Административное наказание как инструмент ограничения свободы предпринимательства и права собственности: точка зрения

Тенденции изменения законодательства об административных правонарушениях последнего времени свидетельствуют о последовательном и планомерном усилении административной ответственности за правонарушения, в том числе за правонарушения в сфере таможенного регулирования. Складывается масштабная ситуация, когда административное наказание превраща- ется «в инструмент подавления экономической самостоятельности и инициативы, чрезмерного ограничения свободы предпринимательства и права собственности»1.

Теоретики административного права нередко критикуют усиление административной ответственности, которое, по их мнению, не приводит к снижению административной деликтности [1, с. 54]. Так, профессор Б. В. Рос-синский утверждает, что при увеличении размеров административных штрафов в первый период времени (примерно от 6 месяцев до одного года), как правило, отмечается снижение числа нарушений, однако в последующем наступает постепенное привыкание к новым санкциям и правонарушения вновь совершаются [3, с. 8–17]. Свою позицию по этому вопросу выразил профессор А. П. Шергин, указывая, что в таком случае административный штраф превращается «в инструмент чрезмерного ограничения права собственности граждан, несовместимого с требованиями справедливости при назначении административного наказания» [7, с. 129].

В постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации 2013 и 2014 гг.2 также прослеживается неоднозначное отношение к резкому увеличению административных санкций. Суд обращает внимание на то, что в первоначальной редакции ст. 3.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) устанавливала для юридических лиц максимальный предел размера штрафа в сто тысяч рублей, тогда как в настоящее время эта сумма по ряду административных правонарушений является отправной, минимальной.

Немаловажным условием для разрешения данной проблемы, на наш взгляд, является расширение возможностей применения наказания в виде предупреждения. В действующем законодательстве институт предупреждения не имеет действенного развития. Заметим, что новое правило, включенное в ч. 1 ст. 4.1.1 КоАП РФ и позволяющее в отношении юридических лиц и субъектов малого и среднего предпринимательства заменить административный штраф на предупреждение, не всегда может быть применимо в силу того, что не во всех случаях пра- вонарушения выявляются в ходе осуществления государственного контроля (надзора).

Свою позицию по этому поводу выражает и Федеральная таможенная служба, отмечая, что в случае привлечения к административной ответственности юридического лица при наличии обстоятельств, смягчающих ответственность (признание вины, готовность устранить причины и условия, способствующие правонарушению, возместить причиненный ущерб), применить предупреждение невозможно, так как институт упрощенного порядка привлечения к ответственности юридических лиц законом не пред-усмотрен3.

Кроме того, отметим, что положения КоАП РФ не проводят каких-либо различий между юридическими лицами. В результате для отдельных коммерческих организаций, относящихся, к примеру, к субъектам малого предпринимательства, осуществляющих социальные, культурные, образовательные, научные и другие функции некоммерческих организаций, привлечение к административной ответственности сопровождается такими существенными обременениями, которые могут оказаться для них непосильными и привести к самым серьезным, вплоть до вынужденной ликвидации, последствиям [6, с. 62–63].

Ярким примером могут служить санкции главы 16 КоАП РФ, которые не дифференцируют виды наказаний для субъектов внешнеэкономической деятельности – юридических лиц и лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического. По этому поводу Уполномоченный при Президенте Российской Федерации по защите прав предпринимателей сетует на то, что отсутствие разграничения видов наказаний по принадлежности правонарушителя к субъектам ответственности препятствует развитию малого бизнеса и способствует их переходу в теневой сектор экономики4.

Очевидно, что либерализация административной ответственности юридических лиц может привести в конечном итоге к тому, что большая часть административных правонарушений будет рассматриваться органами исполнительной власти и позволит освободить судебный корпус от чрезмерной нагрузки.

Заметим, что в правовой литературе постановке вопроса о разграничении судебного и административного порядка рассмотрения дел об административных правонарушениях уделяется значительное внимание. Высказывается мнение об ошибочной позиции второй кодификации административноделиктного законодательства, в ходе которой произошла смена приоритета внесудебного порядка рассмотрения дел об административных правонарушениях на судебный [2, с. 157].

Действительно, долголетнее преувеличение роли судов в производстве по делам об административных правонарушениях привело к предоставлению им исключительной компетенции по применению большинства административных наказаний, что, в свою очередь, привело к повышенной занятости судей. Об этом свидетельствует устойчивое увеличение количества дел об административных правонарушениях, рассматриваемых судьями. Вместе с тем очевидным является то, что судебное рассмотрение безмерно осложняет и затягивает само производство, к тому же судебное рассмотрение «очень дорого для государства» [4, с. 50; 5, с. 29].

Несомненно, отдельные административные наказания, например конфискация орудия или предмета административного правонарушения, административный арест, дисквалификация, административное приостановление деятельности, являются в достаточной мере специфичными и лица, уполномоченные применять такие наказания, должны обладать глубокими знаниями в области права и соответствующими полномочиями в их применении.

В этой связи возникает вопрос, что делать с административными наказаниями, отнесенны- ми к исключительной компетенции судей: либо отнести их к полномочиям органов исполнительной власти, либо вообще исключить из КоАП РФ. Может быть, действительно вернуться к вопросу их возврата административным органам? Почему бы, к примеру, полномочия по применению наказания в виде лишения специального права не передать органу, ранее предоставившему лицу такое специальное право; органам внутренних дел передать полномочия по лишению специального права в виде права управления транспортным средством; органам, осуществляющим федеральный государственный надзор в области охраны, воспроизводства и использования объектов животного мира, – полномочия по лишению специального права осуществлять охоту? Отвечая на поставленные вопросы, можно предложить переориентацию нового кодекса на преимущественное применение наказаний административными органами, в том числе таможенными органами, во внесудебном порядке.

Резюмируя рассуждения о роли административного наказания, можно сделать вывод о том, что законодательство об административных правонарушениях в целях совершенствования и соблюдения принципа справедливости наказания и соразмерности наказания характеру совершенного деяния должно содержать дифференцированный подход к назначению наказаний для юридических лиц и лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица.

Внесение в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях изменений должно быть направлено на исключение возможности чрезмерного ограничения экономической свободы и права собственности юридических лиц при их привлечении к административной ответственности, что в результате позволит снизить загруженность судей при рассмотрении дел данной категории, передать их в юрисдикцию органов исполнительной власти и в то же время сохранить гарантии последующего судебного контроля как способа защиты нарушенных прав собственника.