Амфиболичность юридического дискурса, или искусство владения словом в профессиональной юридической деятельности

DOI:

Именно так можно было бы рассмотреть сущность юридического дискурса в противовес тем исследованиям, которые сейчас стали научным трендом. Взгляд на юридический дискурс с позиций междисциплинарных и комплексных исследований, включающих философию, лингвистику, социологию, юриспруденцию, психологию и многие другие отрасли знаний, расширяет его содержание, что негативно влияет на понимание сущности. Исследование вопросов владения словом в праве было предпринято еще в древних рукописях, в том числе в трудах философов Древней Греции и правоведов Древнего Рима, которые впервые обозначили несовпадение между текстуальным содержанием законов и их реальной силой и воздействием (vin ac potestatem), указывая на важность интерпретации значений и контекста. Каждая эпоха развития правовой науки характеризовалась внедрением эволю- ционных методов и подходов к анализу языковой формы правовых документов, основанных на осознании языковых феноменов, через которые законодатели формулируют правовые нормы [5, с. 155].

Как известно, профессиональное юридическое сообщество представляет собой сегмент так называемой символической элиты, обладающей почти неограниченными возможностями воздействия на духовное развитие социума. Выступая от имени законопослушных граждан в общественной сфере, юристы постоянно обращаются к устному и письменному слову. Недостаточное развитие необходимых для профессиональной деятельности языковых навыков, неспособность абстрактно мыслить и адекватно выражать свои мысли могут стать причиной нарушения прав и законных интересов граждан. Это, в свою очередь, способно оказать серьезное негативное воздействие как на отдельного человека, так и в целом на общественное правосознание и правовую культуру. Следовательно, необходимо учитывать, что развитие коммуникативных навыков и языковых способностей юристов играет значительную роль в обеспечении прав и интересов граждан, способствуя укреплению правового сознания и правовой культуры в обществе [5, с. 156].

Многомерность юридического дискурса – основа его амфиболичности

В последнее время проблемы использования языка в праве рассматриваются через призму юридического дискурса. Междисциплинарные разработки на пересечении лингвистики и юриспруденции приняли системный характер [18, с. 96].

Юридическая наука тесно связана с изучением языковых приемов написания правовых текстов, систем убеждений и стратегий коммуникативного поведения тех или иных субъектов, будь то конкретные личности, группы или даже абстрактные образования. Дискурс в правовой сфере представляет особый интерес для исследователей, поскольку он является ключевым элементом анализа особенностей взаимодействия субъектов права и формирования юридической практики. Таким образом, дальнейшее изучение дискурсивного аспекта в юридической сфере поощряется для более полного понимания сложной природы правового общения и деятельности юридических субъектов [17, с. 46].

Важной особенностью юридического дискурса является его взаимодействие с другими сферами социума и культуры. Лингвисты, занимающиеся анализом различных аспектов языка права, проводят изучение текстов и коммуникации в юридических контекстах, но также стремятся проникнуть в суть влияния языка на формирование понимания права, закона и правосудия в целом [17, с. 53].

Подобные исследования стали весьма востребованными в юриспруденции, в связи с чем приходит на ум высказывание Ш. Монтескье: «Как легко дать предмету новое название, как трудно изменить его сущность» [8, с. 231]. Ведь если история вопроса уходит корнями глубоко в древнюю историю, то современные исследования нельзя назвать новыми, поскольку сущность остается прежней, меняется только лишь название. Это посыл, согласно которому следует полностью отказаться от исследований юридического дискурса, что, в свою очередь, было бы неправильно.

Целесообразно занять компромиссную позицию, учитывающую все исследования, которые имеются по данной проблематике, и соотнести с современными разработками. «Я видел дальше других лишь потому, что стоял на плечах гигантов», – писал Исаак Ньютон Роберту Гуку в 1676 году. Так же нужно подходить и к исследованиям в области юридического дискурса.

Амфиболичность юридического дискурса в праве многих исследователей и практических работников ставит в тупик. Неоднозначность данного понятия, содержательной смысловой нагрузки проявляется в нескольких аспектах. Прежде всего, юридический дискурс – это многомерное понятие, которое невозможно изучить в рамках одной отрасли знаний, это собирательный, комплексный феномен, отражающий вклад ряда наук, и, прежде всего, юриспруденции и лингвистики. Кроме того, в процессе интеграции теории права и лингвистики наблюдается многократное приложение научных достижений из разнообразных дисциплин. В результате этого синтеза происходит глубокое интегрирование концепций и методов, извлеченных из различных областей знания.

А.А. Сусова определяет термин «юридический дискурс» как «текст права в динамике, в процессе толкования и разъяснения, основными слагаемыми которого являются терминология и принципы формирования текстов, функционирующих в области юриспруденции» [14, с. 10].

Дискурс – сложное коммуникативно-деятельное явление, это «текст, погруженный в жизнь» [2, с. 3]. Поэтому, кроме самого текста, дискурс включает в себя не только автора, творящего данный текст, но и ситуацию общения (время, место, условия), и воспринимающего – его опыт, установки и ценности.

Несмотря на различия между предметами и целями изучения юридического дискурса и юридической лингвистики, их объединяет общий объект исследования – взаимосвязь языка и права, что обусловливает их включение в единое научное исследование [8, с. 144].

Коммуникативная природа юридического дискурса

Непосредственно на процессуальный характер дискурса указывает В.З. Демьянков: «Дискурсом называют текст в его становлении перед мыслимым взором интерпретатора» (цит. по: [1]).

Заведомо неточному отражению действительности может способствовать определенный выбор словесного обозначения понятий. Право – это не интеллектуальная игра, это также и не чисто процедурная техника или платонический церемониал [5, с. 98].

Как отмечает В.Г. Борботько, «при создании дискурса приходит в активное состояние вся языковая система как средство моделирования образа, порождаемого человеческим сознанием» [12, c. 536]. Так, К.Ф. Седов дает следующее определение этому термину: «Дискурс – объективно существующее вербально-знаковое построение, которое сопровождает процесс социально значимого взаимодействия людей» [13, c. 60]. Эта диспозиция обусловливает глубокое осмысление природы дискурсивной коммуникации – погрузившись в нее, можно ощутить грандиозное и нескончаемое бурление бессубъектного дискурса [9, с. 27].

Следует отметить, что характер и форма юридического языка и техники претерпевают изменения в зависимости от типа проводимого юридического дискурса, что отражается в формировании уникальных контекстов и специфических стратегий взаимодействия. Как справедливо отмечает А.С. Александров, «речедеятельность – суть юридической практики и способ существования права» [1]. Юридический дискурс, обусловленный взаимодействием профессиональных участников, характеризуется использованием специфического языка, содержащего определенные термины и дефиниции. В ходе профессионального общения обычно наблюдается употребление концепций, не всегда формализованных в законодательстве, однако прочно укоренившихся в повседневной юридической практике как речевые стереотипы.

Дискурс представляет собой многогранный коммуникативный феномен, весьма сложный в своей структуре, который позволяет представить нам образы участников коммуникации, раскрыть их характерные черты, а также процессы формирования и восприятия различных сообщений [6, с. 62].

Функции и терминология юридического дискурса

Исходя из работ О.А. Крапивкиной и Л.А. Непомилова, юридический дискурс обнаруживает важные функции, интегрированные в его базовую структуру и направленные на организацию и совершенствование правовой [7].

Функции юридического дискурса имеют прикладное значение. Важно осознавать, как каждая влияет на формирование и развитие правовых отношений. В научном сообществе выделяют следующие основные функции юридического дискурса [3, с. 125]: нормативная, перформативная, прескриптивная, информационная, декларативная, презентационная, аналитическая, оценочная, парольная.

Перечисленные функции взаимосвязаны и взаимодействуют между собой, обеспечивая эффективное функционирование правовой системы, защиту прав и свобод граждан, а также устойчивость правопорядка и справедливости в обществе.

Таким образом, вышеупомянутые функции представляют собой важные строительные элементы юридического дискурса, придающие ему смысловую глубину и социокультурное значение в контексте правовой системы и общественных отношений.

По общему правилу, хорош тот термин, который наиболее полно выражает данное нормативное понятие, плох – тот, который затемняет его подлинное содержание [11].

Еще древние юристы предупреждали, что «любое определение несет в себе опасность» [5, с. 68]. Действительно, нечеткая, небрежно сформулированная либо сознательно искаженная дефиниция начинает подменять собой подлинную сущность понятия и неверно ориентирует познавательную деятельность, а для правовой сферы такие последствия особенно нежелательны.

Значимость содержания юридического дискурса выступает в качестве важного аспекта, требующего исключения любой дву- смысленности. Характерные черты языка в рамках юридического дискурса включают в себя следующее: эмоционально-экспрессивная нейтральность, логическая последовательность и связность выражений, простота и ясность изложения, строгая точность и лаконичность, проявление безличного и неиндивидуального характера [3, с. 129]. Юридический дискурс тесно связан с формированием системы значений и терминологии, отражающих особенности юридического мышления и коммуникации в данной сфере.

Терминология становится центральной и доминирующей в структуре пространства юридического дискурса, обладая высокой степенью информативности и значимости [10]. Термины служат основой, на которой строится весь корпус юридических понятий. Юридическая терминология представляет собой абстрактные обобщения разнообразных концепций, посредством которых достигается точная и ясная формулировка правовых норм, обеспечивается максимальная экономия текста, однозначное и понятное восприятие документов.

Юридическая терминология выступает в качестве индикатора эталонного или отклоняющегося от нормы поведения, обеспечивая тем самым однозначное толкование содержания текста. Свойства терминологии, такие как однозначность, устойчивость использования и эмоциональная нейтральность, способствуют закреплению определенных интерпретаций и представлений в рамках юридического дискурса, предотвращая нежелательные толкования и конкретизируя сферу, содержание и характер действия права [16].

Таким образом, язык правовой сферы, стремящийся к ясности и однозначности высказываний, играет существенную роль в обществе как надежный инструмент для толкования и применения правовых норм без противоречий [15, с. 127].

Выводы

«Когда объем понятия стремится к бесконечности, его содержание стремится к нулю» [4, с. 105]. Для того, чтобы не обнулить содержание юридического дискурса чрезмерным расширением содержания, предлагается при его изучении исходить из сути явления – язык в праве. Соответственно этому можно предложить включать в содержание уже адаптированные элементы, не углубляясь в предпосылки и философскую природу дискурса. Данный результат может быть достигнут посредством анализа юридического дискурса через призму системы понятий и алгоритмических процессов, присущих процессуальной деятельности.

К сожалению, в отдельных ситуациях возникают многочисленные отклонения от указанных выше стандартов: применение неправильной лексики и синтаксиса, двусмысленные высказывания, неумелое использование отрицаний, низкий уровень категориально-понятийного аппарата, избыточность и неполнота выражений. Именно поэтому вопросы, связанные с внутренним содержанием юридического дискурса, требуют серьезного обсуждения в академических кругах и среди практикующих юристов с целью развития умений точно и грамотно выражать свои мысли и идеи. Можно заключить, что юридический дискурс – это не просто слово в праве, а искусство владения словом в профессиональной юридической деятельности.