Ахтямова А. В. Политическая деятельность Ю. Х. Акчурина в годы первой Российской Революции

Начало XX века стало для России и населяющих её народов временем глубоких потрясений и перемен. Такая переломная эпоха, сопровождавшаяся революцией 1905—1907 гг., неизменно вызывает интерес как у специалистов, так и у широкой общественности. «Незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов», введённые российской властью в 1905 году под давлением Всероссийской политической стачки в октябре, создали необходимые условия для развития широкого спектра политических партий и организаций, в том числе и национальных. Изучение деятельности видных представителей национального движения позволяет глубже осмыслить социально-политические процессы, характерные для татарского общества рубежа XIX—XX веков, понять чаяния партийных лидеров, в какой-то мере учесть их опыт.

Ю. Х. Акчурин — один из таких ярких исторических личностей, культивировавших «идею тюркского единения», еще до начала Первой российской революции возвратился в Россию (г. Казань).

В начале марта 1905 года у известного татарского купца 1-й гильдии и мецената А. Г. Хусаинова (Әхмәд бай) состоялся меджлис (был продолжен в доме Ахметзяна Сайдашева), на котором активно обсуждались религиозные и общие нужды (дини ихтыяҗлар, гомуми ихтыяҗлар) мусульман. Наиболее глубокая дискуссия — моза-кара (мөзакәрә) велась по вопросу о переводе Корана на татарский язык. Получила дальнейшее развитие идея об объединении мусульман России, о чём свидетельствует принятое на меджлисе решение об организации встречи в конце месяца в Петербурге представителей мусульман Крыма, Кавказа, а также казаков-мусульман. Именно Ю. Акчурин напишет письмо об этом в Бахчисарай И. Гаспринскому, а Г. Ибрагимов — в Баку А. Топчибашеву. Здесь же путём голосования была выбрана делегация от казанских мусульман — С. Алкин, Г. Апанаев и Ю. Акчурин [17]. Возможно, не все запланированные действия были осуществлены весной 1905 года (см. также: [10, б. 357—358; 8, б. 73—74; 1, с. 48—49; 9, с. 399—400], однако очевидно, что проведенный в Казани меджлис сыграл важную роль в усилении взаимосвязи между мусульманскими народами России.

В течение второй половины 1905 — 1906 гг. в результате работы трёх всероссийских мусульманских съездов национальное либеральное движение поднимается на новый идейнотеоретический уровень. На I съезде 15 августа 1905 года было принято постановление об образовании общественно-политического мусульманского союза «Иттифак аль-муслимин» («Союз мусульман») с целью объединения «мусульман всех областей России на почве общественно-культурных, политических запросов и задач современной русской жизни» [10, б. 362]. На II съезде в январе 1906 года был утверждён его Устав, обсуждена программа, признанная временной, поскольку часть делегатов, так же как и на I съезде, выступила против некоторых пунктов программы [12]. Говоря о тактике на выборах в Думу и участии общественно-политического союза непосредственно в законодательной деятельности, съезд выразил «…считать более целесообразным действовать солидарно с конституционно-демократической партией» [21, с. 94]. Анализируя статьи Ю. Акчурина на страницах татарской прессы, Г. Ибрагимов пишет, что при рассмотрении вопроса о политическом блоке обозначились три мнения, однако большинство приняло решение объединяться с кадетами [10, б. 376]. Таким образом, этот пункт резолюции определил на предстоящих выборах главного союзника иттифаковцев в лице конституционно-демократической партии (в январе 1906 года к основному названию было добавлено: партия народной свободы).

Большой общественный резонанс имел III съезд «Иттифака», получивший официальное разрешение властей в результате применения различных тактических манёвров. Съезд открылся 16 августа 1906 года в присутствии огромного количества народа, преимущественно съехавшихся на очередную Нижегородскую ярмарку мусульманских купцов [9, с. 51]. На нём после детального обсуждения была утверждена выработанная на предыдущем съезде временная программа партии, избран её ЦК в составе 15 человек, из которых 6 представляли Казань: Ю. Акчурин, С. Алкин, А. Апанаев, Г. Баруди, С. и А. Максудовы. В программе, как известно, выдвигались требования конституционной монархии, равенства всех граждан перед законом, политических свобод и т. д. Иными словами, они фактически перевели программные документы партии кадетов, добавив существенную часть, касающуюся культурно-национальных и религиозных вопросов. Отметим, что в годы Первой российской революции национальные партии ограничивались, как правило, требованиями культурно-национальной или национально-территориальной автономии своих регионов в составе Российского государства [19, с. 136].

Ю. Х. Акчурин являлся секретарём редакции газеты «Казан мухбире» («Казанский вестник») — официального печатного органа «Ит-тифак аль-муслимин».

Ю. Х. Акчурин занял видное место в конституционно-демократической партии, количество членов которой росло весьма быстро. Как пишет Л. М. Айнутдинова, уже в конце декабря 1905 года возникла необходимость структурировать организацию в рамках всей губернии [2, с. 41]. На общем собрании казанских кадетов 31 декабря 1905 года было принято решение о создании губернского комитета партии в составе 20 человек. Здесь же в комитет партии выбрали 12 человек вместо 20 намеченных. Ю. Х. Акчурин вошёл в состав Казанского губернского комитета партии кадетов [6, л. 28].

На этом собрании выбрали и делегатов от данного комитета на Второй съезд конституционно-демократической партии, состоявшийся в Петербурге 5—11 января 1906 года: Ю. Х. Акчурин, С. С. Галикеев, А. В. Васильев, Г. Ф. Шер-шеневич [6, л. 27]. Главным на съезде был вопрос об отношении партии кадетов к выборам и об участии в них её членов, а также о тактике поведения в будущей Думе. Следующим по важности был вопрос об аграрной реформе. Помимо этого на съезде были пересмотрены некоторые требования программы партии кадетов, уточнены отдельные её пункты и параграфы устава [18, с. 684].

Представляя интересы мусульманского населения на вечернем заседании от 10 января, Ю. Х. Акчурин подчёркивал: «„.мусульмане — самая многочисленная часть среди иноверцев и инородцев России. Поэтому я полагаю, что в программу нужно внести некоторые поправки сообразно с условиями нашей жизни» [18, с. 159]. В частности, он предложил внести поправки, выработанные «группой членов к.-д. партии из мусульман в Казани», относительно установления полной автономии мусульманского духовенства во главе с муфтиатом, получения образования на родном языке, разработки особого положения для участия мусульманских женщин в выборах. Кроме того, докладчик заявил, что «всякий, получивший образование на своём родном языке, будет удовлетворять требованию “обязательного обучения в начальной школеˮ» [18, с. 159—161]. Отметим, что предложенные поправки были поддержаны, а с решениями и итогами, принятыми на съезде, местные кадеты имели возможность ознакомиться на закрытом собрании губернского комитета 6 февраля 1906 года в доме Кекина на Малой Лядской улице, в повестке дня которого значились и сообщения делегатов [14].

Перед самым началом деятельности Государственной думы в Петербурге проходил Третий съезд конституционно-демократической партии (21—25 апреля 1906 года). Для участия в работе данного съезда от ЦК партии в адрес местной организации поступило предложение выбрать 5 человек. На районных партийных собраниях, созванных 15 апреля, были избраны: И. И. Бабушкин, З. М. Таланцев, И. С. Кривоносов, Н. П. Гусев и И. А. Котелов. Ю. Х. Акчурин, находившийся в то время в тюрьме, в случае освобождения должен был присутствовать как гость. Дело в том, что в ночь на 5 марта 1906 года Ю. Акчурин был арестован, как аргументирует руководство местной жандармерии, ввиду «политической неблагонадежности и агитации среди мусульманского населения г. Казани противоправительственных идей», а в его доме устроен обыск. По словам начальника КГЖУ полковника К. И. Калинина, у арестованного «ничего явно преступного не обнаружено, но отобрана большая переписка и масса рукописей на татарском и турецком языках» [15]. Почти до конца выборов его не выпускали под предлогом изучения конфискованных изданий. Таким образом, был упреждён выбор в Думу одного из самых достойных мусульманско-тюркских представителей [1, с. 53].

Конечно, либеральная общественность мгновенно отреагировала на арест Ю. Х. Акчурина. Так, газета «Вечернее эхо» писала: «…Мы ждём от местной власти… самых неотложных разъяснений по поводу ареста Ю. Х. Акчурина, которого мы знаем как деятельного работника нашей партии» [5, 7 марта]. 6 марта мусульмане обратились с ходатайством к городской администрации об освобождении арестанта. И в этот же день члены Казанского комитета партии кадетов И. И. Бабушкин и Г. Г. Тельберг оповестили ЦК об инциденте, отметив: «Акчурин — один из вождей прогрессивной части татар… желательны меры защиты и широкая огласка» [7, л. 61].

Хотя по донесениям КГЖУ видно, что уже 8 апреля приняли решение об освобождении Ю. Акчурина, «установив за деятельностью его серьезное наблюдение» [16], из-под стражи он был выпущен лишь 17 апреля. Как известно, выборы в I Государственную Думу проходили с 20 марта по 20 апреля 1906 года. «Пребывание в тюрьме г. Акчурина не остается бесследным, — сообщала газета «Вечернее эхо», — им приняты энергичные меры по составлению при тюрьмах мусульманской библиотеки; жертвуются деньги и книги; для заключенных неграмотных мусульман про[е]ктируются при тюрьмах школы» [5, 22 апреля].

Итак, предвыборная кампания в Казанской губернии прошла без участия одного из видных деятелей татарских либералов, но местные кадеты не хотели упускать возможность привлечь его к работе Третьего съезда партии кадетов (21—25 апреля 1906 года). Профессор Г. Ф. Шер-шеневич направил телеграмму на имя секретаря ЦК партии кадетов А. А. Корнилова с просьбой «разрешить шестое место делегату от мусульман, наших верных союзников, [Ак]чурину» [7, л. 62]. 26 апреля были оглашены результаты подсчёта окончательных записок по выбору дополнительных 10 членов ЦК, в числе которых значился и Ю. Х. Акчурин [18, с. 348]. Однако впоследствии, как подчёркнуто в отчёте ЦК конституционно-демократической партии за два года (с 18 октября 1905 по октябрь 1907 года), в связи с вступлением «в мусульманскую конституционную партию», он выбыл из состава Комитета [18, с. 503]. Газета «Казанский вечер», являвшаяся печатным органом Казанского комитета партии кадетов, извещала своих читателей: «Казанский губернский комитет к.-д. партии доводит до сведения общества, что Ю. Х. Акчурин сообщил комитету о своём вступлении в мусульманскую партию и о вытекающем отсюда своём выходе из состава к.-д. партии и е[ё] центрального комитета» [11].

Главным союзником казанских кадетов на выборах в Государственную Думу первого и второго созывов являлись «мусульмане». Представители татарского либерального движения приглашали на свои собрания не только союзников, но и деятелей Царско-народного русского общества, Союза 17 октября. Такое совместное собрание имело место во время избирательной кампании во II Государственную Думу 9 января 1907 года в помещении Нового клуба под председательством Ю. Х. Акчурина. Оно открылось докладом председателя на татарском языке. Ю. Х. Акчурин в своей речи отметил приближение выборов в Думу, её значимость для мусульманского населения. Оратор подчёркивал: «…мусульмане должны приложить все усилия, чтобы осуществить свои права. Раньше мы, мусульмане, посылали ходатайства в Петербург — теперь нашими ходатаями, защитниками наших интересов будут наши депутаты. Поэтому нужно выбирать людей, которые были бы полезны для всей страны и, в частности, для мусульманского населения… Теперь самый важный вопрос — это оказать влияние таким образом на выборы, чтобы были избраны люди для нас действительно полезные. Но каждый народ лучше других знает свои интересы и нужды, а потому наиболее полезными людьми в Думе для нас были бы, конечно, депутаты-мусульмане. Если же где-нибудь мусульмане сами не имеют шансов быть выбранными, то нужно вступить в соглашение с такой политической партией, которая лучше других защищает интересы мусульман. Какая из партий удовлетворяет этому условию? Вы сами сейчас можете это решить на основании речей ораторов различных партий. Я же здесь только замечу, что для достижения желательных для мусульман результатов выборов крайне необходимо действовать единодушно и не дробить свои силы. Что такое единодушие у нас будет — за это говорит и опыт прошлого...» [13].

Ожидания позитивных перемен были прерваны роспуском II Думы и последовавшим за ним изменением закона об избирательных порядках от 3 июня 1907 года. В своей книге «3 нче июнь вакыйгаи мөәссәфәсе», вышедшей в Оренбурге перед отъездом автора в Турцию, Ю. Х. Акчурин писал, что в каждом государстве закон принимается только на основании определённых правил. Поскольку изменение избирательного закона предусматривалось лишь только через Думу («фэкать Дума аркылы») по 87-й статье основного закона, автор оценил действия правительства как нарушение закона [3, б. 4].

По утверждению Д. М. Усмановой, в организационном, практическом плане «Иттифак аль-муслимин» прекратил своё существование, так и не став по-настоящему политической партией. После 1908 года двое наиболее активных и инициативных деятелей союза Габдр. Ибрагимов и Ю. Акчурин оказались в эмиграции, а ряд членов ЦК подверглись репрессиям за свою политическую деятельность [20, с. 45].

Таким образом, Ю. Х. Акчурин, будучи сторонником либеральных ценностей, в период общественного подъема мусульманского населения Российской империи преданно отстави-вал национальные права, возлагая надежды прежде всего на эффективную деятельность парламента. Он принял активное участие в политической жизни, в которой ключевые пози- ции занимали политические партии. Ю. Х. Акчурин — один из лидеров «Иттифак аль-мусли-мин», примкнул к партии конституционных демократов, призывал поддержать их представителей, считая последних за тех, кто принесёт «пользу мусульманам».

• 1.    Айда Адиле. Садри Максуди Арсал : пер. с тур. М., 1996. 360 с.

• 2.    Айнутдинова Л. М. Либеральное движение в Казанской губернии (1900—1917 гг.). Казань : Фэн, 2003. 207 с.

• 3.    Акчурин Й. Өченче июнь вакыйгаи мөәссәфәсе. Оренбург : Тип. Т-ва Каримов, Хусаинов и К°, 1907. 28 б.

• 4.    Аршаруни А., Габидуллин Х. Очерки панисламизма и пантюркизма в России. Лондон : Изд-во «Безбожник», 1990. 189 с.

• 5.    Вечернее эхо. 1906.

• 6.    ГАРФ. Ф. 523. Оп. 1. Д. 214 (1).

• 7.    ГАРФ. Ф. 523. Оп. 1. Д. 214 (2).

• 8.    Дәүләт Надир. Русия төркиләренең миллли көрәш тарихы (1905—1917) / Төрекчәдән Р. Ба-тулла тәрҗ. Казан : Милли китап, 1998. 400 б.

• 9.    Загидуллин И. К. Татарское национальное движение в 1860—1905 гг. Казань : Татар. кн. изд-во, 2014. 423 с.

• 10.    Ибраһимов Г. Әсәрләр. Сигез томда. 7 т. Тарихи хезмәтләр (1911—1927). Казан : Тат. кит. нәшр., 1984. 540 б.

• 11.    Казанский вечер. 1906. 9 окт.

• 12.    Казанский вечер. 1906. 2 дек.

• 13.    Казанский вечер. 1907. 11, 12, 15, 16 янв.

• 14.    НАРТ. Ф. 1. Оп. 4. Д. 2107. Л. 95—96.

• 15.    НАРТ. Ф. 1. Оп. 6. Д. 381. Л. 3 об.

• 16.    НАРТ. Ф. 199. Оп. 1. Д. 369. Л. 27.

• 17.    НАРТ. Ф. 420. Оп. 1. Д. 107. Л. 56—57.

• 18.    Съезды и конференции конституционно-демократической партии 1905—1920 гг. : в 3 т. Т. 1 (1905—1907). М. : РОССПЭН, 1997. 742 с.

• 19.    Тютюкин С. В. Первая революция в России: взгляд через столетие // Отечественная история. 2004. № 6. С. 126—141.

• 20.    Усманова Д. М. Мусульманские представители в российском парламенте. 1906—1916. Казань : Фэн АН РТ, 2005. 584 с.

• 21.    Фахрутдинов Р. Р. Татарский либерализм в конце XIX — начале XX века (очерки политической истории). Казань : Магариф, 1998. 127 с.

*

**