«Жизни черных важны» и «Правда для Адамы»: французские протесты расовых меньшинств

Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург, ,

,

Процесс формирования рассматриваемого меньшинства во Франции схож с тем, который имел место в Великобритании (Пугач, 2025: 132). В его основе, в первую очередь, лежат миграционные процессы. Так, переселение жителей стран Северной Африки началось в 1971 г. (Ware, 2015: 188). Характер продвигаемой Францией республиканской модели организации государства отдавал приоритет гражданству, который отрицал индивидуальные различия, основанные на религии, этносе или расе (Ware, 2015: 190). Тем самым, мы можем говорить о формировании курса на ассимиляцию темнокожей общины в рамках общества этой страны. После Второй мировой войны, которая усилила необходимость в дешевой рабочей силе для экономического развития европейских стран, выходцы из Алжира, Марокко и Туниса стали самой быстрорастущей группой мигрантов, которая на момент 1946 г. равнялась лишь 2 % от общего числа приезжих, но к 1982 г. стала составлять 39 % (Ware, 2015: 191). При этом, несмотря на бурный рост темнокожей общины, раса так и не стала основным критерием общественного различия (Beaman, 2017: 7). Политика национальных властей в первую очередь ориентировалась на миграционный фактор разделения жителей страны, нежели на их расовую принадлежность (Beaman, 2017: 9).

Таким образом, исторически заложенная модель отношений власти и общества не предусматривала расиализацию выходцев из стран Северной Африки. Данный факт также обуславливает и переселение афроамериканцев во Францию. Подход к нивелированию расовых различий сильно контрастировал с действовавшими в Соединенных Штатах законами Джима Кроу, устанавливающими существенные ограничения для темнокожего сообщества.

Целью настоящей статьи является рассмотрение движений «Жизни черных важны» и «Правда для Адамы» в контексте французских протестов расовых меньшинств.

Основная часть . Необходимо обозначить важную особенность формирования темнокожей общины во Франции. Наибольшую часть этой расовой группы составляют выходцы из стран Магриба. Данный факт свидетельствует о существенном различии мигрантских процессов страны с аналогичным опытом Великобритании, где среди переселенцев наблюдается доминирование выходцев из государств Карибского бассейна (Пугач, 2025: 132), что позволяет нам говорить о неоднородности национальных темнокожих общин в рамках данного региона.

Бурный рост численности африканских переселенцев не мог не сопровождаться философским осмыслением их идентичности. Результатом этого стало появление концепции негритюда среди французских интеллектуалов. Она определяется как культурно-философская и идейнополитическая доктрина, теоретическую базу которой составляют идеи самобытности, самоценности и самодостаточности негроидной расы, которые лежат в основе стремления мигрантов к деколонизации и избавлению от неравноправия (Ильина, Береговая, 2022: 84). Французский философ Ж.-П. Сартр трактовал поэзию негритюда как «пробуждение сознания» (Sartre, 1965: 16) и послание «черных людей черным людям о черных людях» (Sartre, 1965: 16). Он охарактеризовал данную концепцию как «антирасистский расизм» (Sartre, 1965: 18), который в конечном итоге, по мнению философа, должен был привести к уничтожению расовых различий (Sartre, 1965: 18).

Однако в политической жизни Франции раса имеет меньшее значение, чем в Соединенных Штатах или Великобритании. Подход национальных властей к ликвидации этого основания для общественного различия отражен и в законодательстве данного государства. Так, согласно части I Закона № 78-18 об информации, файлах и свободах 1978 г., запрещается обработка персональных данных, раскрывающих расовое или этническое происхождение1. Тем самым, устанавливается законодательный барьер на сбор информации о расовых меньшинствах Франции. В 2018 г. обсуждался вопрос об исключении самого слова «раса» из Основного закона государ-ства2. Более того, отстаивание данного национального подхода осуществлялось и со стороны первых лиц страны. Так, в 2021 г. Э. Макрон отметил, что одним из вызовов современности является фрагментация общества, при котором французская нация будет представлять собой объединение различных рас или меньшинств3.

Тем самым можно утверждать, что во французском обществе в действительности наблюдается тенденция использования национального подхода в вопросе взаимодействия с небелым населением. Подобное отражение идей универсализма, наряду со стремлением избавиться от расы как американского явления, не только лежит в основе многообразия сложностей понимания проблем темнокожей общины, но и объясняет меньшую актуальность «Жизни черных важны». Отсюда следует и первое фундаментальное различие рассматриваемого движения во Франции и других странах. Оно основывается на отсутствии определения понятия расы в документах, различных статистических данных и общем стремлении государственных деятелей уйти от этого критерия общественного деления.

Подобный подход в современной науке именуется политикой «цветовой слепоты», то есть наблюдается отсутствие мер преодоления социального неравенства, направленных на расовые или этнические группы, вместо которых на первый план выходят географические или классовые критерии. При этом мы не можем говорить о том, что французское право не содержит шагов, устанавливающих запрет на проявление предубеждений на их почве. Ярким примером служит закон № 90-615 о пресечении любых актов расистского, антисемитского или ксенофобского характера, принятый в 1990 г. Статья I этого документа устанавливает законодательный запрет проявления дискриминации к какой-либо этнической группе, нации, расе или религии1. Более того, данный закон оставляет за судьями право назначать дополнительное наказание лицам, осужденным за преступления на почве подобных предубеждений, ограничивая их в некоторых гражданских правах, например в возможности баллотироваться на государственные должности (Bleich, 2003). Таким образом, несмотря на стремление избавиться от расы как критерия общественного различия, власти Франции предпринимали усилия по предотвращению преступных деяний, порождаемых подобным делением.

Однако нельзя говорить о том, что Франция является страной, для которой абсолютно не характерны какие-либо формы проявления расовой дискриминации. Подтверждением этому могут служить взаимоотношения темнокожей общины этой страны с правоохранительными структурами. Для французского общества протесты расовых меньшинств не являются новым явлением в политической жизни. Подобные акции несогласия с деятельностью полиции имели место в первой половине 1980-х гг. и принимали разные формы: от массовых демонстраций до частных случаев угона автомобилей с целью спровоцировать силовых структуры ввязаться в погоню (Ware, 2015: 209). Эти протесты дали начало формированию движения «Beur» – общенациональной силы, выступающей против расизма (Ware, 2015: 210). По своему содержанию оно представляет собой объединение левого толка, вдохновленное идеями марксизма и феминизма, которые были популярны в студенческой среде, озабоченное проблемами стран третьего мира и преимущественно состоявшее из членов алжирской диаспоры (Beaud, Masclet, 2006).

Стоит отметить и наличие протестных акций, причиной для которых служит практика расового профилирования. Именно она лежит в основе протестов 2005 г. Поводом для них стала гибель подростов в результате попытки скрыться от преследования со стороны полиции, которые явились на место по обращению местного жителя, якобы видевшего как молодые люди проникают на территорию стройки2. Итогами протестов стало задержание более чем 4000 человек, уничтожение 10 000 автомобилей, огромный ущерб недвижимости, а также обвинительный приговор двум представителям правоохранительных структур за неоказание помощи лицу, находящемуся в опасности3.

В связи с этим стоит добавить, что протест как средство проявления общественного несогласия с действиями государственной власти уже давно является частой практикой для Франции. Так, подобные акты неповиновения имели место и летом 2023 г., когда шла активная дискуссия о необходимости повышения пенсионного возраста в этой стране4. Данный факт позволяет говорить о том, что уличные протесты и акты вандализма не являются методом проявления несогласия с деятельностью власти исключительно у представителей темнокожей общины и сочувствующих им людей.

Принимаемые французскими властями меры по ликвидации самой расы, на практике все равно порождают общественные противоречия, в основе которых лежит этот критерий общественного разделения. Массовые демонстрации прошлого свидетельствуют о нерешенности проблем темнокожей части граждан государства и о том, что даже в условиях политики «цветовой слепоты» дискриминация и практика профилирования, в основе которой лежат предубеждения о характеристиках определенной группы, все равно продолжают сохранять свою актуальность. Существование этой проблемы находится в прямой взаимосвязи с деятельностью представителей движения «Жизни черных важны», поскольку оно в первую очередь выступает против вышеупомянутых пагубных явлений.

Таким образом, можно сказать, что протесты расовых меньшинств, имевшие место после гибели Дж. Флойда в 2020 г., не были принципиально новым явлением для Франции. В определенной мере они стали отражать предшествующую им риторику неудовлетворенности положением темнокожего меньшинства во французском обществе.

Однако смерти, причиной которых являлись действия правоохранительных структур, имели место и после образования движения «Жизни черных важны» в 2013 г. Например, в 2016 г. страну охватили протесты по случаю гибели Адама Траоре1. Подобно инциденту, связанному с М. Брау-ном2 и Дж. Зиммерманом, суд в этом случае также встал на сторону сотрудников правопорядка3. На фоне этих событий сестра покойного Адамы, Асса, начала вести правозащитную деятельность, выступая в поддержку расовой справедливости. Основанное ею движение «Правда для Адамы», наряду с одноименным комитетом4, не получило внимания со стороны движения «Жизни черных важны». К настоящему моменту на его официальном сайте отсутствуют какие-либо публикации, посвященные личностям Ассы или Адамы Траоре. Несмотря на это, протесты 2016 г. сопровождались использованием хештега #BLM France и сам лозунг «Жизни черных важны» звучал со стороны протестующих5. Данный факт представляется нам крайне важным, поскольку позволяет сделать некоторые выводы. Во-первых, мы видим упущение возможности создать французское направление движения «Жизни черных важны» на базе деятельности Ассы Траоре и гибели ее брата. Следовательно, «Правда для Адамы» развивается как самостоятельное объединение. Их разделение обнаруживается и в атрибутике. Так, движение «Правда для Адамы» на официальной странице в социальной сети X (в прошлом Twitter) не использует хештег #BlackLivesMatter в описании профиля, данный слоган отсутствует также на титульных фотографиях.

Таким образом, сама история развития массовых протестов на почве неоправданного применения силы сотрудниками полиции или иных межрасовых противоречий не сопровождалась во Франции деятельностью или идеями «Жизни черных важны» в той мере, как это имело место в Соединенных Штатах Америки или Великобритании. К началу массовых акций неповиновения 2020 г. наибольшим влиянием в этом вопросе обладала именно активистка Асса Траоре.

Говоря о протестах 2020 г., необходимо отметить, что по своей форме они были похожи на акты неповиновения 2005 или 2016 гг. Инициатором марша к американскому посольству стала неправительственная правозащитная организация «SOS Racisme»6.

Таким образом, начало протестов во Франции схоже с тем, что имело место в Великобритании (Пугач, 2025: 134). Во-первых, они были инициированы не движением «Жизни черных важны», а отдельными национальными силами. Во-вторых, первой символичной акцией стал именно марш к посольству Соединенных Штатов с целью проявить солидарность с американской темнокожей общиной. Также можно провести и иные параллели. Стоит отметить и массовый характер самих протестов. Так, демонстрации 2 июня привлекли примерно 15 000 сторонников, а марши 7 июня – около 23 0007. Более того, сами протесты не были лишены радикальных проявлений. Одним из них является порча объектов культурного наследия под предлогом избавления от колониального прошлого.

В частности, статуя Жана-Батиста Кольбера была изрисована многочисленными граффити1. Инициаторами этого акта вандализма стала радикальная антирасистская группировка «Brigade anti-négrophobie»2, название которой можно перевести как «Бригада по борьбе с негрофобией». Данное объединение, основанное в 2005 г., открыто противопоставляет себя иным организациям со схожим проблемным полем, считая их «фасадными» ассоциациями3.

Таким образом, мы видим формирование нескольких полюсов силы в рамках движения «Жизни черных важны» во Франции. Наиболее умеренным крылом является «SOS Racisme», которые не стремились способствовать вандализму, фокусируясь на проявлении сочувствия. Деятельность Ассы Траоре и ее «Правды для Адамы» представляется зеркальным отражением американского направления «Жизни черных важны». В это же время «Бригада по борьбе с негрофобией» служит воплощением более радикальных идей. Подобное отсутствие консолидации в рамках движения «Жизни черных важны» во Франции, наряду с фрагментацией взглядов самих участников протестов, позволяет проводить аналогии с событиями в Великобритании (Пугач, 2025: 132– 133). Представляется, что отсутствие единой координирующей силы делает неопределенной саму цель рассматриваемых акций несогласия. Ясным становится стремление к преодолению расовой дискриминации и проявлений жестокости со стороны органов правопорядка, однако то, какие конкретно меры могли бы поспособствовать этому, сами демонстранты не заявляют.

Однако разница во взглядах основных организаций в рамках протестов «Жизни черных важны» обуславливает их неспособность образовать единую политическую силу. Данный факт представляется крайне важным, так как наличие действительно влиятельного противовеса полицейской жестокости со стороны гражданского общества этой страны могло бы служить ограничителем в вопросе выбора силовых средств сотрудниками правоохранительных структур. Само провозглашение Ассы Траоре лидером рассматриваемого движения носит крайне условный характер, поскольку сама активистка говорит о том, «Жизни черных важны» лишь помогли ей привлечь внимание общественности к тому, что случилось с ее братом4. Более того, мы можем сказать, что протесты во Франции не были полным отражением идей американской протестной силы. Наоборот, по большей части «Жизни черных важны» опиралось именно на предшествующие ей гражданские объединения, выступающие против расовой дискриминации (Escafré-Dublet et al., 2023: 672).

Стоит также сказать и о схожести риторики высших должностных лиц. Президент Франции Э. Макрон выступил в защиту культурного наследия страны. В своем обращении 2020 г. он подчеркнул, что «республика не сотрет ни следа, ни имени из своей истории… она не снесет ни одной статуи»5. Однако наблюдается и отход от традиционного французского подхода, именуемого политикой «цветовой слепоты». Э. Макрон обещал быть «бескомпромиссным перед лицом расизма, антисемитизма и дискриминации», тем самым фактически признав существование самой расы и то, что она может являться критерием общественного разделения. Однако в дальнейшем движение «Жизни черных важны» послужило основой для нападок президента Франции на американскую культуру. Например, негативные высказывания Э. Макрона были направлены против «некоторых теорий в области социальный наук, полностью заимствованных из Соединенных Штатов»6. Иными словами, наблюдается попытка отметить чуждый характер понятия расы и связанных с ним теорий для Франции. Подобные заявления президента Э. Макрона служат олицетворением стремления власти к отстаиванию политики «цветовой слепоты» в рамках национального общества.

Описанные акты неповиновения органам власти сделали очевидной необходимость реформирования сферы правоприменения во Франции. Первой инициативой 2020 г. стал запрет использования удушающих приемов, который был отозван через неделю после анонса, в связи с протестами со стороны самих полицейских1. Годом позднее стало прослеживаться стремление к повышению прозрачности деятельности правоохранительных структур. Новое изменение предусматривало публикацию результатов внутренних расследований инцидентов превышения полномочий сотрудниками полиции, наряду с созданием специального парламентского органа для мониторинга данных случаев2. Представляется, что данная мера неспособна существенно ограничить правоохранительные структуры в вопросе выборе средств силового воздействия.

В начале 2023 г. был разработан новый национальный план борьбы с ненавистью и дискриминацией. Он предусматривал ужесточение санкций против обвиняемых в дискриминации, повышение осведомленности у молодежи, учителей и государственных служащих, а также проведение опросов общественного мнения о травмирующем опыте проявлений расизма, антисемитизма и цыганофобии. В рамках данного плана не было сделано существенных шагов по ликвидации чрезмерного применения силы сотрудниками полиции, что является фундаментальной причиной для развития движения «Жизни черных важны».

Отсутствие мер, направленных на ликвидацию практики расового профилирования во Франции, лежит в основе протестов 2023 г. Основной причиной новых акций неповиновения стала гибель семнадцатилетнего подростка Нахеля Мерзука3. Примечательным для нас является соотнесение внимания общественности к данному инциденту, Адаме Таоре и «Жизни черных важны». Поисковые запросы в Google показывают, что рассматриваемое движение во французском обществе перестало восприниматься как противовес чрезмерному применению силы сотрудниками полиции4. Отмеченная нами ранее тенденция на размежевание протестных настроений среди национальных антирасистских организаций не позволила движению «Жизни черных важны» закрепиться во Франции. При этом следует отметить успех Ассы Траоре, поскольку даже во время демонстраций, требующих справедливости для Нахеля Мерзука, личность ее брата вызвала значительно больший интерес у пользователей сети Интернет5.

Заключение . Реформа полиции 2023 г., осуществленная после протестов, не содержала каких-либо мер по предотвращению чрезмерного использования сотрудниками полиции, фокусируясь лишь на изменении методов управления⁶. Этот факт подводит нас к самому важному выводу о деятельности организации «Жизни черных важны» во Франции, состоящем в фиксации отсутствия ощутимых результатов для самого движения. Многочисленные акты неповиновения не только не привели к существенным изменениям в сфере правоприменения, но и не оказали влияния на политику «цветовой слепоты», проводимую властями Франции. Единственный ощутимый результат – усиление активистки Ассы Траоре, которой официальные власти в 2023 г. запретили проводить ежегодную демонстрацию в память о брате⁷. Представляется, что причиной этому служит риск привлечения еще большего внимания к гибели Нахеля Мерзука.

Также стоит отметить и отсутствие влияния деятельности движения «Жизни черных важны» на восприятие расы как понятия во Франции. Со стороны государства не последовали существенные преобразования в области сбора и предоставления информации о положении расовых меньшинств, что говорит нам о сохранении приверженности Э. Макрона политике «цветовой слепоты» и в этой области.

Исходя из этого, дальнейшее развитие «Жизни черных важны» во Франции представляется нам маловероятным. Во-первых, неудовлетворенность взаимоотношениями с полицией у представителей темнокожей общины в 2023 г. не смогла послужить мобилизационной силой, которая бы обеспечила новый веток интереса к этому движению. Во-вторых, отсутствие кооперации движения

«Жизни черных важны» с национальными протестными силами в 2020 г. лежит в основе формирования общественного внимания вокруг местных антирасистских объединений. Совокупность данных фактов не позволяет говорить о том, что рассматриваемое движение смогло закрепиться во Франции, что и обуславливает его быстрое исчезновение из политической повестки.