Жанр производственного романа в творчестве В.И. Крюкова

Жанр романа всегда привлекал внимание литературоведов, предоставляя материалы для гуманитарных исследований разного рода. Постоянно находясь в развитии, этот жанр изменялся и приобретал новые разновидности с собственной спецификой. В двадцатом веке одной из таких разновидностей стал производственный роман. Если заглянуть в историю жанра, то следует отметить, что «производственный роман возник как естественное продолжение романа натуралистического и явился откликом на важную в обществе тему индустриализации. Рост промышленности, производства и научно-технических открытий требовал сосредоточения внимание на вопросах трудовой жизни людей. В этот момент и возник производственный роман как жанр пролетарской литературы» [9, с. 47].

Родоначальником жанра можно назвать французского писателя Пьера Ампа. В основе сюжетов его романов, написанных еще в начале ХХ века, лежат производственные процессы. Главные герои повествования – профессионалы из разных сфер трудовой деятельности. В романе «Свежая рыба» (1908) описан труд рыбаков, в «Шампанском» (1909) рассказывается о рабочих буднях виноделов и т. д. Главной особенностью этих произведений является то, что личные психологические моменты в них вторичны по отношению к производственной тематике [1]. «Уже в первых производственных романах прослеживаются типичные для всего жанра в целом черты: отсутствие какой бы то ни было личной, психологической темы и сюжета в традиционном смысле» [4, с. 284].

Пик интереса к производственному роману в СССР пришелся на довоенные годы. На Западе, напротив, в этот период интерес к производ- ственному роману почти исчез и возник снова только уже после войны, ближе к 1960-м годам, с появлением произведений Артура Хэйли. Его романы «Аэропорт» (1968), «Перегрузка» (1979), «Отель» (1965) и другие снискали международную славу, став бестселлерами не только в США, но и в других странах [3]. «Именно благодаря его романам данный жанр получил, во-первых, “второе дыхание”, а во-вторых, достиг наивысшей точки своего развития» [4, с. 284].

В Советском Союзе в послевоенное время также происходит переосмысление производственного романа. Новые произведения этого жанра частично теряют свою идеологическую составляющую, заменяя ее критической.

Чтобы целостно осмыслить процесс возникновения и развития производственного романа как жанра, следует обратить внимание на те задачи, ради которых он создавался, и выделить ключевые черты данного жанра.

Среди задач исследователи выделяют следующие. Во-первых, это популяризация, заключается в том, чтобы показать людям, как работает производство, раскрыть это изнутри, объяснить и развеять мифы. Так, например, произведение А. Хэйли «Аэропорт» (1968) помогло рассказать массам о работе пассажирской авиации, набиравшей обороты во второй половине ХХ века, развеять связанные с перелетами домысли и страхи. Во-вторых, мотивация, необходимая, чтобы представить читателю образ хорошего, «правильного» специалиста – «показать труд таким вкусным, таким заразительным, чтобы у каждого человека зачесались руки», «заразить радостью добровольного, творческого, социалистического труда», как пишет об этом М. Шагинян [10, с. 21]. В-третьих, критическая задача – задуматься о вреде, наносимом окружающей среде, связанном с работой крупных производств, о вопросах экологии. В-четвертых, историческая задача, показать и запечатлеть уникальные реальные производственные моменты и процессы, методы, конкретные производственные проблемы и пути их решения, некие универсальные управленческие схемы, способы разрешения конфликтов и т. д.

Среди главных принципиальных черт производственного романа следует выделить такие, как достоверность и правдивость отображения производственных процессов; очерковость, правдоподобность, знание автором материальной части (зачастую автор сам работает на производстве и может достоверно все описать); развитие фабулы происходит в рамках крупного предприятия, организации [9, с. 52–58]; производственный процесс показан подробно и детально, но в то же время доступно для читателя, чтобы дать возможность понять, «как оно работает»; центральным положительным персонажем обычно выступает профессионал, который решает проблему, связанную с его профессиональной деятельностью; критическая ситуация на работе становится основным двигателем сю- жета; герой раскрывается прежде всего через эти критические ситуации; противопоставление профессионала непрофессионалу, которое может приобретать различные формы; рабочий коллектив является важной и неотъемлемой частью сюжетно-композиционной схемы романа; проблемы героев на работе противопоставляются проблемам в личной жизни, перед героями встает нелегкий выбор приоритета, – такая особенность характерна прежде всего для послевоенных производственных романов в СССР и на Западе, так как довоенный советский производственный роман не показывает такого противопоставления, автоматически отдавая приоритет работе, а семью рассматривает как нечто вторичное и незначительное.

Лингвистический аспект жанровой специфики производственного романа заключается в использовании специфической терминологии наряду с другими средствами выразительности; главенствующую позицию занимают терминологические поля той или иной сферы профессиональной деятельности, которые свободно сосуществуют и функционируют в тексте романа наряду с общеупотребительной лексикой и многообразием средств художественной выразительности. Как явствует из определения производственного романа, приведенного выше, основной характеристикой является детальное описание производства, которое невозможно без привлечения специфических языковых средств [8, с. 47].

• Н.    Л. Лейдерман пишет: «Производственный роман – жанр, в котором человек рассматривается прежде всего в свете его рабочих функций» [7, с. 30]. Это литературное произведение, в центре повествования которого стоит профессионал, решающий определенные производственные задачи. Также одним из важных моментов является место действия, система, генезис, развитие и кризис которой являются опорными точками повествования и определяют развитие сюжета. «Для производственного романа свойственен органичный синтез терминологической лексики, узкопрофессиональных понятий (в зависимости от описываемой сферы деятельности) и художественного текста, а также использование всего спектра средств языковой выразительности» [3, с. 285].

О советском производственном романе следует говорить отдельно и подробно, останавливаясь не только на общих признаках жанра, но и на его уникальных особенностях, повлиявших на его возникновение и развитие.

Все советские производственные романы можно условно поделить на два типа. Они связаны с довоенным и послевоенным периодами.

Среди ключевых черт послевоенного советского производственного романа следует выделить такие. Во-первых, это критический взгляд на производство (его управление, стратегии, цели). Во-вторых, на смену идее покорения природы приходят вопросы экологии. Экологические проблемы стоят в ряду главных проблем современности уже со второй половины ХХ века и по сей день, поэтому потребительский взгляд на природопользование постепенно сменяется пониманием того, что мир переживает кризис отношений человека и природы, и последствием этого кризиса может стать разрушение целых экосистем. Индустриализация, развитие городов и производства – одна из основных причин возникновения экологических проблем, поэтому тема экологии неотъемлемо связана с темой производства. В-третьих, появляется конфликт производственного и семейного в романах («Журбины» Всеволода Кочетова (1952)). В послевоенных советских производственных романах роль семьи более не умаляется. Обе сферы – семейная и рабочая – признаются равноценными или же у героев возникает проблема выбора: что важнее? Авторами выдвигается идея, что невозможно идеально совмещать семью и работу – что-то в любом случае пострадает. Внешняя и внутренняя мотивации героя более не сливаются, а, напротив, разделяются, и приоритет отдается именно внутренней мотивации. Личная трагедия героя приобретает вес и важность. Трудовой героизм уже не привлекает авторов. В послевоенных произведениях появляется критика трудового героизма и самоотверженности на работе («Утоление жажды» Ю. Трифонова (1963)). Прагматические мотивы – например, высокий заработок («Водители» А. Рыбакова (1950)) – больше не осуждаются, а порой рассматриваются с позитивной стороны, как нечто естественное, допустимое и логичное [1; 4].

Виктор Иванович Крюков – советский писатель, пик творчества которого пришелся на послевоенные годы. Его романы и повести на производственную тематику относятся ко второму периоду существования и развития производственной прозы и имеют характерные для этого жанра черты. Согласно исследованию В.А. Редькина, «в центре внимания писателя – нравственные проблемы, что прошло красной нитью через все его творчество» [7, с. 85].

Производственные романы Крюкова – это романы-мотиваторы, призывающие работать так, как делают это положительные герои романа – самоотверженно, азартно, на благо людей, с удовольствием, постоянно стремясь к самосовершенствованию: «Надо ставить перед собой огромные задачи и стараться их одолевать. Тот, кто ставит перед собой мелкие цели, никогда не достигнет высоких» [3, с. 48]. Согласно законам жанра, в центре повествования стоит профессионал. Философский аспект произведений затрагивает роль осознанного выбора, призвания и таланта. Профессионал, по мнению Крюкова, – это человек, который не только хорошо обучен, но и искренне любит свою работу, считает своей целью выполнить ее наилучшим образом: «Они вкладывают в дело душу, добиваются высшего качества деталей» [Там же, с. 141].

Трудовой путь профессионала не бывает легким. Обычно ему противостоят идейные противники. Их цели, мотивы, принципы работы пол- ностью противоположны целям, мотивам и принципам положительных героев. В романе «Творцы и пророки» (1961) такая борьба показана на примере конкуренции двух идейных групп внутри одного предприятия. Эта конкуренция коррелирует с противостоянием старого и молодого поколения, новаторов и консерваторов, отцов и сыновей, которое показано как в контексте трудовой деятельности, так и в контексте семьи. Конфликт молодых ответственных энтузиастов и старых закостенелых номенклатурщиков, которых интересует не реальное новаторство, а сохранение своего господствующего положения на заводе за счет выпуска в производство сырой, недоделанной новинки: «Слишком много было в комиссии лиц, заинтересованных в том, чтобы сбыть недодуманное детище на производство и тем самым выполнить план» [Там же, с. 48]. Новаторство для Крюкова не абстрактное понятие и не слепая погоня за изменениями. Новаторство – это прежде всего ответственность, продуманность и безопасность: «Запуск сырой машины в производство тянет за собой тяжелый шлейф… Этот шлейф, подобно парашюту, выброшенному из самолета перед посадкой, тормозит технический прогресс» [Там же, с. 284]. Новатор – не тот, кто слепо боготворит все новое, а тот, кто своими трудами может реально улучшить жизнь других людей. Улучшение – суть новаторства. Поэтому в своем романе автор косвенно предупреждает нас о «химерах» – нерадивых работниках, которые лишь притворяются новаторами и не несут никакого прогресса. Прогресс для Крюкова заключается не в новациях как таковых, а в конкретном улучшении человеческого существования. Мало просто создать новинку, важно, чтобы жизнь реальных людей с ее появлением улучшилась.

Еще одна проблема – недооцененность творческой мысли простых рядовых сотрудников, лишенных права голоса возгордившимся начальством: «Творческая мысль рабочих, ученых и техников сдерживается существующей формой взаимоотношений заводов. Сколько рабочих, подав одно-два предложения и не увидев их в жизни, примирялись и забывали дорогу в БРИЗ» [Там же, с. 167].

Конфликт на производстве созвучен конфликту отцов и детей, конфликту внутри семьи. В романах Крюкова семья не уходит полностью на второй план, ее проблемы идут параллельно с проблемами на работе и не обесцениваются, что характерно для послевоенных советских производственных романов в целом. Продвигается характерная для них идея о том, что полностью отдаваться семье и работе одновременно невозможно, одна из сфер непременно будет страдать («Испытание славой» (1969)).

В романе «Творцы и пороки» автор определяет причину созвучия этих двух конфликтов – производственного и семейного. Крюков разбирает этот вопрос на примере антагониста романа, Серафима Петровича Зыкова. Зыков – закоренелый консерватор, он осторожен, временами эго- истичен. Он – так называемый «пророк», которому кажется, что он знает будущее свое и своих детей, а поэтому может решать за них их судьбы. Так, Зыков не позволяет своему сыну Валентину работать по призванию, губит его талант литератора, считая, что должность инженера надежнее и выгоднее экономически. В итоге Валентин несчастен, он разрывает отношения с отцом, жалеет об упущенных возможностях, винит в своем крахе Зыкова. Возможность заглянуть в прошлое самого Зыкова позволяет нам понять причины таких решений и поступков. В молодости он сам был энтузиастом, горел новыми идеями, мечтал трудиться на благо людей, но, проиграв в конфликте с матерыми номенклатурщиками, сломался. Именно поэтому постаревший Зыков делает ставку на осторожность, приземлен-ность, пытается действовать наиболее прагматично. Он не рискует, чтобы вновь не проиграть. При этом прошлое вдохновленного идеями мечтателя не дает ему жить спокойно, ввергает в тоску и сожаления: «Чем я вознагражден за любовь к природе? Должностью? Ее нет. Званием? Вчера я был мичуринец, имевший известность в масштабе города, – сегодня простой садовник» [Там же, с. 55]. Он жалеет об упущенных возможностях, но не желает признавать факт, что пошел в жизни не тем путем.

С производственной точки зрения, романы Крюкова раскрывают уникальные моменты, случаи, подкрепленные реальными событиями, свидетелем которых был автор. Писатель описывает реальные ситуации, происходившие на предприятиях Твери, в литотделах которых он работал. Речь идет о Тверском экскаваторном заводе и Тверском вагоностроительном заводе. Так, на ТЭЗ развиваются события романа «Творцы и пророки» (1961). В романе описан реальный конфликт, про который Крюков сначала написал статью в газету. События повести «Гордый человек» (1974) происходят на ТВЗ. Вот что рассказывает по этому поводу жена писателя: «Виктор Иванович ездил от журнала “Огонек” корреспондентом, и был тут такой проблемный очерк у него опубликован о нашем Экскаваторном заводе, был там такой большой конфликт… И на основе этого конфликта родился роман “Творцы и пророки”» [2].

Экологическая тема также затрагивается Крюковым. Он пишет об угрозе экологической катастрофы и ответственности современного индустриального общества за вред, наносимый природе, рассказывая об этом на примере реального конфликта вокруг строительства в Тверской области Ржевского гидроузла («У истоков судьбы» (1990)). По словам самого автора, эта книга «подлинная, документальная». Крюков лично принял участие в борьбе против строительства. Вот что он говорит в своем интервью: «Это означало бы большие затопления посевных площадей и лесов области. Против этого категорически выступил главный санитарный врач области Яшин. Он же был главным экологическим консультантом при написании книги “У истоков судьбы”» [Там же].

Таким образом, произведения В. Крюкова, с одной стороны объединяют в себе черты, характерные для типичных производственных романов второй половины двадцатого века: критический взгляд на управление производством, мысли об экологической ответственности, конфликт работы и семьи и т. д. С другой стороны, они обладают уникальным авторским взглядом на философские проблемы прогресса, профессионализма, творчества, соотношения «рабочего» и «семейного» в жизни человека, возможности и обоснованности индивидуального профессионального выбора. В своих книгах Крюков ищет формулу «идеального» работника, в корне переосмысливая мысль об ударном труде ради высоких показателей, транслируемую производственными романами предыдущего поколения. Он согласен, что человек должен работать хорошо, но причиной этого видит не преодоление себя через жертву, а сделанный в самом начале жизненного пути верный профессиональный выбор. Согласно Крюкову, человек трудится хорошо, если работа приносит ему удовольствие и удовлетворение, если она окрыляет его, соответствует его таланту, является важной составляющей жизненного смысла. Человек, избравший профессию наперекор своей натуре и желаниям, не сможет выложиться полностью, не будет в полной мере профессионалом. В. И. Крюков – яркий представитель тверской литературной школы, для которой характерно углубленное внимание к проблеме конфликта человека и природы, которая рассматривается в духовно-нравственном аспекте, осмысливается с позиций «духовного реализма» [5, с. 36–82; 6].

Несмотря на то что советский производственный роман часто называют продуктом административной политики, он является специфическим феноменом в литературе и тесно связан с эстетическими и нравственными потребностями индустриальной эпохи. Во второй половине ХХ века в СССР он приобретает не только пропагандистские, но и критические черты. Возникает тесная связь с темой экологии, так как вопросы экологии неразрывно связаны с вопросами производства и индустриализации, а также рассматривает роль профессионализма, призвания и таланта в трудовой сфере. Также производственный роман отличается тщательной проработкой подробностей технологического процесса, изложенных простым и доступным для не посвященного в тонкости производства языком. Романы В.И. Крюкова никогда не были плодом конъюнктурного творчества, не ставили перед собой пропагандистские цели, но всегда «сочетают в себе информативность, основанную на народной правде, утверждение высоких нравственных идеалов и подлинное художественное мастерство. Автора более всего волнует мысль о назначении человека на земле, о нелегком поиске своего места в жизни, а значит – и пути к самому себе. Произведения В. Крюкова стали ярким литературным явлением Верхневолжья» [7, с. 89].

Об авторе: