Взаимосвязь характеристик субъективного благополучия с нервно-психической устойчивостью у казахских и русских студентов

Современные условия развития общества характеризуются значительными экономическими и социальными изменениями, динамикой групповых и индивидуальных ценностей и смыслов, повышенными требованиями к конкурентоспособности личности в профессиональной деятельности, напряженными требованиями к психической активности человека на всех ее уровнях.

Возможности личности эффективно функционировать в условиях повышенных требований со стороны среды связаны с ее нервно-психической устойчивостью. Количество и качество несоответствий требований социальной среды и возможностей личности соответствовать этим требованиям сказывается на ее нервно-психической устойчивости, приводит к возрастанию как эмоциональной, так и функциональной напряженности.

Являясь частью адаптационного потенциала личности, нервно-психическая устойчивость, с одной стороны, обеспечивает условия непрекращающегося взаимодействия личности со средой, что обеспечивает непрерывный поток изменяющейся и обрабатывающейся информации, необходимой для адекватности действий, с другой стороны, позволяет произвести коррекцию действий и поведения субъекта в достижении динамического адаптационного равновесия со средой.

Одним из значимых критериев успешности адаптационного процесса является субъективное благополучие личности [2]. Удовлетворенность личности теми или иными сторонами действительности, обеспечивая субъективное благополучие, связана, в свою очередь, с оценкой внутренних затрат в адаптационном процессе, одним из показателей которых может выступать нервно-психическая напряженность.

Нервно-психическая устойчивость и нервно-психическая напряженность не полярные состояния, исключающие друг друга. Под нервно-психической устойчивостью исследователи понимают прежде всего константность стенических эмоций и продуктивных функциональных состояний человека в динамичных и напряженных условиях жизни и деятельности [3; 4; 5; 6]. Нервно- психическая напряженность возникает как неспецифическая реакция психики на изменившиеся условия функционирования. Сила нервно-психической напряженности может как способствовать, так и препятствовать эффективной и продуктивной деятельности.

Оба состояния связаны с возможностью продолжать деятельность в трудных или новых условиях. Поскольку и то, и другое состояния связаны с особенностями свойств нервной деятельности, то типология человека является значительным фактором динамики этих состояний. Вместе с тем переживание и проявление нервно-психической напряженности или устойчивости в большой мере зависит и от социальных факторов. Так, А.Б. Рогозян показал, что нервно-психическая устойчивость и ее взаимосвязь со стратегиями совладающего поведения, а также переживание психологического стресса, влияющего на субъективное благополучие личности, зависят от уровня образования (высшее или среднее медицинское) и от особенностей профессиональной деятельности (клинического врача или медсестры) [7].

К.А. Хохлова в своем диссертационном исследовании раскрыла этнопсихологическую специфику переживания удовлетворенности и ее взаимосвязи с адаптивными способностями личности и нервно-психической устойчивостью у наркозависимых казахов и русских. На основе эмпирического материала автор утверждает, что казахи этой выборки имеют более высокий уровень удовлетворенности за счет игнорирования информации, которая может привести к внутри-личностному конфликту. Русские более впечатлительны и эмоциональны, параметры нервнопсихической устойчивости, адаптивности и коммуникативные качества у них более интегрированы, чем у казахов [8]. Несмотря на специфичность выборки, главная идея о влиянии этнических особенностей личности на нервно-психическую устойчивость и переживание трудной жизненной ситуации ставит вопрос об этнопсихологической специфике взаимосвязи характеристик субъективного благополучия как значимого состояния с точки зрения психологической адаптации нормально социализированной личности с нервно-психической устойчивостью.

В исследовании участвовали студенты, не имеющие наркологических проблем, относящие себя к этнической группе русских или казахов (128 и 23 человека соответственно). Выборки формировались методом случайного отбора. Мигрантов в выборке не было. Количественное соотношение русских и казахов в выборке примерно соответствует их процентному соотношению в регионе Саратовской области, где проводилось исследование. Средний возраст участников исследования - 18,42 года, б = 1,27. В качестве методик использовались шкалирование по 10-балльным шкалам, в результате которого респонденты оценивали удовлетворенность различными сторонами действительности, показатели своей нервно-психической устойчивости в некоторых жизненных ситуациях, требующих адаптации; методика «Прогноз» для оценки нервно-психической устойчивости [9]; результаты социально-психологической адаптации определялись по тесту СПА К. Роджерса, Р. Даймонда. Результаты сравнительного анализа подтверждались t-критерием Стьюдента. Поскольку выборки неравны по численности, перед подсчетом t-критерия Стьюдента применялся метод сравнения дисперсий - критерий F-Фишера. Для выявления взаимосвязей характеристик субъективного благополучия с нервно-психической устойчивостью и показателями социально-психологической адаптации применялся корреляционный анализ по Пирсону.

Общий показатель удовлетворенности, лежащей в основе субъективного благополучия личности, значимо выше у казахов, чем у русских (t cтьюдента = 3,12 при р < 0,01). Казахские студенты в большей степени, чем русские, удовлетворены содержанием своего образования ( t с тью - дента = 2,74 при р < 0,05), взаимоотношениями с ближайшим социальным окружением (t cтьюдента = 4,02 при р < 0,001), взаимоотношениями с преподавателями (t cтьюдента = 3,68 при р < 0,001), бытовыми условиями жизни (t cтьюдента = 2,04 при р < 0,05), собой (t cтьюдента = 2,09 при р < 0,05). Русские в большей степени, чем казахи, удовлетворены возможностями, которые им предоставляет жизнь в большом городе (посещение театров, культурно-массовых мероприятий, встречи с друзьями и т. п.) (t cтьюдента = 2,65 при р < 0,01). Видно, что основу субъективного благополучия у казахских студентов составляют удовлетворение социальных и познавательных потребностей, положительное самоотношение. В группе русских студентов субъективное благополучие формируется за счет потенциальных или реализуемых возможностей насыщения жизни культурной информацией и социальными контактами.

Большее количество удовлетворенных потребностей у казахов позволяет оценить их субъективное благополучие как более стабильное состояние, имеющее возможности компенсации и дополнения позитивных переживаний в различных жизненных ситуациях. Следует отметить, что более выраженное позитивное самоотношение у казахских студентов выявлено и по тесту СПА: уровень принятия себя у них значимо выше, чем у русских (tcтьюдента = 2,63 при р < 0,01). В группе русских выше показатель непринятия себя (tcтьюдента = 2,07 при р < 0,05). Русские в большей степени, чем казахи, не принимают свои личностные особенности, что свидетельствует о более кри- тичном отношении к себе, наличии внутриличностных конфликтов, более низком уровне эмоционального благополучия. Возможно, это связано с особенностями предшествующей социализации, когда повышенные требования социальной среды способствовали формированию невысокой самооценки и критичного отношения к себе у русских юношей и девушек.

Нервно-психическая устойчивость значимо выше у казахских студентов, чем у русских (t Стьюдента = 3,9 при р < 0,001). Для русских студентов в среднем в большей степени характерны перепады настроения, повышенное возбуждение в новых социальных ситуациях, впечатлительность, повышенная чувствительность к негативным социальным и деятельностным факторам, внутренняя конфликтность личности, эмоциональность. Состояние адаптированности (М = 172) у них часто дополняется напряженными дезадаптивными процессами (М = 98), что также свидетельствует о конфликтности или амбивалентности эмоциональных и функциональных состояний, невысоком уровне нервно-психической устойчивости. Эмоциональные и функциональные процессы у казахов несколько сглажены, проявляются не так сильно, в новых социальных ситуациях казахские студенты относительно спокойны и уравновешены, избегают конфликтных ситуаций, готовы подчиниться внешнему контролю, состояние адаптированности (М = 158) и дезадаптационные процессы (М = 80) выражены не так полярно, как у русских студентов.

В результате корреляционного анализа было выявлено, что общее количество статистически значимых связей по всем показателям исследования больше в группе русских студентов, чем в группе казахов (32 и 19 соответственно), что может свидетельствовать о напряженности и насыщенности процессов социально-психологической адаптации и формирования субъективного благополучия у русских.

Наиболее выраженными статистическими взаимосвязями в группе русских студентов являются следующие. Общий результат социально-психологической адаптации прямо связан с самооценкой эмоциональной напряженности в новых социальных ситуациях (r = 0,34 при р < 0,001), силой негативных эмоций в трудных и новых ситуациях (r = 0,4 при р < 0,001), впечатлительностью (r = 0,36 при р < 0,001), чувствительностью к изменениям (r = 0,29 при р < 0,001), эмоциональным и функциональным возбуждением (r = 0,28 при р < 0,001), обратно связан с невозможностью эмоционального реагирования (r = –0,29 при р < 0,001), функциональной апатией и эмоциональной опустошенностью (r = –0,27 при р < 0,01).

Можно заметить значительную роль аффективных явлений в социально-психологической адаптации у русских студентов, более того, невозможность развития аффективных процессов снижает результаты социально-психологической адаптации. Эмоциональная напряженность и сильные негативные эмоции способствуют запуску адаптационных процессов, а чувствительность к изменениям, должно быть, снижает толерантность к переживанию дискомфорта от рассогласования с новыми требованиями среды. В связи с этим представители русского этноса в выборке имеют больше психологических оснований начать адаптационный процесс, в котором достигается равновесие требований среды и возможностей личности этим требованиям соответствовать. Вместе с тем социально-психологическая адаптация и новые условия жизни и деятельности у русских студентов легче провоцируют негативные эмоциональные состояния, чем у казахов, относящихся к изменению средовых условий более спокойно.

Общий показатель удовлетворенности связан у русских со стеническими эмоциями (r = 0,25 при р < 0,01), стремлением к доминированию (r = 0,31 при р < 0,001). Видно, что в общем для русской части выборки характерно достижение субъективного благополучия и социально-психологической адаптированности на фоне эмоциональной напряженности и функциональной и социальной активности.

У казахов общий показатель социально-психологической адаптированности связан с удовлетворенностью своим здоровьем и физическим развитием (r = 0,57 при р < 0,01), социальным окружением (r = 0,69 при р < 0,001), повседневной жизнью (r = 0,64 при р < 0,001), обратно связан с самооценкой эмоциональной напряженности в новых социальных ситуациях (r = –0,53 при р < 0,01). Общий показатель удовлетворенности у казахов прямо связан с ожиданием внешнего контроля (r = 0,54 при р < 0,01), обратно связан с силой переживания эмоционального и физического дискомфорта (r = –0,67 и 0,55 при р < 0,001). Видно, что в формировании состояния субъективного благополучия и социально-психологической адаптированности важную роль играют здоровье, физические состояния, отсутствие негативных эмоциональных состояний.

Роль негативных эмоциональных и функциональных состояний в адаптационных процессах и в формировании субъективного благополучия у русских и казахских студентов различна. У русских негативная аффективная составляющая в значительной мере повышает социальнопсихологическую адаптированность, у казахов – снижает. У представителей казахского этноса, в отличие от русских, важными являются органические процессы, характеризующие энергетический потенциал личности, а также социальные процессы, связанные с передачей инициативы, наблюдением, контролем своих действий другим людям или группе.

Таким образом, нервно-психическая устойчивость по-разному взаимосвязана с адаптационными процессами и субъективным благополучием в группах русских и казахских студентов. Русские студенты в большей степени склонны переживать субъективное благополучие и состояние адаптированности через процессы напряженных стенических эмоций и функциональной и социальной активности. Казахские студенты переживают субъективное благополучие и состояние адаптированности чаще всего благодаря сглаживанию сильных эмоциональных проявлений, отсутствию негативных эмоций, внешнему контролю. В комплексе взаимосвязей у русских отмечается их насыщенность, взаимодополнение и конфликтность полярных состояний адаптирован-ности и дезадаптированности, что может привести к эмоциональному выгоранию, внутриличност-ным и социальным конфликтам. У казахов меньшее количество взаимосвязей показателей адап-тированности, субъективного благополучия и нервно-психической устойчивости способствует сохранению ровного эмоционального фона, энергетической экономии, отсутствию психологических оснований внутриличностных конфликтов.

Ссылки и примечания:

• 1.    Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках научно-исследовательского проекта «Структура и предикторы благополучия личности: этнопсихологический анализ» (грант № 14–06–00250).

• 2.    Шамионов Р.М. Субъективное благополучие личности как субъекта социального бытия // Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия: Философия. Психология. Педагогика. 2014. Т. 14, № 1–1. С. 80–86.

• 3.    Аболин Л.М. Психологические механизмы эмоциональной устойчивости. Казань, 1987. 262 с.

• 4.    Малышев И.В. Особенности стрессоустойчивости и адаптационных характеристик личности учащихся старших классов // Известия Саратовского университета. Новая серия. Акмеология образования. Психология развития. 2012. Т. 1, № 1. С. 34–38.

• 5.    Рогозян А.Б. Взаимосвязь нервно-психической устойчивости и уровня переживания психологического стресса: анализ данных прикладного исследования [Электронный ресурс]. URL: http://www.sociosphera.com/publication/confer-ence/2012/154/vzaimosvyaz_nervnopsihicheskoj_ustojchivosti_i_urovnya_perezhivaniya_psihologicheskogo_stressa_ana-liz_dannyh_prikladnogo_issledo/ (дата обращения: 15.10.2015).

• 6.    Рогачева Т.В. Представления о психологической устойчивости как предпосылке психологического здоровья [Электронный ресурс] // Медицинская психология в России : электрон. науч. журн. 2014. № 4 (27). URL: http://www.mprj.ru/ar-chiv_global/2014_4_27/nomer/nomer01.php (дата обращения: 15.10.2015).

• 7.    Рогозян А.Б. Указ. соч.

• 8.    Хохлова К.А. Характеристики саногенного потенциала личности наркозависимых : дис. … канд. психол. наук. Кемерово, 2007. 234 с.

• 9.    Практикум по психологии состояний : учеб. пособие / под ред. проф. А.О. Прохорова. СПб., 2004. 480 с.