Борьба комсомольской организации с оппозиционными и альтернативными объединениями молодёжи в Симбирской (Ульяновской) губернии в 1918 - 1928 годы

Коммунистический союз молодежи за 73 года своей непрерывной деятельности стал важнейшей жизненной школой для 200 миллионов представителей молодого поколения Советского Союза.

Комсомол, являясь единственной массовой молодежной общественно-политической организацией и инструментом, при помощи которого осуществлялось идеологическое воспитание и мобилизация, внес свою лепту в социально-экономическое, политическое и культурное развитие страны. История молодежной организации завершилась 27 сентября 1991 года, когда по итогам Двадцать второго чрезвычайного съезда ВЛКСМ было принято решение о ее ликвидации.

В то же время, стоит не забывать о том, что в первые годы после установления Советской власти комсомол являлся лишь одной из многочисленных среди различных по своим политическим предпочтениям и роду деятельности молодежных организаций. Однако, комсомолу в весьма непростых политических, социально-экономических реалиях удалось грамотно выстроить свою линию деятельности в кооперации с партийными органами и заручившись поддержкой правоохранительных структур ликвидировать существовавшие в стране оппозиционные и альтернативные течения, тем самым установив свою монополию на осуществление работы с молодым поколением. Это обстоятельство оказало большое влияние на последующее развитие Советской России, так как непосредственно «молодое поколение – движущая сила развития социума» [11, c. 164]. Проведение нами скрупулёзного анализа формирования комсомольской организации и ее методов борьбы с оппозиционными молодежными объединениями, даёт нам также уникальную возможность получить более полное представление о процессах планирования и последующей реализации советским правительством молодежного политического курса, где ведущая роль отводилась непосредственно Коммунистическому союзу молодёжи.

II.    ОБСУЖДЕНИЕ И РЕЗУЛЬТАТЫ

Вопросы, касающиеся борьбы комсомола с оппозиционными и альтернативными объединениями молодежи в 1918 – 1928 гг. были затронуты в работах следующими отечественными исследователями: О. В. Татариновым [21], Р. П. Осиповым [15], Н. Н. Бобковым [1], О. С. Фефеловой [22], Б. А. Оконовым [14], В. И. Соколовой [20], А. А. Шитовой [24], А. А. Слезиным [19], П. А. Меркуловым [11], а также О. В. Леоновой и А. Л. Елисеевым [9]. Тем не менее, по состоянию на текущий момент, на региональном уровне проблема практически осталась вне поле зрения ульяновских краеведов, что в свою очередь только придает особую актуальность данной научной статье.

Партийная номенклатура фактически с первых же дней была ориентирована на то, чтобы нивелировать влияние молодёжных организаций, враждебно относящихся к Советской власти. При этом, по замыслу большевиков, борьба в политическом поле не должна была способствовать экспоненциальному росту уровня известности «враждебных объединений» среди представителей молодежной среды [12]. По этой причине, в первое время, после Октябрьской революции 1917 года, Советская власть не запрещала в правовом поле такие молодежные организации. Подобного мнения власти придерживались и после принятия решения от 29 октября 1918 года о создании комсомольской молодежной организации [17, с. 3]. Так, актив ЦК РКСМ в лице Л. А. Шацкина после анализа текущей политической ситуации и потенциала развития комсомольского движения, пришел к выводу, что необходимо не популяризировать действующие движения, сиюминутно боровшиеся за влияние на молодёжную среду, прежде всего, рабочих и крестьян, а применять на регулярной основе неординарный комплекс методов, благодаря чему удастся в ближайшей временной перспективе объединить молодёжь вокруг крыла партии [23, c. 35].

iff

Особое внимание комсомолом отводилось проведению агитационной кампании, в рамках которой в каждом населённом пункте советского государства, в том числе, и Симбирской губернии, активно осуществлялась политическая борьба за привлечение юношей и девушек в ряды комсомола.

В Симбирской губернии, процесс зарождения первых молодежных организаций, разделявших коммунистические идеи, начался еще в первой половине 1918 года и существенно ускорился после завершения Первого съезда РКСМ (Российский коммунистический союз молодежи). Первое время в регионе функции Губкомола (Губернский комитет молодежи) выполняла Симбирская городская организация РКСМ. Формирование же непосредственно губернской организации комсомола завершилось лишь в сентябре 1919 года [16, c. 20]. Председателем губкомола был выбран И. Кислицин, а членами – Н. Кузнецов, М. Варейкис, В. Меркин, Крупский, Дубинский и Ф. Ксенофонтов [18]. Сразу же после образования Симбирский Губкомол взял на контроль решение задачи по созданию подведомственных ему комитетов в уездных единицах губернии [8, c. 27].

Номенклатура коммунистической партии, в том числе и ее лидер В. И. Ленин, надеялась на то, что через грамотно выстроенную работу с молодёжью большевики смогут обрести влияние на широкие массы населения, даже на изначально настроенных скептически по отношению к большевикам социальных слоёв. С помощью комсомольских организаций велась активная идеологическая работа совместно с партийными работниками по приобщению представителей молодого поколения к социально-политической деятельности. Значительное внимание в этой работе отводилось обеспечению массовости комсомольского движения, даже в реалиях большой географической протяжённости российских территорий. Большевики предполагали, что в удалённых региональных административных единицах страны всё равно будут регулярно возникать некоммунистические молодёжные организации, которые вскоре по причине активных действий комсомольцев будут стремительно терять свою популярность среди народных масс [3, л. 15].

ЦК РКП (б) регулярно отправлял Симбирскому комсомолу директивы с призывом активно бороться со всеми объединениями, кто мог представлять в ближайшей временной перспективе какого-либо вида угрозу влиянию комсомола в молодёжной среде. По результатам, принятых в 1922 году на одиннадцатом и двенадцатом съезде ЦК РКП (б) решений, а именно одобрения применения репрессий против альтернативных комсомолу объединений и их актива в молодёжной среде, инициативной группой симбирских комсомольцев была разработана специальная комплексная стратегия, подразумевавшая применение комсомольцами комбинированных методов для «искоренения враждебных движений» и завоевывания популярности среди молодёжной среды [4, л. 9]. В рамках реализации данной стратегии комсомольские активисты Симбирской губернии регулярно предоставляли эксклюзивную и достоверную информацию о реальном положении дел в молодежном движении для местных партийных структур [3, л. 20]. Это позволяло комсомолу при помощи привлеченных по просьбе партии к работе правоохранительных структур планировать и успешно реализовывать кампанию по ликвидации действующих в регионе альтернативных молодёжных организаций [13, c. 61]. Исходя из анализа отчетов о работе Симбирской губернской комсомольской организации, можно сделать вывод о том, что действия против некоммунистических молодежных организаций со стороны комсомола постоянно координировались с партийными структурами, всецело одобрявшими развернутую политическую кампанию [5, л. 27]. Этот факт позволяет сделать вывод о том, что между партией и комсомолом существовала идеологическая спайка и кампанию по монополизации комсомольского движения они принимали исключительно в тесной координации. После завершения Гражданской войны и перехода от «Военного коммунизма» к Новой экономической политики (НЭП) кампания по борьбе с теми альтернативными движениями, кто не был откровенно враждебен советской власти существенно обострилась, что обуславливалось стремлением большевиков окончательно искоренить влияние всех молодёжных организаций, которые все еще существовали на территории Советской России.

В начале 1923 года Пленум ЦК РКСМ разослал в губернские комсомольские организации директиву, где утверждалось о том, что в стране существовали откровенно враждебные государственному строю молодёжные организации и с ними необходимо было вести беспощадную борьбу, в которой особое место отводилось культурно-просветительской работе [6, л. 11]. В стороне не остался и актив Симбирской организации РКСМ.

Комсомольцы полагали, что необходимо направить свои усилия на изменение настроений интеллигенции, чтобы не допустить ухода представителей данной социальной группы в ряды антисоветских организаций. При этом, оказываемое комсомолом влияние на рабочий класс было более значительное. Это выражалось в том, что активисты комсомола регулярно проводили агитационные мероприятия, где рабочим скрупулезно разъяснялось, что пребывание в рядах антисоветских организаций не только является аморальным проступком для порядочного советского гражданина, но и преступным деянием [7, л. 13].

В Симбирской губернии по инициативе большевиков устраивались время от времени и публичные диспуты на тему единения комсомола. Во многом, это делалось для того, чтобы посеять зерна сомнения в некоммунистических рабочих массах. Под пристальным вниманием комсомола и правоохранительных структур находились и члены антисоветских молодёжных организаций, с которыми проводили разноплановую работу с целью формирования у них убеждения о необходимости выйти из рядов «антисоветского объединения» и примкнуть к комсомолу, который даст им хорошую возможность для построения карьеры [7, л. 18].

Весьма негативно рассматривал ЦК РКСМ общественную деятельность скаутского движения, представлявшего особую опасность для комсомола ввиду их высокого уровня популярности во всем мире, в том числе, и в среде сторонников социалистических партий. Методы, предлагаемые руководством РКСМ по борьбе с организацией скаутов были весьма разнообразными и иногда носили откровенно репрессивный характер, включая в себя и насильственную высылку сторонников альтернативных молодежных движений за пределы Советской России. Постепенно набирающий силу комсомол принял участие в нивелировании влияния и закрытия также различных спортивных организаций и обществ, к которым их лидеры относили, как правило, те организации, в чьих списках числились лица непролетарского происхождения [6, л. 14].

Для комсомольцев Ульяновской губернии особую угрозу представлял рост влияния анархических настроений в молодёжной среде. Летом 1925 года, в Ульяновской губернской советской партийной школе образовалась антисоветская организация во главе с курсантом Г. И. Кольцовым. Ядро организации составили анархически настроенные активисты общей численностью 17 человек. Работниками правоохранительных органов было установлено, что более половины анархических антисоветских активистов являлись действующими членами ВЛКСМ и ВКП (б). В состав анархической антисоветской организации входили учителя, люди с оконченным средним образованием, а также лица, связанные с выходцами из семей священников Русской Православной Церкви. Кроме этого, поддержку анархисткой группе оказывали и представители местного кустарничества [10, c. 296].

В свою очередь, номенклатура Ульяновского губернского комитета ВКП (б) полагала, что антисоветская анархическая группа вела активную политическую работу среди различных социальных слоёв, которая не находила отклика у рабочих и крестьян. По итогу ряда дискуссий партийные работники пришли к выводу о том, что данная анархическая антисоветская организация, безусловно, обладает «враждебной сущностью» к советской власти и может в перспективе нанести значительный политический ущерб имиджу партядра комсомола и вредна из-за распространения антисоветских коммунистических учений [4, л. 122]. Ульяновское партийное губернское руководство, несмотря на информацию, переданную местными органами государственной безопасности, полагало, что массовой поддержки у анархистов и подпольщиков в Ульяновской губернии нет и не будет, в связи с этим можно будет справиться с ними посредством проведения пропагандистской и агитационной работы не прибегая к политическим арестам, тем самым не делая «политической рекламы» руководящим лицам данной экстремистской группы [4, л. 144]. Однако, ульяновские комсомольцы решили усилить контроль за настроением местной молодёжи и провести кадровые перестановки в своих рядах.

В ходе установленного наблюдения работниками правоохранительных структур за членами данной организации было выявлено, что Кольцов предпринимал усилия по вовлечению в свою анархическую подпольную и законспирированную организацию курсантов партийной школы и в дальнейшем старался убедить их совершить действия, направленные против советской власти.

В Ульяновской Губернской советской партийной школе существовала особая группа анархисткой организации в составе восьми человек, каждый из которых подписал бумагу о полном подчинении руководству анархической антисоветской организации в лице Кольцова и его помощников Баринова и Глебова и клятвенным обещанием «всеми возможными силами» бороться с советской властью [5, л. 199].

Летом 1925 года в населенном пункте Старая Зиновьевка Карсунской уездной административной единицы Ульяновской губернии анархисты Баринов и Глебов предприняли попытку по вовлечению в ряды своей анархически и антисоветски настроенной группы подпольщиков деревенской молодёжи, приходивших в местную библиотеку для получения учебных пособий. Публично выступая перед деревенскими обывателями, Баринов открыто критиковал вождей Октябрьской революции 1917 года, заявляя о том, что они не выполнили свои обещания по улучшению жизни трудового народа. Однако, его заявления не нашли отклика у сельской молодежи, а ряд особо сознательных лиц и вовсе подал заявления в правоохранительные органы и в ульяновский партийный аппарат с просьбой проверить членов анархистов на предмет их антисоветских взглядов [4, л. 146].

Руководители анархисткой организации полагали, что мирными методами, а именно посредством пропаганды и агитации, не удастся завлечь на свою сторону большое количество молодых лиц, поэтому рассматривали возможность применения террористических и вооруженных методов борьбы против Советской власти. На основании этого решения ими были приобретены несколько единиц огнестрельного оружия, а именно револьверы системы «Наган» 1895 года выпуска и боеприпасы, которые были спрятаны на квартире у Баринова [18]. Архивные данные свидетельствуют о том, что анархическую антисоветскую подпольную группу в регионе к концу 1925 года удалось ликвидировать лишь благодаря сети агентов, созданной правоохранительными органами, ввиду слабости партийных и молодёжных структур в регионе [5, л. 200].

После ликвидации подпольной группы органы власти в губернии пришли к выводу, что существенная доля комсомольских работников достаточно халатно относятся к выполнению своих обязанностей и осуществляют слабую организационную кадровую политику, из-за чего необходимо кардинально менять вектор работы с молодёжью [2, л. 133].

В Ульяновской губернии в 1926 – 1928 гг. антисоветские элементы нередко проникали в структуры ВКП(б) и ВЛКСМ для разложения их изнутри и для того, чтобы создать оппозиционные движения внутри советских органов власти. Несмотря на довольно немногочисленный состав подобных «неблагонадежных групп» ульяновские комсомольцы все же рассматривали подпольщиков как серьёзную угрозу из-за их экстремистских настроений и возможности использования террористических методов против советских и партийных работников [5, л. 202].

Ульяновским партийным аппаратом был принят комплекс мер по отсечению от вступления в ВКП (б) и в ВЛКСМ антисоветские настроенных элементов и разработана программа по сотрудничеству комсомола с правоохранительными органами в рамках решения задачи ликвидации альтернативных молодежных объединений. Окончательно удалось решить властям данную задачу и закрепить монополию комсомола на осуществление работы с молодым поколением во второй половине 1920-х годов.

III.    ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Таким образом, в Симбирской (Ульяновской) губернии период с 1918 по 1928 гг. для комсомольской организации и ее подведомственных комитетов стал временем борьбы за влияние на молодое поколение с многочисленными действующими в регионе молодежными объединениями.

Существенную угрозу для партийного и комсомольского руководства в регионе несло то, что в нем проживали многочисленные члены бывших антисоветски настроенных политических сил, прежде всего, выходцев из среды умеренных социалистов, а также анархистов, имевших опыт контрреволюционной деятельности против советской власти в период Гражданской войны.

Стратегия комсомола по борьбе с некоммунистическими молодёжными организациями постоянно подвергалась в зависимости от текущего положения дел в регионе корректировке, в результате чего, расширялся и комплекс методов влияния на молодежные массы. Тем не менее, комсомолу, несмотря на все больше возникавшие трудности, удалось разработать эффективную стратегию и в кооперации с партийными структурами и при поддержки правоохранительных структур ликвидировать все альтернативные и оппозиционные молодежные организации, тем самым утвердив свою монополию на осуществление работы с молодым поколением.