Безработица как фактор увеличения маргинальных слоев населения в Забайкальском крае

Проблема безработицы является одной из самых актуальных на сегодня, особенно для российского рынка труда. Региональная безработица является актуальной проблемой современной России и ведет к росту социальной напряженности и региональных конфликтов, развитию преступности и тенденций маргинализации населения. Согласно методологии Международной организации труда, к безработным относится та часть населения, которая не имеет занятия, но активно его ищет. Угроза массовой безработицы для представителей всех социально-профессиональных групп приводит не только к снижению качества рабочей силы, но и к распространению бедности, а следовательно, и к подрыву социальной стабильности.

Возникновение российской безработицы не вполне соответствует теории перехода к рыночным отношениям, согласно которой безработица в период реформирования экономики должна расти в результате демонополизации, приватизации, развития конкуренции, повышения эффективности производства, перехода скрытой безработицы в открытую. В России перечисленные процессы проявляются слабо и не оказывают существенного влияния на рынок труда. Существуют достаточно серьезные основания считать, что основным фактором угрозы социальной безопасности могут стать массовая безработица с ее специфической структурой – высоким удельным весом социально уязвимых категорий, включая длительно безработных, ‒ и связанный с ней процесс формирования маргинальных слоев населения в социальной структуре современного российского общества [2].

При расчете безработицы учитывается численность экономически активного населения, которая на январь 2014 г. составила 74,6 млн. чел., или более 52% от общей численности населения страны. В апреле 2014 г., по итогам выборочного обследования населения по проблемам занятости, 4,0 млн. чел., или 5,3% экономически активного населения, классифицировались как безработные (в соответствии с методологией Международной организации труда). В государственных учреждениях службы занятости населения в качестве безработных было зарегистрировано 0,9 млн. чел., в том числе 0,7 млн. чел. получали пособие по безработице. Средний возраст безработных в апреле 2014 г. составил 36,2 года. Молодежь до 25 лет составляет среди безработных 22,0%, лица в возрасте 50 лет и старше ‒ 20,5%. Средняя продолжительность поиска работы безработными в апреле 2014 г. у женщин составила 7,9 мес., у мужчин ‒ 7,8 мес. Безработица в значительной степени является застойной. Из 1,5 млн. безработных сельских жителей 41,7% находились в ситуации застойной безработицы (искали работу 12 мес. и более), из 2,5 млн. безработных городских жителей ‒ 25,9% [5].

В сфере занятости населения сложилась неоднозначная и сложная ситуация, в которой классические теории и рекомендации по саморегулированию рынка больше не действуют. Безработица в России находится на высоком уровне, при этом безработные не надеются на помощь государства. По данным проведенного обследования, в апреле 2014 г. 28,4% безработных использовали в качестве способа поиска работы обращение в государственные учреждения службы занятости населения, 60,6% безработных ‒ обращение к друзьям, родственникам и знакомым [5]. Уровень безработицы и связанная с ним экономическая нестабильность могут представлять потенциальную опасность для социально-экономической и политической ситуации в стране.

Забайкальский край относится к регионам, которым в стратегическом развитии Сибири отведена заметная роль, поэтому с учетом накопленного социально-экономического потенциала региона необходима упреждающая научная проработка основ составления и применения региональных бюджетов в решении проблем жизнеобеспечения населения, выявления и поддержания финансовых резервов стратегического развития.

В последние годы перекладывание финансового бремени на федеральный бюджет, ставка на центр были бюджетной политикой многих депрессивных регионов. Ее корни уходили в прежние времена централизованной экономики, когда центр сознательно сделал из Забайкальского края «сырьевой цех», не позволял развивать перерабатывающую промышленность, обеспечивая население края готовой продукцией из других регионов и перераспределяя на государственном уровне бюджетные средства [6].

Несмотря на то, что происходит небольшой спад в динамике общего уровня безработицы населения в Забайкальском крае за последние пять лет: в 2009 г. он составлял 12,0%, в 2010 г. – 11,1, в 2011 г. – 10,6, в 2012 г. – 10,6, в 2013 г. – 10,5% [5], опасность дальнейшей маргинализации населения остается.

Анализируя социально-экономическое положение и рынок труда Забайкальского края, можно отметить основные проблемы занятости населения, решение которых потребует участия всех заинтересованных сторон в эффективном регулировании рынка труда края. Особое значение имеет решение неотложных проблем, актуальность которых не снижалась в течение ряда лет. Динамическое развитие экономики обусловливает возрастание потребности в высококвалифицированной рабочей силе. Недостаток квалифицированных кадров в отдельных отраслях экономики обусловлен падением престижа рабочих профессий в силу тяжелых условий труда, низкой заработной платы. Кроме того, имеет место территориальная диспропорция спроса и предложения на рынке труда, которая связана с распределением по территории края предлагаемых работодателями вакантных рабочих мест, концентрацией спро-

ВЕСТНИК Восточно-Сибирского государственного университета технологий и управления са рабочей силы преимущественно в краевом центре и достаточно низкой трудовой мобильностью безработных граждан в целом по региону.

В Забайкальском крае социально-демографическая ситуация намного хуже, так как старение населения и депопуляция начались давно, а процесс маргинализации в сельской местности принял необратимый характер. Мобильная и адаптивная городская культура в Забайкалье недостаточно развита из-за периферийности и слаборазвитой сети городов, недостаточной величины и развитости областного центра.

Численность населения края снижается в связи с активной миграцией трудоспособного населения. Уровень урбанизации меняется в сторону увеличения с каждым годом. Сельское население перебирается в город.

По данным плана социально-экономического развития, население Читы в 2015 г. увеличится на 2270 жителей, при этом безработица вырастет на 117 чел., или на 0,1% ко всему трудоспособному населению. Из всех безработных 1494 жителя края будут активно искать работу, что на 136 чел. больше, чем в 2014 г. (План социально-экономического развития Читы на 2015 г., принятый депутатами гордумы 25 декабря 2014 г.).

В настоящее время в исследованиях социальной структуры преобладают стратификационные модели на основе многомерного иерархического подхода. Они используют такие критерии, как уровень доходов и имущественное положение, уровень образования, социальный статус и самоидентификация, позиция во властной структуре и т.д. Комбинация различных стратификационных шкал необходима потому, что в трансформирующемся обществе утрачивают свою значимость традиционные критерии социальной стратификации. Такие критерии, как должность, доход, образование, не всегда дают объективную картину общественной стратификации. В качестве дополнительных критериев используется самооценка социального и материального положения, социальное самочувствие индивидов, так как весьма важно субъективное восприятие индивидом и группой своего места в социальной иерархии.

Реструктуризация экономики, рост доли сектора услуг и торговли при одновременном сокращении производственного сектора привели к возникновению значительных потоков трудовой мобильности и смене профессиональной идентичности. По данным российских исследований последних лет, каждый пятый уволен в результате сокращения численности штата (мониторинг регистрируемой безработицы), промышленные рабочие становятся безработными или, меняя профессию, переходят в сферу услуг. Численность работников, предполагаемых к увольнению, по стране составляла 488 тыс. чел. [1]. Формирование маргинальных слоев населения проецируется на повышение уровня безработицы, что приводит к увеличению количества психогенных заболеваний, суицидов и преступлений. Это объясняется тем, что человек, потерявший работу, лишается не только средств к существованию, но и устоявшихся социальных связей, привычного вида деятельности и образа жизни.К социальным последствиям безработицы в России специалисты относят следующие явления: незарегистрированная незанятость трудоспособных, желающих трудиться граждан; вынужденный режим неполного рабочего времени; отпуска без сохранения содержания по инициативе администрации; задолженность по заработной плате; снижение оплаты труда ниже общественно необходимого уровня; выполнение специалистами работ, не требующих квалификации; формальную занятость в режиме полного рабочего времени, не позволяющую индивиду полностью реализовать свои возможности; социальную депривацию, бедность, ухудшение рациона питания; изменение психологического и социального самочувствия, образа жизни и моделей поведения; переход на другие потребительские приоритеты и предпочтения, свидетельствующие скорее о стратегии выживания. Кроме того, социальными последствиями безработицы является рост уровня заболеваемости и смертности в стране, а также рост уровня преступности [3].

Спад производства в России не вызывает адекватного сокращения занятости и увеличения безработицы. Тенденции в этой сфере во многом будут определяться выбором направления социально-экономической политики. Однако существуют достаточно серьезные основания считать, что основным фактором социального риска при проведении реформ может стать массовая безработица с ее специфической структурой ‒ высоким удельным весом со- циально уязвимых категорий, включая длительно безработных, ‒ и связанные с ней процессы маргинализации, обнищания значительных слоев населения.

Угроза массовой безработицы для представителей всех социально-профессиональных групп приводит не только к снижению качества рабочей силы, но и к распространению бедности, а следовательно, и к подрыву социальной стабильности.

Главным признаком маргинализации является разрыв социальных связей, причем в классическом случае последовательно рвутся экономические, социальные и духовные связи. Экономические связи рвутся в первую очередь и первыми же восстанавливаются. Медленнее всего восстанавливаются духовные связи, поскольку они зависят от известной «переоценки ценностей» [4]. Адаптация к ущербным условиям существования предполагает смирение с данным от рождения социальным положением, а также рациональное оправдание своего поведения, следование определенным ценностям и нормам.

Многочисленная группа специалистов, находившихся ранее в относительно благоприятном положении, превращается в маргиналов не только по уровню доходов, но и по другим показателям уровня жизни. Получается, что категория специалистов формирует не средний класс, а значительную маргинальную прослойку.

Таким образом, анализ проблемы маргинализации населения в Забайкальском крае, где одним из важных факторов данного процесса является безработица, показывает, что региональная безработица является актуальной проблемой современной России и ведет к росту социальной напряженности и региональных конфликтов, развитию преступности и тенденций маргинализации населения.