Активационная модель или грамматическая кодировка смысла китайского предложения

Различные подходы к описанию структуры предложения в своей основе имеют принципиальные расхождения в отношении значимости грамматики. Представители генеративного синтаксиса (Н.Хомский (1970), Л.Фрейзир, Дж. Д.Фодор (1978), М.Де Винченци (1991), Дж. Д.Фодор, А.Айнуэ (1995), Л.Фрейзир, К.Клифтон (1996) и др.) на протяжении 50 лет пытались разработать универсальные модели порождения и восприятия речи в отрыве от системы знаний о языке — грамматики. А.Нильман и Г.Ван де Кут в своей статье «Теоретическая обоснованность и психологическая реальность грамматического ко-да»1 заставляют обратить внимание на серьёзное упущение, которое допускает большинство представителей генеративного синтаксиса, абстрагируя грамматику, ставя её в изолированное положение от системы языкового употребления.

Начиная с 90-х гг. XX в., в научной литературе появляются новые разработки в области генеративного синтаксиса, которые основывают свои модели построения предложений на теории грамматики: Б.Притчет (1992), К.Филипс (1996), Д.А.Шнейдер (1999), Н.А.Слюсарь (2007). Значимость теории грамматики при создании моделей предложения трудно переоценить, поскольку базовая синтаксическая структура и связанные с ней психолингвистические данные носителей кон-

кретного языка изначально задаются его грамматической архитектурой2. С другой стороны, если грамматика принадлежит сфере абстракции, а система употребления приближена к реальному общению на языке, то необходимо принимать в расчет и ряд факторов, которые могут повлиять на исход речевого общения, а именно: переутомление, повышенная нагрузка, неважное самочувствие и т.д. Исследование этих составляющих следует воспринимать в качестве погрешностей языкового употребления, причина которых кроется в закономерностях психических процессов.

Целью данной статьи является разработка конфигурационной модели, которая бы успешно описывала построение китайского предложения с нейтральным порядком слов. К сожалению, до настоящего момента большинство грамматик и учебников, содержащих правила построения и функционирования предложений на китайском языке, опираются на морфолого-семантический принцип синтаксического описания, который в корне противоречит особенностям языков изолирующего строя (Ма Цзяньчжун (1898), Ли Цзиньси (1924), Ж.Мюлли (1935), И.М.Ошанин (1949), Люй Шусян (1953), В.И.Горелов (1989), А.Ф.Кон-драшевский, М.В.Румянцева, М.Г.Фролова (2005) и другие). Произведенные попытки искусственного вписания китайского синтаксиса в один ряд с языками флективного строя оказались несостоятельными для объяснения целого корпуса примеров, отмеченных в качестве исключений из общего правила. Относительная самостоятельность порядка слов китайского предложения от свойств классов слов, составляющих его компоненты, доказывает существование невыявленного принципа грамматической организации, отличный от традиционной схемы субъектно-объект-ных отношений как основы выделения категорий подлежащего и сказуемого.

С середины прошлого столетия началось активное изучение китайского языка с позиций дескриптивной лингвистики, основные принципы которой были заложены Л.Блумфильдом. Грамматический анализ языка по непосредственным составляющим способствовал адекватному определению роли членов предложения, а именно: выделению синтаксической группы, элементы которой объединены единством формы и значения3. В 1957 г. А.А.Драгунов в статье «К вопросу о классификации предложений современного китайского языка» определил интерес к коммуникативной функции языка, к проблеме соотношения формально-грамматического и актуального членения. Позднее Ч.Н.Ли и С.А.Томпсон в работе «Подлежащее и топик: новая типология языков» (1982) продемонстрировали важность учёта типологических особенностей языка при описании его синтаксического строения. Авторы отвели для китайского языка отдельный базисный тип под названием: языки с выдвижением топика, обосновав зависимость синтаксических конструкций данного языка от коммуникативной нагрузки высказывания.

Отсутствие словоизменения на графике, слогофонемный характер основной единицы в звучащей речи, полифункциональность знака и принцип инкорпорации как ведущий принцип в распределении компонентов синтаксических структур предполагают неприемлемость использования понятия «член предложения» при описании структуры китайского высказывания4. В связи с этим Е.И.Шутова вводит термин структурнофункциональной позиции в качестве величины, изначально задаваемой в отношении смысла и визуально представленной в результате структурирования предложения5. Используя структурнофункциональный подход, Е.И.Шутова отмечает важность учета иерархических связей в составе синтаксического целого6. Тань Аошуан в русле се- мантико-прагматического направления описывает исходные синтаксические конструкции (ИСК), содержащие в себе фиксированный набор семантических валентностей, распределённых в строго заданном порядке7. Основываясь на своих наблюдениях, автор приходит к выводу: «Заполнения синтаксических позиций вышеупомянутых идеализированных линейных структур … обнаруживают закономерность нарастания коммуникативной важности участников ситуации слева направо. … В ИСК ПС (порядок слов — прим. А.К.) также выполняет функцию выделения темы и ремы»8. Оговоримся, что Тань Аошуан, анализируя исключительно предложения с глагольными предикатами, отводит компоненту темы структурно-функциональную позицию подлежащего в предикатноаргументной структуре, а реме — структурнофункциональную позицию сказуемого.

По нашему мнению, выявленные обоими авторами особенности построения китайских конструкций могли бы гармонично дополнить друг друга при условии применения к ним наработок из области генеративного синтаксиса. Подробное описание разработанной Н.А.Слюсарь конфигурационной модели русского предложения выглядит привлекательным, поскольку учитывает типологические особенности описываемого языка и психолингвистические возможности языкового употребления. Не прибегая к методу формальных грамматик, структурирующих смысл посредством изначально заданных словоформ и грамматических признаков, Н.А.Слюсарь описывает постепенное превращение речевого намерения в звуковые цепочки за счет поступательного движения от смысла (концептуально-интенциональной системы) к грамматической форме (уровень грамматики) с выходом на сенсомоторный уровень презентации высказывания9. Таким образом, принимая во внимание общие законы синтаксиса конкретного языка, автор разграничивает все возможные структурные передвижения и синтаксические пе-репорождения на 2 типа: 1) согласовательные передвижения, при которых интерпретируемый (т. е. соответствующий норме языка — прим. А.К.) эффект достигается за счет согласующихся признаков; 2) информационно-структурные передвижения, регулирующиеся интерфейсным (концептуально-интенциональным — прим. А.К.) прави- лом10. И первые, и вторые передвижения в равной степени соответствуют языковой норме.

Формальные грамматики при составлении синтаксического дерева традиционно выделяют в предложении четыре основных компонента: предикатно-аргументную структуру, видовременную, модальную и коммуникативную рамки11. Заданное выше перечисление структурных рамок идентично порядку их включения во внутритеоретиче-ское время, т. е. отражает когнитивный способ развертывания предложения12. Придерживаясь стандартного подхода генеративизма, Н.А.Слю-сарь выдвигает важную гипотезу, согласно которой на этапе предикатно-аргументной структуры выбирается не глагольная форма, а парадигма, одновременно происходит установление связи с ней в лексиконе. Таким образом, заполнение синтаксического дерева начинается с выбора необходимой формы глагола из заданного грамматической системой парадигматического ряда. Далее, на этапах определения видовременной и модальной рамок количество форм кандидатов сужается до одного13.

В конфигурационной модели Н.А.Слюсарь видовременная и модальные рамки представлены единой областью T (от tense, «время»). С вершиной T связаны финитность и расширенный принцип проекции (РПП), который сопровождается необходимыми передвижениями внешних аргументов (агенсов или эксплетивов) в языках, типа русского и английского. Разрабатывая новую модель китайского РПП-Т, следует внести определенные типологические уточнения, которые станут исходной гипотезой этой работы. Выдвижению нового предположения способствовало корпусное исследование синтаксиса китайского языка Е.И.Шу-товой, которая утверждает, что в данном языке не существует собственно синтаксических формальных дифференциаций по способу связи между подлежащим и сказуемым, столь характерных для языков морфологического строя. Устанавливая два морфологических способа выражения «подлежащего», автор не обнаруживает строгого параллелизма свойств классов слов именного компонента, выводимого в начало предложения, и свойств сказуемого. Внутреннее строение класса предикативных структур производится автором на основании наличия/отсутствия связки в составе сказуемого14. В рамках принимаемой нами научной парадигмы и учитывая проводимые Е.И.Шутовой исследова- ния, мы выводим следующее положение: вершина T в китайском предложении производит согласование и последующее перемещение в свою область только того элемента, который представляет собой менее выделенную, более доступную информацию, т. е. тему высказывания. В том случае, если менее выделенная, более доступная информация не упоминается в речи, область T в синтаксическом дереве остается свободной. В рациональности выдвинутого нами предположения можно убедиться, проанализировав примеры (1 – 4), взятые из Учебника современного разговорного китайского языка автора Тань Аошуан15. Для наглядности отделим поперечной чертой информацию, отводимую нами к области T.

Примеры 1 и 3 имеют заполненную область T, в примерах 2 и 4 эта область остается свободной формально, однако концептуально её можно воссоздать, что отражено в примерах 1 и 3. Оговорим также, что все четыре примера соответствуют грамматической норме китайского языка. На первый взгляд построение данных китайских структур происходит по аналогии с языками флективного строя, что отмечает в своей работе синолог Тань Аошуан, описывающая синтаксическую парадигму ИСК только для предложений с глагольным предикатом16. Однако, большинство предикативных структур китайского языка обнаруживают огромное разнообразие в заполнении позиции подлежащего. Приведем примеры 5, 6, 7 (рис. 1).

Подлежащее пятого предложения представлено глагольным сочетанием слов непредикативного характера. Позиции подлежащего в шестом и седьмом предложениях заполнены глагольным сочетанием слов предикативного характера. Разница между двумя последними примерами отражена в расположении глагольного зависимого компонента (ЗК): пример 6 содержит препозитивное расположение ЗК, пример 7 — постпозитивное расположение ЗК. Приведенные предложения не являются исключениями из общего правила. Они отражают очередное типологические отличие китайского языка, заключенное в явлении инкорпорации, когда «предикативные отношения могут реализовывать себя на уровне отдельных членов предложения»17.

Пример 1: ^$ / ^§^$ь ° «Небольшая разница в возрасте», возраст/ разница небольшая.

Пример 2: / И^И • «Разница небольшая».

/ разница небольшая.

Пример 3: №/ /OZ+^D^ ? «Исполнилось ли вам 20 лет?» вы / исполнилось 20 лет ли?

Пример 4: / тй /20 14 ? «Исполнилось ли вам 20 лет?»

/ исполнилось 20 ли?

Пример 5: Пара туфель стоит не более 3000 рублей. lH®]IWfW купить пару туфель/ самое большее только нужно 3000 рублей.

Пример 6: Ему до вас очень далеко (в отношении личностных достижений).

ЖЖ /Ж7 • он с тобой (предлог сравнения)/ разница далекая.

Пример 7: Сколько человек ты позвал на свой День рождения?

№£0/УПИА?

ты справлять День Рождения/ пригласил сколько человек?

Рис. 1. Первый блок примеров

Пример 8: Мы сейчас сразу же позвоним в таксопарк адаашао^^гей *

Мы / сейчас сразу предлог + таксопарк набирать номер.

Пример 9: Гостиница Мин Юэ - та, что рядом с парком Безмятежного спокойствия? №/£№№№?

Гостиница/ находиться парк (указательное местоимение, вопросительная частица)

Рис. 2. Второй блок примеров

Разницу в синтаксическом строении между предикативными отношениями, составляющими элементарное предложение, и предикативными отношениями на уровне одной синтагмы отмечает М.К.Румянцев: «Особенности синтаксической организации соответствующих синтагм заключаются в возможном отсутствии полноты и завершенности грамматического оформления предикативной структуры»18. Таким образом, принимая во внимание все вышеизложенные факты данного языка изолирующего строя, мы приходим к следующему выводу: заполнение вершины T в китайском предложении происходит по особым, коммуникативно-опосредованным законам, что составляет основное структурное отличие системы данного языка от языков флективного строя.

Определенную сложность вызывает заполнение синтаксических валентностей компонентов сказуемого на участке предикатно-аргументной структуры предложения. Тань Аошуан, проводя различие между синтаксическими отношениями в китайском языке и ряде европейских языков, отмечает функциональное значение порядка слов в структуре китайского предложения: «Актантные отношения в поверхностной структуре китайского языка не грамматикализованы, т.е. не связаны с морфологическим согласованием»19. Отсутствие морфологических признаков, помимо фиксированности синтаксических позиций, является причиной возникновения главного синтаксического условия, которое заключается в формировании финитного сказуемого, а вместе с ним и целостной структурно-семантически достаточной предикативной единицы20. Благодаря использованию двусложного компонента глагола или прилагательного, наличию правого или левого глагольного окружения высказывание на китайском языке принимает необходимую коммуникативную достаточность и законченность. Руководствуясь шкалой коммуникативной важности, разработанной П.Сгалл и дополненной Ю.Д.Апресяном, Тань Ао-шуан разрабатывает порядок расположения пар-тиципантов относительно центрального компонента сказуемого. Составленный ею список семантических валентностей насчитывает до 30 единиц. Автор отмечает, что количество зависимых компонентов в постпозиции не превышает двух единиц21. Все остальные элементы должны располагаться в препозиции к центральному компоненту и управляться предлогом (послелогом). Для наглядности предлагаем примеры, взятые из видеокурса китайского языка, составленного телевизионной компанией CCTV для русскоязычного населения22.

Рис. 3. Активационная модель китайского предложения.

Центральный компонент сказуемого в обоих предложениях выделен нижним подчеркиванием. В восьмом предложении в препозиции к глаголу располагаются наречия «сейчас» и «сразу», а также адресат действия «таксопарк», употребленный вместе с предлогом направления. В постпозиции к глаголу находится прямое дополнение «номер», немаркированное служебными элементами. Постпозиция глагола в девятом предложении выражена заполненными валентностями места «парк» и конечной точки маршрута «там». Таким образом, финитность сказуемого, которая заключается в необходимости того или иного правого и (или) левого окружения глагола, в китайском предложении достигается за счет наличия зависимых компонентов, при этом заполнение постпозиции первично к препозиции и ограничено в количественном соотношении23.

Е.И.Шутова относит к препозиции центрального компонента следующие компоненты: 1) наречия степени; 2) отрицательные частицы; 3) модально-оценочные наречия; 4) предложноименные комплексы24. Последние соответствуют глагольным партиципантам, выделенным Тань Аошуан: PERIOD-1 «предел срока», SUB-2 «субъект 2», TEMP/ AD «временная конечная точка», LOC «место», AB «начальная точка локальности», MOD «способ», CAUS «причина», CAP «глава», AD «конечная точка локальности»25. Постпозицию центрального компонента могут составлять: 1) гла- гольные суффиксы; 2) результативные модификаторы и формы возможности или невозможности; 3) зависимые компоненты26, отраженные в семантическом списке Тань Аошуан следующим образом: PERIOD-2 «срок действия», LOC «место», AD «конечная точка локальности», QUANT «количество предметов», EV «оценка», RESULT «результат», IS «источник», INSTR «инструмент»27. Оба синолога ведут исследования закономерностей построения китайского предложения в параллельном направлении, оперируя разными терминологическими понятиями. Целостность (финитность) сказуемого достигается либо двусложной структурой прилагательного или глагола, используемых в позиции центрельного компонента, либо за счет препозитивного (постпозитивного) оформления его зависимыми компонентами.

Основываясь на подробном грамматическом описании построения правильных предложений на китайском языке Е.И.Шутовой (1958) и Тань Аошуан (2002), мы предлагаем следующую активационную модель китайского предложения (Рис.3).

Модель отражает последовательное включение компонентов в синтаксическое дерево. Начиная с предикатно-аргументной рамки, партиципанты располагаются сначала в постпозиции к центральному компоненту сказуемого. При количественной избыточности правого глагольного окружения, часть зависимых компонентов копируется в позиции над глаголом (препозицию), образуя соответствующие согласовательные перемещения. Модально-оценочные и прочие типы наречий изначально предшествуют центральному компоненту сказуемого, занимая соответствующую вершину. Заполнение видовременной и модальной рамки в китайском предложении может происходить по аналогичным правилам, которые отражены в предикатно-аргу-ментной структуре, однако выдвижение коммуникативно заданной информации в позицию подлежащего является типологической особенностью китайского языка. Отметим также, что заполнение коммуникативной рамки происходит при передвижениях, связанных с информационной структурой предложения, например, при топикализации или вынесении ремы в начало предложения. Мы относим рассмотрение особенностей подобных передвижений к своим следующим работам. Главной целью этого исследования является разработка и описание грамматически правильной нейтральной структуры китайского предложения.

Итак, разработанная в духе генеративизма конфигурационная модель наиболее удачно объясняет типологические особенности построения правильного предложения на китайском языке. Учитывая данные грамматической системы описываемого языка, мы вывели следующие положе- ния: 1) наиболее заданная и наименее выделенная информация, занимая видовременную и модальную рамку, выносится в позицию подлежащего; 2) правое и левое окружение центрального компонента сказуемого заполняются последовательно с приоритетом к постпозиции; 3) количество пар-тиципантов в постпозиции не превышает двух элементов, в случае избыточности — часть парти-ципантов выносится в препозицию к центральному компоненту; 4) препозиция является грамматически правильной при наличии предложного и/или послеложного оформления; 5) наречия степени и прочие типы наречий занимают соответствующие вершины, располагающиеся в самом начале предикатно-аргументной структуры.

Произведенное исследование ставит большое количество задач, связанных с нормативными передвижениями в синтаксической структуре китайского языка. Новые исследования могут быть посвящены описанию связочных структур, а также выявлению особенностей расположения модальных глаголов или градуальной доступности/ выделенности зависимых компонентов с их последующей иерархией расположения в синтаксическом дереве. Все эти и прочие задачи требуют своего освещения в будущих исследованиях.

ACTIVATION MODEL OR GRAMMATICAL CODING OF SENSE OF THE CHINESE SENTENCE