Анастасиевцы Западной Сибири: этнодемографическая и социальная характеристика

Анастасиевцы или анастасийцы – общественное движение, которое зародилось в России в период системного кризиса в середине 1990-х гг. Процесс был запущен публикацией серии романов-фэнтэзи «Звенящие кедры России» В.Н. Мегре, посвященных мифической героине – сибирской отшельнице, ясновидящей и целительнице Анастасии. Ее образ стал структурообразующим для нового фэндома. Движение начиналось с читательских клубов; изначально оценивалось как одно из направлений кластера новых религиозных течений Нью Эйдж [Андреева, 2015].

В 1999 г. для содействия развитию сообщества анастасиевцев был создан некоммерческий фонд культуры и поддержки творчества «Анастасия». В 2005 г. начала свою деятельность коммерческая организация «Мегре», ориентированная на развитие экономики и культуры поселений анастасиев-цев. В 2012–2013 гг. возникла и была зарегистрирована политическая Родная партия, созданная при поддержке сторонников движения Анастасии.

Содержание авторского исследования определила общая оценка этнодемографических и социальных параметров движения анастасиевцев в масштабах Западной Сибири в контексте практик освоения региона. Данная статья опирается на материалы включенного наблюдения, биографические и тематические интервью, полученные в ходе экспедиционных поездок 2019–2020 гг. по поселениям анастасиевцев в Республике Алтай, Алтайском крае, в Омской, Кемеровской, Новосибирской обл. Источниками исследования также являются данные интернет-площадок адептов движения и вебстраниц отдельных поселений.

Анализ материалов показывает, что за четверть века анастасиевцы создали целостную социокультурную и экономическую программу, ориентированную на идеи национального (этнокультурного) возрождения России. Субкультура анастасиевцев воплотила собой яркий пример неотрадиционализма, а также частный случай развертывания процесса глокализации.

Их мировоззрение определил синтез идей антиглобализма, экологизма, пантеистических представлений о живой природе, мифологема золотого века древней культуры «ведруссов» и мессианская идея водительства России в спасении мира от планетарной экологической катастрофы через исход из городов, укоренение людей на родной земле, возрождение традиций предков.

Практическим осуществлением идеологии ана-стасиевцев стала программа создания родовых поместий (с выделением 1 га земли, предназначенной для жизни и деятельности) – новой формы организации сельской жизни, которая предусматривает самодостаточное существование за пределами городской черты коллектива единомышленников на основе гармоничного взаимодействия с природой. Перемещение последователей Анастасии из читательских клубов в родовые поместья с начала 2000-х гг. стало новым этапом становления движения.

По данным внутренней статистики сообщества, к 2020 г. было организовано более 500 поселений в мире, из которых до 450 находятся в России. Родовые поселения представлены в 62 регионах страны. Максимальная численность анастасиевцев России оценивается последователями движения от 100 тыс. до 1 300 тыс. чел. с учетом «помещиков» и сторонников движения.

В Западной Сибири насчитывается 43 поселения на разных этапах строительства – от инициативной группы на стадии проектирования до сложившегося поселения. В Республике Алтай располагается поселение Светочи; в Алтайском крае – 12 поселений (Тоурак – Долина ветров, Долина Ра, Волшебное, Новая Жизнь, Дружное-Зимари и др.); в Кемеровской обл. – 6 (Приволье, Бурухино, Ит-кара, Родолесье и др.); в Новосибирской обл. – 8 (Атрика, Ладамир, Белогуры, Благодатное и др.); в Омской обл. – 4 (Имбирень; Обережное; Азъ Град, Новая Русская деревня; Кедровое); в Томской обл. – 5 (Кедровый край, Оберег, Солнечная

Поляна, Сибирский рассвет, Чистые истоки); в Тюменской обл. – 7 (Лукоморье, Медовая Роща, Райское, Никольское и др.).

Обыкновенно по селения регистрируются как кооперативные крестьянские фермерские хозяйства, как различные садоводческие объединения и потребительские кооперативы. Родовое поместье мыслится экономически рентабельным, производящим количество продовольствия, достаточное для употребления его обитателями и для продажи излишков на рынке. В картине мира анастасиевцев родовое поместье наделяется сакральным статусом «Пространства Любви», которому присуща особая атмосфера взаимной дружественности и благорасположения растений, животных и человека в отношении друг друга [Мегре, 2006, с. 62].

В идеале, родовое поместье являет собой микромир, гармонично вписанный в местный ландшафт. Оно не подлежит продаже, а наследуется потомками как родовая земля. В рамках родовых поселений формируются самодостаточные сообщества с элементами общинной организации. Каждое из них объединяют не только идеи Анастасии, но и совместный творческий труд, в котором реализуется принцип «от каждого по способностям, каждому по потребностям».

Согласно данным интернет-ресурса «Поселения.ру» и экспедиционным материалам, в родопо-селениях анастасиевцев Западной Сибири проживает более 800 семей. На одно поселение в среднем приходится ок. 20 семей. Общее количество обитателей составляет ок. 2 200 чел., включая единоличных владельцев поместий. С 2000-х гг. фиксируется тенденция роста числа поселений, их обитателей и численности участников движения анастасиев-цев в целом.

Более всего приверженцы движения Анастасии рекрутируются из среды горожан, испытавших разочарование в высокой степени глобализации, урбанизации и технократизации современной ойкумены, которую они находят экологически небезопасной.

Данные интервью позволяют утверждать, что большая часть поселенцев и анастасиевцев-горо-жан имеют высокий образовательный ценз. В основном это выпускники и сотрудники технических вузов, инженеры, энергетики, ИТ-специалисты, бывшие военные и сотрудники силовых структур, учителя и пр.

Значительная часть анастасиевцев, уходящих в родовые поместья, не имеют личного опыта жизни в селе и крестьянского хозяйствования, кроме обработки дачных участков. Однако из уст последователей нередко звучат эмоционально окрашенные высказывания: «Пусть дадут нам спокойно, безопасно жить и работать на гектаре, больше нам ничего и не надо… Мы тогда и себя обеспечим, и экономику страны поднимем, и народ накормим нашими продуктами… Мне ещё бабушка говорила: “Нам бы только свечку, печку, да клочок земли”» (ПМА. Интервью: Г. Проценко, пос. Лучезарное, Искитимский р-н, Новосибирская обл., 14.08.2019).

Обитатели родовых поселений – это люди изначально обустроенные в городе, но решившие сменить образ жизни на более творческий, позволяющий приобрести высокую степень экономической автономности для личного развития и процветания семьи в единении с природой. «В целом движение анастасиевцев, – считает Ю.О. Андреева, – представляет собой группу с размытыми границами. В ней отсутствуют единая иерархия, фиксированное членство, взносы и другие формы институционализированного взаимодействия. Объединения единомышленников происходят ситуативно и спонтанно, в случае возникновения такой потребности» [2012, с. 102].

Возрастную стратификацию социума ана-стасиевцев определяет преобладание населения трудоспособного возраста. Пожилое население – малочисленное. Это связано со значительными трудностями при обустройстве поме стного быта «с нуля в чистом поле». Однако есть примеры семей пенсионного возраста, которые основали собственные поместья еще в 2000-х гг. и на настоящий момент являются старожилами поселений.

В среднем, обитатели поселений – люди 30– 50 лет. Из интервью с участниками движения становится понятно, что инициативные группы первопоселенцев, как правило, формируют семейные (чаще молодые) пары. Обязательным для вступления в поселение являются личные связи его будущих обитателей. В основе отношений лежит общая идеология, доверие, умение ладить с коллективом, общие цели, интерес к жизни на земле.

Показателем успешности поселений, по мнению жителей, является количество проживающих, а особенно рожденных в них детей. Их численность в родовых поместьях Западной Сибири имеет тенденцию к росту. Стратегической целью и фактором развития среди создателей родовых поместий признается возможность поселенческой общины обеспечивать образование подрастающего поколения в среде единомышленников в форме семейного обучения.

«Сейчас в поселении пятеро детей, но они разного возраста. Желательно, чтобы были компании одного возраста, чтобы не было скучно. Если детей в поселении мало, то им не с кем играть, не с кем общаться, мы в этом не заинтересованы, поэтому – чем больше детей, тем лучше… Конечно, нам бы хотелось, чтобы наши дети изначально воспитывались и учились здесь, в поселении, чтобы можно было передать им нашу культуру, чтобы они могли её впитывать с малых лет…» (ПМА. Интервью: Ю. Степанова, пос. Имбирень, Саргат-ский р-н, Омская обл., 13.09.2020).

Опыт полевого наблюдения свидетельствует, что большая часть поселенцев – это супружеские пары. Среди них в равной степени значительные доли составляют: семьи, имеющие взрослых детей, которые самостоятельно живут в городе; семьи с несовершеннолетними детьми и семьи, которые еще не обзавелись потомством. Также велико число одиноких «помещиков», которые самостоятельно осваивают выделенный гектар, рассчитывая впоследствии найти свою «половинку» (как принято в сообществе называть супруга или супругу); причем женщин в этой категории наблюдается больше, чем мужчин. Характерно, что не имеющие пары адепты чаще регистрируются среди городских ана-стасиевцев.

По прошествии двух десятилетий обустройства на земле особую актуальность для инициативных групп анастасиевцев приобретает вопрос о принятии в поселение «одиночек» или отказе в этом. Социальные отношения поселенцев ориентированы на принципы кооперации и взаимопомощи. Характерная для общин установка на поддержку всех участников определяет систему социальных ценностей и структуру обязательств.

«Сначала мы принимали всех, кто только захочет, одиночка или нет – неважно, а теперь приходится пересматривать этот подход. С одной стороны, кто мы такие, чтобы вставать между человеком и землей, не нам решать, не наша это ответственность. А с другой стороны, тем, кто без пары, нужно помогать, и это становится обузой, нет, не обузой, вернее, ложится на плечи всех, и особенно на тех, кто более самостоятельный, у кого дела идут в гору и есть возможности и ресурсы. Но времени нет у всех, у всех свои заботы» (ПМА. Интервью: Ю. Степанова, пос. Имбирень, Саргатский р-н, Омская обл., 13.09.2020).

Работа на земле нивелирует изначальные социальные различия в среде анастасиевцев. Выбор в качестве личной жизненной стратегии учения Анастасии также меняет систему идентичностей. Идеологема мессианской роли России на пути преодоления планетарного кризиса в учении Анастасии предопределяет высокую степень патриотизма и солидарности с российским обществом его последователей. Обитатели родовых поместий привержены Российскому государству и позиционируют себя как его сознательные граждане.

При этом этнический состав анастасиевцев вариативен. При повсеместном преобладании рус-798

ских в движении, среди его сторонников есть казахи, немцы, украинцы и т.д. В поселениях Западной Сибири также во множестве представлены переселенцы из других российских регионов (например, из Якутии), из стран ближнего и дальнего зарубежья (из Казахстана, Франции, Канады, Австралии и др.). Так, в общину поселения Долина Ра в Алтайском крае входят семьи из Канады и Франции.

Большое влияние на формирование коллективной идентичности анастасиевцев оказывает сюжет о мифическом славянском народе «ведруссов», который был изложен В.Н. Мегре в серии «Звенящие кедры России» – в томе «Родовая книга». «Ведрус-сой» и представительницей древнего рода, история которого исчисляется тысячелетиями, называет себя героиня романов Анастасия. Она якобы является носительницей «информации первоистоков» – некогда утраченных знаний предков-ведруссов, поэтому обладает свойственными им способностями (целительство, перемещение во времени, возможность влиять на события прошлого, настоящего и будущего, вступать в общение с природой и пр.). Древние традиции определяют ее образ жизни во взаимодействии с животными и растениями.

Авторский этноидентификационный миф о ве-друссах является частным случаем процесса ремифологизации истории. Изобретенные традиции в значительной мере предустанавливают социнор-мативную культуру анастасиевцев и определяют стратегии и ориентиры их идентификации.

Мифологема ведрусского мира в серии «зеленых» книг изображает его как некую бытовавшую на просторах Евразии и погибшую славянскую цивилизацию. Мифический социум ведруссов представляет собой сообщество носителей совершенного «ведического» уклада жизни. Жительница поселения Лучезарное М. Тимонина определяет ведруссов следующим образом: «Ведруссы — это люди, подобные богам, они знали божественные начала, законы мироздания и жили по ним» (ПМА. Интервью: М. Тимонина, пос. Лучезарное, Иски-тимский р-н, Новосибирская обл., 30.07.2020).

Материалы включенного (этнографического) наблюдения и данные, полученные в ходе тематических обсуждений в социальных сетях, свидетельствуют об устойчивости этого «этногенетического» образа. «Народ наш славный Ведрусы… » – вслед за Анастасией говорят о себе ее сподвижники (ПМА. Интервью: И. Новосёлов, Родная партия, г. Новосибирск, 30.07.2020).

Самоопределение «ведруссов» имеет осознанный характер целеполагания. Так рассуждает О. Шестакова из поселения Имбирень под Омском: «Ведруссы — это те люди, которые принадлежат к ведической культуре Руси, для них она родная, и своим образом жизни ведруссы возвращают ее, возрождают сегодня в России. Ведруссом может оказаться гражданин любой страны, главное, чтобы он проснулся, обладал знаниями, древними, если у него есть связь с ведрусскими традициями <…>» (ПМА. Интервью: О. Шестакова, пос. Имбирень, Саргатский р-н, Омская обл., 14.09.2020).

При оценке структуры персональной и коллективной идентичностей анастасиевцев, на основании мифологизированных самопрезентаций правомерно диагностировать наличие ее квази-этнической составляющей, которую определяют идеологические (мифологические) начала, целеполагание и привязка к практической деятельности. Идентичность, сконструированная в форме квази-этничности, по мнению экспертов, имеет вторичный характер [Чешко].

Определяя специфику квазиэтнической идентичности, Б.Е. Винер подчеркивает, что она практически не предполагает иных компонентов, кроме самоидентификации. Критерием выявления квази-этничности является предпочтение самоидентификации с общностью далеких (мифических) предков, вместо тех, с которыми отождествляют себя родители [Винер].

Таким образом, движение анастасиевцев характеризуется множественной идентично стью, в которой наиболее значимыми являются общероссийское этнонациональное и квазиэтническое самосознание. Это динамично развивающееся движение, с формирующейся программой социально-демографического и хозяйственно-культурного развития.