Emergence and development of the Uybat town (Khakassia). The town-forming role of temples in the middle of the 8th - early 13th centuries

Бесплатный доступ

In 1971-1981 L. R. Kyzlasov discovered two early medieval urban centers on the Middle Yenisei in Khakassia. He excavated these sites and examined monumental Manichaean temples, sanctuaries and monasteries of the 8th - 13th centuries. Of special interest is a concentration of sacral constructions in the Uybat town located at a distance from rivers (Figs. 1-3), and the location of the temple and the monastery quarter and its layout which made it isolated from the residential and production areas (Fig. 3) of the geometrically regular town (Figs. 4; 5) built around the sacral ensemble. The archaeological excavations demonstrate that this town and the monastery-temple center existed for at least 400 years, with the temple and the urban culture of the southern Siberian community developing around and near it.

Еще

Urban culture of early medieval siberia, siberian turkic (northern) mani-chaeism

Короткий адрес: https://sciup.org/143168990

IDR: 143168990

Текст научной статьи Emergence and development of the Uybat town (Khakassia). The town-forming role of temples in the middle of the 8th - early 13th centuries

1 Истоки, этапы и особенности формирования городской культуры Сибири см.: Кызласов, 2006. По мнению автора этих строк, критерии для выделения городов как http://doi.org/10.25681/IARAS.0130-2620.256.242-250

Прорыв в поисках средневековых городов на Среднем Енисее был совершен Хакасской археологической экспедицией Московского университета в 1971– 1973 гг. Профессором Л. Р. Кызласовым в Хакасии были последовательно обнаружены два города, не значившиеся в письменных источниках и на арабских картах домонгольского времени. Основные постройки в этих центрах были деревянными, и городские остатки не были видны на поверхности. Но в обоих городах некогда стояли кирпичные манихейские храмы, руины которых выделялись большими буграми. Так был обнаружен древнехакасский город на р. Бюря (Пÿÿр-суғ) в горах Батенёвского кряжа2. Изученное там храмовое здание VIII– X вв. имело большие размеры (37,5 × 28,5 м), стены толщиною 2,5 м и было сооружено на массивной, высотою в рост человека платформе, построенной из гранитных глыб. Сложенные из сырцового кирпича стены образовывали прямоугольный зал, размером 792 кв. м (33 × 24 м) ( Кызласов , 1999; 2008а; 2007). Современный поселок железнодорожной станции Ербинская застроил средневековое поселение, и оно остается неисследованным.

Другой тип города существовал в степной дельте р. Уйбат не менее 400 лет – с середины VIII до начала XIII в. По занимаемой площади, длительности обитания и многовековой деятельности крупного храмово-монастырского комплекса это, пожалуй, был центральный древнехакасский город, но, как и предыдущий, он не имел оборонительных стен и ныне выровнен и скрыт пашней3. Город был обнаружен Л. Р. Кызласовым в 1973 г. и изучался раскопками в 1974–1981 и 2000–2002 гг. ( Кызласов , 1998; 2008б; 2016; см. также сб. «Археологические открытия» (М.: Наука) за названные годы). В отличие от современных деревень, находящихся на берегах рек, это крупное поселение, стоявшее на левом берегу Абакана, было размещено в стороне от них (рис. 1)4. Расположение в открытом поле уберегло площадь былой городской застройки для археологического изучения и позволяет ныне отметить различия составлявших ее частей, а также основную последовательность их формирования.

Можно думать над тем, что побудило строителей выбрать необычное место, но не приходится сомневаться в одном – его избрали намеренно. Город возник по предварительному замыслу.

Водоснабжение обеспечил проведенный от р. Уйбат магистральный канал, русло которого, размытое со временем, выделяется на поверхности современного особой категории человеческой культуры могут и были разными. Думаю, для историка особенно важно заметить, что их выдвигали и что в них вкладывали те самые городские общества, для которых наша наука отыскивает определения городов по собственным меркам (Кызласов, 2010. С. 204; 2011. С. 130–133).

Рис. 1. Расположение средневекового города в отношении рек Абакан, Уйбат и Сухой Уйбат

1, 2 – бугры манихейских храмов (по: Кызласов , 1998)

поля удерживающей влагу канавой. Часть былого гидротехнического сооружения была использована при создании действующей сегодня оросительной системы (рис. 2; 3). Хакасско-Минусинская котловина известна развитием искусственного орошения, насчитывающего 23–24 столетия. На ее землях отмечены древние каналы протяженностью в 25–30 и 40 верст. Богата такими системами была и Уйбатская степь – рукотворным руслом является, в частности, ответвляющаяся от Большого Уйбата теперешняя река Сухой Уйбат ( Федоров , 1952. С. 140–142) (рис. 1).

Рис. 2. Уйбатский город. Взгляд с высоты птичьего полета:

храм Марса (здание I, слева) и храмово-монастырский комплекс (здание II, справа). Вид с востока. В верхнем правом углу – участок древнего канала.

Фото Л. Р. Кызласова, 1975 г.

Для нашей темы важно другое. Вполне очевидно, что, изгибаясь углом, магистральный канал c запада и севера отделил участок с уже возведенными к тому времени храмами и примыкавшим к ним монастырским комплексом (здания I–III) (рис. 2; 3).

По данным аэросъемки, к северо-западу от священного квартала шла основная городская застройка. В плане она образовывала квадрат со стороною примерно в один километр, по периметру очерченный каналами и равномерно разделенный прямыми арыками, отходящими от магистрального искусственного русла (рис. 4). Регулярная, вымеренная планировка жилого центра и сети его водоснабжения, несомненно, указывает на то, что город возник как воплощение единого архитектурного проекта.

Планиграфические наблюдения и связанный с сооружениями датирующий материал позволяют наметить три незначительно отстоящих во времени этапа возникновения и формирования раннесредневекового города. Первоначально в середине – второй половине VIII в. в открытой степи был выстроен из сырцового кирпича квадратный в плане храмовый комплекс. Уже в этот ранний период святилище несколько раз изменяло как свой облик, так и сакральное назначение. Благодаря пристроенной с юго-востока монастырской обители оно возросло до общего размера 60 × 30 м (здание II, рис. 2; 3). Возможно, к тому же отправному этапу принадлежало и здание III, срытое при нивелировке современных полей до работ экспедиции (рис. 3). Сосредоточение сакральных построек, развивавшееся в дальнейшем (здание I, возведено в XI в.), явилось градообразующим, а затем и надолго градоудерживающим ядром. Приведший

Рис. 3. Топографический план сакральной части Уйбатского города (здания I–III), русла средневекового канала (заштриховано)

и современной оросительной системы (каналы 1–4). Составлен в 1979 г.

Рис. 4. Планировка Уйбатского города. Аэросъемка 1960-х гг.

в город воду магистральный канал не только отделил храмовую, но и через арыки напитал жилую застройку города. Следовательно, мирская часть поселения возникла вскорости после храмовой.

Жилая площадь изучена недостаточно: глинобитные квадратные дома выявляет аэросъемка (рис. 4; 5). Прослежены и деревянные жилища. Судя по подъемному материалу, усадьбы и мастерские (кузницы, гончарные печи среднеазиатского типа) распространялись на площади около 3 × 3 км. Однако история и характер застройки остаются неизвестными. Многоплеменность города, существовавшего до монгольского нашествия в XIII в., доказывается сделанными находками разной культурной принадлежности ( Кызласов , 2017).

Открытые древнехакасские города были не только административными, ремесленными и торговыми центрами, местами приложения специальных архитектурных и строительных знаний, но и средоточием сложной духовной жизни, длившейся веками. Их изучение привело Л. Р. Кызласова к одному из крупнейших открытий в современном востоковедении – к обнаружению в Хакасии двух храмово-монастырских центров, содержавших серию первых и едва ли не единственных археологически изученных манихейских храмов.

Рис. 5. Планировка Уйбатского города. Частичная прорисовка аэроснимка 1960-х гг.

Статья научная