The relationship between metacognitive beliefs and the differential type of reflection in individuals with different levels of refleXIVity
Автор: Golubeva Nadezhda Yu.
Журнал: Социальные и гуманитарные науки: теория и практика @journal-shs-tp
Рубрика: Психологические исследования
Статья в выпуске: 1 (7), 2023 года.
Бесплатный доступ
Reflexivity and metacognition are interconnected due to the desire to manage the process of cognition and a critical attitude towards the world. The article describes the results of a study of the relationship between the differential type of reflection and metacognitive beliefs. To test the hypotheses, the following methods were used: “Determining the level of development of reflexivity” by A.V. Karpov, the “Differential type of reflection” questionnaire by D.A. Leontyev, E.M. Lapteva, E.N. Osina and A.Zh. Salikhova, and the “Short version of the metacognitive questionnaire” methodology. beliefs" by A. Wells and S. Cartwright-Hatton. The study involved 68 people from 18 to 40 years old, of whom 53 were women and 15 men (M = 21 years, SD = 4.05). The results of an empirical study in which Spearman correlation analysis was used are presented. The results showed that with an increase in the level of reflexivity, positive beliefs about the benefits of worry turn into negative ones, there are obsessive thoughts that focus only on the positivity of beliefs, and with an increase in reflexivity they are fixed only on negative ones.
Type of reflection, reflexivity, metacognitive beliefs, metacognition
Короткий адрес: https://sciup.org/147242815
IDR: 147242815 | DOI: 10.17072/sgn-2023-1-209-213
Текст научной статьи The relationship between metacognitive beliefs and the differential type of reflection in individuals with different levels of refleXIVity
Для выживания и более успешной адаптации в мире человеку необходимо быть критичным, искать истину и погружаться во многие процессы, чтобы разобраться с их природой. Так, необходимо учить людей принципам управления процессом познания, сформировать устойчивую мотивацию к интеллектуальному развитию; развить когнитивные и метакогнитивные ресурсы [6] . Последнее или метакогниции – познавательный процесс, который направлен на понимание собственной когнитивной деятельности – тесно связан с другим феноменом, без которого просто невозможен – рефлексивность. Благодаря ей человек может размышлять о процессах собственной мыслительной деятельности, способен определять и «находить» свои эмоции, т.е. критически относиться к правдивости усвояемой информации [6] . Соответственно, от уровня развития рефлексивности зависят и возможности метапознания. Так, возникает необходимость подтверждения и уточнение характеристик взаимосвязей между рефлексией и метакогнитивными процессами.
Рефлексия – мыслительный процесс, направленный на анализ, понимание и осознание окружающего мира, себя и других людей [12] . А.В. Карпов разграничивает «рефлексию» и «рефлексивность», которая, в свою очередь, является способностью к мышлению о мышлении, к проверке и контролю умственных действий, представляет собой особое психическое свойство индивида [3] . По его мнению, главное различие заключается, что рефлексия – процесс, а рефлексивность – способность к этому процессу. Соответственно, у каждого человека есть рефлексивность. Она находится на разном уровне развития, что впоследствии становится процессом – рефлексией.
Существует модель о дифференциальном типе рефлексии, которая была разработана Д.А. Леонтьевым, Е.М Лаптевой, Е.Н. Осиным и А.Ж. Салиховой (2014), в рамках которой они выделили три вида рефлексии:
-
1) Системная рефлексия связана с самодистанцированием и взглядом на себя со стороны, позволяет охватить одновременно полюс субъекта и полюс объекта.
-
2) Интроспекция связана с сосредоточенностью на собственном состоянии, собственных переживаниях.
-
3) Квазирефлексия направлена на объект, не имеющий отношения к актуальной жизненной ситуации и проявляется в отрыве внимания от происходящих событий в настоящий момент [8] .
М.А. Холодная отмечает, что в данной дифференциальной модели рефлексии только системная рефлексия может быть продуктивной формой саморегуляции и внутренним условием психической зрелости личности, в то время как две другие формы – интроспекция и квазирефлексия – отрицательно сказываются на уровне личностной зрелости, т.к. в большей степени субъективны и направлены либо только на внутренние процессы человека, либо совершенно не относящийся к происходящему событию. В дополнение, можно говорить продуктивной и непродуктивной составляющей в рефлексии. Так, высокий уровень рефлексии скрывает либо продуктивные формы саморегуляции и позитивные последствия (повышение успешности деятельности, самоэффективность, системная рефлексия), либо дезадаптивные формы саморегуляции с негативными последствиями (снижение успешности деятельности, руминации, гиперперсональный контроль, иллюзорный контроль, интроспекция, квазирефлексия) [14]. Это значит, что если человек достаточно часто обращается к себе, размышляет о происходящем вокруг и анализирует, то он может либо успешно себя регулировать, правильно интерпретировать происходящее, либо он интерпретирует неправильно, углубляется в себя, появляются навязчивые мысли, которые усугубляют состояние человека, что ведет к дезадаптиивной деятельности. Соответственно, процесс понимания своего мышления в первом случае более успешен, чем во втором варианте. Так, мы переходим к следующему феномену – метапознанию.
Метапознание иначе называют «мышления о мышлении», а также определяют как познание второго порядка, т.е. мысли о мыслях, знание о знании или рефлексия и критичность к собственному опыту [13] . От рефлексии зависит восприятие мира, обратной связи от него. Проворова А.Н., Коржова Е.Ю подтвержают, что чем дольше человек находится наедине с рефлексией о самом себе, т.е. инстроспекцией, тем больше подкрепляются негативные убеждения о невозможности контроля своего психического состояния (мыслей, эмоций, деятельности) и формируются позитивные убеждения о пользе беспокойства (как механизма защиты от отсутствия когнитивного контроля) [11] .
Метапознание включает в себя метакогнитивное знание и метакогнитивную регуляцию. Первое — знание или понимание когнитивных процессов; второе — способность человека управлять собственными когнитивными процессами при решении проблем [13] . Природу этих двух вариантов психической активности могут усиливать, подавлять или изменять определенные метакогнитивные стратегии – реакции, призванные контролировать и изменять поведение и участвовать в эмоциональной и когнитивной саморегуляции. Некоторые из них нацелены на уменьшение мыслей или негативных эмоций путем изменения аспектов когниции [9] .
Согласно концепции А. Уэллса, существует пять метакогнитивных убеждений, которым придерживаются люди:
-
• позитивные убеждения, касающиеся беспокойства (убеждения, отражающие веру в то, что более частое беспокойство поможет избежать проблем и справиться с трудностями);
-
• негативные убеждения, связанные с неуправляемостью и опасностью беспокойства (убеждения относительно невозможности контроля и телесной, психологической или социальной опасностью беспокойства);
-
• когнитивная несостоятельность (негативные убеждения в отношении собственной мнестической деятельности);
-
• контроль мыслей (убежденность в том, что если не контролировать свои мысли, то может случиться что-то плохое);
-
• внимательность к собственным мыслительным процессам (шкала, отражающая выраженность когнитивного синдрома внимания — тенденции фокусировать свое внимание на собственных мыслях, думать о них) [9] .
Так, гипотезой исследования становит предположение, что дифференциальный тип рефлексии взаимосвязан с метакогнитивными убеждениями. Если говорить более детально, то мы предполагаем, что при повышении уровня рефлексивности человека, будут наблюдаться позитивные метакогнитивные убеждения, а уровень контроля своих мыслей будет минимальным. Так как ранее указывалось, что в негативные последствия могут наблюдаться у лиц с выраженным уровнем интроспекции и квазирефлексией.
В исследовании приняло участие 68 человек от 18 до 40 лет, из них 53 женщины и 15 мужчин (M =21 год, SD = 4,05). Низкий уровень рефлексивности выявлен у 55 человек; средний уровень рефлексивности – у 22 человек. Высокий уровень рефлексивности выявлен только у 3 человек.
Методы. Для исследования рефлексивности применялись: опросник «Определение уровня развития рефлексивности» А.В Карпова и опросник «Дифференциальный тип рефлексии» Д.А Леонтьева, Е.М Лаптева, Е.Н. Осина и А.Ж Салихова. Первая методика содержит 27 утверждений, оцениваемых по 7-ми балльной шкале [2] , [4] . Второй опросник включает 30 вопросов и 4 варианта ответа: нет; скорее нет, чем да; скорее да, чем нет; да [7] .
Для исследования обсессивных проявлений была использована «Шкала обсессивнокомпульсивных расстройств Йеля-Брауна». Разработана В. Гудманом и коллегами в Йельском и Брауновском университетах. Состоит из 10 вопросов, 5 из которых рассматривают степень выраженности обсессивных симптомов, 5 – степень выраженности компульсивных симптомов [10] .
Для выявления убеждений относительно процессов мышления была использована методика «Краткая версия опросника метакогнитивных убеждений» А. Уэллса и С. Картрайт-Хаттона, позволяющая оценить 5 метакогнитивных факторов убеждений: 1) позитивные убеждения, касающиеся беспокойства; 2) негативные убеждения, связанные с неуправляемостью и опасностью беспокойства; 3) когнитивная несостоятельность; 4) контроль мыслей; 5) внимательность к собственным мыслительным процессам. Стимульный материал состоит из 30 вопросов и четырех вариантов ответа [1] .
Методы анализа данных. Полученные данные были обработаны с помощью математических методов. Для определения взаимосвязи рефлексивности и метакогнитивных убеждений был применен математический анализ с расчетом коэффициента корреляции Спирмена. При обработке данных использовался пакет статистических программ Jasp 15.
Результаты и их обсуждение.
Для обнаружения различий по дифференциальным типам рефлексии и метакогнитивным убеждениям в группах с низким и высоким уровнями рефлексивности использовался сравнительный анализ – U-критерий Манна-Уитни.
По результатам сравнительного анализа выявлено различие только по шкале «Системная рефлексия» у лиц с разным уровнем рефлексивности. Следовательно, у лиц с низким и высоким уровнями рефлексивности нет различий по шкалам «Интроспекция», «Квазирефлексия», «Позитивные убеждения, касающиеся беспокойства», «Негативные убеждения, связанные с неуправляемостью опасностью беспокойства», «Внимательность к собственным мыслительным процессам», «Контроль мыслей», «Когнитивная несостоятельность». Это означает, что при разных уровнях механизмы рефлексии и метапознания протекают без явных различий. При этом показано, что лицам с низким уровнем рефлексивности в большей мере свойственно умение самодистанцирования и взгляда на себя со стороны, что позволяет рассмотреть себя как с субъективной точки зрения, так и с объективной.
Для выявления связей между дифференциальными типами рефлексии и метакогнитивными убеждениями использовался корреляционный анализ Спирмена.
Сначала был проведен корреляционный анализ на общей выборке, где прослеживалась закономерность: шкалы «Интроспекция» и «Шкала обсессивнокомпульсивного расстройства» были связаны между собой и почти со всеми шкалами метакогитивных убеждений.
С целью проверки предположения о том, что негативные убеждения, связанные с неуправляемостью и опасностью беспокойства, опосредуют связь между интроспекцией и обсессивно-компульсивными проявлениями, были проведены частные корреляции. Подсчет коэффициента частной корреляции должен был дать ответ на вопрос, в какой степени интроспекция связана с обессивно-компульсивными проявлениями, при условии того, что негативные убеждения, связанные с неуправляемостью и опасностью беспокойства, при этом остаются неизменными. Выяснилось, что в подобных условиях связь между интроспекцией и обессивно-компульсивными проявлениями отсутствует. Уточняем, что все линейные коэффициенты корреляции и коэффициенты множественной корреляции между измеряемыми переменными были высокозначимыми.
Отмечем, что коэффициент частной корреляции между интроспекцией и обсессивнокомпульсивными проявлениями оказался равным 0,258, что существенно меньше предыдущего частного коэффициента корреляции (0,580). Выяснилось, что при снижении негативных убеждений, связанных с неуправляемостью и опасностью беспокойства, связь между интроспекцией и обессивно-компульсивными проявлениями становится минимальной. Это значит, что
Для уточнения взаимосвязей метакогнитивных убеждений с дифференциальным типом рефлексии были рассмотрены корреляции при разных уровнях рефлексивности – высоким и низким.
В результате корреляционного анализа у группы с низким уровнем рефлексивности обнаружены прямые взаимосвязи: «Позитивные убеждения, касающиеся беспокойства» с «Шкалой обсессивно-компульсивного расстройства» (г = 0,71; p<.05); «Системная рефлексия» с «Внимательность к собственным мыслительным процессам» (г = 0,66; p<.05). Также выявлена обратная взаимосвязь: «Уровня рефлексивности» и «Позитивные убеждения, касающиеся беспокойства» (г = -0,70; p<.05). Это значит, что у лиц с низким уровнем рефлексивности при укреплении убеждений, отражающих веру в то, что более частое беспокойство поможет избежать проблем и справиться с трудностями, будут чаще проявляться навязчивые болезненные мысли и компульсивное поведение. При повышении самодистанциирования, возможности увидеть ситуацию со стороны субъекта и объекта, возрастает фиксированность к собственным мыслям. Также при повышении уровня рефлекивности убеждения о том, что беспокойство поможет избежать проблем, становятся минимальными.
В ходе корреляционного анализа в группе с высоким уровнем рефлексивности обнаружены прямые взаимосвязи: «Негативные убеждения, связанные с неуправляемостью и опасностью беспокойства» с «Системной рефлексией» (г = 0,696; p<.01), «Интроспекция» (г = 0,66; p<.01), «Шкала обсессивно-компульсивного расстройства» (г = 0,641; p<.05); «Потребность в контроле мыслей» с «Шкала обсессивно-компульсивного расстройства» (г = 0,678; p<.01). Это значит, что у лиц с высоким уровнем рефлексивности при укреплении убеждений, связанных с неуправляемостью и опасностью беспокойства, будут чаще проявляться навязчивые болезненные мысли и компульсивное поведение, фокусировка внимания на собственные переживания и стремление к самодистациированию, возможности увидеть ситуацию со стороны субъекта и объекта. При возрастании стремления к контролю своих мыслей появляются и навязчивые болезненные мысли и компульсивное поведение в большем количестве.
Заключение.
Стремление быть критичным и способным анализировать происходящие события формируют установку у человека на развитие рефлексивности и метакогнитивных убеждений. От уровня развития рефлексивности зависят и возможности метапознания. Для уточнения и подтверждения характеристик взаимосвязей между рефлексией и метакогнитивными процессами было проведено исследование. Мы установили, что лица с низким уровнем рефлексивности могут самодистанциироваться, увидеть ситуацию с разных позиций, присутствует фиксация на собственных мыслях. Они считают, что беспокойство о собственных мыслях и когнитивных процессах необходимо и помогает справляться с происходящими ситуациям. При высоком уровне рефлексивности лица будут стремиться к уединению, обдумыванию происходящих ситуаций, фокусироваться на собственных мыслях без возможности управления им. Мысли болезненные, навязчивые. При повышении уровня рефлексивности убеждения о полезности беспокойных мыслей трансформируются в убеждения об их негативности, неуправляемости и опасности. Мы отмечаем, что присутствие обессивно-компульсивных проявлений, которые могут быть руминациями.