Blanks for architectural insets/plates of the second half of the 17th century from the new Jerusalem monastery
Автор: Glazunova O.N.
Журнал: Краткие сообщения Института археологии @ksia-iaran
Рубрика: Эпоха средневековья
Статья в выпуске: 242, 2016 года.
Бесплатный доступ
The paper examines the blanks for architectural plates with underglazeornament found in a kiln for making ceramics that dates to the second half of 17 th century,the kiln was discovered in the New Jerusalem Monastery. It is suggested that such plateswere probably used as architectural insets.
New jerusalem monastery, ceramic production, architectural ceramics, architectural ornament, plates, glaze
Короткий адрес: https://sciup.org/14328277
IDR: 14328277
Текст научной статьи Blanks for architectural insets/plates of the second half of the 17th century from the new Jerusalem monastery
Среди материала, заполняющего керамический горн второй половины XVII в., находящийся в предградье Новоиерусалимского монастыря1, есть группа заготовок крупных керамических тарелок. Всего обнаружено девять тарелок разной степени сохранности с врезным орнаментом под поливу. К сожалению, целых экземпляров не найдено, не везде удалось даже реконструировать рисунок. Тем не менее зафиксировано несколько вариантов орнамента (рис. 1). Еще два фрагмента есть среди материала шурфов во внутренней части монастыря. И три готовых, покрытых поливой экземпляра найдено при работах в помещениях (рис. 2). Тарелки выполнены из красной глины с небольшим количеством песка в тесте. Донце плоское, ободок широкий со слегка утолщенным краем. Диаметр сосудов колеблется от 30,0 до 34,0 см. Полоски врезного орнамента довольно глубокие и широкие. Из трех готовых экземпляров один полихромный, найден среди развала изразцов Трапезных палат, полива разных цветов положена там по участкам, разделенным врезными линиями орнамента, – тарелка раскрашена по шаблону рисунка, сделанного на заготовке (рис. 2, 2 ). Сами линии врезки заполнены поливами темного и желтого цветов. Такая методика разделения полив называется «силезской».

Рис. 1. Заготовки керамических тарелок с врезным орнаментом
1–5 – прорисовки заготовок керамических тарелок с врезным орнаментом под поливу из заполнения горна

Рис. 2. Поливные тарелки с врезным подглазурным орнаментом
1, 1а, 1б – с бирюзовой поливой; 2 – с разноцветными поливами
Для бытового использования такие тарелки не очень удобны. Врезной орнамент на рабочей стороне будет забиваться остатками пищи, которые трудно вычистить. Даже в странах, где керамические тарелки использовались давно и прочно вошли в быт, таким способом они не украшались. Использовалась простая подглазурная или же надглазурная роспись. Если разноцветные поливы хотели разделить, использовали ровно противоположный метод – линии контура выкладывали более густой поливой, давали ей подсохнуть и затем уже заполняли получившийся рисунок поливами других (а иногда тех же) цветов. Скорее всего, тарелки предназначались для использования в качестве архитектурных вставок. Для западной архитектуры, особенно итальянской, это обычное дело ( Беляев , 2007. С. 133–140). В России примеров использования многоцветной посуды в качестве архитектурных вставок очень мало. Блюдами из Изника была декорирована церковь Троицы в Хорошеве 1597–1598 гг. постройки ( Баранова , 2011. С. 62–64) . Но там орнамент расписной. Поливными полихромными тарелками с врезными линиями орнамента и уже московского производства украшены кокошники Никольской церкви села Никольское-Урюпино 1664–1665 гг. постройки (Красногорский район Московской области) ( Маслих , 1983. № 114). Диаметр тарелок Никольской церкви – 27,0 см, что соответствует диаметру тарелок из Нового Иерусалима. При обжиге глина дает 10 %-ную усадку. Покрытые поливой заготовки после повторного обжига уменьшились бы в размере до 27,0–30,6 см, то есть до размера тарелок из Никольской церкви. Справедливости ради отметим, что и бытовые тарелки имеют примерно такие же размеры.
Трудно сказать, для какого сооружения предполагалось использовать тарелки из новоиерусалимского горна. В монастыре построек, подходящих для такого декора, нет. Можно предположить, что их делали на заказ. Рисунок орнамента новоиерусалимских тарелок более сложный и предназначен для большего количества цветов, нежели рисунок «тарелей» из Никольской церкви. Возможно, «тарели» из церкви села Николо-Урюпино послужили прообразом для заготовок из горна. К тому же заготовки датируются более поздним временем, 80-ми гг. XVII в. Вскоре после этого горн был разрушен, и продукция не дошла до заказчика. По крайней мере, нам не известен ни один архитектурный памятник, который был бы украшен этими тарелками. Да и стиль архитектуры к XVIII в. сильно меняется. Так что вполне возможно, что перед нами остатки незавершенного проекта.
Вернемся к оставшимся двум готовым экземплярам тарелок. Они одинаковые и покрыты одноцветной поливой бирюзового цвета (рис. 2, 1 ). При этом орнамент теряется, его трудно даже воспроизвести при прорисовке, приходится наклонять тарелку, используя косой свет, чтобы выявить отдельные элементы рисунка. Эти тарелки, по-видимому, использовались в быту. По крайней мере, найдены они были в материале жилых помещений. Возможно, не пригодившиеся заготовки решено было залить густой одноцветной поливой и использовать как обычные тарелки.