См	Гн Ос	+	Об	+	Об	Об	Об?	Мн?
Зяблик Fringilla coelebs	Е	Гн Пр	+	Об	Мн?	Мн	Об	Об?	Об
Юрок Fringilla montifringilla	Б	Пр	?	?	?	Мл	?	?	?
Зеленушка Chloris chloris	Е	Гн Зм	+	Мл	+	Мл	Мл	Мл?	Мл
Чиж Spinus spinus	Б	Гн Зм	+	Об	+	Мл	Мл?	+	Об?
Щегол Carduelis carduelis	Е	Гн Зм	+	Мл	+	Мл	Об?	+?	Мл
Коноплянка Linaria cannabina	Е	Гн? Зм	-	-	-	-	-	-	Мл
Чечётка Acanthis flammea	Б	Пр З	+	Об	+	Мн	Мл?	+?	Об
Чечевица Carpodacus erythrinus	Б	Гн Пр	+	+	Об?	Об	Об	+	Об?
Щур Pinicola enucleator	Б	Пр Зм	-	-	Мл	Мл	Мл	+?	+?
Клёст-сосновик Loxia pytyopsittacus	Е	Зм	-	-	+?	Мл	+?	Мл	?
Клёст-еловик Loxia curvirostra	Б	Гн Зм	+?	-?	+?	-?	-?	Мл	-?
Обыкновенный снегирь Pyrrhula pyrrhula	Б	Пр Зм	+	Об	+	Мл	Мл?	+?	Об?
Серый снегирь Pyrrhula cineracea	Б	Зл	-	-	-	-	-	-	Мл
Дубонос Coccothraustes coccothraustes	Ек	Гн З	+	+?	Мл	Мл	Мл	+?	Мл?
Обыкновенная овсянка Emberiza citrinella	Е	Гн Пр	+	+	Об	Об	Об	Об?	Об?
Садовая овсянка Emberiza hortulana	Е	Гн Пр	+	Об?	+	Мн?	Об	Об?	Об?
Овсянка-ремез Ocyris rusticus	Б	Зм	?	?	+	?	?	?	Р
Пуночка Plectrophenax nivalis	Ар	Зм	+?	+??	+	Мл	Мл	?	Мл

Условные обозначения: ФК – фаунистические комплексы: Е – европейский, Ек – европейско-китайский, Б – бореальный, Тп – транспалеарктичский, Ар – арктический, См – средиземноморский, Са – центральноазиатский, М – монгольский; ХП – характер пребывания: Гн – гнездящийся, Пр – пролётный, Зм – зимующий, Зл – залётный, Ос – оседлый; Численность: Мн – многочисленный, Об – обычный, Мл – малочисленный, Р – редкий, + – вид присутствует, но численность не установлена, ? – пребывание требует доказательства, (-) – вид отсутствует.

Динамика видового состава и численности

На основе литературных данных, а также фондовых материалов архива национального парка «Бузулукский бор» и личных наблюдений авторов прослеживаются изменения видового состава и обилия воробьиных птиц по 5 гидроклиматическим периодам, определяющим состояние экосистем региона и их фаунистических комплексов с конца XIX столетия.

Деревенская ласточка Hirundo rustica. Гнездится во всех населённых пунктах региона, до середины ХХ века считалась немногочисленным видом (Карамзин 1901; Кнорре 1940; Даркшевич 1953). Освоение территории региона, несомненно, способствовало увеличению количе- ства мест, пригодных для её гнездования, хотя и сейчас она остаётся сравнительно немногочисленной, по-видимому, в связи ограниченностью площади кормовых угодий.

Береговая ласточка Riparia riparia. По обрывистым берегам рек Самары и Боровки в прошлом были известны её колонии, однако к концу 1930-х годов береговушка (в связи с усыханием большинства водоёмов) «совершенно переставала встречаться» (Кнорре 1940). Позднее её гнездование здесь возобновилось, но и в середине ХХ века она считалась немногочисленной (Даркшевич 1953). Немногочисленна она и в последние годы – по опросным сведениям, по реке Боровке известно 4 колонии (крупнейшая находится в окрестностях посёлка Колтубановский), а по реке Самаре и некоторым её крупным старицам –10-12 колоний.

Лесной жаворонок, или юла Lullula arborea. В 1927-1941 годах чаще всего встречался на старых частично облесённых гарях (Кнорре 1940), во второй половине ХХ века считался обычным (Даркшевич 1953; Лебедева 2015). Сравнительно обычным он был и в последние годы, поскольку 6 кормящихся и 2-3 поющие птицы 26 марта 1999 отмечены в окрестностях посёлка Колтубановский (Коршиков, Корнев 1999), несколько поющих особей 8-9 мая 2016 регистрировали на обочине дороги между посёлками Колтубановский и Лесное, затем 2 и 3 токующие особи 12 и 14 мая 2009, 5 участков с токующими лесными жаворонками, выводками и вторыми кладками в мае 2010 года, а несколько пар и одиночек 20 мая 2016 встречались в долине реки Танеевки; кроме того, 4 токующие птицы в середине мая 2009 и 2 выводка годом позднее отмечались западнее деревни Елховка (Морозов, Корнев 2009, 2010; Морозов 2017). В июне и июле 2023 года этих жаворонков видели также на проводах ЛЭП в долине реки Черталык (Давыгора 2023).

Белокрылый жаворонок Melanocorypha leucoptera . В Бузулукском бору был известен лишь на гари в центральной части, где гнездился в 1940 году (Кнорре, 1940). По-видимому, здесь он гнездился и в течение нескольких последующих лет, но с 1946 года перестал встречаться (Дарк-шевич 1946).

Полевой жаворонок Alauda arvensis . Ранее в небольшом числе гнездился только по окраинам бора, хотя во время пролёта встречался также по большим полянам в его центральной части (Кнорре 1940). С включением в состав национального парка и части открытых сопредельных пространств он стал здесь более обычным видом.

Лесной конёк Anthus trivialis. В прошлом отмечался как «в самых глухих местах» бора, так и «в редких кустах долины р. Боровки» (Карамзин 1901), в первой половине ХХ века считался здесь довольно многочисленным. Так, в начале июня 1940 года на 2 км маршрута в бору было отмечено 9, а в середине июня 1941 года на 8 км – 49 особей (Изучение… 1940-1941; Кнорре 1940; Даркшевич 1953). Одним из самых многочис- ленных видов национального парка «Бузулукский бор» лесной конёк является и в настоящее время.

Жёлтая трясогузка Motacilla flava . В прошлом считалась самым обычным видом по сырым берегам водоёмов Общего Сырта (Зарудный 1888). В подобных местах она, возможно, селилась и позднее, что подтверждается встречей взрослых и молодых птиц в долине реки Черта-лык (Давыгора 2023).

Белая трясогузка Motacilla alba . Основными гнездовыми стациями подобные местообитания в долине реки Боровки ранее были и для белой трясогузки, которая встречалась также в населённых пунктах и некоторых участках гарей бора (Кнорре 1940; Даркшевич 1953). Пересыхание и возрождение водоёмов в последующие годы, несомненно, сказывались на состоянии популяций этих двух видов трясогузок, которые и сейчас являются типичными обитателями подобных мест.

Жулан Lanius collurio . В прошлом чаще других сорокопутов отмечался по кустарниковым зарослям (преимущественно крушины) в долине реки Боровки, а также на частично облесённых участках гарей, лесосек и пустырей (Карамзин 1901; Кнорре 1940). Такое же соотношение видов этого семейства отмечалось в середине ХХ века (Даркшевич 1953) и сохраняется сейчас (Лебедева, Пантелеев 2000; Лебедева 2007).

Чернолобый сорокопут Lanius minor . На остепнённых участках западной гари 15-16 апреля и 19-20 мая 1940 установлено гнездование чернолобого сорокопута (Изучение... 1940-1941; Кнорре 1940). Сравнительно регулярно встречался он здесь в середине ХХ века (Даркшевич 1953), гнездящимся видом поймы реки Самары считается и в настоящее время, где его численность превышает 200 пар (Лебедева 2007, 2015).

Серый сорокопут Lanius excubitor . В разных типах разреженных лесов с опушками, полянами и гарями в феврале-марте 1930 и январе 1934 года отмечался и серый сорокопут, гнездование которого в апреле 1941 года было установлено также на территории заповедника. Обычным видом Бузулукского бора он считался в середине ХХ века (Кнорре 1940; Даркшевич 1953), не исключено, что обитал здесь и в последующие десятилетия, поскольку одиночные особи в берёзовых и широколиственных лесах поймы Самары и основном массиве самарской части нац-парка отмечались во время зимних учётов 2012, 2013 годов и позднее (Преображенская, Стопалова 2012, 2013; Лебедева 2017).

Иволга Oriolus oriolus . В прошлом была широко распространённым видом, гнездящимся в лиственных и смешанных массивах бора. Поющие птицы (пары) отмечались примерно на каждом километре маршрута (Изучение… 1940, 1941; Кнорре 1940). В разных типах леса иволга встречалась также в середине ХХ столетия (Даркшевич 1953) и, вероятно, населяла их позднее, поскольку резких изменений условий её существования здесь не наблюдалось.

Скворец Sturnus vulgaris . С 1927 года и большую часть 1930-х годов был «довольно многочисленной гнездящейся птицей в припойменной части заповедника», численность которого позднее (с наступлением засухи) постепенно уменьшалась и к концу 1930-х годов он стал редким видом (Кнорре 1940). С улучшением обводнённости территории и привлечением птиц в искусственные гнездовья скворец вновь стал обычным видом Бузулукского бора, его большие стаи отмечались в местах массовой концентрации майского хруща (Даркшевич 1953, 1977). Подобные колебания численности, очевидно, происходили и позднее, поскольку в публикациях последних лет скворец вообще не упоминается.

Сорока Pica pica . В 1927-1941 годах считалась одной из «наиболее многочисленных оседлых птиц». Её основными гнездовыми стациями в заповеднике были кустарниковые заросли в долине реки Боровки, которые «в полном смысле этого слова кишели этими птицами и их гнёздами» и 15-30-летний сосновый молодняк (Кнорре 1940). Обычным видом бора была также в середине ХХ века (Даркшевич 1953) и, вероятно, позднее, что подтверждается результатом зимних учётов. Так, в 2012 году в небольших лесных селениях и посёлке Борское насчитывалось соответственно 23.0 и 21, в широколиственном лесу 2.0, в перелесках поймы реки Самары 1.0, а в мелколиственных лесках – 0.2 ос./100 га. В 2013 году в посёлке Колтубановский отмечалось 14.0, а в перелесках по 0.8 ос./100 га (Преображенская, Стопалова 2012, 2013). Скорее всего, на таком же уровне численность сороки сохранялась и в последние годы.

Серая ворона Corvus cornix . Во всех типах леса в эти годы известно также гнездование серой вороны, хотя чаще всего она встречалась в долине реки Боровки, в окрестностях хуторов, а изредка (около 1 ос./км) и на зарастающих гарях (Изучение… 1940-1941; Кнорре 1940; Даркшевич 1953). Зимой серые вороны концентрировались преимущественно в населённых пунктах, а в типичных гнездовых стациях оставалось незначительное число этих птиц. Так, во время зимних учётов 2012 и 2013 годов в посёлке Борское насчитывалось 23.0, в Колтубановском 18.0, в небольших селениях 3.0, в перелесках поймы Самары и среди полей по 1.0 и 3.0, а в других местообитаниях – до 0.02 ос./100 га (Преображенская, Стопалова 2012, 2013).

Галка Corvus monedula . Основными гнездовыми стациями галки считались старые лиственные массивы в долине реки Боровки, «изобилующие дуплистыми деревьями» (Кнорре 1940). В таких местах в середине ХХ века и позднее гнездилось иногда в непосредственной близости по 50-100 пар. После вылета молодых крупные стаи галок отмечались в местах массовой концентрации майского хруща (Даркшевич 1953, 1977). К зиме большинство их откочёвывало южнее, а в местных населённых пунктах галки остаются в незначительном количестве – 37.0 ос./100 га (Преображенская, Стопалова 2012).

Сойка Garrulus glandarius . В высокоствольных лиственных массивах бора считалась широко распространённым видом в прошлом (Карамзин 1901; Положенцев 1935; Кнорре 1940; Даркшевич 1953) и в последующие годы. Во время зимних учётов 2012 году в небольших лесных селениях и мелколиственных участках леса насчитывалось, соответственно, 9.0 и 3.0 ос./100 га, в сосняках и лугах с перелесками поймы реки Самары – по 0.9, а в других местообитаниях – по 0.2-0.4 ос./100 га. В 2013 году в широколиственных массивах и сосняках насчитывалось соответственно по 4.0 и 0.9 ос./100 га (Преображенская, Стопалова 2012, 2013). В последние годы численность сойки резко уменьшилась и в марте 2024 года в сосняках отмечались только одиночные птицы (Барбазюк, Вель-мовский 2024).

Ворон Corvus corax . В 1927-1941 годах в заповеднике изредка (известно 2 случая) гнездился (Кнорре 1940). Малочисленным ворон был в середине ХХ века (Даркшевич 1953) и, вероятно, позднее, поскольку в 2012 и 2013 годах в посёлке Борское отмечалось 7.0, посёлке Колтуба-новский 5.0, в небольших лесных селениях 3.0, а в местах гнездования лишь 0.04-2.0 ос./100 га (Преображенская, Стопалова 2012, 2013). Примерно с такой же плотностью – 1.0 ос./100 га – ворон встречался в лесных массивах и в марте 2024 года (Барбазюк, Вельмовский 2024).

Помимо этих гнездящихся видов врановых в нацпарке в марте-апреле и в сентябре-октябре в небольшом числе наблюдались пролётные грачи Corvus frugilegus , а в октябре 1933 года в окрестностях посёлка Колтубановский добывалась залётная кедровка Nucifraga caryocatactes (Кнорре 1940).

Свиристель Bombycilla garrulus . Отмечается эпизодически, встречи небольших стаек известны зимой 1937/38 года, в 1940 (Кнорре 1940) и в начале 1950-х годов (Даркшевич 1953). Несомненно, залетали они и в последующие годы, что подтверждается их встречами 3-10 января 2012 в небольшой лесной деревушке и посёлке Борское (Преображенская, Стопалова, 2012).

Лесная завирушка Prunella modularis . Как обычный вид отмечалась в начале 1950-х годов (Даркшевич 1953). Вероятно, обитает здесь и в настоящее время, поскольку 1 октября 2023 одна птица встречена в урочище Берёзовое (Давыгора 2023).

Речной сверчок Locustella fluviatilis. Встречается в закустаренных участках пойм рек Боровки и Самары, где до середины ХХ века признавался обычным видом (Карамзин 1901; Кнорре 1940; Даркшевич 1953). Обитает он здесь и в настоящее время, причём считается, что в самарской части парка насчитывается 1.5-1.7 тыс. пар (Лебедева, Пантелеев 2000). В подобных местообитаниях и тростниковых зарослях верховий реки Карачев Муштай 28 июня 2023 отмечена дроздовидная камышевка Acrocephalus arundinaceus, а на окраине села Могутово наблюда- лась и садовая камышевка Acrocephalus dumetorum (Давыгора 2023). Кустарниковые заросли и густой подрост в смешанных и сосновых массивах бора в 1927-1941 годах считались основной гнездовой стацией северной бормотушки Iduna caligata (Кнорре 1940; Даркшевич 1953), которая обитает здесь и в настоящее время. Разреженные участки леса с подростом предпочитает зелёная пересмешка Hippolais icterina, которая чаще всего встречается в самарской части парка (Лебедева, Пантелеев 2000) и несколько реже у восточной окраины бора вблизи деревни Воронцовка (Морозов, Корнев 2010).

Из славок одним из наиболее широко распространённых видов в прошлом (Карамзин 1901; Кнорре 1940; Даркшевич 1953) считалась и, скорее всего, таким же в настоящее время является серая славка Sylvia communis . В 1927-1940 годах ей по численности лишь немногим уступала славка-мельничек Sylvia curruca (Кнорре 1940), которая, однако, в более поздних источниках даже не упоминается. Обычным гнездящимся видом кустарниковых зарослей лиственных и смешанных лесов в 1927-1940 годов, а также в середине столетия (Кнорре 1940; Даркше-вич 1953) признавалась садовая славка Sylvia borin , которая в значительном количестве (свыше 10.0 тыс. ос.) гнездится здесь и в настоящее время (Лебедева, Пантелеев 2000). В разных типах леса с хорошо выраженным подлеском изредка в 1929, затем как обычный вид в 1940, 1941 годах и середине ХХ столетия отмечалась славка-черноголовка Sylvia atricapilla (Кнорре 1940; Даркшевич 1953), которая по крайней мере эпизодически гнездится здесь и в последние годы.

Из пеночек на полянах разреженных лесов и закустаренных лугах в 1930-е годы наиболее многочисленной была весничка Phylloscopus trochilus , численность которой в течение ряда последующих лет уменьшилась настолько, что её можно было отнести к спорадически гнездящимся видам (Кнорре 1940). В середине ХХ века численность веснички несколько восстановилась (Даркшевич 1953), хотя в последние годы она вновь перестала встречаться. Во «всех лесах, урёмах и садах» бора в прошлом самой обыкновенной считалась теньковка Phylloscopus collybita (Карамзин 1901), которая в 1927-1941 годах стала наиболее распространённой в подобных местообитаниях, а в середине ХХ века заселила даже сухие боры с прогалинами (Кнорре 1940; Даркшевич 1953). По-види-мому, существенных изменений в её распространении и численности не происходило и в последующие годы. В XIX веке (Карамзин 1901), затем в 1927, 1940 годах и середине ХХ века в бору спорадически встречалась трещотка Phylloscopus sibilatrix (Кнорре 1940; Даркшевич 1953). Однако в 2009 и 2010 годах поющие трещотки были встречены и найдены гнёзда по восточной окраине бора, примыкающей к пойме реки Тане-евки, что позволяет считать её регулярно гнездящимся видом нацпарка (Морозов, Корнев 2009, 2010). В 1927-1940 годах и в середине ХХ века в

Бузулукском бору отмечалась зелёная пеночка Phylloscopus trochiloi-des (Кнорре 1940; Даркшевич, 1953), более поздние встречи этого вида на территории национального парка неизвестны.

Из мухоловок одной из самых многочисленных птиц на участках с дуплистыми деревьями в 1927-1940 годах, а также в середине ХХ века считалась мухоловка-пеструшка Ficedula hypoleuca (Кнорре 1940; Даркшевич 1953, 1956; Попов 1978); в значительном количестве она встречается и в настоящее время (Лебедева, Пантелеев 2000). Обычным видом «почти во всех основных стациях бора» в начале ХХ столетия считалась и серая мухоловка Muscicapa striata (Кнорре 1940). В начале июня 1940 года на 1 км маршрута встречалось примерно по 1 особи, а 12 и 21 июля на 4 км было учтено 11 птиц, или 2.75 ос./км (Изучение… 1940-1941). Отмечалась эта мухоловка и в середине ХХ века (Даркше-вич 1953), а в настоящее время считается одним из наиболее многочисленных видов парка (Лебедева, Пантелеев 2000). В нагорной дубраве у деревни Булгаково впервые весной 2009 года были отмечены территориальные самцы мухоловки-белошейки Ficedula albicollis . На сопредельном участке они встречались также в следующем году, а в старой дубраве в верховье реки Карачев Муштай установлено и гнездование этого вида (Морозов, Корнев 2009, 2010). Кроме этих сравнительно обычных видов мухоловок 22 мая и 23 июля 2023 у пожарного водоёма в урочище Берёзовое отмечались самец и молодые птицы малой мухоловки Ficedula parva (Давыгора 2023).

Луговой чекан Saxicola rubetra . Его гнездование известно на лугах, полянах и вырубках с кустарниками в бору с конца XIX века (Карамзин 1901). В 1927-1940 годах луговой чекан был «наиболее обычен на обширных гарях-пустырях», хотя гнездился также по закустаренным выгонам и полянам в долине реки Боровки. Обычным видом бора он считался также в середине ХХ столетия (Кнорре 1940; Даркшевич 1953), а в последующие годы в связи с лесовосстановительными мероприятиями на гарях общая численность вида, несомненно, уменьшилась.

Обыкновенная каменка Oenanthe oenanthе . Из каменок известна только обыкновенная, которая в гнездовой период наблюдалась на обочине железнодорожного полотна и на некоторых пустырях (Кнорре 1940). Не исключено, что подобные стации она населяла и в течение ряда последующих лет.

Из горихвосток в дуплах деревьев, различных полостях строений и в искусственных гнездовьях, преимущественно в окрестностях селений в 1927-1940 годах (Кнорре 1940), а также в середине ХХ века (Даркше-вич 1953) и второй его половине (Чертков, 1994) гнездилась обыкновенная горихвостка Phoenicurus phoenicurus. Определённо, обычным видом она является и в настоящее время. С 2018 года (по опросным данным – с 2017) в посёлке Опытное известно обитание горихвостки-чер- нушки Phoenicurus ochruros. Несколько пар чернушек гнездились в посёлке Партизанское также в 2019 и 2020 годах, а поющие птицы в эти годы отмечались в урочище Лосиная Пристань, посёлках Борское и Паника (Барбазюк 2019, 2020).

Зарянка Erithacus rubecula . В 1927-1940 годах была довольно многочисленной на осеннем пролёте в сырых смешанных массивах бора. В середине ХХ века она считалась здесь уже гнездящимся видом (Кнорре 1940; Даркшевич 1953). Позднее поющие самцы 11 и 12 мая 2009 отмечались в окрестностях посёлка Булгаково, 9-14 мая 2010 в долине реки Черталык, 23 мая 2010 у деревни Воронцовки, а взрослые птицы с кормом в смешанном лесу встречались близ деревни Державино, что подтверждает гнездование зарянки в парке и в настоящее время (Морозов, Корнев 2009, 2010).

Соловей Luscinia luscinia . По материалам 1927-1941 годов, был самой «обычной гнездящейся птицей долины рр. Самары и Боровки». Несколько реже он встречался по зарослям кустарников вдоль ручьёв, а отдельные особи попадались по просекам в центральной части Бузулукского бора (Кнорре 1940; Изучение… 1940-1941). Характерным видом пойменных кустарниковых зарослей он считался также в середине ХХ века (Даркшевич 1953), по-видимому, был и остаётся таким до настоящего времени (Лебедева, Пантелеев 2000).

Варакушка Luscinia svecica . Отмечена в полуоткрытых местообитаниях вблизи водоёмов лишь 30 сентября 1938 (Кнорре 1940). Позднее, судя по контексту сообщения, варакушка обитала здесь уже постоянно (Даркшевич 1953). Сведений о её более поздних встречах нет, хотя вероятность современного обитания не исключается.

Рябинник Turdus pilaris . Известен с конца XIX века в урочищах урёмного типа (Карамзин 1901). Преимущественно в смешанных и лиственных массивах он гнездился в 1927-1940 годах и в середине ХХ века (Кнорре 1940; Даркшевич 1953). Обитал он здесь и позднее, хотя в засушливые годы численность его существенно уменьшалась. Отмечен рябинник в национальном парке и зимой 2012 года, когда в мелколиственном лесу насчитывали 0.03, в пойме реки Самары 0.3, а в небольших лесных селениях 5.0 ос./100 га (Преображенская, Стопалова 2012). С плотностью 0.04 ос./100 га рябинник встречается и в последнее время (Барбазюк, Вельмовский 2024).

Чёрный дрозд Turdus merula. В первой половине ХХ века в небольшом количестве встречался в сырых приречных и заболоченных биотопах (Кнорре 1940; Даркшевич 1953). Гнёзда с птенцами находили в мае 1983 года, а стайку из 15 особей наблюдали в середине сентября 1995 года (Самигулин, Лушников 2001). В мае 2009 и 2010 годов поющих самцов, а позднее взрослых птиц, кормящих слётков, отмечали в пойме реки Танеевки; поющих чёрных дроздов в эти годы слышали также в пой- мах рек Черталык и Карачев Муштай, верховьях реки Кутулук, небольшом широколиственном лесу по руслу одного из оврагов и осиновом леске на окраине бора. В подобных местообитаниях гнёзда находили также на сопредельной территории в верховье реки Малый Кинель (Морозов, Корнев 2009, 2010).

Певчий дрозд Turdus philomelos . В конце XIX века встречался в «самых глухих местах бора» (Карамзин 1901). Обычным гнездящимся видом певчий дрозд считался на протяжении всей первой половины ХХ века (Кнорре 1940; Даркшевич 1953), вероятно, таким же был позднее.

Деряба Turdus viscivorus . На протяжении первой половины ХХ века был обычной гнездящейся птицей Бузулукского бора (Кнорре 1940; Дарк-шевич 1953), таким же остаётся и в настоящее время (Лебедева, Пантелеев 2000).

Белобровик Turdus iliacus . В первой половине ХХ века изредка отмечался во время весенней и осенней миграции (Кнорре 1940; Даркше-вич 1953). Более поздние встречи белобровика не известны.

Ополовник Aegithalos caudatus . Преимущественно в смешанных лесах обычным, но немногочисленным был ополовник, который во время сезонных миграций залетал и в сосновые массивы (Кнорре 1940; Дарк-шевич 1953, 1982). Подобное наблюдалось также в 2012 году, когда в березняках и ольшаниках нацпарка насчитывалось 0.5, в сосняках 0.8, в широколиственных массивах пойм рек Самары и Боровки в 2013 году 2.0 ос./100 га (Преображенская, Стопалова 2012, 2013).

Желтоголовый королёк Regulus regulus . В 1927-1940 годах и в конце ХХ века во время осеннего пролёта в Бузулукском бору отмечался желтоголовый королёк (Кнорре 1940; Самигулин, Лушников 2001; Са-мигулин 2009), вероятность встреч которого не исключается и в настоящее время.

Ремез Remiz pendulinus . Был известен как «крайне редкая, гнездящаяся только вдоль р. Самарки птица» (Даркшевич 1953). В последние годы в национальном парке не отмечался.

Большая синица Parus major. Самая обычная из синиц. Известна в бору с конца XIX века (Карамзин 1901). Позднее в гнездовой период отмечалась преимущественно в лиственных и смешанных массивах, а после вылета молодых (вместе с другими насекомоядными видами) широко кочевала по всем типам леса, хотя наиболее «характерным видом» считалась в смешанных массивах (Кнорре 1940; Даркшевич 1953; Чертков 1994). Широко кочует большая синица и в настоящее время, хотя чаще всего встречается в населённых пунктах. Так, в небольших лесных селениях в 2012 году насчитывалось 262.0, в посёлке Борское 169.0, в посёлке Колтубановский (2013 год) – 189 ос./100 га. В поймах Самары и Боровки в 2012 и 2013 годах отмечалось соответственно 13.0 и 6.0, в сосняках и перелеска 3.0 и 2.0, а в широколиственных и мелколиствен- ных массивах центра (2012 год) лишь 1.0 и 0.9 ос./100 га (Преображенская, Стопалова 2012, 2013). Изредка (0.98 ос./100 га) небольшими стайками (по 2-3 особи) в центральной части бора большая синица отмечалась и в марте 2024 года (Барбазюк, Вельмовский 2024).

Пухляк, или буроголовая гаичка Poecile montanus . В конце XIX века считался гнездящимся видом бора (Карамзин, 1901). Гнездится он и в настоящее время, занимая участок обитания площадью 10.0-16.0 га. У молодых после вылета из гнезда начинаются кочёвки, локально они могут образовывать большие скопления (Самигулин 2009, 2016). Так, в широколиственных и мелколиственных массивах поймы реки Самары в январе 2012 года насчитывалось, соответственно, 95.0 и 64.0 ос./100 га. Довольно многочисленным в 2012 и 2013 годах пухляк был в сосновых массивах центральной части бора – 65.0 и 61.0, а 45.0 и 30.0 ос./100 га насчитывалось здесь в широколиственных участках. В посёлках Борское и Колтубановский насчитывали, соответственно, 19.0 и 4.0, а в перелесках поймы реки Самары и окраины бора – по 0.7 ос./100 га (Преображенская, Стопалова 2012,2013). Доминирующим видом в Бузулукском бору (6.99 ос./100 га) пухляк считался и в марте 2024 года (Барба-зюк, Вельмовский 2024).

Лазоревка Cyanistes caeruleus . Лиственные леса и заросли кустарников поймы реки Боровки в течение всего ХХ века считались основной стацией лазоревки (Кнорре 1940; Даркшевич 1953, 1982). Скорее всего, здесь она гнездится и в настоящее время, о чём свидетельствует высокая и повсеместная встречаемость в зимнее время. Так, в широколиственных участках центральной части Бузулукского бора в 2012 году насчитывали 24.0 ос./100 га. В подобных местообитаниях пойм Самары и Боровки в 2012 и 2013 годах отмечалось соответственно 11.0 и 4.0, в перелесках пойм этих рек 10.0 и 2.0, в перелесках среди полей 9.0 и 2.0, в сосняках центра бора 6.0 и 8.0, а в посёлках Колтубановский и Борское – 13.0 и 2.0 ос./100 га (Преображенская, Стопалова 2012, 2013). Вместе с тем в марте 2024 года лазоревка была сравнительно немногочисленна – 3.14 ос./100 га (Барбазюк, Вельмовский 2024).

В мае 2009 и 2010 годов в Бузулукском бору встречались также поющие и кочующие московки Periparus ater. Они отмечались в сосновых посадках в окрестностях деревни Воронцовка, в устье реки Черталык, в урочище Наташина гора, а 31 мая 2010 московок, собирающих корм в кронах сосен, наблюдали и у деревни Елховка, что, вероятно, свидетельствует о современном гнездовании вида на территории парка (Морозов, Корнев 2009, 2010). В июле 1939 года в тальниковых зарослях поймы Боровки встречен выводок князька, или белой лазоревки Cyanistes cyanus, а осенью в подобных местах эти птицы отмечались и позднее (Кнорре 1940; Даркшевич 1953); но в последние годы их встречи здесь неизвестны. Кроме отмеченных видов, в начале января 2012 года в нацпарке встречалась болотная, или черноголовая гаичка Poecile palustris (в широколиственных массивах поймы реки Самары 6.0, по её перелескам в 2013 году 2.0 ос./100 га). В 2012 году в сосновых и мелколиственных участках центральной части бора наблюдалась хохлатая синица Lophophanes cristatus (2.0 и 0.6 ос./100 га, соответственно) (Преображенская, Стопалова 2012, 2013).

Поползень Sitta europaea . В конце XIX века населял преимущественно старые сосняки, а позднее лиственные и смешанные участки леса (также гнездился в искусственных гнездовьях) (Карамзин 1901; Кнорре 1940; Даркшевич 1953). Гнездился он здесь и позднее. В обычные годы его гнездовая плотность составляла 2.5-3.0 ос./100 га, после урожайных лет увеличивалась до 5.1, а к ноябрю устанавливалась на уровне 3.0 и 5.0-5.1 ос./100 га, соответственно (Самигулин 2019). Позднее за счёт мигрантов численность его существенно увеличивалась и в январе 2012 и 2013 годов в широколиственных массивах насчитывали соответственно 26.0 и 13.0, в мелколиственных лесках пойм 19.0 и 21.0, в сосняках 10.0 и 9.0, в перелесках поймы Самары 2.0 и 3.0, в перелесках среди полей 0.5 и 1.0, а в посёлках Борское и Колтубановский – 9.0 и 2.0 ос./100 га (Преображенская, Стопалова 2012, 2013). В марте 2024 в центральной части бора насчитывалось 2.77 ос./100 га (Барбазюк, Вельмовский 2024).

Пищуха Certhia familiaris . В небольшом числе в первой половине ХХ века гнездилась в бору (Кнорре 1940; Даркшевич 1953), хотя местами (на Могутовских гарях) была более обычной (Положенцев 1935). Вероятно, в бору гнездится и сейчас, поскольку в январе 2012 года 10.0 и 2.0 ос./100 га отмечались в лиственных массивах поймы Самары (Преображенская, Стопалова 2012).

Домовый воробей Passer domesticus . В 1927-1941 годах населял «в ограниченном количестве имеющиеся посёлки и некоторые кордоны» (Кнорре 1940). Как оседлый вид в конце столетия он отмечался в посёлке Боровое (Чертков 1994), хотя, несомненно, имел здесь более широкое распространение, поскольку в январе 2012 и 2013 годов в посёлках Борское и Колтубановский насчитывалось 26.0 и 22.0 ос./100 га (Преображенская, Стопалова 2012, 2013).

Полевой воробей Passer montanus. Считался более обычным оседлым видом, чем домовый воробей (особенно в лиственных массивах долины реки Боровки). К зиме полевые воробьи обычно концентрировались у жилья человека (Кнорре 1940; Даркшевич 1953; Чертков 1994). Подобная тенденция наблюдалась и позднее. Например, во время учётов в январе 2012 и 2013 годов в посёлках Колтубановский, Боровое и в небольших лесных населённых пунктах насчитывалось 241.0, 206.0 и 145.0 ос./100 га, соответственно. В перелесках по окраине бора полевой воробей отмечался лишь изредка, а в пойме Самары единично – 4.0 и 0.02 ос./100 га (Преображенская, Стопалова, 2012, 2013). Их скопление во время кормёжки 26 июля 2023 наблюдалось на гречишном поле у села Черталык (Давыгора 2023).

Зяблик Fringilla coelebs . Был самым многочисленным из вьюрковых, в конце XIX века он встречался «всюду, как в глухих его участках, так и у самых лесных сторожек» (Карамзин 1901), а 9 февраля 1913 добывался и на окраинах бора (Попов 1977). Самым многочисленным гнездящимся видом разных типов леса зяблик считался и в 1927-1941 годах. Так, в чистых сосняках 7 июня 1940 на 1 км маршрута было учтено 14 птиц, 9, 15 и 19 июня 1940 в разных типах леса на 6 км было отмечено 57 (9.5 ос./км), 12, 18 и 21 июля 1940 на 8 км – 72 (9.0 ос./км), а в середине июля 1941 года на 8 км – 52 особи (6.5 ос./км); кочующие выводки отмечались также на гарях (Изучение… 1940, 1941). Обычным видом зяблик считался в середине ХХ века (Кнорре 1940; Даркшевич 1953), таким же признавался позднее (Чертков 1994) и остаётся в настоящее время. Ранее ежегодно во время весеннего пролёта в бору отмечался и юрок Fringilla montifringilla (Кнорре 1940), но более поздних встреч его здесь нет.

Зеленушка Chloris chloris . В мае 1941 года в дендросаде и окрестностях хозяйства Опытное отмечалось гнездование зеленушки, которая позднее и лишь в отдельные годы, встречалась в бору на пролёте и зимой (Даркшевич 1953). В последующие годы она считалась обычным видом региона (Лебедева, Пантелеев 2000). В январе 2012 и 2013 годов в небольших лесных деревушках насчитывалось 18.0, в широколиственных массивах и перелесках реки Самары 0.7 и 0.1, а в сосняках центральной части бора – 0.02 ос./100 га (Преображенская, Стопалова 2012, 2013). Немногочисленной в бору она была и в марте 2024 года (Барба-зюк, Вельмовский 2024).

Чиж Spinus spinus. До недавнего времени считался лишь пролётным и зимующим видом, появлявшемся в Бузулукском бору лишь в отдельные годы (Кнорре 1940; Даркшевич 1953). Одиночных чижей, пары и небольшие группы 13-15 мая 2009 и в начале мая 2015 года встречали в разных участках бора; 9, 10 и 23 мая 2010 на его окраине в окрестностях деревни Воронцовка и устья реки Черталык, а 9 мая 2016 у дороги между посёлками Колтубановский и Лесное было найдено гнездо и отмечена самка, кормившая слётков, что позволило считать чижа гнездящимся видов Бузулукского бора (Морозов, Корнев 2009, 2010; Морозов 2017). Обычным видом бора чиж является и зимой. Так, в широколиственных массивах поймы реки Самары в январе 2012 и 2013 годов насчитывалось соответственно 31.0 и 45.0 ос./100 га, в перелесках её поймы – 24.0 и 12.0, в перелесках среди полей 9.0 и 12.0, в посёлках Борское и Колтубановка 148.0 и 59.0, в небольших лесных деревушках (2012 год) – 37.0, в мелколиственном лесу 29.0, а в чистых сосняках – 0.1 ос./100 га (Преображенская, Стопалова 2012, 2013). Чаще других видов на учётных маршрутах (8.20 ос./100 га) чиж встречался и в марте 2024 года (Барба-зюк, Вельмовский, 2024).

Щегол Carduelis carduelis . В небольшом числе гнездился в бору в 1927-1940 годах, при этом к зиме его численность заметно увеличивалась (Кнорре 1940). В середине ХХ века он уже считался обычным видом региона (Даркшевич 1953), по-видимому, таковым остаётся и в настоящее время, поскольку на пустырях населённых пунктов в январе 2012 и 2013 годов насчитывалось 15.0 и 9.0, а по обочинам дорог среди перелесков – 6.0 и 3.0 ос./100 га. Вместе с тем в лесных стациях он отмечался буквально единично (Преображенская, Стопалова 2012, 2013). Единично (0.49 ос./100 га) щегол встречался здесь и в 2024 году (Барбазюк, Вельмовский 2024).

Чечётка Acanthis flammea . В 1927-1940 годах была многочисленным зимующим видом припойменной части бора (Кнорре 1940), однако немногим позднее чечётка отмечалась здесь уже лишь в отдельные годы (Даркшевич 1953). Подобные колебания численности, несомненно, происходили и в последующие годы, поскольку в январе 2012 года, например, в мелколиственных лесах поймы Самары насчитывалось 45.0, широколиственных массивах 21.0 и перелесках 1.0, а по окраинам бора – 6.0, в сосняках его центральной части 4.0 и небольших лесных селениях 37.0 ос./100 га. В 2013 году в перелесках отмечалось уже по 8.0, широколиственных массивах 7.0, а в чистых сосняках лишь 0.01 ос./100 га (Преображенская, Стопалова 2012, 2013). Немногочисленной на учётных маршрутах (3.75 ос./100 га) она была и в 2024 году (Барбазюк, Вельмов-ский 2024).

На гречишных полях и в древесно-кустарниковых зарослях по обочине дороги у села Черталык 26 июля 2023 отмечалась коноплянка Linaria cannabina (Давыгора 2023). Кустарниковые заросли среди пойменных лесов в первой половине ХХ века были основной стацией обитания чечевицы Carpodacus erythrinus (Кнорре 1940; Даркшевич 1953). Характерным представителем смешанных массивов леса она считалась также в конце ХХ столетия (Чертков 1994) и, по-видимому, остаётся и в настоящее время.

Из клестов отдельными стайками осенью 1929 года и начале зимы 1935/36 года на территории заповедника отмечался клёст-сосновик Loxia pytyopsittacus (Кнорре, 1940), который, однако, при урожае сосновых шишек в 1980-е годы здесь и гнездился (Гавлюк и др. 1983). Кроме сосновиков, 16 августа 1999 отмечены пролетающие над бором клесты-еловики Loxia curvirostra (Белик 1999).

Обыкновенный снегирь Pyrrhula pyrrhula . Отмечался зимой в отдельные годы первой половины ХХ века (Даркшевич 1953). В январские учёты 2012 и 2013 годов в небольших лесных селениях насчитывали соответственно 161.0 и 32.0, а в перелесках реки Самары – 41.0 и

40.0 ос./100 га. В других местообитаниях снегирь встречался гораздо реже и к тому же его численность существенно менялась по годам. Так, в перелесках между полями в эти годы отмечалось 16.0 и 40.0, в широколиственных массивах центральной части бора 6.0 и 31.0, в сосняках 0.2 и 0.9, а в мелколиственных лесках (2012 год) – 24.0 ос./км. (Преображенская, Стопалова 2012, 2013). Немногочисленным снегирь был и в марте 2024 года (Барбазюк, Вельмовский 2024). 26 марта 2022 в окрестностях села Елшанка встречена одиночная самка серого снегиря Pyrrhula ci-neracea (Давыгора 2022).

Дубонос Coccothraustes coccothraustes . В конце XIX века отмечался в бору на пролёте (Карамзин 1901). В июле 1927 года в сосновом массиве заповедника был встречен выводок дубоноса, а до 1934 года в долине реки Боровки несколько раз отмечались взрослые птицы. Гнездящимся видом заповедника дубонос считался также в середине ХХ века (Дарк-шевич 1953), но позднее здесь не встречался.

На пролёте 24 октября 1913 в окрестностях Бузулукского бора и 11 ноября 1938 на территории заповедника добывался щур Pinicola enucleator . В отдельные годы он отмечался и в середине ХХ века, но более поздние встречи не известны.

Обыкновенная овсянка Emberiza citrinella . В конце XIX века встречалась в Бузулукском бору «всюду, кроме самых глухих его участков» (Карамзин 1901). Эта особенность вида отмечалась также в 1927-1940 годах, когда эту овсянку встречали «всюду, где среди леса имеется хотя бы небольшие прогалины или полянки» (Кнорре 1940). Так, в июне 1940 года на 6 км маршрута было отмечено 7 птиц, в июле на таком же маршруте насчитывалось 15 (2.5 ос./км), а в июне 1941 на 8 км – 5 (0.6 ос./км) (Изучение… 1940, 1941). В небольшом числе около жилья человека овсянки отмечались и зимой. Обычным видом бора обыкновенная овсянка считалась в середине ХХ века (Даркшевич 1953), таковым, видимо, была позднее и остаётся в настоящее время.

Садовая овсянка Emberiza hortulana . В 1927-1941 годах на «обширных постепенно остепняющихся гарях-пустырях едва-ли не чаще всех других птиц» отмечалась садовая овсянка. Здесь в июне 1940 года на 7 км насчитывалось 23 птиц (3.3 ос./км), в июле на 5.5 км – 13 особей (2.4 ос./км), а 17 июня 1941 на 4 км насчитали 2 особи (Изучение… 1940, 1941). Обычным видом бора садовая овсянка считалась также в середине ХХ века (Даркшевич 1953). Позднее в связи с облесением гарей её общая численность, по-видимому, сократилась, хотя на оставшихся участках встречаемость, скорее всего, сохранилась на прежнем уровне. Отчасти это подтверждается результатами учётов в самарской части национального парка (Лебедева, Пантелеев 2000).

Во время пролёта с конца XIX века в Бузулукском бору известны овсянка-ремез Ocyris rusticus и пуночка Plectrophenax nivalis. Овсянка- ремез в начале января 2012 года в небольшом количестве (3.0 ос./100 га) отмечался в перелесках среди полей на окраине бора (Преображенская, Стопалова 2012). Вероятно, ещё пролётный самец этой овсянки 10-11 мая 2019 наблюдался в окрестностях посёлка Партизанский (Артемьева, Кривошеев 2021). Пуночка на границе Бузулукского бора отмечалась зимой 1929 года, а несколько птиц в окрестностях посёлка Берёзовое и недалеко от восточной границы заповедника встречались в январе 1940 года (Кнорре 1940; Даркшевич 1953). В перелесках среди полей по окраине бора пуночки отмечались также в начале января 2012 года с плотностью 1.0 ос./100 га (Преображенская, Стопалова 2012).